Часть 9

На следующий день первым, кто посетил наш клуб, был профессор Флитвик. Мы уже начали разминку, когда он вошёл в кабинет с добродушной улыбкой и тихо поприветствовал нас, усаживаясь в дальнем углу. В руках у него была увесистая книга, которую он, казалось, собирался читать, но я заметила, как его глаза то и дело с интересом скользили в нашу сторону. Когда мы закончили разминку и перешли к выполнению кат, профессор окончательно отвлёкся от книги и, сложив руки на коленях, внимательно наблюдал за каждым нашим движением. В его глазах светилось восхищение. — Как интересно! — наконец сказал он, когда мы завершили серию движений. — Когда-нибудь эти техники пригодятся вам в дуэлях. Вы демонстрируете отличную координацию и контроль. Я улыбнулась, а ребята, воодушевлённые его словами, заработали с ещё большим усердием. Я знала, что нам ещё предстоит долгий путь до реальных поединков, но уверенность профессора придавала сил. Мы выполняли движения с точностью, стараясь не допускать ошибок, а в голове я прокручивала слова, которые слышала от родителей: «Терпение и дисциплина — ключи к мастерству». После физической подготовки мы плавно перешли к повторению учебного материала. Профессор Флитвик не остался в стороне — он с радостью давал нам советы, помогал разъяснять сложные моменты и даже предложил несколько дополнительных заданий. Его энтузиазм был заразителен, и я чувствовала, как атмосфера в комнате становилась всё более продуктивной. Я решилась задать вопрос, который давно вертелся у меня в голове: — Профессор, а можно ли использовать заклинания для обустройства нашего кабинета? Например, нам бы очень пригодилось заклинание чистоты или что-то, что могло бы смягчить пол в случае падений. Флитвик оживился и одобрительно кивнул. — Великолепная идея, мисс Куросава! — он махнул палочкой, и в воздухе появились записанные аккуратным почерком слова: "Scourgify" для чистоты и "Molliare" для смягчения поверхности". — Эти заклинания будут весьма полезны для ваших тренировок. Но помните, практиковаться стоит осторожно! Я с благодарностью кивнула, а остальные, увидев, что всё идёт по плану, оживлённо заговорили о том, как лучше организовать пространство. Мы решили, что дождёмся профессора Макгонагалл, чтобы обсудить создание шкафов для книг и возможность окрасить помещение в цвета наших факультетов. Это могло бы сделать клуб ещё более уютным и мотивирующим. Когда пришло время расходиться, мы встали и дружно поблагодарили профессора за его поддержку и участие. Его помощь оказалась бесценной, и теперь я чувствовала, что клуб становится чем-то большим, чем просто место для тренировок — он стал нашим вторым домом. На следующий день к нам в клуб пришла профессор Макгонагалл. В отличие от профессора Флитвика, она не только принесла с собой кипу свитков для проверки, но и несколько предметов, которые с лёгкостью превратила в массивный стол и удобные стулья. Мы, затаив дыхание, наблюдали за её мастерством трансфигурации — движения палочки были быстрыми и точными, а мебель словно по волшебству заняла свои места, идеально вписываясь в наш импровизированный тренировочный зал. Как и Флитвик, профессор Макгонагалл сначала занималась своими делами, однако я заметила, что время от времени она поглядывала на нас поверх очков, с интересом следя за нашей тренировкой. Когда же мы перешли к выполнению домашних заданий, её внимание полностью переключилось на нас. Мы воспользовались этим моментом и, переглянувшись, решились задать ей вопрос, который давно обсуждали: — Профессор, не могли бы вы помочь нам оформить эту комнату так, как мы хотим? — спросила я, надеясь на её благосклонность. Она приподняла бровь, но