Первые подводные камни

      Я всё же решила порадовать Троя новой рукой и начала узнавать всё о протезах конечностей. Сначала я решила залезть в интернет и узнать стоимость и доступность данных протезов. Как оказалось, не так-то просто найти хороший протез, который бы подошёл Трою и понравился ему.       У нас в стране с этим большая проблема — максимум могут сделать нефункциональную руку, которая и двигаться-то не может, да и за ней придётся стоять в очередь целый год, и не факт, что получится добыть.        Трой заслуживает лучшего, а не этой бутафории. Остаётся только посмотреть, сколько стоят протезы фирмы Open Bionics. Будь я не из семьи врачей, а обычной девушкой, я бы даже не зареклась об этом, зная, как это дорого и недоступно для жителей Российской Федерации. Мне повезло, что мои родители по работе общаются с многими врачами, в том числе и с теми, кто делает качественные протезы.       Я зашла на сайт и, владея английским языком, легко подобрала нужные мне критерии. Тут же высветился ценник — в переводе на русские рубли полмиллиона получается. Ну, тут ещё и доставка, и замеры нужны.       «В мире полно людей, которым нужны хотя бы такие руки, а они цены завышают», — подумала я, схватившись за голову.       Выбора не было. Осталось мне найти контакты Антона Сергеевича — друга семьи и врача, который тесно общается с Open Bionics, — и надеяться на то, что он поможет. Так как я в одиночку не могу всё это организовать, оставив Троя одного дома. Я посмотрела на Троя, гуляющего после сытного завтрака на балконе и периодически читающего распечатанные мной книги, и, улыбнувшись, начала искать в телефонной книжке контакты Антона Сергеевича. Он часто приходил к моим родителям домой и оставил свой домашний телефон.       Набрав его номер, я мысленно надеялась на то, чтобы он был дома или в городе, так как к родителям обращаться не хотелось. Сразу начнутся вопросы об излишнем альтруизме, и они бы просто схватились за голову, если бы я вдруг заговорила о том, что буду работать до изнеможения, чтобы достать хороший протез.       Не повезло — по телефону были гудки.       «Ну вот, человека нет не только в городе, но и рядом с телефоном. Что ж, оставлю SMS, пусть хотя бы перезвонит или напишет», — печально подумала я и набрала мини-сообщение.       — Ух, — сказала я, снова схватившись за руку.       — Что-то не так? — услышала я голос Троя за спиной.       — Да нет, всё хорошо, — пыталась скрыть я свою проблему.       Трой наклонился надо мной и, подцепив пальцем мой подбородок, недовольно посмотрел мне в глаза.       — Что, узнал, почему вымерли динозавры? — пыталась пошутить я.       — Ты лжёшь, я чувствую, — сказал он тихо.       — Я просто не хочу тебя этим нагружать, — сказала я.       — И всё же? — спросил он.       Я сказала, что хочу порадовать его новой правой рукой в виде качественного протеза, но в нашей стране это скорее мечта. Можно обратиться в иностранную фирму, а человека, который может мне помочь в этом, нет на месте.       — Это всё ради меня? — спросил он.       — А ради кого ещё? Я видела, как ты пару раз смотришь на то место, где должна быть правая рука. Тебе неуютно без неё, вот и пытаюсь помочь, — сказала я Трою.       Снова возникла пауза. Я понимала, что сейчас чувствует Трой, что едва знакомая ему девушка, которая так много о нём знает, пытается ему помочь. О да, сейчас, возможно, король-бог снова заиграет в нём, но и пусть. Королю моего сердца нужна помощь.       — Милая, не стоит так нагибаться, — улыбнулся Трой, присев рядом и обняв меня.       — А они? Они все шли ради тебя на что-то стоящее? — чуть всхлипнув, проговорила я.       — Они? — спросил он.       — Да, твой отец, твоя сестра. Ведь эта роборука у тебя была не самая лучшая, — ответила я.       — Первый раз вижу человека, который что-то по-настоящему делает для меня, а я даже мало о тебе знаю, — сказал мне Трой, поцеловав в щёку.       Я замерла на месте. Это была приятная неожиданность. До этого мы только обнимались и просто общались, а теперь он так легко поцеловал меня. Его поцелуй был приятным. Я почувствовала его горячие пухлые губы на щеке и ту искренность, которая исходит от него. Вот какой он настоящий Трой Калипсо — мальчик, которого я недавно спасла, начинает меняться.       — Я хочу это сделать для тебя, — тихо сказала я, обхватив его шею своими руками.       