1 – Лезвие ножа

Ли Мунбёль. Имя Мунбёль означает «сияющая», «яркая», «звезда». Девушка, носящая это имя, действительно обладала яркой внешностью и множеством талантов. По крайней мере, так её видел Кан Мирэ. Для него она была подобна падающей звезде – мимолетное видение, но настолько запоминающееся, что невозможно забыть. И вот мужчина, который, казалось бы, должен был сосредоточиться на своих обязанностях нового вербовщика, но… Ли Мунбёль, 26 лет, уже около года работала главной, а по совместительству и единственной, горничной в огромном особняке господина Ин Хо. Даже такая, казалось бы, простая работа, как уборка, в таком большом доме легко превращается в каторгу. Для занятого господина, не желавшего жить в грязи и пыли, помощь молодой девушки была неоценимой. *** Их первую встречу сложно назвать особенной, но для Кан Мирэ она стала чем-то значимым, чем-то, что вскоре полностью захватило его мысли. Это произошло в первые месяцы его пребывания в особняке господина Ин Хо, с которым он был неразрывно связан общим делом. Они обсуждали предстоящую игру, которая должна была состояться меньше чем через год, когда их беседу прервал тихий стук в дверь кабинета. – Господин Ин Хо, это Ли Мунбёль. Можно войти? – раздался незнакомый женский голос. Мирэ удивился – кого еще, кроме хозяина, его гостя и охраны, можно было встретить в этом уединенном, почти мрачном доме? Получив короткое разрешение, в дверном проеме появилась невысокая девушка, в длинном черном сарафане, поверх которого был надет белоснежный фартук. На руках – такие же белоснежные перчатки. Она словно сошла с картинки, воплощая собой типичный образ горничной из сериала. Прежде чем заговорить, девушка учтиво поклонилась обоим мужчинам. – Господин Ин Хо, прошу прощения за беспокойство, но… – начала Мунбёль четким, но мягким голосом. Мирэ, казалось, не вслушивался в суть её слов, осматривая симпатичную мордашку незнакомки. Длинные черные волосы, собранные в хвост. Почти полное отсутствие макияжа, лишь выразительные темные глаза и небольшой шрам на левой щеке. Милые, но словно уставшие черты лица, безразличное выражение. Мунбёль пришла уточнить какие-то рабочие моменты, но Мирэ, не скрывая дружелюбной улыбки, ловил каждую деталь её образа. Это не была любовь с первого взгляда – слишком банально, да и для его возраста несерьезно. Но интерес, несомненно, возник. Но увы, через несколько минут, вновь поклонившись, девушка попрощалась и вышла. *** С того дня всё изменилось. Если раньше Мирэ не обращал внимания на окружающее, то теперь он постоянно пытался уловить хоть малейший намек на присутствие горничной. Интерес требовал своего. Искать долго не пришлось. Их первая личная встреча оказалась… сумбурной. Иначе и не скажешь. – …Господин Ким Мирэ? Взаимно. Но мне нужно работать. Хорошего дня, – голос девушки прозвучал холодно в ответ на дружелюбное приветствие Мирэ. Конечно же, он не мог просто так сдаться. Не обращая внимания на удаляющуюся фигуру, мужчина тут же пошел следом. – Ну-ну, понимаю, дел невпроворот! В таком доме уследить за всем непросто, но может, уделите мне минутку? – Оптимизму Мирэ можно было только позавидовать. Его сияющая улыбка, казалось, только раздражала Ли. Она не стала огрызаться или грубить. Просто закрыла перед самым носом мужчины дверь кладовки, где хранились чистящие средства и прочие принадлежности для уборки. Перед этим бросив на него раздраженный взгляд из-под суженных бровей. Темные глаза превратились в щелочки, словно у кошки, выпустившей когти, готовой в любой момент расцарапать лицо Кима Мирэ, хотя лапки и были спрятаны под белой тканью перчаток. Мирэ, конечно, не ожидал, что девушка падет к его ногам при первой же встрече. Но всё же надеялся на более тёплый прием. Он не унывал, но был слегка озадачен. Вроде бы виделись впервые, повода для неприязни он не давал. Странно. Но начало, как он считал, было положено. *** Прошло около двух месяцев, прежде чем они снова заговорили. Конечно, не считая того, что Ким при каждой, даже самой мимолетной, встрече здоровался с девушкой и, обворожительно улыбаясь, расспрашивал (или, по крайней мере, пытался расспросить) о её делах. Это дало свои плоды: Ли, хоть и с прежней отстраненностью, но всё же отвечала. Кратко и по делу, из вежливости интересуясь в ответ о самочувствии мужчины. Удивительно, но даже такие короткие разговоры заставляли Кима улыбаться шире, оставляя