Часть 1

      Раннее весеннее солнце залило комнату, будя лежащего на кровати в углу парня, который сегодня откровенно не собирался никуда вставать. Нет, у него не было проблем с ранними подъёмами, приучили к этому его ещё с детства, но вот в школу... именно в школу вставать ой как не хотелось... Всё же пересилив себя, Ункас змейкой сполз с кровати сначала на пол, а потом уже встал на ноги, отправляясь прямиком к двери и оставляя позади незаправленую кровать.       В коридоре, как и во всём доме, уже тоже горел свет. Брюнет дошёл до ванной, наспех умылся и почистил зубы, а перед выходом схватил с полки что-то похожее на резинку, чтобы собрать откровенно мешающие в быту волосы.       Времени на сборы по утрам всегда было достаточно. Его одноклассницы вставали в шесть, чтобы успеть накраситься и уложить волосы, а он ― чтобы успеть сбегать во двор на зарядку, благо весна в этом году была тёплая, ну и просто неспеша собраться. Ладно, волосы он тоже иногда укладывал, чего уж таить.       Уже летом можно будет выходить на улицу вообще не одеваясь, а пока пришлось всё же натянуть толстовку и штаны перед выходом. Во дворе их дома не было никаких спортивных площадок, но Ункаса это не останавливало. Его в целом, казалось, ничего не могло заставить изменить свои планы: навык приспособления к ситуации парень прокачал до максимума, если не выше.       Их район не был благополучным в понимании остальных, но на деле здесь не проживало никаких убийц или наркоманов, в основном их соседями были семьи или бабушки, жившие в этих домах поколениями. Атмосферу неблагополучности создавал скорее возраст района и обшарпанный вид, тогда как по сути он ничем не отличался от других районов города, где проживали более обеспеченные слои населения.       Хотя Ункас никогда не считал, что они с отцом жили бедно. Квартира с ремонтом, пускай и съёмная, да и у него была своя комната и деньги на какие-то вещи и содержание питомцев, а этого уже хватало с головой. Может, они действительно были не так богаты, как семья его нового друга, представляющего собой воплощение элегантности и "высшего класса", но на деле они оба ходили в один и тот же спортивный клуб, так что разница в материальном и социальном положении не парила ни одного из них, по крайней мере Ункаса так точно.       Его вообще мало что могло задеть. В интернете и в жизни он видел, как сверстники страдают от каких-то психологических проблем, просто трудностей переходного возраста или неразделённой любви, а его же это, казалось, обошло стороной. Никакой тебе подростковой драмы, ссор с родителями, конфликтов с друзьями... Друзей у него до недавнего времени не было, что тоже никак его не волновало, а с отцом устоялись прекрасные отношения, и даже если и возникали ссоры, то только в детстве, когда он был совсем мелким.       Во дворе ещё было тихо, только редкие собачники проходили мимо заросшей травой детской площадки. Земля уже высохла после вчерашнего дождя, и можно было не бояться запачкать обувь и одежду, так что Ункас спокойно занялся разминкой, на всякий случай поставив будильник на телефоне, чтобы ненароком не опоздать.       Весна всегда нравилась парню, впрочем, как и все остальные времена года. В каждом из них природа по своему раскрывала свою красоту, а весной она словно снова оживала после долгого сна. На деревьях щебетали птицы, составляя компанию тем, кто в такую рань оказался на улице, солнце заливало часть площадки, останавливаясь рядом с тенями от раскидистых деревьев, на которых уже появились новые зелёные листья.       Да уж... такую красоту не испортить даже скорой сдачей ОГЭ. На самом деле Ункас не сильно переживал по поводу экзаменов, сдаст как-нибудь, всё равно в колледж, куда он собирался, был невысокий проходной балл.       Перспектива окончания школы тоже не тревожила, хотя, возможно, совсем немного, он будет скучать по одноклассникам, пусть ни с кем из них особо не общался. Зато впереди новая жизнь! Колледж, потом работа и всё, вот ты уже не подросток, а вполне себе самостоятельный взрослый. Перспектива взрослой жизни определённо очень манила...       Закончив с разминкой, брюнет занялся растяжкой, которая ему всегда давалась наудивление легко. Товарищи по команде часто шутили, что он может согнуться как угодно без особых усилий. Гибкость и выносливость были одними из его лучших физических качеств, возможно ему даже стоило пойти в гимнастику или танцы, но парень выбрал баскетбол. Игры с мячом были занятием всех детей со двора в детстве, а по мере взросления Ункас понял, что вполне не прочь продолжить полюбившееся занятие.       Играл он неплохо, по крайней мере по мнению окружающих, а ему самому были важнее ощущения от игры, нежели фактическая победа. Хотя побеждали они довольно часто, всё же команда была дружной и способной, многи дружили между собой, собирались вместе...Ункас редко посещал такие встречи. Нет, он был не против сходить, если его кто-то звал в общем чате, но в основном собирались именно те, кто дружил и вне секции, а он в это число не входил. Что ж, одиночество не было чем-то плохим по его мнению, всегда можно придумать, чем себя занять.       Утренние занятия были завершены пробежкой по двору и забежав в подъезд и поднявшись в том же темпе на четвёртый этаж, парень вернулся обратно в квартиру. Сняв обувь и глянув в телефон, он осознал, что за всеми размышлениями время всё же не рассчитал и теперь стоило поторопиться.       