Часть 26

      Адриан шел на пролом в свой кабинет, а Маринет бежала за ним, ибо его шаг был как 10 ее. — Адриан, что ты делаешь? — спрашивала она всю дорогу его.       Но он молча зашел в кабинет, достал из тумбочки бутылку виски, она уже была открыта и отпита почти на половину, достал оттуда же стакан и налил половину. — Адриан? Ты чего?       Парень выпил залпом, затем налил еще. Он окинул взглядом девушку, взял стакан и сказал: — Мне сейчас это очень надо. — Но это не выход, что ты этим добьешься? Это не исчезнет никуда. Если ты сегодня напьешься и забудешь, то завтра это все равно будет в твоей голове, как бы ты этого не хотел, — села она за стул, стоящий близко к Адриану.       Тот поставил стакан и сел напротив ее. Он смотрел в содержимо стакана, жидкость еще была в движении, когда стакан поставили на стол. — Маринет, ладно я, а ты как?       Она опустила глаза, сжала губы и потом ответила: — Не знаю, больше всего мне стыдно перед тобой. Я думала, что это ты, я говорила тогда в тот вечер такие вещи, а сейчас я сижу здесь, перед тобой, а ты не знаешь ничего, кроме произошедшего, понимая, что я чувствую к тебе. — Выпей, — пододвинул он стакан к ней. Его глаза встретились с ее вопросительными. — Выпей, пожалуйста.       Она сделала, как он и сказал. От того, что Маринет пила только вино, коктейли и алкоголь, не крепче 15-20 градусов, а здесь было все 40, да еще залпом не закусывая, Маринет сморщила нос и закашляла. — Теперь, я хочу, чтобы ты мне все рассказала, что было в тот вечер. Я уже версию слышал, а теперь хочу послушать твою. — Адриан, ты же понимаешь, что то, что я сейчас расскажу, тебе будет больно? если ты просто от половины того, что сказал Феликс, отреагировал так, а здесь…я даже не знаю. — Я хочу все знать, я обещаю, что я буду сдерживаться. Но я хочу знать. Я имею права. — Ладно. — Маринет выдохнула, и продолжила: — Ты уже знаешь про ресторан, как раз там, я сказала «тебе», что поцелуй с Феликсом, все это было игрой ради твоей ревности, — она сделала паузу и как-будто ждала реакцию Адриана. Но тот не проронил ни единой эмоции, а лишь слушал. — Дальше, он поцеловал меня. Подумав, что это ты, у меня снесло крышу. Мы пошли на улицу, за углом стали целоваться, началось обжимание, — Маринет тяжело выдохнула. Она понимала, что ей больно это говорить, ему больно об этом слушать, но он хотел знать всю правду. — Выпей еще, я понимаю, о чем дальше пойдет разговор, — налил он ей еще.       Маринет послушно выполнила, понимая, что опять будет тяжело пить, но это намного проще, чем все это говорить. — Дальше, мы пошли в номер, в отель. Там… Адриан, прошу, ты и так все понял, что было дальше, и зачем? Тебе приятно это слушать? — остановилась она. — Нет, мне больно, — сглотнул он, сжав кулаки. — Ну а зачем? — Продолжай.       Она начала говорить, что делал Феликс, ловя параллельно реакцию Адриана, не понимая, зачем он все это слушает. Когда она дошла до фразы «кончи мне, смотря в лицо», Адриан уже не из стакана, а из бутылки стал пить, словно там была вода, глотая так, будто жажда мучала его. — Маринет, — наконец сказал он, -вставай, — произнес он и встал, направившись на выход. — Куда? — Мы едем к моему отцу.