Днём, приготовив Трою сытный обед, я всё ещё думала, где мне достать деньги на протез, представляя себе, что нам придётся затянуть пояс побольше, и Трою придётся отказаться от сытной пищи, а мне найти подработку с хорошим доходом. Я посмотрела в телефон.       Наш вчерашний стрим пока не принёс результатов — только два просмотра, и всё. Потом я вспомнила про все подарки, которые мне привозили родители. Может быть, я смогу заложить их в ломбард, чтобы узнать, сколько они стоят, и заложить часть из них.       — Трой, мне нужно отлучиться сегодня, ты скучать не будешь? — спросила я.       — Нет, я ещё книги не дочитал, но если задержишься, то да, — ответил он.       — Хорошо, — сказала я.       После обеда я пошла в свою комнату и стала искать то, что можно заложить в ломбард. Думаю, что статуэтку медитирующего Будды взяли бы, так как она наполовину из золота.       «Ты же помогал всем нуждающимся и меня поймёшь», — подумала я, аккуратно кладя статуэтку в сумку. Так же туда положила статуэтку бога Анубиса — покровителя врачей. Она мне тоже показалась более ценной, чем остальные.       Переодевшись в уличную одежду, я пошла к ближайшему ломбарду в городе, чтобы узнать насчёт статуэток. По дороге я всё ещё заглядывала в телефон в надежде получить сообщение от Антона Сергеевича, но ответа по-прежнему не было, что огорчало меня.       «Ладно, думаю, если родители узнают, что я заложила часть их подарков, то поймут. Всё это делается во благо, как мальчик в фильме „Дьявол и Дэниел Вебстер“», — думала я.       — Надя, дочка, — услышала я голос мамы.       Я подняла голову и увидела маму с папой. Они шли мне навстречу, что напрягло меня. Не хотелось бы им сразу говорить, что я иду сдавать в ломбард часть их подарков, поэтому я решила просто спросить их о том, где сейчас Антон Сергеевич.       — Дочка, ты как? — спросил отец.       — Нормально, вот иду в магазин, — соврала я.       — А как там Трой?       — Поправился. Он сейчас дома, купила ему домашнюю одежду, он потихоньку начал гулять на балконе. Вот книги ему скачала, чтобы он познакомился с нашей планетой, — улыбнулась я.       — Не слишком ли ты много на него работаешь? — спросила мама.       — Даша, — одёрнул её отец.       — Прости, — призналась мать.       — Даша, наша дочь уже взрослая. Пусть строит свою жизнь с предметом своего обожания, — сказал отец.       — Я всё ещё не могу привыкнуть к его появлению в жизни нашей дочери. Может быть, ты нас с ним познакомишь, а то я уже подумываю, что ты замкнулась в своих фантазиях, — сказала мать.       — Фантазии одежду не требуют и есть не просят, мам, — улыбнулась я. — Хорошо, всё же надо вас с ним познакомить. Правда, он русского языка не знает, мы на английском разговариваем.       — Растёшь, дочь, не зря мы заставляли тебя этот язык учить, похвально, — улыбнулся отец.       — Пап, а дядя Антон в городе сейчас? — спросила я.       — Антон Сергеевич?       — Да.       — Так он ещё не вернулся из Сирии, а что?       — Он общается с Open Bionics. Что если я могу попросить у него протез для Троя? — предложила я.       — Надя, он сейчас один за всех отдувается. А что не так с Троем? Ты говорила, что у него нет руки.       — Ну ты же знаешь, я говорила тебе про то, кто он и что с ним не так.       — Да, в нашем мире он исключение из правил. Если такой случай существует, когда сиамские близнецы рождаются разнополыми, то это один случай на миллион, — протянул отец.       — И этому случаю нужен протез правой руки, а дядя Антон наверняка знает, как помочь, — сказала я.       — Это очень трудно сделать, дочка, тем более в наши дни, когда куча санкций на нас обрушилась, — сказал отец.       — Знаю, но это последнее, что я могу сделать для Троя хорошего, — призналась я.       — Ты правда его так любишь? — спросила мама меня.       — Да, мам, — призналась я.       — Ну хорошо, мы с ним свяжемся и поговорим. Но для начала познакомь нас с твоим другом, — сказала мама.       — Завтра обязательно, — сказала я.       Я боялась, что разговор с родителями будет на повышенных тонах, но всё улеглось: они не спросили, что у меня в сумке, и я говорить не стала. В ломбарде сказали, что за Будду можно получить максимум 15 000 рублей, так как он из золота, а за Анубиса — 10 000 тысяч, так как это глина. Я согласилась и сдала в ломбард статуэтки. Получив деньги, я пошла домой.

