2.18. Сладость иллюзий

***

«До чего же тошнотворное чувство»

Посмотрев направо и налево, даже покружившись вокруг себя. Все что мне попалось на глаза было большое ветвистое дерево от которого по обе стороны располагались богато оборудованные дома. Ухоженные дворики. Мягкий газон. Чистая улица. И много. Много. Много роз. При одном лишь виде этих прекрасных бутонов мне и в правду хотелось выцарапать себе глаза и вскрыться ближайшим садовым гномом. Но такую хорошую мысль пришлось отложить на более знаменательный день. Почему то мои ступни начинало терзать странное неприятное чувство холода и как оказалось обувь потерялась где то в кроличьей норе, а на этой лужайке я стояла в одних бляцких рваных гольфах. — Вот пиздец Перевязывать мелкие порезы бесполезно ведь в конечном итоге это все один длинный и очень конченый сон. Сладко протянувшись. Похрустев своими старыми косточками. Немного размяв руки. Положив их на бока и встав в позу уверенного человека я стала ждать. Ждать. Ждать чего? Когда это грёбаное воспоминание начнётся? Могу поспорить что сейчас бы мимо меня прокатилось перекатиполе и знатно угарнуло. — Опаздываю, опаздываю! Резкие и торопливые шаги послышались позади. Что то выпрогнуло и промчалось между моих ног, спрыгивая с маленького холма, где находилась я. Наши взгляды пересеклись. Невинные. Красные глазки будто бусинки. — Это ведь? Кролик? Зверек вздрогнул. Поджал хвост. И рванул вперед по улице. — Эй! Этот кроличий зад был единственным существом здесь. Твердый асфальт под ногами. Стертые до дырок гольфы. Сбитое дыхание и голос доноссящийся от кролика в странной одежде. — Перестань меня преследовать девчонка!

Кролик шустро бежал по улицам изредка крича что то на подобии — «Опаздываю. Не преследуй меня. Дела ждут»

Улица казалась бесконечной, а дома вокруг были похожи один на другой. Стопы жутко болели от долгой беготни.

«почему в этом сне все настолько реально?»

— Да подожди ты. Будто услышав мою просьбу кролик притормозил, но в ту же секунду резко рванул с главной дороги в приоткрытую калитку. Долгий и протяжный скрип. И вот я уже на заднем дворе этого дома. Двор был похож больше на огромный сад, чем на обычный пустой зад дома. Клумбы усееные различными цветами. Небольшой деревянный сарайчик с инструментоми. Мешки с удобрениями для различных сортов овощей, фруктов и цветов. Резкий звук торопливых шагов за спиной. Тихий детский смех. — Риддл-ня~ — Ченья?! Трей?!

«Риддл?»

Меня застала картина как двое детей пытают убедить одного выйти из дома погулять. — Я. Я не могу. Мама сказала мне заняться самостоятельным изучением. — Это нудно-ня~ — Я... — Пойдем с нами-ня — Совсем немного — наконец заговорил маленький трей. — Не волнуйся-ня. Она даде н заметит твоего отсутствие-ня. Не вечно же-ня сидеть в четырех стенках. Вид перед моими глазами и в прямь было как на яву. Вот только коснувшись их тел рука прошла сквозь, а дети не обратили и внимания на это. Еще маленькие. Ни о чем не беспокоещиеся дети. Как будто только расцветающие цветы. Распускают свои лепестки надежд. — Ладно, ладно. Только тише иначе мама может услышатья На лице Трея и ченьи в мгновенье расцвели улыбки. Они поспешили помочь маленькому риддлу спуститься с окна, придерживая его за ноги.