в её глазах блеснуло любопытство. — Хм… Хорошо. Что вы хотите видеть? Мы дружно начали предлагать идеи, и, к нашему удивлению, Макгонагалл, не теряя времени, принялась за работу. По её взмаху палочки пустая комната преобразилась. Пол в центре стал мягким матом для тренировок, покрытым плотной тканью, идеально подходящей для наших физических упражнений. Старые полки вдоль стен превратились в аккуратные книжные стеллажи, куда мы сразу начали складывать книги, которые принесли из библиотеки. Весь интерьер оказался оформлен в смешанном стиле — на стенах теперь красовались элементы, объединяющие цвета и символику Гриффиндора, Слизерина и Когтеврана. Грифиндорский алый и золотой узор украшал часть стены у входа, зелёные змеиные узоры вплетались в дизайн у боковых стен, а сине-бронзовые элементы добавляли интеллектуальной строгости по центру комнаты. Смешение стилей смотрелось неожиданно гармонично и напоминало нам о том, что дружба не знает границ факультетов. — Нам только не хватает кого-то из Пуффендуя, — с улыбкой пошутил Забини, оглядываясь по сторонам. Мы все рассмеялись, представляя, как наш разношёрстный коллектив стал бы ещё более интересным с добавлением представителей всех факультетов. — Теперь ещё одна важная деталь, — серьёзно сказала Макгонагалл, взмахнув палочкой и создав что-то вроде защитного барьера на входе. — Вам необходимо установить пароль. Комната будет доступна только тем, кто знает его. Она вышла наружу и повесила на дверь тяжёлую картину с изображением средневекового рыцаря в сверкающих доспехах, который, казалось, следил за каждым нашим движением с высокомерной осанкой. Мы тут же начали обсуждать возможные пароли. — Может, что-то связанное с магией и боевыми искусствами? — предложила Падма. — Или с нашими факультетами? — добавил Нотт. После долгих споров мы сошлись на пароле: "Единство в силе", который символизировал нашу дружбу и стремление учиться вместе, несмотря на различия. Мы хором произнесли пароль перед картиной, и рыцарь, слегка кивнув, пропустил нас внутрь. Когда всё было завершено, профессор Макгонагалл похвалила нас за усердие и предложила подумать о расширении клуба, впуская новых участников. Однако мы решили пока не торопиться. — Если подружимся с кем-то ещё, тогда и пригласим, — резюмировал Драко, а мы все согласно закивали. Когда мы разошлись, я не могла не чувствовать гордости — наш клуб постепенно становился чем-то большим, чем просто местом для тренировок. Теперь это было наше пространство, защищённое и уютное, где мы могли совершенствоваться и проводить время вместе. Как и в предыдущие дни, профессор Снейп пришел вовремя и, молча окинув взглядом комнату, занял свое место в дальнем углу. Его лицо, как обычно, оставалось непроницаемым, но я заметила, как его взгляд на мгновение задержался на обновленной обстановке. Казалось, что комната, оформленная в смешанном стиле факультетов, произвела на него впечатление, хотя он, конечно, не стал высказывать своего мнения вслух. Снейп принёс с собой книгу, раскрыл её и, не говоря ни слова, углубился в чтение. Мы начали свою привычную рутину: разминка, упражнения и повторение изученного материала. Время от времени я замечала, как он краем глаза наблюдает за нами, особенно когда мы переходили к более сложным упражнениям. Когда пришло время заниматься академическими предметами, он, к нашему удивлению, поднялся со своего места и подошел к нам. Его комментарии были короткими, но точными, он поправлял формулировки заклинаний и указывал на ошибки в записях. Однако я не могла не заметить, что больше всего его внимание привлекали зельеварение и защита от тёмных искусств. Он подробно объяснял сложные моменты, приводил