Часть 2

Сириус       Ужин прошёл на славу. Сириус успел завести многих знакомых, пообщаться со всеми студентами Гриффиндора, пристать к Лили вместе с Джеймсом, пофлиртовать с некоторыми девочками, пообщаться с Викторией, обсудить то, что им явно завтра не жить и наконец устать и ожидать конца ужина. — Все встаньте в пары! Строго сказал староста, наблюдая как раз за Джеймсом и Сириусом, которые никак не могли определиться, кто слева, а кто справа. Фабиан и Гидеон откровенно смеялись над этими двумя, но увидев строгий взгляд старосты, остановили ребят, говоря, что пойдете так как стоите сейчас. И у Джеймса, и у Сириуса, и у Викки от рассматривания стен чуть не поотрывались шеи. Столько всего интересного. Лестницы, картины, которые в ответ пялились на них. Некоторые с улыбкой, а некоторые с надменностью, снова вызывая у Блэка и мисс Редвердс воспоминания о семье. Наконец-то, вот он, заветный вход в гостиную. — Капуст драконис. — громко сказала староста и портрет Полной Дамы покорно открылся, а затем появился проход в яркую гостиную. Поттер и Блэк переглянулись. Это был пароль? — Я его не запомню… — тихо сказал Джеймс. — Значит запомню я, — проговорил Сириус, уже рассматривая внутренности, которые мог увидеть. Вау! Всё именно так, как описывал в поезде Джеймс! Как тут тепло и здорово. В гостиной слизерина явно не так. Там темно, холодно и слишком много змей. — Сейчас все первокурсники расходятся по комнатам! У мальчиков спальни с права, у девочек слева! Сириус повернулся. Теперь серые глаза искали Викки. Как он мог забыть? Найдя её взглядом, мальчик помахал ей желая спокойной ночи именно так. Теперь предстояло пройти испытание под названием: «найди нужную дверь». — Я не вижу. — рассматривая сразу три двери сказал Поттер, насупившись. — Не удивительно— Сириус засмеялся, получая слабый толчко в плечо. — Вон, смотри! Там наша! — гордо вздёрнув подбородок сказал Блэк. Оба мальчика выдохнули. Они в одной комнате. С грохотом ребята занеслись и упали на свои кровати. Познакомиться с ребятами, делящими комнату они ещё успеют. А сейчас слишком сильно хочется спать. Виктория — Виктория Лира Редверс! — громко крикнула старая женщина в чёрной шляпе, заглядывая в толпу детей. Девочка вышла из толпы и поднялась к старому стулу, на котором покоилась шляпа. Сириус уже попал на Гриффиндор и теперь было до одури страшно повториять его судьбу. Как только она оказалась на стуле на гладкие тёмные волосы легла обшарпаная, старая шляпа, складки которой чем то напоминали недовольное лицо. — Сложный выбор, — хриплым голосом начала шляпа, — Храбрость, верность, чистолюбие. Кажется я понял. Гриффиндор! — на весь зал прогремела шляпа. Звуки заглохли, в уши словно попала вода. Отец убьёт её раньше чем она успеет пойти на первые занятия. На ватных ногах и под пристальными взглядами ребят со всех факультетов девушка пошла к столу гриффиндора, что взорвался громкими апплодисментами как только шляпа громко грикнула «Гриффиндор!». Сердце едва не вырывалось из груди, руки тряслись. Тут же в голове всплыли воспоминания о том, как гордо она кричала о том, что желает попасть лишь на гриффиндор и никуда больше. Но, на словах все мы всемогущие, а на деле так или иначе трусы. Виктория не отличалась особым бесстрашием, так что сейчас шла и представляла то, как получит от отца и матери. Девочка присела рядом с двумя близнецами Пруэтт, те о чём то болтали, а как только она приземлилась рядом синхронно повернули головы к ней. Сидеть под столькими взглядами было очень неловко, но ничего не оставалось. Мальчишки были старше её примерно на курс, может два. Они переглянулись повернув друг к другу свои рыжие головы. Самые настоящие львята. — Привет, — в один голос сказали они. — Я Фабиан, а он Гидеон, — сказал один из них тыкая пальцем сначала на себя, а позже и на брата. — Привет, а я Виктория. Рада знакомству, — робко сказала девочка. Страх и волнение медленно стали отступать, оставляя её в покое. Ужин прошёл на славу, все веселились и искали себе новых друзей, возможно и на всю жизнь. Виктория едва не разрывалась, то отвечая на вопросы Сириуса, то поддерживая беседу с близнецами Пруэтт. Иногда приходилась заставлять Блэка и Поттера наконец отстать