в душе приятное тепло. Нельзя сказать, что он был обделен женским вниманием и бегал за каждой юбкой. Возможно, всё дело было в настойчивой отстраненности девушки, которая, пусть и неохотно, пробуждала в Мирэ желание, из вредности, растянуть эти разговоры. Сегодняшний вечер был на удивление спокойным. Лишь тихий стук дождя за окном создавал особую, немного меланхоличную атмосферу. Ким, как обычно, заглянул на обширную кухню. Он решил остаться на ужин у господина Ин Хо, предварительно поинтересовавшись, не будет ли тот против его компании, и, конечно же, взяв все приготовления на себя. Их отношения, связанные исключительно работой, были довольно странными, но в них чувствовалось что-то… теплое, что ли? Хотя это определение было довольно натянутым, да и род их деятельности не располагал к подобным сантиментам. Насвистывая заевшую мелодию, мужчина, погруженный в свои мысли, вовсю готовил ужин. Внезапно он почувствовал чье-то присутствие. И чутье его не подвело! Позади него, юрко проскользнув на кухню, стояла Мунбёль. Спиной к мужчине, она перебирала в руках банки с какими-то травами, судя по всему, очередной чайный сбор. Девушка явно не собиралась задерживаться в обществе Кима, даже не поздоровавшись. Но у мужчины на этот счёт были другие планы. Аккуратно отложив венчик, он бесшумно повернулся к девушке, словно боясь спугнуть её. – Госпожа Ли, от кого прячетесь? – раздался знакомый весёлый голос. Ким, не скрывая довольной улыбки, стоял прямо за её спиной. Мунбёль, занятая осмотром стеклянных банок с чаем, кофе и другими напитками в кухонных шкафчиках, хотела быстро проверить запасы, сделать заметки о том, что заканчивается, и незаметно выскользнуть обратно. Закупкой высококачественных продуктов и всего необходимого для особняка господина Ин Хо занималась именно она.Неожиданный голос заставил её практически подскочить на месте и резко обернуться. Глаза девушки широко распахнулись при виде того, кого она так старательно избегала. «Точно напуганная кошка», – подумал про себя мужчина, сдерживая смех. – Господин Ким, радуйтесь, что нам на работе не выдают оружие… Невежливо так подкрадываться, – проворчала Ли, окидывая мужчину привычным недовольным взглядом. Но даже такие мелочи тешили Кима, подталкивая его ещё больше поддевать девушку, чтобы увидеть на её лице хоть какие-то эмоции. – Я тоже очень рад вас видеть, – пролепетал Мирэ, словно не замечая её прищура, и улыбнулся ещё шире. – Уверен, вы бы не направили на меня пистолет! Оружие вам не к лицу. – И снова эта двусмысленность. Комплимент или издевка? Решай сама. Мунбёль, оставив его слова без комментариев, надеялась поскорее закончить дела на кухне и скрыться от назойливого взгляда. К её удивлению, Ким не стал приставать с расспросами и вернулся к приготовлению ужина. Но даже на расстоянии Ли чувствовала на себе его озорной, насмешливый взгляд, прожигающий в её затылке дыру. Она невольно поежилась. Пока оба занимались своими делами, вокруг них повисла напряженная атмосфера. Девушка и до встречи с Мирэ была раздражена, а его присутствие лишь усиливало это чувство, сковывая её движения. Мунбёль не отрывала глаз от телефона, проверяя запасы продуктов на просторной кухне и делая заметки. Но даже это не ускользнуло от внимания мужчины. Выдержав паузу, он заговорил своим обычным довольным тоном: – Госпожа Ли, всё хотел у вас спросить… Как вам идея обменяться номерами телефонов? Мы оба частые гости в этом особняке, не лишним будет поддерживать связь. Так, на всякий случай, – Ким перевел взгляд на слегка ошарашенную девушку, которая перебирала специи на полках. – Да и я хотел бы узнать вас поближе… – И снова эта довольная улыбка. Мунбёль, словно компьютер, обрабатывала услышанное, пытаясь понять, что за чушь несёт этот мужчина. Она не была вспыльчивой, но у неё имелись веские причины невзлюбить Кима с первого дня их знакомства. Но ладно бы разговоры… Просить номер телефона в такой лёгкой и непринужденной манере, учитывая их напряженные отношения? Это уже наглость и откровенная насмешка! – Знаете, вы правы хотя бы в одном: с оружием я не в ладах. Увы, маникюр не позволяет… – медленно произнесла девушка, спокойно подбирая слова и не глядя на собеседника. Внезапно в наступившей тишине раздался громкий удар. Буквально в нескольких миллиметрах от пальцев Мирэ пролетел нож, который девушка держала в руках, и воткнулся в деревянную кухонную