«Даже в детстве у него было миловидное личико. Повезло же его матери…»

Дети безмолвно праздновали свою победу над освобождением риддла из маленькой крепости. Будто они два принца что спасли его, как принцессу из высокой башни от злобного огнедышащего дракона. Риддл слегка надул щеки и чуть покраснел от сравнения его с принцессой. Трей же с вечно хихикающим Ченьей крепко взяли Риддла за руки и потащили подальше от этого ужасного места. Виды менялись на глазах и внутреннее спокойствие бударажило сильнее. Трое детей уже во весь голос хохотали бегая от дерева к дереву. Устраивая посиделки после долгой беготни в их секретном местечке. Домик на дереве был местом куда не стала бы заглядывать та самая страшная и неизвестная взрослая жизнь. Только смех, надежды и желания, чтоб этот момент длился вечно.

«Но даже вечное, когда-нибудь уйдет»

Улыбка еще не повзрослевшего маленького Риддла была сравнима с мимолетным лучиком солнца. На душе от нее стало необычно тепло и легко. По ладоням прошла ели ощутимая дрожь.

«Если он был таким в детстве, что же произошло раз он пошел по стопам тирана»

— Риддл, а пойдем-ня к Трейке в кондитерскую-ня. У его родителей так много вкусных и нежных тортиков. Даже с клубникой найдется-ня~ — Я не могу. Я и так ушел из дома без спроса… — риддл поник, но друзья не отчаялись и повели его в кондитерскую «Кловер» Свежий запах хлеба и различной выпички. Много всего вкусного и ароматного, начиная от различных начинок и заканчивая необычными дизайнами пирогов, тортов и пироженых.

«Разве это не рай для сладкоежек? Все так аппетитно ввглядит. Я бы наверняка скупила всю кондитерскую. До чего ж сладкая мечта…»

— Матушка, Отец я вернулся — крикнул Трей. — Мерзель, смотри кто вернулся! — с широкой улыбкой мужчина в фартуке поприветствовал Риддла, ченью и незабыв потрепать своего сына по голове. — Божечки, божечки. Милый мой у тебя все щечки в грязи — мама Трея услыша о приходе своего детя быстренько вытерла испачканные в муке руки об фартук и вышла из-за стойки. Пришлось еще своим платком вытерать заморажку. — Добрый день — поприветствовал ее Риддл. — Божечки Трей почему ты не сказал что ты с гостями. Я хоть бы успела достать пирог. Тебя же Риддл зовут не так ли? — с улыбкой обратилась она к Риддлу. — А, да! — Какой милашка. Трей мне постоянно о тебе твердит. Даже запачканый чуть неряшливый внешний вид женщины в фартуке, казался чарующе нежным и мягким. Персиковые не длинные волосы заделанные в косу. Желтые глаза словно солнце. — Разве этот мальчишка не из семьи Роузхарт? — бородастый мужчина с цветом волос, как у Трея подошел ближе крепко держа лопату для хлеба. Молодо выглядющая женщина остро гляну на него будто бы говоря: «Нет нужды поднимать эту тему» На молчаливый упрек мужчина лишь неловко потер шею. — Вы как раз вовремя пришли. Я только что испекла клубничный пирог для которого мне незамелительно нужны дегустаторы! — радосно хлопнув в ладоши мама Трея поспешила в другую комнату, чтоб вынести свежеиспеченый еще не остывший пирог с клубничной начинкой. Рассадив детей за столик и положив каждому на блюдечко по куску пирога родители трея радостно наблюдали за ними. Ченья не стал дожидаться остальных и первый откусил кусочек от пирожага. — Какая вкуснота-ня~ Ченья и Трей ели не спеша свои куски, запивая охлаждающим чаем. Риддл же не притронулся, лишь смотрел на пирог с хмурым выражением лица. — Риддл дорогой. Почему ты не ешь? Неужели не вкусно? Или ты не любишь клубнику? — обеспокоино посмотрела на него Мерзель. — Дорогая он просто стесняется! Трей обратил внимание на риддла и придвинул к нему маленькую ложечку. — Риддл тебя никто не накажет за это. Риддл же только удивленно заморгал глазами и наконец взял ложку в руку, отламывая кусочек от пирога.

