Часть 3. Блеф, что доставил удовольствия.

— Погоди, киц! — уже на автомате называя ее ласково, он бежит за ней. Вроде бы утром она не противилась такому приторному прозвищу как - «киц». Украинская сладостная и шелковая речь. — Снова кофе предложите? Спасибо, утром уже перепила. — она узнала его голос как бы то ни было, даже не оборачиваясь назад. Посыпались капли дождя, как напоминание о предупреждении синоптиков с утра. Ветер был теплый. Девушка молча подошла к машине и оперлась об дверь. Вытащила приторного вкуса электронную сигарету и не стесняясь пустила пар, который под порывом ветра понесся к уже подбежавшему Кириллу. Носовые рецепторы ощутили вкус арбуза. — Не злись ты на брата. И на моего тоже… — он подобно школьнику, стеснительно оперся об ее машину. Вдруг луч солнца вытесняясь среди туч, все же разлился по асфальту, задевая лицо девушки. Она посмотрела на небо и сощурилась, от яркого солнца, которое с минуту на минуту снова утонет в серых облаках. Кирилл засмотрелся на нее, а она нарушила молчание. — Зачем извиняться? Мы не виноваты что у нас "такие" братья. — молчит и вдруг смеется так заразно. — Шо ты? Улыбайся вот так почаще. Тебе идет. — и он также один глаз закрыл, от того самого же солнца. — Спасибо. Так это вы записываетесь у брата моего? — Я записываюсь. Макс всегда со мной. А из за чего повздорили то с Тёмой? Слышал - ты там кого-то в задницу посылала. — улыбнулся он. — Его. А в остальном рэпера я к слову добавила. Классный кстати. T-Fest вроде. Слышал о таком? Все утро вот плэйлист его слушаю. — Понравилось хоть? — он будто хотел сказать что-то другое, но замолчал вовремя и задал другой вопрос. — Впервые его услышала сегодня. Что-то в этом есть… — снова затягиваясь электронкой, жестом предложила ему. Он взял и тоже затянулся. — Ну скажи, понравилось или нет? — будто бы хитро ухмыляясь, Кирилл наклоняет голову набок. — Ну раз уж с утра - на репите стоит, то конечно понравилось. Так на этой неделе ты и этот Ти записывается, получается? — Не. Я и Ваня Дорн. Камила резко отшатнулась от машины и глянула ему в глаза. — Так это ты? T-Fest? Ну блефовать ты умеешь. Они рассмеялись. — Фамилию забыла…утром Тёма не переставая повторял одну и ту же фамилию! Нез… — Незборецкий Кирилл Игоревич. Или шо он повторял? — замолчали оба, засматриваясь в глаза. То в карие, то в голубые залетали блики солнца. — Точно…кхм. Ладно, Кирилл Игоревич. Иди уже. Кажется, у Тёмы настроение уже не такое хорошее. Камила пряча глаза, открыла машину юркнула в салон, где пахло чем-то сладким. Жвачки, стакан кофе и пачка женских сигарет валялись у коробки передач. Ти не дал двери закрыться. — Мы еще увидимся? — Если еще раз пожертвуешь своим кофе, Незборецкий. Давай, пока. — улыбнувшись в последний раз, она закрыла дверь, завела машину и уехала. Взгляд Ти прилип к уезжающей машине, до самого поворота. Осадок остался вместе с запахом электронных сигарет. А девушка почему-то через секунду забыла об этом милом диалоге и расплакалась. Питер улыбался ей через лобовое стекло, но за счет слез - картинка мутнела постепенно. Обида, что зажглась на брата, потушил Кирилл. Но наедине с собой - пепел заискрился и она снова почувствовала то, что преследует последние три года. Одиночество. В этом ебучем мире - она концентрировалась только на себе. На учебе и на карьере. Всю жизнь гоняясь по горячим следам брата, кажется она и забыла - что он у нее есть. И слово «любовь» - пропало со страниц книг. Лишь формальности, документы, дедлайны. Ну и звонки, в которых лишь иногда пролетали слова, по типу «скучаю, систр». Еще немного и Камила совсем забудет - какого это быть значимой. Быть в омуте чувств. Вся в слезах хлопая дверцей машины, она даже не замечает что оставила в ней телефон. Похер на все, срочно хочется вина или еще чего-то покрепче. Шмыгает носом и исчезает у дверях подъезда.

