Глава 6. Опасения имеют свойство исполняться.

Утро нового понедельника начинается у многих людей достаточно тяжело. Будильник противным колокольчиками звенит в шесть утра, вытаскивая сознание из сладкого мира грёз, сонный мозг только-только включается, настраивается на продуктивную работу, а душа молиться пережить очередную неделю. Джулиет открыла глаза. Размытая картина после пары морганий обрела чёткие контуры потолка, люстры со стеклянными цветочками, отдалённо напоминающими розы, и кусочка серо-зелёных обоев. Утреннее солнце умело пропускало свой тёплый туман через тёмные плотные шторы, окутывая пространство мягким оранжевым светом. В этот раз пробуждение показалось девушке необычным. Она ощущала себя… выспавшейся. Тело свободно двигалось в пространстве, голова не ныла от боли и недосыпа, да и сознание было удивительно ясным. Джулиет присела на кровати, приложив ладони к щекам. Голова больше не казалась такой тяжёлой, а плечи не тянуло вниз, утягивая вместе с собой и красивую осанку. Счастливая улыбка всплыла на устах. Она выспалась. Впервые за весь год. Однако всё воскресенье она благополучно проспала и сильно жалела об этом. Дорога в университет занимала целый долгий час, во время которого Джулиет неоднократно случайно засыпала, прижавшись виском к холодному стеклу, а потом резко срывалась со своего места и выбегала на улицу, когда понимала, что автобус уже стоял на её остановке. А порой девушка просыпала и свою остановку и доезжала до конечной, на которой её будил какой-нибудь незнакомец со словами "девушка, просыпайтесь, это конечная". И Джулиет, читая ругательства под нос, летела на другую ближайшую остановку, чтоб успеть поймать уже другой автобус, который мог бы подбросить её до университета, только уже с громаднейшим опозданием и пропуском первой пары. Сегодня девушке свезло как и с тем, что она не пропустила свою остановку, так и с тем, что, несмотря на нагнетающие последние экзамены в июне и стопку недосыпанных часов, которые отражались на Джулиет в виде блёклых радужек, чёрных мешков под глазами и вялой походки, в это утро понедельника Джулиет не чувствовала на себе остатков сна. Из мозга словно выкинули лишний мусор, который только успел накопиться за весь продолжительный год. Такую лёгкость девушка ощущала последний раз только летом перед шестым курсом. Мир приобрёл краски: деревья стали зеленее, приятно запахло скошенной травой, птицы запели громче и веселей. Солнце вышло из-за пыльных облаков и с любовью освещало своими яркими лучами серый унылый город, а воздух наконец перестал казаться душным и тяжёлым и разносился лёгкими прохладными реками по всему наконец отдохнувшему телу. На лице девушки с самого утра сияла белоснежная беззаботная улыбка. По пути к остановке Джулиет с детским интересом смотрела по сторонам: на шелестящие ярко-зелёной листвой деревья, на радостно кружащих в воздухе маленьких птичек, на постепенно заполняющих улицы города людей, которые с недовольными лицами проходили мимо, выходили из подъездов и стояли на остановке. Окружающий девушку невыспавшийся народ мог бы запросто подумать, что девушка была не в себе, ведь ни один человек на этой планете не шагает на работу в первый день недели с такой широкой улыбкой до ушей. Но Джулиет на них было всё равно. Она могла позволить себе наконец спустя год удушающей учёбы просто почувствовать радость жизни и не желала сегодня заполнять голову нервным барахлом, хоть этого было определённо не избежать. Сегодня дорога до университета заняла не так много времени. Автобус словно специально крутил колёсами быстрее, тоже напитавшись энергией солнечного, хоть и прохладного мая, или же Джулиет просто покинула нагнетающая медлительность, и поэтому она вовсе не заметила, как общественный транспорт довёз её до нужной остановки. Спустившись со ступеней, девушка ступила на ровный тротуар, автобус закрыл свои двери и двинулся дальше в путь, отвозить оставшихся в кабине пассажиров на свои места. Джулиет взглянула на здание университета. Громадное вытянутое во всю длину строение возвышалось перед взором не только маленькой по сравнению с ним Джулиет, но и проезжающих мимо машин, проходящих мимо людей, разгуливающих со своими хозяинами собак и летающих вокруг бодрых птиц. Под бархатными лучами солнца вся тоскливая грязь в одно мгновение смылась, и перед глазами предстал тёплый бежевый цвет, в которое и было облицовано здание. Золотой шпиль университета вздымался высоко в небо. Казалось, что он своим концом мог дотянуться даже до пушистых облаков, что вальяжно проплывали над городом. Множество окон рассыпалось по всем стенам строения. Через них изнутри уже наблюдали за приходящими студентами любопытные первокурсники. Яркая зелень украшала большой двор перед главным входом, ровно выложенная гранитная плитка разных оттенков серого цвета приятно ощущалась под ногами и направляла своими дорогами к самому главному громадному строению. К зданию, не торопясь, подплывали студенты. Кто-то шёл в паре с другом или второй половинкой, параллельно болтая о произошедших за выходные событиях, кто-то — в одиночку, любуясь красотой университета и зеленеющего рядом двора, а кто-то — в одиночку, уперев хмурый взгляд в гранитовую плитку, лишь бы не видеть этот гребаный университет вновь, и слёзно мечтая о скорейшем