Глава 1. Часть 2. Конформизм деревенщины

Подойдя ближе к такому беззаботному парню, Мими хотела узнать о своих обязанностях. — Ах, будешь корову доить, это твоя работа — весело отвечает Находкинс. В глубине души он понимает, что теперь она будет работать, что городская девочка ничего не может сделать с этим. — А смешно то тебе чего? — сразу видно контраст их двоих. — Ты же избалованная наверняка, тебе нужно работать. — Тогда почему ты работаешь один, а твои сельские братья не работают? — самодовольна отвечает Мими, скрестив руки. — Эм, это не важно — сразу спадает улыбка Находкинса — ты все равно избалованная потому, что тебе все дается легко без усилий. — А может ты не станешь всех ставить под одну копирку, считая меня избалованным? Ты и сам то не лучше. Находкинсу было достаточно, чтобы завестись. Его доброта смешивается с ноткой раздражительностью. — Сиди тут и копайся в дерьме животных и считай это смыслом своей жизни! — Мими и сама ведет себя как ребенок, надув губы и отвернувшись. Сам Находкинс вообще не ожидал этого. Гнев возрастает в разы. Он и сам не мог понять что его переполняет, такие слова вообще никогда не должны выходить вслух, даже и думать за такое он не мог, а она могла. Это и взбесило его. Он не позволит так, относится к себе. Он хватает ее за плечо и удерживает, поворачивая к себе. А Мими инстинктивно откидывает его назад. Находкинс опешился, не ожидая такого действия. Но его бензопила слишком завелась, и чувство справедливости слишком высокая, поэтому он быстро оглядывается, и забывая про то, что нельзя бить дам, решает показать каковы настоящие деревенские парни. Попытавшись ее задеть, Мими сразу цепляется когтями как кошка. Конечно, пару ее нарощенных ноготков были задеты, но она смогла его атаковать. Немного прошипев от боли, он наконец смог повалить ее прямо в грязь. — Тебе этим гордится, и кто теперь в дерьме, а? — смотрит на нее сверху вниз Находкинс — надеюсь тебе было больно! Он хотел сделать большего, но городская девчонка сразу отмахивается. — Нет, пожалуйста, остановись, хватит! — Мими пугается и защищается руками. Находкинс сразу понял что, сделал. На ее месте, и был бы он девчонкой, он сразу бы заплакал. Нужно прямо сейчас отдалиться, оставив ее в пределах расстояния для безопасности. Прямо сейчас он понял насколько он похож на свою мать, и ему стало неловко. Он был разозлен, но он не должен так поступать, вопреки своим мыслям, и даже если Мими его ужасно раздражала. Пока он делал это, Мими уже успела встать и оценила, что ее некогда синий лук стал грязного и вонючего оттенка. Она напугалась и сразу пожалела об этих словах. Дыхание участилось, а сердце забилось. Она смотрела в его глаза и не понимала что ей делать, и что будет, если он снова разгневается. — Мне жаль — оба в одно время сказали оба. Мими от неловкости потирает руку, а Находкинс отвел взгляд, поправляя очки. — Я считала, что деревенские парни не имеют толком мозгов из-за отсутствия образования. Просто сейчас вышла гниль, которая не должна была случиться. Находкинс снова встал в ступор. Было так необычно услышать такие слова от такой личности, чья картинка собралась в его голове про Мими. Он слабо кивнул. — Ты считаешь, что то, что я с тобой сделал правильно? — От части — Мими отходит назад, всем видом показывая, что ей сейчас не до того, чтобы он задавал ей вообще какие-либо вопросы, или трогал ее вообще. В то же время Находкинс только дал газу, и хотел ее утешить. Но Мими не позволила этого сделать, и делает шаги от него все чаще и чаще. — Я не люблю прикосновения, я не люблю внимания к своей персоне, я не хочу чтобы ты утешал меня прямо сейчас. — Но почему нет? Я в кое-то веки показал свое сочувствие, и черт возьми, хочу извиниться, но ты снова ведешь себя как ребенок — кажется его раздражение снова вырастает. Обычно он привык к тактичности… Или нарушением границ… В любом случае, он не хотел ее отпускать, чтобы она снова сидела и где-то плакала, он хотел решить эту проблему прямо сейчаСнова Находкинс нагоняет ее, а та не поддается и начинает убегать. Что? Что за херня? Что она делает? Будет так как он размышлял, и она убежит плакать в подушку из-за своей одежды, или почему вдруг она убегает? Добежав до дома Находкинса, Мими вовсю кричит. — Тетя Изабелла, пожалуйста, вы должны выйти ПРЯМО сейчас, ваш сын сошел с ума! — Да закрой, ты свой поганый рот, предубойная — ловит ее Находкинс, и пытается заткнуть ее рот. — Что происходит? Находкинс! — фигура матери распознана по прическе. Так как она обожает Мими и ненавидит Находкинса, она ловит их в такой картине. — Почему она грязная, и почему… — не успевает сказать