примеры из своей практики и даже, как мне показалось, слегка смягчил свой тон, когда давал советы. Когда занятия подошли к концу, профессор сделал шаг назад, оглядел нас и с присущей ему сдержанностью произнес: — Не ожидал увидеть что-то настолько... организованное. Продолжайте в том же духе. Я буду приходить и дальше. С этими словами он коротко кивнул и, развернувшись, стремительно покинул комнату. Мы переглянулись, стараясь не показать чрезмерного удивления, но внутри все горели от радости — получить одобрение от самого Снейпа было огромным достижением. Как и с другими преподавателями, с профессором Стебль всё прошло спокойно, и мы продолжали в том же духе каждый день. Вскоре по школе начали ходить слухи о нашем клубе, но большинство учеников не проявляло особого интереса – мы ведь были всего лишь первокурсниками. Однако через пару недель произошло нечто неожиданное: ко мне подошла Гермиона Грейнджер с тем же напором, с каким она впервые со мной познакомилась, и потребовала, чтобы мы приняли её в клуб. Это случилось перед уроком зельеварения. — Акира! — громкий голос раздался за моей спиной. Я обернулась и увидела Гермиону, целеустремлённо шагающую в мою сторону. — Привет, Гермиона, — спокойно ответила я, замечая, как она сдержанно кивнула моим друзьям. — Я хочу вступить в ваш клуб, — заявила она без лишних предисловий. Я удивлённо приподняла бровь, чувствуя, как за моей спиной замерли ребята, ожидая моей реакции. — Мы не набираем новых членов просто так, — спокойно объяснила я. — В клуб входят только друзья. Гермиона надулась, явно не ожидая отказа. — Но это же клуб! Почему я не могу вступить? Вы получаете частные уроки от деканов, это нечестно! — её голос звучал почти возмущённо. Я устало вздохнула. — Они нас не учат, Гермиона, а курируют. Это совсем другое. И, кроме того, это наш клуб, и мы решаем, кого в него принимать. Если бы ты просто хотела с нами пообщаться, мы бы обсудили это, но ты требуешь, — спокойно сказала я, наблюдая, как её лицо покраснело от раздражения. — Я поговорю с профессором Макгонагал! — резко бросила она, скрестив руки на груди. Я пожала плечами. — Твоё право. Гермиона раздражённо фыркнула и ушла, демонстративно отвернувшись от нас. — Ну и нахалка, — протянул Забини, скрестив руки. Остальные ребята согласно кивнули. — Думаю, у неё просто проблемы с общением, — задумчиво произнёс Невилл. — Она не особо ладит с однокурсниками. Я, наверное, единственный из нашего факультета, кто с ней разговаривает. Я посмотрела на него с пониманием. — Если бы вы действительно дружили, я бы без вопросов взяла её в клуб. Но она пришла с требованием, а не с просьбой, — ответила я и посмотрела на остальных. — Если она подойдёт с другой стороны и покажет, что готова стать частью нашей компании, можно будет обсудить её кандидатуру. В любом случае, решать будем все вместе. Ребята переглянулись и согласно кивнули. С этим мы зашли в кабинет зельеварения и заняли свои места. Гермиона, казалось, никак не могла успокоиться и весь урок исподтишка бросала на меня раздражённые взгляды. Я решила игнорировать её, сосредоточившись на зелье, но профессор Снейп, как всегда, заметил всё. Проходя мимо её стола, он язвительно бросил: — Мисс Грейнджер, если вы так упорно прожигаете взглядом мисс Куросава, боюсь, вы пропустите момент, когда ваше зелье превратится в дымящуюся катастрофу. Сосредоточьтесь на работе, если, конечно, вы способны справиться без постоянных перерывов на изучение окружающих. Гермиона вспыхнула и сгорбилась над своим котлом, а ребята сдерживали улыбки, пытаясь не засмеяться вслух. Я, со своей стороны, лишь молча продолжила работу, радуясь, что смогла удержаться