***

      Я открыл в себе новое чувство, такого раньше со мной не происходило. Надя сказала, что всё делает ради меня. Это меня тронуло до глубины души. Отец — ты мне соврал, что все кругом плохие, и пусть это другой мир, он не такой порочный, как мир, в котором я рос, где пороки исходили даже от родителей.        Я всё делал, чтобы угодить отцу, но он больше любил Тайрин, даже когда она неосторожно убила маму своими способностями сирены, всё равно слепо её любил. А потом Тайрин захотела сбежать на Пандору, именно туда, а не на другую планету в галактике. Может быть, если бы она захотела на Прометею или ещё куда, моя бы жизнь сложилась по-другому. Это странно, но я не держу зла на отца и сестру. Я искренне верил, что ремонтирую одной рукой корабль для отца, а не для побега с сестрой.       Нога полностью перестала болеть, и даже покраснение прошло. Я перестал хромать, и когда Надя ушла по делам, я решил скоротать время за чтением книг о её планете и изучением её мира, сидя на балконе.       Воздух тут свежий, это радовало. На Пандоре он смешан с пылью и песком, а ещё там нет воды или есть, но слишком мало. В горле постоянно першило из-за этого, и хотелось пить, но сестра давала допить только то, что начала пить она. То же самое и с едой.       «Нет, я не хочу об этом думать. Наде станет тяжелее, если она будет видеть мою недовольную мину. Прошлое — это прошлое, а тут настоящая жизнь», — мотнул я головой.       Я поприветствовал Надю на балконе, а потом пошёл её встретить.       — Ты не поверишь, я сейчас совершила невозможное, — начала она.       — Ты о чём? — спросил я.       — Я сдала в ломбард две свои статуэтки. Их приняли, так что начинаю копить деньги на твою новую руку, — улыбнулась она.       — То есть твои подарки от родителей?! — удивился я.       — Они поймут, когда узнают, — выдохнула она.       — Да, рисковый поступок, — смиренно сказал я.       — Это всё ради тебя, Трой. А ещё я их сегодня встретила на улице, они хотят с тобой познакомиться.       Я опустил голову. Не знаю, как общаться с людьми. С Надей легко разговаривать: она легко себя ко мне расположила. Правда, в начале были недопонимания, но это из-за того, что она боялась заговорить со мной о моём прошлом, и даже сейчас её это тормозит. Но она говорит умные вещи про то, что мой мир живёт посредством жертвоприношений, а ей это не интересно. Может быть, когда-нибудь я узнаю, откуда она меня знает.       — Что такое? — спросила меня Надя.       — Думаешь, я им понравлюсь? — спросил я у неё.       — Ну, мне ты нравишься, и им понравишься, — подмигнула она, перестав стоять в дверях и пройдя в квартиру.       — И начнутся расспросы о том, что я делаю в этом мире, — улыбнулся я.       — Я постараюсь избавить вас от этих расспросов, — сказала Надя.       — А если нет? Они хоть знают, кем я был раньше?       — Нет.       — Ты врёшь, — понял я.       Снова между нами возникла пауза. Таким уж я являюсь человеком: мне слишком много врали, и я решил, что со всеми буду честен, и остальные будут честны со мной. Надя старается быть честной, хотя иногда увиливает от правды.       — Трой, для них ты такая же неожиданность, как и для меня. И если я знаю о тебе, и это меня не пугает, то они, хоть и многое повидали, то... — начала она.       Я понял, что она старается сгладить все концы, и понял, что да, для этого мира я целая загадка. А уж если заговорю о том, что моим сиамским близнецом была моя сестра, это будет уже слишком.       — Я понимаю. Ничего, справимся как-нибудь, — сказал я Наде и обнял её, поняв, что она стала моей судьбой.