Часть 1

***

Суджин закрыла глаза. Один глубокий вдох, второй, третий… и тишину пронзил оглушительный звон бьющегося стекла. А значит, надо бежать. От её ног, которые никогда, в общем-то, не были приспособлены к бегу, особенно с препятствиями и в темноте, сейчас зависела жизнь, и не только её. Юки и мама висели на волоске, зависели именно от удачи Суджин и еë желания выжить. И поэтому, едва услышав звон, она тотчас сорвалась с места и бросилась вперёд, молясь про себя, чтобы под ногами не оказалось никаких ловушек. «Полигон» был многообещающим проектом. Суджин посмотрела четырнадцать сезонов, то есть все вышедшие на экраны, прежде чем сама решилась подать заявку в это шоу. Сто участников, главный приз — пятьдесят миллионов (самая крупная сумма за всё время существования проекта), делившийся между дошедшими до финала поровну. Если к финишу придёт один — он и заберёт всю сумму целиком. Эта мысль грела Суджин не одну холодную ночь ещё до того, как она решилась участвовать в пятнадцатом сезоне, в котором директора обещали устроить нечто совершенно новое и потрясающее. Но она никак не ожидала, что попадёт в ад наяву. С экранов телика и планшета это всё выглядело совершенно иначе. Снова грохот в темноте, в этот раз откуда-то сбоку из-за пыльных коробок, и снова этот смердящий запах, от которого у Суджин выступал холодный пот. Она знала, кто решил выпрыгнуть на неё в тёмном подвале, где она тихо кралась в поисках выхода, и машинально, даже не задумавшись, оттолкнула тело в сторону и со всех ног побежала в сторону пожарного выхода, откуда светлой полоской лился слабый тёплый свет. На звук сбежались остальные, кто был неподалёку, но Суджин уже вбежала в дверь и со всей дури её захлопнула, а затем прижала ближайшим ломом, что валялся от полуразрушенной лестницы, по которой ей и нужно было взобраться. В железную дверь сразу с силой ударили, затем второй раз, третий, всё сильнее и сильнее, и Суджин прижалась спиной к холодному металлу, будто бы надеясь сдержать таким образом преследователей. И страшная мысль закралась в этот миг в голове: ей нужно идти вперёд, только так она сможет выбраться из этого кошмара, но невыносимо страшно было хотя бы на один шаг отступить от двери и оставить её без защиты… если на лестнице ловушки — то её догонят, и она пропала. Мгновения тянулись медленно и мучительно, но усилие со спины становилось всё более явным, будто бы количество тел, давивших с той стороны, непрерывно росло.А потому нужно было быстрее на что-то решаться, пока не было поздно. И Суджин решилась. Заметив неподалёку ещё один железный прут, она выгадала момент и подскочила к нему, а после обратно к двери и укрепила тем самым сомнительную баррикаду, вставив ржавый металл между ручками двери, как это порой делали в фильмах. И, даже не оборачиваясь, со всех сил побежала наверх, а бетон под её ногами в кедах так и крошился. Один пролёт всё было спокойно, а на втором она чуть не сорвалась на торчавшую из темноты арматуру где-то внизу, на нулевом уровне подвала. Ноги так и заплетались, лестница предательски гудела, то и дело грозя и вовсе обрушиться вместе с Суджин, и вдруг где-то внизу, уже на три этажа, раздался оглушительный грохот: случилось то, чего Суджин боялась больше всего на свете — дверь не выдержала натиска и вылетела с петель. А значит, за ней уже гнались. Не помня себя, Суджин проскочила ещё два этажа, и к грохоту снизу добавился рёв сверху, а лестница начала ещё больше осыпаться, грозя похоронить под завалами и девушку, и её преследователей. Путь наверх был закрыт, как и обратный, но, глубоко вдохнув и осмотревшись, в полутьме она заметила ещё одну неприметную дверь, между этажами, что было немного странно, но приемлемо для теле-шоу. Правда, едва Суджин заметила дверь, как та сама по себе открылась, и из щели выглянула светло-каштановая шевелюра, от которой карие глаза Суджин так и распахнулись от ужаса. Нет, она не знала этого человека, но само присутствие человека в текущей ситуации было опасно, и тот, кто смотрел на неë, прекрасно это знал: недоверие так и сочилось из бледно-голубых глаз, наполовину скрытых тонкими разбитыми очками. Но сверху раздался ещё один взрыв, Суджин вскрикнула и прикрыла правой рукой лицо, чтобы не задело крупным осколком, а голова чуть удалилась в проём, чтобы её тоже не задело. Вдруг парень спросил: —И много там, внизу? Суджин молча закивала, стараясь как можно реже вдыхать пыльный воздух, а куски лестницы так и летели вниз, сбивая с ног толпу, которую уже было видно даже из проёма в стене. Незнакомец специально выгнулся чуть вперёд, чтобы оценить масштаб преследователей Суджин, затем выкрутил голову вверх, и казалось, там тоже кто-то зашумел, а после хлынула ещё одна лавина из щебня и бетона. И когда отчаяние, казалось, полностью захватило Суджин душу, ей наконец-то протянули руку помощи со словами: — Залезай. Вдвоём у нас больше шансов выжить, чем поодиночке. В последний момент она прыгнула в проём, где её подхватил мужчина лет