от ответа и не разжигать конфликт. Вскоре после этого к нам начали подходить другие студенты с похожими просьбами — они не были заинтересованы в нашей компании, а хотели лишь извлечь выгоду из дополнительных занятий с деканами. Мы вежливо, но твёрдо отказывали им. Профессор Макгонагал нас больше не вызывала, и когда она в следующий раз появилась в нашем клубе, то даже не упомянула Гермиону. Мы с ребятами поняли, что у гриффиндорки ничего не получилось, и она не смогла добиться своего. Тем не менее, её злые взгляды продолжались. Парвати Патил однажды шепнула мне, что из-за своего раздражения Гермиона столкнулась с ещё большими проблемами на своём факультете — её чрезмерная дотошность и настойчивость начали раздражать даже однокурсников. Я решила не вмешиваться, зная, что Гермиона достаточно умна, чтобы в конечном итоге осознать, в чём проблема. Однако всё решилось неожиданным образом в день Хэллоуина. Мы сидели на уроке чар у профессора Флитвика, который учил нас заклинанию левитации. В классе стоял лёгкий шум, студенты сосредоточенно махали палочками, и тут я услышала знакомый голос Гермионы: — Нет, Уизли, ты делаешь это неправильно! Нужно говорить Вингардиум ЛевиОса, а не ЛевиоСА! — Гермиона смотрела на него с характерным для неё раздражением. Рон фыркнул и пробормотал достаточно громко, чтобы услышали все: — Если она такая умная, почему у неё нет друзей? Я увидела, как лицо Гермионы побледнело, а глаза слегка заблестели. Она быстро отвернулась, и через несколько минут, как только урок закончился, стремительно вышла из класса, пробираясь сквозь толпу. Я обменялась взглядами с Падмой и Драко. — Это было... неприятно, — тихо сказала Падма. — Она, конечно, бывает навязчивой, но такое никто не заслуживает. Я кивнула, раздумывая, стоит ли вмешаться. Но прежде чем мы успели что-то предпринять, Невилл встал и, нервно оглядываясь, направился вслед за Гермионой. — Может, ей нужно немного времени одной? — заметил Забини, но его голос был неуверенным. Я чувствовала лёгкое беспокойство. Несмотря на то, что у нас с Гермионой были напряжённые отношения, я понимала, насколько ей важно быть признанной. Решив не откладывать, я тихо сказала: — Я найду её. Всё-таки не хочу, чтобы этот праздник для неё закончился в слезах. С этими словами я направилась в сторону женской уборной, предчувствуя, что именно туда Гермиона скрылась от посторонних глаз. Коридоры Хогвартса были почти пустыми, и мои шаги глухо раздавались в тишине. Я поспешила за ней, и, как и ожидала, она ушла в туалет на третьем этаже. Как только я вошла, до меня донёсся приглушённый звук всхлипов. Я остановилась перед одной из кабинок и тихо позвала: — Гермиона? Ответа не последовало, только сдавленный всхлип. Я сделала шаг ближе и постучала по двери. — Эй... выходи, я хочу с тобой поговорить, — мягко сказала я, стараясь не спугнуть её. — Уходи!! — донеслось изнутри сквозь рыдания. Я вздохнула и, не теряя времени, достала палочку. Лёгким взмахом очистила запылённый каменный пол и наложила смягчающее заклинание, чтобы сидеть было удобнее. Затем аккуратно опустилась на пол напротив закрытой кабинки, подстелив мантию, и твёрдо сказала: — Я не уйду, пока ты не выйдешь и не поговоришь со мной. Она продолжала плакать, но теперь уже тише, словно обдумывая мои слова. Я терпеливо ждала, прислонившись спиной к холодной стене, и прислушивалась к её дыханию. Время шло, и мне казалось, что я сижу здесь уже целую вечность. Я взглянула на резной потолок уборной и, решив сменить тактику, произнесла: — Знаешь, я долго думала над тем, чтобы пригласить тебя в наш клуб. Но я ждала, что ты сама поймёшь, что мы ищем в людях. Слышно было, как она всхлипнула, но