мать, как уже быстро спускается, чтобы отцепить его от нее. — Он напал, он напал на меня — вздыхает Мими — он начал говорить, что я избалованная, начинал пытаться меня трогать, и что вообще переходит мои границы. — Я даже не буду спрашивать тебя правда это, или нет. С тобой все понятно, Находкинс — мама хмурится, глядя на него. Мими быстро убегает на вверх, чтобы скрыться и переодеться, в то время как Находкинс понимает, что он попал и его накажут. — Попытаешься объясниться? Находкинс на секунду остановился. Сама мысль о том, что она интересуется, но просто отсрочивает наказание его, раздражает, но он не знает что ей можно сказать. Он поступил из-за своих принципов, но она низа что не встанет на ее сторону. Все его и так ненавидят. — Да, я перешел границы, как и было с другими девочками, я снова вышел из твоего строя потому, что я не стал терпеть ее упрямость — закатывает глаза Находкинс — но что ты мне сделаешь? — Значит ты хочешь ходить по такому пути? Ты хочешь и дальше пытаться домогаться до женщин. Нет, я такого не допущу. Ты бы знал как твой отец относился ко мне, и теперь ты вырос с такими понятиями. — А ты не выросла с такими понятиями? — перебивает Находкинс — разве сейчас то, что ты выбьешь мою задницу повлияет на что-то? — Тебе нужно преподать урок потому, что ты не ведешь себя как 23-летний парень, на которого нужно отдавать наследство фермы, который думает, что его жизнь вращается вокруг него. И это снова сработала. Его голубые глаза блеснули, ему стало обидно вновь. Надеяться на бунт против матери в надежде, что она поймет его — бесполезно. Единственный выход делать впечатление. Из чего угодно, из любой фальшивой улыбкой, которую он может показать. Он не уважает ее, и не видит смысла в ее словах. Он не знает какую яму для себя он роет. Он не понимает, что это его веселье может обернуться чем то плохим. Он считал, что у него есть собственное мнение, и его возраст наоборот говорит о том, что мама больше не должна давать ему «соску», или наказание, он в праве решать свою жизнь сам. — Ты просто не можешь смириться с тем, что я для тебя не золотой мальчик, которого ты даже не любишь. И это… Был последний шаг к тому, чтобы уже закончить этот бессмысленный разговор для Изабеллы. Находкинс как в детстве уже ничему не сопротивлялся и молча пошел в амбар. К тому времени Мими успела переодеться, и тихо в незнании диалога и происходящего пошла за ними. Спрятавшись за дверью амбара, она слышит все. И лучше бы ей было тогда этого не делать. Кнут, удары и боль, жалкое зрелище припадания урока. Удары в основном приходились ему в спину, это было действительно больно, но его мужское достоинство после тех событий оставалось. Непринятие властвование женщины, что Мими, что матери заставляло ему закрыть свой рот и молча перетерпеть, вопреки своим принципам. Когда прошло два часа, Изабелла наконец устала и весь ее гнев был вымешан. Мими наблюдает как она идет снова к дому, и слышит протяжный стон с амбара. Теперь то Находкинс решил издать звук. Биение и боль, которую скрывают люди не так знакомы Мими, но осознание, что все это случилось по ее вине не дало ей возможности стоять на месте. Она делает вдох, и входит в амбар. Находкинс сразу замолчал, как только увидел фигуру человека. — Находкинс, тебе больно? — зная ответ на вопрос, но все же в знак эмпатии. — Ужасно сильно болит спина, там каждый раз новые шрамы — словно беззаботно и холодно отвечает он. — Я могу помочь. Пойдем, я приложу тебе замороженный кусок мяса — протянула руку Мими. Идя в сторону дома он задумывается о ее поступке, хоть и ненадолго. В ней есть какие-то противоречия. Усадив его на диван, она велела ему лечь. Осторожно снимая лямки его комбинезона, Мими с ни привычки отводит взгляд, как только поднимает футболку. Внезапно холодное ощущение на спине заставило его сжать зубы, но благо лицо было отвернуто от нее. Мими захватила с собой и мазь, поэтому наносит на его спину осторожными движениями. Находкинсу стало приятно. Это действительно хорошо, так как тонкие женские пальцы точно могут массировать его кожу спины, но в то же время он понимал, что напоказ выставлены его шрамы. В любом случае он благодарен. — Я пожалуй пойду, я к себе в комнату. Не буду тебя беспокоить. И с этими словами Мими решила уйти. В ее тоне было сожаление, и Находкинс это заметил. Проводя ее взглядом, пока та поднималась на вверх, он решил снять очки, и лечь лицом в диван. Наверняка братья по пробуждению заметят шрамы и будут смеяться с того, что он как бомж спит на диване, но его это не волнует, поэтому он уснул прямо там после тяжелого дня и облегчения боли, что дало ему уснуть быстро.