от бедняжки Эванс и дать той поесть в спокойствии, или пообщаться с новоиспечёнными подругами. Изредка она оборачивалась назад, чувствуя пристальные взгляды в спину. Чаще на неё пялились Малфой и Лестрейнджи, реже — Розье и Эйвери. После ужина староста факультета созвала к себе всех первокурсников и попросила пройти за ней. Разумеется Сириус и Джеймс устроили представление а-ля «Цирк уехал, а клоуны остались». В конце концов они смирно встали бок к боку и проследовали за уже раздражённой старостой. Смотреть за движущимися лестницами было уже по истине волшебно, а вот портреты, что глазели на них и открыто обсуждали и осуждали Викторию стали надоедать. Но всё это прошло сразу как только Виктория увидела гостиную. Попасть туда было ещё в поезде чем-то недостижимым, но сейчас, когда все ученики друг за другом шагали в гостиную разинув рты это стало реальностью. При том — самой необыкновенной. Старосты сразу разослали всех по свои спальням, а после пошли к остальным ученикам, которые восседали на красных диванах у камина. Тревога и страх того, что с ней случится прошёл. Остался лишь приятный трепет в ожидании завтрашнего дня. Сириус Утро. Что может быть прекраснее солнца, льющегося через окна? Завтрак, на который так бежали проспавшие ребята. Их разбудил их новый знакомый— Римус Люпин. Они ещё ехали с ним в одной лодке. Самым скромным компаньоном стал Питер. Хороший мальчик на первый взгляд. Как только ребята уселись на их стол стали падать письма от родителей. И как же Сириус завидовал тому, что их поздравляли с поступлением на Гриффиндор. Его же ждала участь похуже. Джеймс и Римус улыбались письмам, в то время как Сириус сидел и заламывал пальцы. Тут послышался противный совиный писк и Блэку упало письмо. Красное письмо. Мальчик переглянулся с Поттером. На лице его друга появилась тревога, но Сириус гордо распаковал кричалку. — Сириус Орион Блэк! Как ты посмел?! Мы с отцом одиннадцать лет воспитывали тебя, неблагодарного мальчишку в чистокровных традициях! Ты посмел подвести самого Финеалуса Найджелуса! Наш род заканчивал только Слизерин, а ты несностное отребье поступил на самый учасный, грязный и отвратительный факультет! Ну ничего, мы ещё поговорим! Письмо порвало само себя, заставляя бледного Сириуса собрать эти кусочки. Джеймс даже не знал что сказать. Ему было очень жалко друга. Серые глаза встретились с голубыми Виктории. В руках у неё он тоже увидел кричалку и это придало ему какую-то энергию. — Ладно ребят, не падаем духом и бежим на занятия! Сириус лучезарно улыбнулся, словно минуту назад ничего и не было и четвёрка парней убежала со звонком. Виктория Девочка проснулась рано утром от громкого будильника, который не выключался пока она не встала. Соседки по комнате ‐ Лили Эванс, Марлин МакКиннон и кажется Алиса Стоун проснулись незначительно позже Виктории, при этом они причитали о том, какой ужасный этот будильник. Особо познакомиться друг с другом у девочек не получилось, так как все очень устали после тяжёлого дня и уснули, едва их головы коснулись подушек. На завтрак девочки успели вовремя и заняли всё те же места, где сидели и вчера. Гидеон и Фабиан улыбнулись увидев новую знакомую и шутливо поклонившись сказали что то вроде: «Присаживайтесь, мисс Редверс». Настроение приподнялось, но через некоторое время упало ниже паркета в школе. Письма, что приходили всем детям были с поздравлениями и о том, как родители гордятся детьми, но как только Виктория услышала, что пришло Сириусу нервно поджала губы. Прямо перед ней упало красное письмо с печатью дома Редверс. Девочка распаковала кричалку и словно гром по залу прокатился басистый голос отца Виктории. — Как ты посмела?! Ты — позор нашего рода. Ты осквернила славную фамилию Редверс! Ничтожество! Неблагодарная Дрянь! Как ты только смогла так поступить?! Сколько раз я говорил тебе о том, что ты не можешь поступить на этот факультет?! Сколько раз?! После кричала самоуничтожилась. В зале была тишина, все смотрели на Викторию ошарашено. Девочка столько лет училась держать свои эмоции под контролем, но больше не может. Виктория расплакалась и пулей вылетела из-за стола, испытывая всё что только можно от стыда и до ненавести к родителям. Сириус