на этот раз уже более внимательно. — Правда? — её голос дрожал, но в нём звучала надежда. — Да. Я ждала, надеялась... но ты всё не приходила и не понимала, чего мы от тебя хотим, — я говорила спокойно, наблюдая за дверью кабинки. Повисла пауза, затем раздался звук щелчка замка. Дверца приоткрылась, и оттуда выглянула заплаканная Гермиона с покрасневшими глазами и растрёпанными волосами. Она нервно сжала руки в кулаки. — Это был... какой-то экзамен? — тихо спросила она, глядя на меня с робким интересом. Я вздохнула и покачала головой. — Можно и так сказать. Помнишь, как мы познакомились в поезде? Ты даже не представилась. Ты сразу начала давать указания и пытаться доказать, какая ты умная, вместо того чтобы просто быть собой. — Я мягко улыбнулась. — Но я видела, как ты помогаешь Невиллу, и знаю, что тебе просто трудно общаться. Гермиона виновато потупила взгляд. — Ты права... Мне всегда было тяжело заводить друзей. Я привыкла быть одна, а когда узнала, что я волшебница, надеялась, что здесь всё будет иначе. Но… оказалось, что и здесь мне трудно вписаться. Я кивнула, внимательно наблюдая за её реакцией. — У нас в клубе все друзья, и мы вместе учимся. Ты можешь попробовать, но... ты должна понять, что дружба — это не только знания. Это ещё и умение слушать, уважать чужое мнение и работать в команде. Гермиона медленно кивнула, вытирая глаза рукавом. — Хорошо... я постараюсь. Я улыбнулась и протянула ей руку. — Тогда давай, пошли. Только, пожалуйста, больше не убегай вот так. Она колебалась лишь мгновение, а затем крепко пожала мою руку. Как только мы с Гермионой закончили пожимать руки, раздался оглушительный грохот от входной двери. Мы резко обернулись и с ужасом увидели, как массивная дверь с треском рухнула на пол, и в дверном проёме появился тролль. Его огромные руки сжимали дубину, а маленькие свиные глазки злобно сверлили нас. — Ч-что?! — закричала Гермиона, хватаясь за меня, а я в ужасе сглотнула, осознавая, что выхода нет. Паника накатывала, но я заставила себя сосредоточиться. Я вспомнила, что большинство чар, которые мы изучили, просто не подействуют на тролля. Единственный шанс — продержаться и попытаться бежать. — Гермиона, держись рядом! — крикнула я, шагнув вперёд. Сконцентрировавшись, я попыталась призвать молнию — тонкую, как серебряная нить. Она была слабой, гораздо слабее, чем дома, и это заставило меня задуматься: моя связь с Сэкаем ослабла. Похоже, на выходных мне придётся вернуться в заповедник, чтобы восстановить силы. Я послала молнию в тролля, но это только разозлило его. Он зарычал и бросился на нас. Мы едва успели увернуться, забежав в угол туалета. И тут, словно по сигналу, раздались чьи-то голоса. В дверном проёме появились Гарри и Рон, выглядевшие совершенно ошеломлёнными. — Что вы тут делаете?! Бегите, зовите помощь! — заорала я, прижимая Гермиону к стене. — Мы вас не оставим! — отчаянно выкрикнул Гарри, а Рон решительно кивнул, достав палочку. И тут началась паника. Мы все бросились врассыпную — я пыталась ещё раз атаковать тролля молнией, Гермиона читала какие-то заклинания, Гарри пытался отвлечь монстра, а Рон... споткнулся и чуть не потерял палочку. — Великолепно, просто гениально, — пробормотала я, уворачиваясь от очередного взмаха дубины. — Вы решили, что тролль боится вас двоих? — Это не входило в наши планы! — крикнул Гарри, пытаясь увернуться. — У него вообще есть план? — фыркнула Гермиона, бегая по кругу. В этот момент дверь снова распахнулась, и внутрь ворвались деканы. Профессор Макгонагал в мгновение ока оценила ситуацию, профессор Снейп скользнул к троллю с безупречной грацией, а профессор Флитвик взмахнул палочкой, отправляя в воздух