Глава 21. Слияние наших губ (18+)

Я лежал на кровати накрытый одеялом и смотрел прямо в потолок, и задумывался о том, что сейчас предстоит. Второго такого шанса точно в ближайшее время не будет, так что нужно отважиться сейчас. Мои мышцы начинали дрожать от одной такой мысли. С одной стороны, мне очень этого хочется, ведь Катя сама по себе уже не против. Она это показала тем что пришла ко мне на ночёвку, а ещё сильнее, когда мы целовались у неё дома. Но с другой, если что-то пойдёт не так, то последствия меня раздавят, будто на мелкую букашку. Ничего, живём всего один раз, так что если и идти во-банк, то всем и сразу. Пролежав в кровати ещё минут десять, я услышал, как дверь из ванной открылась и послышались шаги в сторону двери в комнату. Но Смирнова не зашла, а направилась почему-то наверх в мою комнату. Возможно она относит свою дневную одежду к себе в рюкзак, так что это вполне нормально. Когда я вновь услышал шаги уже со второго этажа, то я повернулся в сторону двери и сделал вид, что сплю. Дверь в комнату открылась, а дверном проёме показалась Катя, которая была одета в пижаму. — Так вот, зачем она брала с собой рюкзак… - догадался я. Она закрыла дверь максимально тихо и начала подходить к свободной половине кровати. Я лежал на дальней половине от двери, так что ей долго идти не пришлось. Через секунду, я почувствовал, как кровать прогнулась, давая понять, что она уже легла, а чуть позже и почувствовал, как она стянула не себя половину одеяло. Когда она улеглась, то я решил подсмотреть как она лежит. Едва открыв глаза, я немного удивился, что она точно на меня смотрела, будто ожидая, что я не сплю. — Так я и думала. Ты ведь ждал меня всё это время, Антоша? – спросила она шёпотом. Я немного покраснел, но дал свой ответ: — Да. Не хотел заснуть без тебя. Она немного засмущалась. Мне стало ясно, что сейчас самый лучший момент, чтобы начать действовать и признаться ей в своих чувствах. — Слушай, мне нужно тебе кое в чём признаться – начал я — Это для меня очень важно. Можно? Катя замерла и уже было ясно заметно, она поняла, что я сейчас ей скажу, но она лишь угукнула, дав понять, что готова услышать всё что я ей скажу. Сделав глубокий вдох сказал: — Кать, я тебя люблю. Я быстро отвёл взгляд, ведь было крайне неловко от такого момента. Смирнова будто вообще не пошатнулась и лишь продолжала на меня смотреть, будто она превратилась в статую. Стук моего сердца был слышан, наверное, на всю комнату. Мне не хотелось делать долгую паузу и продолжил: — Я это понял, когда мы с тобой впервые встретились на школьном крыльце. Хоть в комнате и было не так ярко, но вполне я вполне мог разглядеть её глаза. Они носились, по моему лицу, начиная от моей шеи и заканчивая моими губами. — Антош, я тоже тебя люблю. Когда мы сидели у меня на кухне, и ты меня утешил, я это тоже осознала. Её глаза начали намокать. Стало ясно, что сейчас отступать нельзя. Я положил свою правую руку её щеку и сказал: — Я рад что это взаимно. Только пожалуйста не плачь, рядом со мной тебе нечего бояться. Катя немного посопела и, я спросил у неё разрешения: — Можно? Она поняла про что я спросил и сделала кивок. Немедля ни секунды я впился в её губы, переводя руку с щеки на её талию под одеялом. Смирнова в свою очередь левой рукой обхватило меня за голову, а я её пальцы стали зарываться в мои русые волосы. Наш поцелуй стал углубляться, когда подключили языки друг друга. Воздуха предательски начало не хватать. Я начал привставать, принимая сидячее состояние, а Катя покорно сделала тоже самое. Ненадолго наш поцелуй был разорван, но усевшись мы продолжили этот поцелуй. Вдруг она начала медленно привставать и садится, а мои вытянутые вперёд ноги. Сам по себе я прижался к стене, занимая положение жертвы, которую зажали в угол. Мой пульс учащался, а давление в только росло. Когда Катя уселась на меня поудобнее, то обхватила мою голову двумя руками и просто впивалась в мои губы, будто это последний источник воздуха в этом мире. Мне же это нравилось, и я охотно отвечал на все её действия, обхватив её талию двумя руками. Поняв, что я теперь полностью в её власти, она начала нежно покусывать мою нижнюю губу. А также начала играться со мной, чтобы мне захотелось ещё большего. Я начал целовать ее так жадно, будто не могу без нее жить. Воздух также начал вновь закачиваться, но мне повезло, что Катя начала спускаться вниз. Это дало мне шанс набрать побольше воздуха. Вдруг я почувствовал, как она начала целовать меня в шею, а после делать укусы на ней. У меня произошёл флэшбек с тем самым сном, где она мне ставила засосы точно таким же образом. Мозг начинал отключаться, а мной начали двигать только желания. Я чувствовал, как она продолжает кусать мою шею. Лёгкая и приятная боль пробегала по всему телу, оставляя на моей шее засосы. Смирнова немного отстранилась и глядя в глаза сказала возбуждённым голосом: — Теперь ты точно мой, Антоша. Я инстинктивно обхватил Катю за спину и аккуратно, положил её на кровать, возвышаясь над ней. В таком положении я её рассматривал и понимал, что сейчас она полностью моя и ничья больше. В её изумрудных глазах читалась возбуждение и удовольствие от всего этого процесса, а её дыхание доходило заполняло