Часть 1

Кисть, палитра, мольберт. Исчезают границы и стены. Тема древних богов неясна, тяжела, непроста. Живописец бросает энергию личной вселенной Из открытой души на двухмерную плоскость холста. Зажигаются звёзды, сияя во мраке, как стразы. Души воинов света — могучая, грозная рать, И плывут в пустоте облаками замёрзшего газа Те, кому в мастерской не бывать, не сидеть, не дышать. Ничего, что наброском — ещё не закончено, сыро. И не ясно, коснётся ли эта работа сердец, Но уходит в картину песчинкой тревожного мира, Или даже сверхновой звездой, живописец-творец. В переливах оттенков — на чьи-то вопросы ответы. Вечных творческих сил по холсту разливается медь. Души спящих богов прикасаются к искорке света, Чтоб свою пустоту у огня хоть немного согреть. Мне бы в этой картине горячие звёзды послушать, И понять, для кого демиург приготовил дары. В мёртвой пыли небес оживают замёрзшие души, Заполняя собой обожжённые светом миры. В них морская вода и деревьев зелёные листья, Золотые плоды и змеёй — виноградная плеть. Мастер прячет протертые маслянной тряпочкой кисти: Скоро новой идеей душе неспокойной болеть.