⋆ ˚｡⋆୨୧˚

Иво, успевший привыкнуть к Лу, что была у него дома чаще, чем кто-либо, уже не удивлялся ругани, исходящей у него из под бока. Лу ворочалась, ругалась и хмурилась, заставляя Мартена лишь умиротворённо улыбаться. Он проснулся рано - привычку жаворонка никуда не денешь, хотя, дело было больше в том, что Иво чаще всего в принципе мало спал. Особенности его работы Приором заканчивались не только на устоявшемся уважении и количестве получаемых денег. Но маленькому количеству часов сна он не жаловался - привык. Короткие пряди золотистых волос, что из-за игристого солнечного цвета будто пылали, распластались по всей подушке. Некоторые из-за постоянных телодвижений Лу попадали ей на нос, мешаясь, после чего сонным и недовольным голосом поступало излюбленное "крэп". Рука недовольно и порывисто смахивает их, после чего прилетает обратно на бледное и улыбчивое лицо Иво, который к такому привык и подавно. Он секундно жмурится, укладывает женскую кисть удобнее и продолжает любоваться яркой красотой, демонстрируя самый нежный и спокойный взгляд. Мартен, взглянув на время, решает, что организовывать подъём нужно, хоть и не хотелось. Да и будить псионичку было себе дороже. Он заторможенно целует её в лоб раз, после второй, и на третий прибавляет пальцы, проводя ими по прядям. Лу морщит нос, но всё же просыпается, открывая взор на любимые чёрные глаза, чуть ли не сливающиеся со зрачками, и такие же по красоте и цвету волосы, густо спадая водопадом по бледным плечам. Рид лениво потягивается, пряча часть лица в подушке. – Доброе утро. – звучит от неё недовольно, как может показаться на первый взгляд не знающему её человеку, но она просто не до конца проснулась. – Доброе, – Иво начинает улыбаться сильнее, вглядываясь в девушку с излюбленной хитринкой в глазах. – Прости, что нарушил твой сон, но нам нужно на собеседование. – Вот же.. – Лу морщится, зарываясь в подушку окончательно, из-за чего следующие слова звучат менее внятно. – Совсем забыла про него. Мне же идти туда не в чем. – А я и не думал, что ты страдаешь проблемой "я не знаю, что мне надеть". – Ну не попрусь же я туда в той одежде, в которой пришла к тебе вчера. И ехать переодеваться не вариант - не успею. Беретти потом все мозги за опоздание промоет. Голос девушки уже давно стал недовольным, но больше из-за самой ситуации и незнания того, как её решить, нежели пробуждения. Иво замолкает на несколько секунд, обдумывая. – На низ никто смотреть не будет, а на верх возьми одну из моих рубашек. Лу действительно так и поступила. Схватила первую попавшуюся под руки белую рубашку с красивой чёрной вышивкой какого-то узора, что была с самого края. Чуть недовольной ругани, смазанного и теплого поцелуя куда-то в уголок губ - и вот они уже сидят в большом зале за длинным столом. Каждый стул был занят какой-то важной шишкой, имена которых Рид едва знала. Переговоры прошли обычно, но странный, словно двусмысленный взгляд Даниэль настораживал. Как только Рид не пыталась узнать причину такого довольного взора - и хмурилась, смотря глаза в глаза, и вскидывала бровь, и делала слабые кивки головой с немым вопросом "чё такое то?". Что было ещё непонятнее - смотрела так только Вейс, даже Приор не кидал на неё такие взгляды, полностью погружённый в разговоры о каких-то произошедших облавах. После всех разговоров, которые доходили до Лу только обрывками, она дождалась, пока все ненужные, а именно все, кроме Приора и Дани, выйдут. Псионичка уже открыла рот, чтобы выпалить терзающий её вопрос с самого начала собеседования, как Вейс опережает: – Лу, а тебе идут рубашки Приора. Любимые рубашки Приора. Рид впадает в ступор и хмурится. Даниэль улыбается, Приор улыбается, а ей так и хочется шибануть обоих. Но секретарша быстро подрывается и оправдываясь какими-то срочными делами, уходит. Лу, сложив руки на груди, смотрит на Приора и скептически приподнимает бровь. – Крэп, я что, твою парадную рубашку стащила? – Иво усмехается. – Чё не сказал то? – Даниэль права. Тебе слишком сильно идут мои любимые рубашки.