несколько мощных чар. Тролль замер, а затем с грохотом упал на каменный пол, поднимая облако пыли. Мы застыли на месте, тяжело дыша и глядя на поверженного монстра. За преподавателями в коридоре столпились ученики, заглядывая внутрь с широко раскрытыми глазами. Из-за толпы послышался чей-то шёпот: — Ну вот, а я думал, что хеллоуин будет скучным... Макгонагал прижала руку к груди, явно пытаясь справиться с эмоциями. — Вы... вы целы? — спросила она, оглядывая нас. — Мы... мы в порядке, профессор, — задыхаясь, ответила Гермиона. — В порядке?! — взревела Макгонагал. — Вы схватились с троллем в туалете, мисс Грейнджер! А вы, мистер Поттер и мистер Уизли, что вас вообще привело сюда?! Гарри и Рон обменялись виноватыми взглядами. — Ну, знаете... случайно проходили мимо? — неуверенно выдал Рон, на что Макгонагал вздохнула, прикладывая руку ко лбу. — Случайно?! — прошипел Снейп. — Только гриффиндорцы могут попасть в такую ситуацию «случайно». Я бросила взгляд на профессора Флитвика, который с интересом рассматривал поверженного тролля. — Должна сказать, мисс Куросава, ваша работа с молнией была впечатляющей, — заметил он, хитро прищурившись. — Но, пожалуйста, не повторяйте это снова. Я нервно рассмеялась, кивая. Рядом Драко, который тоже оказался среди зрителей, хмыкнул: — Ну, хотя бы кто-то здесь умеет пользоваться магией. — Тебе бы тоже не помешало потренироваться, — поддела я его, на что он лишь фыркнул. Профессор Макгонагал повернулась к моим друзьям, её суровый взгляд заставил их слегка поёжиться. — Вас тут вообще не должно быть, — строго начала она, скрестив руки на груди. — Мы же ясно дали понять, что это опасно. Вы что, убежали от старосты? Ребята выглядели смущёнными и обменялись неловкими взглядами. Драко отвёл глаза, Заби́ни поправил мантию, а Падма нервно сжала уголок рукава. — Ну... — начал Тео, опуская взгляд, — технически мы просто... немного отошли. — Немного? — Макгонагал прищурилась, её губы сжались в тонкую линию. — Я поговорю с вашим старостой. Я уже собиралась вмешаться, чтобы смягчить ситуацию, как в туалет ворвался профессор Квиррелл. Он был бледным, его тюрбан слегка съехал на бок, а глаза нервно бегали по комнате. Он тяжело дышал, словно бежал всю дорогу сюда. — Д-дети! В-всё в порядке? — заикаясь, спросил он, с явным облегчением увидев нас целыми. — Да, профессор, — спокойно ответил Снейп, не сводя с него настороженного взгляда. В его глазах промелькнуло что-то странное — недоверие и... подозрение? Я не могла понять, почему он так смотрит на преподавателя Защиты от Тёмных Искусств, но внутри меня закралась неясная тревога. Квиррелл неловко потёр руки и пробормотал: — У-ужасное с-создание... я с-слышал шум и... б-бросился... — Очень вовремя, — сухо заметил Снейп, прищурившись. — Хотя мы уже справились. Макгонагал устало вздохнула и посмотрела на нас всех, явно решая, какое наказание нас ждёт. Она задержала взгляд на Гермионе, которая всё ещё выглядела слегка потрёпанной, но теперь держалась увереннее. — Думаю, с вас хватит пережитого ужаса, — наконец сказала она, — но если подобное повторится... — Не повторится, профессор, — быстро ответила я, кивнув. Макгонагал бросила на меня долгий взгляд, затем перевела его на Снейпа и Квиррелла, явно пытаясь разобраться в ситуации. — Хорошо. Всем немедленно в гостиную! Завтра утром я жду вас в моём кабинете для дополнительного разговора. Мы переглянулись и поспешно направились к выходу, оставляя за спиной тролля, преподавателей и ещё один незабываемый день в Хогвартсе. По дороге я не могла перестать думать о том, почему Снейп так странно посмотрел на Квиррелла. Что-то мне подсказывало, что это ещё далеко не конец истории.