на 6 старше её, а значит, около 27 лет. Засохшая кровь на клетчатой рубашке прямо говорила, что незнакомцу пришлось несладко, а холодный взгляд глаз сквозь очки до сих пор сочился недоверием, хотя в руках Суджин не было никакого оружия, даже топора (и временами она очень сильно об этом жалела). Грохот стальной двери снова привлёк тварей позади, лезших по лестнице так, будто бы их подгонял сам чёрт. Часть ломанулась на стену и проход, но незнакомец, спасший Суджин, даже не думал устраивать баррикады: он просто схватил её за руку и помчался по пыльной темноте вперёд, между огромными стеллажами с какими-то коробками, иногда специально обрушивая их, тем самым закрывая дорогу. А затем в самый неожиданный момент резко свернул вправо, в ещё большую темноту, и затолкал Суджин в подсобку со швабрами, где они оба закрылись и осели на пол. У девушки не было с собой фонарика, да и сидевший рядом явно не собирался включать свет. За хлипкой, явно картонной дверью слышался топот множества ног, откуда-то сверху прогремел взрыв, а затем раздался пронзительный женский крик. И наконец всё стихло… лишь хриплое дыхание его и её раздавалось в зловещей тьме. И тут парень решил спросить: —Сколько ты видела трупов, прежде чем встретить меня? Прошептал он, щёлкнув зажигалкой, и на короткий миг его лицо выглянуло из темноты, исказившись от мерцающего пламени. Сигареты не последовало, только дрожавший огонёк на кончике крохотной зажигалки, и Суджин с трудом ответила: —Девять. А ты? —Двенадцать. И если допустить, что это были разные люди, то у нас с тобой осталось не так уж и много соперников. Суджин промолчала, хотя будет ложью сказать, что она об этом не думала. А парень рядом зловеще усмехнулся и шёпотом протянул: —А кого из них ты убила лично? —Я не буду говорить на эту тему. Опустив глаза в пол, прошептала Суджин, и он снова усмехнулся и опустил зажигалку чуть ниже, к сложенным ногам. —И не надо. Но ты не похожа на девочку, которая воткнёт нож в спящего человека, особенно того, кто спас ей жизнь… Казалось, что он смотрел сквозь Суджин, будто бы этот парень видел её насквозь, все её страхи и желания. —Знаешь… двадцать пять лимонов хватит нам обоим за глаза, как ты считаешь? Суджин молча кивнула. Не хотелось выглядеть меркантильной на глазах у миллионов людей, а можно было не сомневаться, что сейчас их снимали, причём крупным планом. Парень продолжил: —А раз так, то посидим здесь немного, отдохнём, а как всё уляжется — пойдём. Кажется, на этом этаже или выше уже выход на поверхность, а в соседнем здании должен быть финиш. —Думаешь, ещё никто до него не дошёл? —Если бы дошёл, то это всё прекратили бы нахрен, и мы бы здесь не прятались. Выплюнул парень, вложив в эти слова всю ненависть, которая кипела у него внутри. —А значит, у нас есть шанс не только выжить, но и неплохо разжиться баблом… Он очень тихо рассмеялся, будто бы какой-то шутке, а Суджин лишь вежливо приподняла углы рта и отсела к шкафу, чтобы хоть чуть-чуть принять удобную позу для отдыха. Парень тоже отсел подальше и закрыл зажигалку, и они снова погрузились в темноту, старательно прислушиваясь ко всем звукам снаружи. Главная причина, по которой Суджин подписала тот злосчастный контракт, — это то, что на «Полигоне» было запрещено убивать. Люди гибли на шоу, это знали все, но гибли по случайности, а не от рук других участников. Тот, кто посмеет убить другого, — сразу дисквалифицируется, об этом предупреждали всех и не один раз. Участник мог подстроить так, чтобы соперник по неосмотрительности попал в одну из множества ловушек, и тогда ему ничего не будет, но прямые убийства были запрещены. По крайней мере, до этого сезона, ведь Суджин своими глазами видела, как один бородатый мужик выстрелил из дробовика в девушку рядом с ней… он и в Суджин выстрелил, но промахнулся, и та успела сбежать. Каким-то чудом. И того громилу никто даже не попытался остановить, как это было два или три сезона назад, когда на шоу непонятно как удалось пронести мелкий пистолет… Что же ещё ждёт их впереди, чтобы добраться до этой проклятой красной ленточки? И неужели правительство закроет глаза на убийство в прямом эфире? Поэтому Суджин боялась любого встречного, и парень рядом доверия, мягко говоря, не вызывал. Но ей больше было некуда деваться, да и тот вроде бы не против поделить выигрыш, если они доберутся до финиша… Только если это всё не очередная ловушка, чтобы избавиться от ещё одного игрока. И страх не дал Суджин закрыть глаз, несмотря на то что усталость океанской волной нахлынула на тело. Но не на разум, который ещё хотел жить. —Вроде стихло… идём? Прошептал парень, снова щёлкнув зажигалкой, и Суджин поморщилась от света и потёрла высохшие глаза. —Ты спала? —Нет. Прохрипела Суджин, и незнакомец аккуратно встал на ноги и крайне осторожно приоткрыл дверь, а затем выглянул в коридор. —Я тоже. Всё чисто, пошли. Он первым вышел из кладовки и растворился в ночи, и Суджин не оставалось ничего другого, как шагнуть следом, на свой страх и риск.