Глава 23. Вторая жертва.

— Я пришёл к вам с объявлением о том, что нашли вашего Бабурина. К сожалению он был найден так же изрезанным, как и Матюхин - сказал милиционер. Во мне всё сжалось и меня начал переполнять страх. — Значит все мои сны реальны? - думал я — Да не может быть… Это ведь чистое совпадение, не более. Я чувствовал на себе приствольный взгляд лейтенанта. Посмотрев в его сторону и поняв, что он на меня смотрит, хотелось воскликнуть: «Это не я!». Неожиданно для меня, Тихонов направился в мою сторону, и не переставал отводить от меня свой взгляд. Подойдя к моей парте он спросил: — Петров Антон? «Откуда он знает что это я??» - этот вопрос крутился у меня в голове. — Встань, Петров! - приказным тоном сказала учительница. Я отодвинулся от парты и привстал со стула. — Я ничего не знаю. Я здесь не причём - произнеся это, надеялся, что от меня отстанут. — А тебя никто и не обвиняет. По крайней мере пока что - отчеканил мент. Тихонов положил свою папку на мою парту и спросил: — Ты с Семёном Бабуриным общался? — Да, мы не особо с ним ладили. При последней нашей встрече три дня назад, мы повздорили и подрались недалеко от его дома - ответил я. На мне повис озлобленный взгляд Пятифанова, который говорил о том, что зря я это сейчас рассказал. — Из за чего вы с ним подрались? - спросил лейтенант. — Он меня оскорбил, а после ещё пытался принизить меня при всех. Я его ударил… - последнее я сказал достаточно тихо. — Сильно? — Да нет, так. Я махнул кулаком по воздуху, показывая точно такое же быстрое движение руки. Тихонов посмотрел с недоверием на мой удар. Он будто подозревал, что у меня сил не хватит, чтобы так победить Семёна в драке один на один. — Всё ясно. — А можно вас спросить? - поинтересовался я. — Я слушаю - отчеканил он. — Недавно я видел одного очень подозрительного человека. Я не знаю, чужак ли это или кто из местных, но он неоднократно попадался мне на глаза. Лейтенант на меня смотрел с интересом и спросил: — А сможешь его детальнее описать? Он достал ручку с блокнотом и был готов записывать всё что я скажу. — Я нарисовать могу попытаться, только полностью лицо не смогу сделать. Я быстрым взглядом осмотрел класс и все смотрели на то, как я веду диалог с милиционером. Ко мне приходило ощущение превосходства над большей частью класса, будто я обладал такой информацией, которая недоступна никому другому. Среди всех взглядов я заметил, что Катя на меня смотрит как на героя. Рома смотрел на меня так, будто я сейчас сдал нас всех и при этом взял на себя преступление, которое не совершал. — Нарисовать? - переспросил он. Я лишь кивнул и угукнул в ответ. — Лилия Павловна, мы тут проведём следственный эксперимент? — Пожалуйста-пожалуйста - ответила она, направляясь к своему учительскому столу. Учительница достала из ящика листки бумаги и карандаши. Взяв их в руки, она их положила мне на парту. — Ну что Ван Гог, рисуй - сказал Тихонов. Я взял в руки простой чёрный карандаш и начал рисовать того самого человека, который приходил ко мне во снах. Карандаш носился по листку бумаги настолько быстро, будто я рисую его на скорость. Завершив с его внешней стороной, я принялся добавлять детали в виде чёрных ботинок и чёрных штанов. — Неужели ему не жарко в такой одежде ходить летом? - думал я. Я продолжил прорисовывать более детально верхнюю часть, но остановился на голове. — Всё? - спросил меня лейтенант. — Думаю да, с лицом крайне сложно, ведь я его практически не видел. — Что значит практически? - поинтересовался он, поднимая бровь вверх. — Я особо не всматривался в него. Заметил лишь, что у него заячья губа и чёрные короткие волосы. Всё остальное я не знаю - ответил я. Мент подошёл к моему столу и взяв в руки мой рисунок, осмотрел его. — Ты сказал заячья губа? - переспросил он. — Д-да - неуверенно сказал я, боясь, что мои показания окажутся ошибочными. Лейтенант заулыбался и сказал: — Это же тот самый заячья губа. Он у нас гастролировал недавно. Думал он здесь проездом, а он выходит здесь, отирается. Немного выждав паузу он добавил: — Ну пацан, ну молодец! Уже хоть какая-то зацепка. Он меня хлопнул по плечу, а я просто продолжил молча сидеть и впитывать всё, что происходит. — Константин Владимирович, у вас остались вопросы? - спросила Лилия Павловна. — Никак нет - ответил Тихонов. Милиционер направился на выход и произнёс напоследок мне: — Талантливый ты парень! Тебя в академию художеств с руками оторвут. Он попрощался со всем классом, и ушёл прикрывая за собой дверь. Лилия Павловна перешла за свой учительский стол. — Класс, нужно несколько человек, которые будут перетаскивать учебники из библиотеки. Бяша поднял руку и спросил: — А не проще их прямо в библиотеке распределить, на? — Игорь, ну-ка циц! Сказано в классе, значит в классе - ответила она ему. Бяша сел на своё место с непонимающим видом, ведь скорее всего было бы разумнее просто в библиотеке всё распределить. Спорить мне с ней не хотелось, и весь класс это просто молча проглотил. Мы направились в библиотеку на первый этаж. По пути ко мне подошёл Рома и сказал: — Молодец, Антоха. Не спалил, как мы чуть было свинью не забили. — А где ты так классно рисовать научился, на? - спросил бурят. — У меня с детства хорошо получалось - ответил я. — Круто, а я вот тоже немного художник. Паяльником по дереву выжигаю, на. Мамке на днюху тюльпан на разделочной доске сделал - сказал Бяша. Дойдя до библиотеки, мы в неё зашли и увидели, что учебники на тех же местах, куда мы их относили ещё тогда. Мы распределили свои обязанности, и стали постепенно носить по небольшой стопке учебников в 204 кабинет. Спустя примерно десяток таких походов туда-сюда, мы впятером перетащили все учебники. Когда мы занесли последние, то стали искать свои учебники по номеру, который вписывали ранее в листочки. Собрав все нужные учебники для себя, я начал их переносить к себе на парту, а после загружать к себе в портфель.