Сказка четвёртая

…И разверзлись хляби небесные. И шёл дождь сорок дней и сорок ночей. Антон вновь вспомнил эту ветхозаветную фразу, но озвучивать её не стал. Не та была обстановка. Да и для людей, собравшихся на похороны деда Сергея вряд ли шутка блистала новизной. Парень проводил взглядом комья земли, покрывшие обитое красной тканью дерево, сунул озябшие руки в карманы куртки и направился к выходу с кладбища. Когда его одноклассники проводили лето у бабушек и дедушек в деревне, Антон точно так же проводил лето у деда. Но не в деревне, а в городе. И это действительно было лучшее время его жизни. Дед знал о Свердловске, медленно становившемся Екатеринбургом, наверное, всё. О каждой улице, о каждом доме у него была история. И он отправлялся на долгие прогулки с внуком и дарил ему этот сказочный город. Потом школьные годы чудесные закончились, впереди замаячила Москва, обучение на строительном, красный диплом, работа в управлении городской архитектуры. И сказка медленно но верно из жизни пропала. Конечно, ежегодные поздравления с новым годом и днём Октябрьской революции оставались. Но были они в ведении телефонов, на что-то более близкое времени никогда не было. Письмо в почтовый ящик и сообщение в вацапе от мамы пришли в один день. Дальше всё было как в каком-то тумане. Ночной самолёт, родня в трауре, непрекращающийся дождь. И кульминация этого — комья влажной глинистой земли на красной ткани, покрывающей деревянный ящик. Антон вышел за ворота и направился в сторону города. Брать такси ему не хотелось. Повернув на трассу, он едва не стукнулся лбом об остановку. Словно та внезапно появилась и бросилась ему навстречу. Парень хмыкнул. Такого у него ещё не бывало. За спиной раздался звук подъезжающего троллейбуса. Обернувшись, Антон увидел, что это троллейбус номер один. Новый маршрут что ли пустили, не было же никогда такого. Троллейбус был древний, но не выглядел развалюхой. Скорее эдаким приветом из детства. Ни на миг не задумавшись, Антон вскочил на ступени, прошёл в салон и сел на коричневый дермантин. — Ваш билет! Антон достал кошелёк из рюкзака, едва не выронив так и не распакованное письмо. — Сколько проезд? Я здесь давно не был, извините. Кондуктор покачал головой. — У вас должен быть билет, поищите. Антон развёл руками. — Я не знал, а где они оформляются? Мне штраф теперь платить, или что? — Безбилетников мы высаживаем. Прямо тут. Кондуктор показал за окно, за которым серая хмарь сменилась непроглядной чернотой. Антон сглотнул. Ему в голову пришла старая легенда о троллейбусе, севшие в который пропадали если не знали чем заплатить. — Вы бы посмотрели, что там. Кондуктор протягивал Антону письмо, которое пришло от деда и которое так и осталось нераскрытым. Парень взял письмо и осторожно оторвал бумажную полоску. Из конверта выпал старый билет на троллейбус. Кондуктор взял его в руки. — Четыре плюс пять плюс один. Это десять. Ноль плюс восемь плюс два… да, верно, билет подходит. Следующая остановка Ботанический сад. Кондуктор направился на своё место. Антон подумал и пошёл к дверям. Дом деда был прямо напротив этой остановки. Троллейбус остановился, двери с шипением раскрылись. В глаза Антона ударил яркий солнечный луч. Прикрывшись рукой, он спустился на горячий асфальт. Со скамейки остановочного павильона поднялся дед Сергей. — Ну здравствуй, внук. У меня столько ещё рассказать. На пять лет хватит.