***

Наступает вечер в городе, что молодежи на улицах все больше и больше. Лето. В студии уже сотый раз пропевают один и тот же альбом, по несколько раз. Артём тяжело выдыхает и чешет узкую бороду. Он в самом деле не был похож на Камилу, только если не брать в счет коричневые, в цвет шоколада глаза. — Пацаны, перерыв! 15 минут, окей? — крикнул Артём, зажимая кнопку, чтобы те услышали его за стеклышком. — В нашем случае перекур. Киря, я на улице жду! — Макс, который ждал на диванчике брата, вытащил с сумки пачку сигарет и направился на улицу. Но это не обозначало, что в студии не воняло именно табачными изделиями. Помещение пропиталось ими. — Алло, да-да. На послезавтра в 14:00. Адрес…ща, погодите. — Тёма не терял перерыв на тот же перекур, а сразу созвонился с кем-то. — Только шоб хорошо запаковали, у сестренки день рождение! Та сейчас, скажу, минутку. Кирилл остановился у выхода, меняя ракурс к хозяину студии. Адрес. — Нашел, блять. Адрес записывайте! Улица Миллионная 22, квартира 406. Записали? Все, от души. — грубо кинув телефон на аппаратуру, он улегся на кресло, продавливая его назад. — Сестре подарок? — оперевшись на арку двери, спросил Киря. В голове он крутил адрес Камилы, чтобы ни дай Бог забыть. — Ну. Ничего другого не придумал, кроме новой кофе машины. Кофеманка моя… — открыл он обои на телефоне и повернул к Кириллу. Об этой любви к сестре, не знала сама Камила. К сожалению. Кирилл улыбнулся и быстро нащупал телефон в кармане. Открыл заметки и записал - Миллионная 22, кв. 406. Осталось молиться, что это и вправду ее адрес. В вечно занятом Ти-Фесте просыпался влюбленный подросток. Не терпелось сесть в машину и поехать в центр Питера за кофе, следом чтобы постучаться в ее дверь.

***

Ноутбук открыт во все двести семьдесят градусов, откуда орет песня «Лонели». Грузинское вино и одинокий бокал убаюкивают одинокую девчонку. На столе свежий окурок, хоть она и к сигаретам редко возвращается, отвлекая себя электронками. Тук! Тук! Тук! — Пошел нахрен, Тёма! — кричит она и снова заполняет половину бокальчика на тонкой ножке. Оставляет напиток дышать и идет открывать дверь, чтобы послать брата. — Нахрен это на этом этаже, малая? — улыбается он и обводит взглядом с ног до головы. Ее шорты в полоску и футболка размера XL яро кричит о запахе ментола и порошка. — М-м-м… — она так вальяжно выглядит и криво ложится к арке двери. — Кица, малая… такая у тебя вкусная речь, Ти-Фест. — Какая-та ты особенно веселая. Выпила шоль? — он оглядывается за ее спину, чтобы убедиться нету ли там никого «бывшего». — У меня в этом городе никого нет. Имею право. Зачем ты здесь? Адрес откуда? — Адрес хитро стыбзил. А приехал чтобы покумекать. Еды купил нам… — с каждым сказанным словом он так мило смущался, явно показывая, что не помнит - какого это делать первые шаги. — Заходи, кормилец, покумекаем. — она открыла ему вход и прикусывая губу, улыбнулась. Нарастала атмосфера.