«Зачем ты показываешь мне это воспоминание… Риддл?»

Окружение было теплым, даже убаюкивающее спокойным. Улыбки и радостный смех без доли грусти. Но… Колокольчик оповещавший о приходе гостей издал звук. В пекарню вошла элегантро одетая женщина с алым цветом волос. Громкий цокат каблуков.

«Не видела раньше эту женщину»

— Так и думала что ты тут — прозвучал строгий голос женщины. — Вы что то хотели мадам? — приблизилась к ней стоящая рядом с детьми Мерзель. — Бестыдство. Ваш сын не только отвлекает Риддла от достижения высших целей, которых он мог бы уже достич если б не ужасное влияние вашего бестолкового сына! Тоскает его где не попади. Неужели вам не стыдно? — лицо женщины приняло серьезный и мрачный вид. Риддл вздрагивал под громкие замечания своей матери. Он не обернулся. Его руки дрожали. — Мадам поймите мой сын он- — Я не желаю слышать оправданий. Сколько раз мне вам нужно объяснять чтоб вашего сына и рядом с ним не было?! Он будущие дома Роузхартов, а общение с безрасудными и ничего не годными детьми лишь портят его. — Они лишь дети и- — Таким как вам отпрыскам общества следовало знать свое место. Неужели вы забыли кто вам помог обосноваться здесь? — Прошу прощение этого больше не повторится — мать Трея опустила голову в поклоне извинений. — Не повторится? Может мне следует вообще прикрыть вашу сладкую лавочку? Это помещение идеально бы подошло под что-то более нужное. — Вы не можете с нами так поступить! По кондитерской неожиданно разнесся сильный хлопок. Мать Трея отшатнулась от сильного удара. Теперь на ее лице красовался неприятный отпечаток от пощечины. Отец быстро подхватил свою любовь и с ненавистью посмотрел в сторону женщины. — При закрытии этой кондитерской или наказании твоего сына за свои проступки Мерзель. Я даже не взгляну на тот факт что раньше мы были подругами. Все еще продолжая читать натации родителям Трея мать Риддла крепко сжала запястье своего сына, который уже слезно умолял прекратить все это. — Мама, это моя вина! Я виноват! МАМА! Вина…не их…они тут не причем. Я сам захотел прийти…! -жалобно и со слезами умолял Риддл. Его дыхание участилось. Слезы текли ручьем пачкая нежное лицо. Боль от хватки матери на запястье. И вся это ситуация казалась для него концом света. Хлопок двери. Они ушли. Температура в воздухе моментально похолодела, что даже пар из-за рта появился, а по коже проходили волны мурашек. Силуэты детей и родителей стояли не двинувшись, как застывший лед. Мертвая тишина резала по венам. Секунда и по всему зданию раздался треск льда. Они. Их силуэты треснули и с грохотом упали на пол, разбиваясь в дребезги и лишь вдали было до сих пор слышно жалобный умоляющий голос Риддла. — Это моя вина…

«Теперь я возможно поняла почему этот ребенок стал таким»

— В конечном итоге ты стал таким же монстром, как и твоя мать. Перед глазами внезапно начинают мелькать яркие, разрозненные вспыхивающие фрагменты воспоминаний — воспоминая прошлого, лица людей, слова, события, словно кадры из киноленты, рвущиеся и сменяющие друг друга с головокружительной быстротой. Эти образы каскадом захлестывают внутри этого созданного пространства. На этом фоне вдруг исчезает опора — поверхность под ногами словно растворяется, как тонкое ледяное покрытие, потрескивающее и размывающееся под действием времени. Теряется чувство пола, и сцена превращается в свободное падение: небо, тьма или бесконечное пространство, окружает и уносит вниз. — Мама я стал одним из лучших в той школе! Могу я пойти погулять с друзьями? — Тебе следует лучше готовиться и перестать общаться с сыном пекорей. Дружба с ним лишь мешают тебе. — Я буду стараться еще больше… Матушка

***