***

Профессор МакГоннагал была, пожалуй, самым суровым преподавателем во всём Хогвартсе. Она оказалась единственной, кого побаивался Сириус и сам Джеймс. На первых же минутах она раскусила Блэка, принёсшего на урок трансфигурации навозную бомбу, и заставила Сириуса превратить её с помощью магии во что-нибудь более безобидное. К сожалению, ни у Джеймса, вызвавшегося помочь другу, ни у Сириуса не получилось что-либо изменить в этой бомбе, бившей своей вонью в нос ребятам весь урок. И оба решили на занятия больше не приносить вещи, с которыми им бы пришлось так сильно возиться в будущем. —Да, вижу, в трансфигурации вы не очень сильны, — профессор МакГоннагал посмотрела на навозную бомбу. — Но, если вам так нравятся такие штуки, что вы не расстаётесь с ними даже на уроках, то предлагаю вам взять на дом по три навозные бомбы на каждого и сделать из них кроликов. Да, Поттер, к Вам это тоже относится! Гораздо интереснее прошёл первый урок «Защиты от Тёмных Искусств», который вёл профессор Дэвиш. Крепкий мужчина, ровесник профессора МакГоннагал, не особо затруднял себя разговорами, и большую часть своего занятия общался с учениками при помощи жестов, так что ребята даже сначала решили, что он и вовсе немой. Над ним Джеймс с Питером и Сириусом не преминули подшутить, и, как выяснилось, профессор Дэвиш ещё ого-го какой разговорчивый. Неиспользованная на уроке трансфигурации навозная бомба попала на сиденье преподавателя, и, как только тот сел на неё, бомба взорвалась. Выдав пару нехороших слов, Дэвиш снял со всех троих по двадцать баллов, но вспомнив, что год только начался, и у Гриффиндора на счету было всего десять баллов, а в минус эти баллы уходить не могут, заскрежетал зубами от досады и оставил Питера, Сириуса и Джеймса отрабатывать наказание. Римус, не имевший к проделке никакого отношения и даже пытавшийся отговорить всех, остался помочь ребятам загнать корнуэлльских пикси по клеткам, в чём и заключалось наказание. Все-таки многообещающее начало года. Виктория

***

Девочка сидела в туалете и не желала попадать хоть кому то на глаза, не то что приходить на занятия, но, делать то нечего. Так что взяв себя в руки и высоко вздёрнув аккуратный подбородок мисс Редверс вышла из туалета. Первым уроком была трансфигурация, в целом не сложно. Сириус и Джеймс опять решили что-нибудь учудить и притащили навозную бомбу, но потерпели неудачу и профессор МакГоннагал быстро поняла, что к чему и заставила мальчишек трансфигурировать то, что они притащили с собой. Тут их тоже ждала неудача. По итогу бомбочка осталась с ребятами до конца урока, портя воздух во всём классе. Она действительно мешала работать, так что парней прокляли уже лет на десять. Урок был не самым интересным. Они просто трансфигурировали бокал в жабу. Виктория учила программу первого курса уже с десяти, так что ей это далось легко и девочка принесла своему факультету десять очков. Второй же урок ЗОТИ выдался куда более весёлым. Пока профессор что то объяснял на его стуле появилась чёртова навозная бомба. Но теперь она сработала. Неповезло мужчине. Да и ученикам, зловонный запах разнёсся по всему кабинету, но больше Викторию огорчило то, что с факультета едва не сняли баллы, которые она собственным трудом зарабатывала. Девочка кинула взгляд, который так и кричал «Я убью вас и ваших близких используя только зубную щётку». Такой взгляд на неё иногда бросали отец и мать. Теперь, вот так, смотря на мальчиков из подлобья она стала маленькой копией отца, неимоверно на него похожа. Виктория ликовала, когда Поттера, Блэка и Петтигрю оставили на отработку, а её баллы оставили жить дальше. Оставалось ждать следующего урока.