доску позади него, там, где он только что намешивал соус для ужина. В мгновение ока, стоило мужчине ослабить бдительность, Мунбёль тут же воспользовалась ей, выхватив из ящика кухонный нож. Теперь, стоя лицом к лицу с Мирэ, она прижала его к кухонной стойке, которая упиралась ему в поясницу. Крепко сжимая рукоять ножа одной рукой, а второй опираясь на стойку, она зажала мужчину между собой, не давая ему сделать и шага. – Но в обращении с ножами я вам не уступаю, уж поверьте, – закончила Мунбёль, остановившись в паре сантиметров от его лица, хотя для этого и приходилось задирать голову к верху. Она не сводила с него горящих глаз, словно голодный зверь, выследивший жертву. – А теперь будьте добры прекратить маячить перед глазами со своими назойливыми приставаниями. Мы с вами не друзья и не приятели. Максимум – коллеги, и то с натяжкой. Мой номер вам ни к чему, так что оставьте эту идею и занимайтесь своими делами, – почти прошипела она, всё так же формально, но с явным раздражением. Воздух между ними словно наэлектризовался. Казалось, они могли слышать биение сердец друг друга даже сквозь одежду. Мужчина чувствовал, как вздымается её грудь, как её дыхание касается его губ, как её руки, зажавшие его между собой и стойкой, слегка касаются его тела. Глаза Мирэ расширились, но не дрогнули под невысказанной угрозой, исходящей от горничной, не считая, конечно, угрожающе поблескивающего в свете кухонных ламп ножа. Словно лишившись дара речи, он мог только рассматривать черты её лица, оказавшегося так близко. Но даже под её тяжелым взглядом он не удержался и опустил глаза ниже, скользнув по яркому шраму на её щеке, похожему на ожог. Сейчас ему больше хотелось увидеть её улыбку. Улыбку, которую он видел впервые за всё это время. И он бы соврал, если бы сказал, что эти горящие чёрным омутом глаза и эта… нет, не улыбка, а настоящий оскал… не заставили его внутренности сжаться. Она напоминала Чеширского кота с растянутой улыбкой, обнажающей зубы, готовые, казалось, в любой момент впиться в его сонную артерию. Мирэ не сомневался: произнеси он хоть ещё одно не то слово, она тут же вцепится в него. Не зубами, так ножом. То, как медленно опустился взгляд мужчины, не ускользнуло от Мунбёль. Напротив, она словно нарочно молчала, прожигая его своим взором. Было непонятно, злится ли она на самом деле или просто пытается запугать. Впрочем, Кима это не волновало. Слишком желанно выглядела её улыбка, оказавшаяся так близко. А Ли словно позволяла ему пялиться, не замечая, как расширились его зрачки и каким сбивчивым стало его дыхание. – Надеюсь, мы договорились и закроем эту тему? Всего доброго, господин Ким, – наконец произнесла она после долгого молчания. Судя по всему, не только Мирэ засмотрелся на чужое лицо. Не дожидаясь ответа, девушка оттолкнулась и быстро удалилась. Словно между ними не было этой напряженной перепалки, словно они вели обычный разговор. И хорошо, что она не обернулась, прежде чем исчезнуть в дверном проёме. Иначе заметила бы, как лицо Кима стремительно покраснело до кончиков ушей и как он нелепо, словно школьник, застигнутый врасплох, пытался скрыть свой натянутый под одеждой пах. Единственная вразумительная и одновременно пугающая мысль, промелькнувшая в его голове, была: «Это было чертовски горячо». Ким остался стоять посреди кухни, пытаясь отдышаться. Прикосновение её тела, пусть и мимолетное, обжигало кожу. Он провел рукой по волосам, все еще чувствуя фантомное давление её пальцев на своей пояснице. В голове царил хаос. Страх, возбуждение, смущение – все смешалось в один гремучий коктейль. Он никогда не встречал такой женщины. Острой на язык, но в то же время – притягательной. Выйдя из оцепенения, Ким неловко кашлянул и поправил одежду. Мысль о номере телефона пришлось отложить, по крайней мере, на время. Но образ Мунбёль, с ее острым ножом и еще более острым языком, прочно засел в его голове. Он поймал себя на том, что невольно улыбается. Внезапно в животе неприятно заурчало, напоминая о прерванном ужине. Аппетит пропал. Теперь его мысли занимало совсем другое. Он готов был терпеть ее выпады, ее колючие взгляды, ее опасную близость. Лишь бы вновь увидеть эту улыбку. А может и почувствовать эти с виду нежные, но явно имеющие твердую хватку руки в аккуратных перчатках, что сжимали бы его шею. Лишь бы снова увидеть эти ямочки на щеках, усмешку и огонь в глазах. Блядство.