комнату. Немедля, я впился в Катины губы и плотно обхватил её за спину двумя руками, тем самым, не давая ей шансов на побег из моего маленького рабства. Она же обхватило мою голову настолько крепко, будто держит меня в последний раз. Во время нашего глубокого поцелуя мои руки инстинктивно начали снимать верхнюю часть пижамы. Она не сопротивлялась, а даже помогла мне с этим, поднимая свои руки вверх. Передо мной встал образ Кати, которого я ещё не видел никогда. Даже во сне я не мог представить, что она может быть настолько красивой без одежды. Её верхняя часть тела была просто идеальна для меня. Я отбросил снятую одежду в сторону и начал целовать её шею. Она начала издавать лёгкие стоны, показывая, что ей это очень нравится. Мне этого хватило, чтобы знать, что останавливаться не стоит. Неожиданно для неё я впился в её шею зубами, и она издала громкий и протяжённый стон. Я отстранился от её шеи, и она спросила меня: — Петров, как я буду объяснять это своей маме? – Катя указала на место, где в будущем появится засос — Ты об этом не подумал? Я виновато отвёл взгляд и ответил: — Прости, Катюш. Я об этом серьёзно не подумал. Но вдруг Смирнова резко ответила: — Ты дурак, Антоша, но зато какой красивый, а самое главное – «мой» – последнее слово особо почеркнула. После этих слов я продолжить целовать её в области шеи, наслаждаясь каждой частичкой её тела. Катя закусила нижнюю губу от удовольствия и впитывала всё, что я делал. Я спустился вниз и добрался до её груди. Своими руками я быстро захватил их, начиная мягко массировать. Смирнова немного издала стон и спросила: — Признайся, ты ведь хотел сделать это с самой нашей первой встречи? — Ну… Почти – ответил я, продолжая этот массаж её груди. — Я так и знала Антош, что ты тот ещё извращенец. Не думала, что ты настолько можешь оказаться плохим мальчиком – отчеканила она. После этого, я приблизился к её груди своими губами и начал целовать одну из них, а другую продолжил массировать. Катя начала издавать протяжённые стоны. Меня это заводило всё сильнее и мне хотелось доставить ей ещё большее удовольствие от этого процесса. Я начал водить языком вокруг её соска, тем самым немного дразня её. Она начала громче стонать, но ничего не могла сказать. Поняв, что сейчас уже пора, я впился в этот сосок и начал прикусывать его зубами. — Ах, Антоша, это просто прекрасно, ах – сквозь стоны она. Когда я насладился этим моментом, то прикусил зубами кожу, вокруг того самого соска. Смирнова лишь издала незначительный стон, но ничего не ответила на это. Мне очень нравилось слушать то, как ей хорошо. Я переключился на вторую грудь и Катя продолжала наслаждаться схожим процессом. Моей целью было доставить ей максимум удовольствия от процесса, ведь её чувства для меня не пустое место. Думаю, что она точно так же думает, если уж позволяет мне делать с ней такое. Впившись в её второй сосок зубами Катя издала точно такой же протяжённый стон. Посмотрев на свои старания, я заметил, что девушка уже лежит и пытается отдышаться от всего этого процесса. Я прилёг рядом с ней и спросил: — Тебе понравилось? — Да – с отдышкой отвечала она — У меня это впервые и это было лучшее, что я когда-либо чувствовала в своей жизни. Я наклонился набок и сказал: — Если честно, у меня тоже этот опыт впервые. Я очень рад, что нам обоим понравилось. Катя также повернулась на бок и поцеловала меня в губу. — Спасибо, Антоша. Этот день я не забуду. А сейчас нам уже пора ложиться спать. Кстати, а сколько сейчас времени? Я посмотрел на часы и ответил: — Час ночи, а нам в школе нужно быть в девять утра. — Угу, ты пока ложись спать, а я скоро приду. — Хорошо – простой и краткий ответ. Катя встала с кровати и подобрав верхнюю часть своей пижамы с пола вышла из комнаты. По шагам я понял, что она пошла в ванну. Я улёгся на своё изначальное место и задумался. — Надо будет повторить это ещё когда-нибудь. Интересно изучить её навыки в этом деле дальше. Благо она может такие навыки показывать только на мне. Я очень рад, что с самого начала оказался прав, что она не такая какой кажется с самого начала. Думаю, нужно будет за такую ночь отблагодарить её с утра. Надо будет встать пораньше, где-нибудь в семь утра. Нужно будет придумать, что ей приготовить на завтрак, а сейчас лучше отдохнуть от таких мыслей и не загадывать наперёд. Я услышал, что дверь из ванной открылась и вскоре ко мне в кровать обратно легла Катя. Устроившись подобнее, она прижалась ко мне и сказала: — Спокойной ночи, Антоша. — Спокойной ночи, Катя – отчеканил я. Спустя буквально пару минут я погрузился в мир снов. Мне ничего толкового не приснилось. Скорее всего это так таблетки наконец-то начали действовать, ведь иначе закончившиеся кошмары объяснить сложно. Проснувшись на утро заметил, что Смирнова до сих пор спит, а время на часах было 6:55. — Фух, вовремя встал – понял я. Крайне аккуратно встав с кровати, я направился в ванну, чтобы принять свои уже привычные утренние водные процедуры. Завершив с ними, направился на кухню. Открыв холодильник, я начал придумывать, что можно приготовить, чтобы нам понравилось обоим. Кроме яичницы на ум мне ничего не пришло. Взяв несколько яиц из холодильника я уже постепенно начинал вспоминать то, как она делается.