Одеться ещё успеет, сумку вроде вчера собирал... а значит, сейчас время еды. Он мигом понёсся на кухню, надеясь найти что-то, что не придётся готовить. Бегло поздоровавшись с сидящим за столом отцом, Ункас полез в холодильник, открывая вид на полупустые полки. Да уж... И почему именно в такие моменты, когда уже опаздываешь, всё вечно словно тормозит?       Спокойно попивая горячий чай, Чингачгук наблюдал, как сын носится по кухне, всё ещё с надеждой осматривая полки, а после разочарованно возвращаясь к холодильнику. И так каждое утро... Никогда ничего заранее не подготовит, а потом сметает всё по пути. Как хорошо, что ему сегодня ко второму и можно будет ещё посидеть в тишине после ухода сына. Порой казалось, что проще угомонить целый класс, чем заставить этот комок энергии остановиться и подумать головой.       Ункас всё же смастерил подобие бутерброда из всего, что нашёл, но главное, что съедобно. Только он потянулся к кувшину с водой, сзади раздался привычно размеренный голос.       ― Поторопись, вы сегодня дежурите.       Парень аж забыл, зачем вообще живёт на секунду.       ― Нет же! Сегодня вторник...       ― Среда.       Он глянул на электронные часы, стоящие на столе. И правда, среда... О боги...       Ункас бегом бросился в комнату, схватил сумку, выбежал в коридор, понял, что всё ещё не переоделся, вернулся, отыскал в шкафу что-то относительно похожее на чистую и не мятую одежду, в том же спортивном стиле, другого в гардеробе и не было. Взял с полки пару подвесок, не особо смотря, сочетаются ли они между собой. Всё же украшения ему очень нравились, и выходить без них не хотелось.       Побежал обратно в коридор, наспех натянув кроссовки да подхватив сумку, он открыл дверь и крикнув отцу, что ушёл, выбежал в подъезд.       По лестнице вниз и бегом до школы, хорошо, что с таким темпом та всего в десяти минутах от дома. А ведь через несколько месяцев ему придётся уже ездить до колледжа... нужно завязывать с опозданиями...       На дежурство он всё же успел, хотя и поймал гневный взгляд учителя за небольшое опоздание. Теперь, стоя на лестнице в ещё пустой школе, было время закончить утренние сборы. Он надел цепочки, которые дома закинул в карман, распустил волосы, что на самом деле было не очень удобно, но признавать это Ункас не хотел. Его внешний вид часто раздражал учителей, требования снять весь пирсинг и украшения он слышал чаще, чем своё имя. Однажды они даже пошли разговаривать на эту тему с его отцом, но тот сказал, что никаких трудностей в этом не видит и вообще, это не его проблемы. Да уж, видимо это у них семейное―не сильно ладить с коллегами.       Первые уроки прошли довольно спокойно, несмотря на то, что это были английский и геометрия, которые Ункас на дух не переносил, и уж тем более не знал... Языки и большая часть математики давались ему тяжело, как, в целом, и вся учёба. Хотя не то чтобы он сильно заботился об оценках, скорее даже наоборот. Большую часть его жизни занимал спорт, всё остальное было слегка вторичным, в том числе и учёба. Неудивительно, что с таким отношением парень был едва ли не троечником и не скатывался до двоек только благодаря какому-то ужасному везению.       Третьим уроком шла химия. Ункас устроился на третьей парте у окна, как раз подальше от учительских глаз и одноклассников. Сидел он один, но зато впереди и справа все парты были заняты, так что спокойно можно было сидеть в телефоне и заниматься всем, чем угодно, кроме получения знаний про какие-то там соединения...       Лишь изредка что-то записывая, он зашёл в чат с Дунканом, который наконец ответил на его вчерашние сообщения. Несмотря на то, что познакомились они сравнительно недавно, переписка уже выглядела довольно объёмно, в основном, конечно, из-за сообщений друга, который казался Ункасу литературным гением с его словарным запасом и количеством сказанных или написанных слов. На фоне длинных сообщений Дункана его "да", "оке", "норм" казались такими жалкими... впервые парень жалел, что гуманитарные науки ему не давались.       В новом сообщении Ункас прочитал, что Хейворд вчера был на дне рождения его девушки, а потому не отвечал весь день. Следом шли пару фотографий, видимо с самого праздника. Он открыл первое фото, где чуть размыто виднелась какая-то комната, по центру ― стол с тортом. Следующие фото были похожего содержания, но последнее привлекло больше внимания.       В центре был сам Дункан рядом с какой-то блондинкой, которую Ункас счёл за его пассию, но удивила его не эта парочка, а девушка, которая фотографировала мини-компанию.       Чёрные кудри, воздушно спадающие на плечи, ярко-зелёные глаза с густыми и длинными ресницами, сияющая кожа, зелёное платье с рукавами-фонариками ― всё в ней было удивительно прекрасно. Приглушённый свет на фото только ещё сильнее подчёркивал её изящные черты лица: тонкий нос, розовые щёки, острый подбородок...       Видимо, он пялился на девушку слишком долго, поскольку прозвенел звонок, и класс начал собираться на перемену. Ункас выключил телефон, забыв даже ответить на сообщение Хейворду, быстро сложил тетрадь в сумку и тоже вышел из кабинета, машинально направляясь к лестнице, чтобы подняться на четвёртый этаж на следующий урок.