4 Глава. Повязки

В настоящем времени Жана не было: он потерял связь со временем ещё утром. Голоса окружающих были где-то далеко, фигуры одноклассников и учителей даже не пытались перестать размываться. Жан старался сосредоточиться на чём-то другом, но слова классного руководителя прочно засели в голове. Ваш одноклассник, Марко Ботт, вчера не вернулся домой. Он пытался зацепиться за хоть какую-то деталь, чтобы понять причину произошедшего. К сожалению, вопросов становилось только больше. Да, у Марко были проблемы в отношениях с матерью: эта вычурная женщина родила сына в старшей школе, так и не закончив её. Теперь же она клюёт Марко буквально за всё и, конечно же, за оценки тоже. Могла ли она что-то с ним сделать? Жан в этом сомневался, ведь тогда бы погиб её "проект". Кроме Кирштейна о ситуации в семье Ботта не знал никто. Что же вчера произошло? - Эй, дружище, - Райнер пошатнул его за плечо своей крепкой, но поддерживающей рукой, - Я не могу сказать, что полностью понимаю тебя...Но и отвлечься не помешает. - Вообще-то, мы мелодию к твоей песне репетируем, - добродушно поддел Конни, - Не хочешь помочь? Жан поднял отрешённый взгляд, возвращаясь в реальность. Его внимание привлёк Армин, который, видимо, снова зашёл помочь. - Марко ничего тебе не говорил в последнее время? Арлерт помолчал, но потом досадно помотал головой. Тревога росла. С каждым часом отвлекаться было сложнее. Как тут можно заниматься своими делами, когда Марко, возможно, сейчас происходит что-то ужасное?! Да, полиция уже расследует это дело, но она не знала Марко лично, не выслушивала все его секреты, не помогала ему сбегать с балкона ночью, не проводила с ним почти каждый день. И что же сотрудники делают сейчас? Допрашивают его мать, которая кроме "Он был хорошим мальчиком" и "Смотрите, какая у него грамота есть!" сказать толком не может. Тревога сменилась страхом и раздражением одновременно. Бесила неизвестность. Когда Жан встал, сразу же отмахнулся от цепкой руки Эрена, который уговаривающе крикнул: - Жан, подожди, просто выдохни! Конни, Армин и Райнер стояли позади и не могли дотянуться. Сбоку он заметил две светлые тучки, в которых, казалось, промелькнул солнечный лучик: Микаса смотрела на него с более сложными эмоциями, чем она ему когда-либо показывала. - Жан, послушай... Настойчивый и мягкий голос Аккерман, каким бы прекрасным он ни был, Жан не слушал. Знала бы Микаса, что прямо сейчас ему дико хотелось упасть в её объятия, защититься от валуна мрачных мыслей; чтобы этот день оказался дурацким сном. Но он с трудом отвёл от неё взгляд и вылетел из помещения музыкального клуба. Думать времени не было. Если бы Жан замедлился хоть на секунду, его сердце не выдержало бы от страха: ноги несли его дальше от школы. Он бежал по знакомым улицам, но недолго. Недалеко от школы находился заброшенный и небольшой пустырь, давно заросший травой. Ещё в детстве они с Марко лазили по нему каждый день, придумывая замысловатые сюжеты игр. В итоге на самом неприметном месте была построена "крепость" из старых досок, которые они нагло стащили у кого-то. Ступая по траве, Жан уже хорошо видел "крепость", но сердце пропустило слабый удар, когда он заметил у входа лежащую фигуру. Опасения оправдались: Марко лежал на земле с портфелем под головой. - Марко! Эй! Марко!! - старшеклассник тут же начал трясти друга, не контролируя силу, так как паника завладела телом. Что-то тяжёлое исчезло из глубины, когда веки Ботта дрогнули, а сам он поморщился. Жан замер, наблюдая как он переворачивается на спину и открывает глаза, щурясь от солнца: - Жан? Что ты тут делаешь? - Я?? - с искренним изумлением воскликнул он, затем глаза наполнились негодованием. - Ты всю школу на уши поднял! Полиция подключилась...Где ты был вообще?! Услышав слова про школу, Марко сел на месте, приложив руку к голове: - Всю школу? Как...уже утро? - Шадис сказал, что ты вчера домой не вернулся. Что случилось? - Ничего...Я просто не пришёл домой. Не хотел, - глаза Марко потускнели; он встал, оттряхивая штаны. - Ты сказал, полиция...? Нет, я...Я просто здесь хотел посидеть до поздней ночи. Ты занят был, я не хотел с ней разговаривать. Видимо, случайно... Жан глухо рассмеялся, можно хлопнув Ботта по плечу: - Только ты бы умудрился такое вытворить...Идём. Твою мать, наверное, всё ещё допрашивают, как раз явишься. Неделя пролетела быстро. Полиция прекратила расследование, как только Марко вернулся. Вопросов не задавали, просто посмеявшись над всей ситуацией. Сам Марко же теперь чаще оставался у Жана с ночевой. Скорее всего, мать сделала ему выговор, к чему Ботт уже давно привык. Не то чтобы Кирштейн был против ночёвки с другом, но всё же было тревожно. Деятельность музыкального клуба продолжалась, только репетиции изменились: песню Жана отложили, потому что учителя дали им другой текст, чтобы подготовиться к празднику. Задумавшись, он вздрогнул от прикосновения к плечу, чуть не ударив локтём по окну. - Что...ты делаешь? - осторожно уточнил Жан, чувствуя как Микаса бережно измеряет обхват его руки, слегка коснувшись его кожи через рубашку. - Повязки с прошлого года выглядят не очень. Мы будем новые делать. Саша, ты записала? Браус, которая стояла сбоку, кивнула, старательно чиркая ручкой в блокноте. Вот бы у всех были невидимые повязки, которые не давали бы потеряться среди усталости и мечтаний. Накрыла лёгкая грусть из-за того, что Аккерман так быстро отдалилась. Совсем скоро в их школе наступит День Спорта. Это его шанс, проявить себя перед Микасой.