наступлении следующих выходных, до которых было очень далеко: пять тяжёлых нудных дней сплошной учёбы с утра до вечера. До луны пешком добраться быстрее, чем пережить пять будничных дней, уже полуживым доползая до пары выходных дней. В любом случае, университет встречал молодых ребят раскрытыми нараспашку дверьми и крупной вывеской с официальным названием над ними. Джулиет заплыла в здание. Первым её приветливо встретил огромный холл. Высокие толстые резные колонны возвышались до самого потолка, без стеснения показывая учащимся всю свою величественность. За ними плавно заворачивались две широкие ступенчатые лестницы, ведущие на следующий этаж. Сверху, опираясь на резные перила, некоторые студенты наблюдали за приходящими в здание ребятами, а некоторые просто болтали со своими однокурсниками или друзьями, делясь друг с другом новостями, которые накопились за два дня. На плиточном полу под ногами разливались резкие мазки кофейного, кремового, бежевого и шоколадного цветов, имитирующие гранитовый окрас, над головой повисла сверкающая множествами стеклянных бриллиантов грандиозная люстра. Величественные кремовые стены с огромными живописными портретами знаменитых учёных, сделавших большой вклад в развитие медицины, завораживали дух. Пожалуй, этот холл — единственное, ради чего девушка не жалела приходить в университет. Подобные сооружения действительно казались невероятными. Разум и представить себе не мог, каким образом люди могли это построить, сколько материалов и времени было затрачено, а сколько простых человеческих душ было задействовано в создании подобной красоты — так тем более! Взгляд готов был вечность рассматривать каждый рисунок на плитке или очертание каждой колонны, держащие в себе одну идею, кучи затраченных денег, миллионы часов и тысячи отпечатков стойких рук рабочих. Но, к сожалению, ни одно утро не давало студентке должным образом полюбоваться красотой величавого холла. Джулиет тихо вздохнула и свернула налево. Пройдя несколько каменных ступеней, ведущих вниз, девушка очутилась в помещении, кишащим студентами с абсолютно разных курсов. Девушки и парни толпились у гардероба, пытаясь просунуть свои пальто через всю толпу и скорей получить свой номерок, отчего не раз были откинуты другими студентами, которые вставали в очередь ранее. Хоть душа и терпеть не могла такое количество народу, со временем она привыкла к подобной толкучке и больше не чувствовала того раздражения, которое возникало при нахождении в огромной толпе. Джулиет поставила свою кожаную черную сумочку и белый тканевый пакет на свободное место на одной из дальних лавок и ловко стянула пальто, показывая всем чёрную водолазку с воротом, на одной из рукавов которых сверху блестел серебряный браслет. Образ модной леди идеально дополняли широкие чёрные брюки и лакированные туфли. Волосы она как всегда уложила в низкий хвост, в котором пряди удивительным образом постоянно вились. На ушах заблестели серебряные серёжки-гвоздики в виде четырёхконечных звёзд. Девушка, поправив браслет и рукава, достала из тканевой сумки свёрнутый в рулет белоснежный медицинский халат. Расправив одежду, она ловким движением накинула его на тело, застегнув все пуговицы, кроме верхних двух. Подойдя к свободному широкому зеркалу, Джулиет ещё раз поправила ворот водолазки, хвост, рукава и плечи халата, и на секунду остановила взгляд на своём отражении. Лицо больше не казалось опухшим, полученные за год учёбы тёмные мешки под глазами немного спали, и сегодня консилеру удалось замечательно их скрыть, щёки приобрели свой румянец, который долгое время не появлялся на усталых бледных скулах. В глазах появился живой огонёк, который растопил стекло и придал тёмными радужкам теплоты. Джулиет вновь улыбнулась. Улыбнулась скромно, мягко. Сегодня ничто не должно потушить бархатный огонь в груди девушки, который наконец помог студентке почувствовать себя живой. Ничто! Джулиет лихо накинула на плечо сумочку, запихнув в неё свёрнутый тканевый пакет, и направилась к гардеробу, занимая своё место в длинной тесной очереди. Сегодня толпа двигалась быстро, поэтому, сдав скоро своё пальто старой женщине и получив свой номерок, девушка закинула его внутрь и направилась наверх. Просторный холл вновь встретил своими кремовыми оттенками цветов. Студенты до сих пор подходили к зданию, проходили через двери и заворачивали сразу налево, спускаясь по ступеням вниз, в гардероб. До начала занятий оставалось десять минут. Именно столько показывали размеренно тикающие огромные часы с маятником, расположившиеся изнутри над главным входом. Джулиет, заглянув в расписание в своей голове, поправила сумочку на плече и поплыла наверх, тихо отстукивая невысоким каблуком чёрных туфель. Чем глубже Джулиет заходила в университет, тем проще и дешевле выглядел дизайн стен, потолков и пола, заставляя высшее учебное заведение выглядеть больше похожим на простую школу, нежели на статусный медицинский институт, над чем Джулиет постоянно насмехалась. Пропустив пару таких коридоров и поворотов, девушка вошла в нужную аудиторию. Через небольшие окна внутрь огромного помещения врывались солнечные лучи, бессовестно усаживаясь на деревянных поверхностях лавок и столов, а также на макушках и щеках шестикурсников. Жалюзи в данной аудитории не висели, и поэтому ребята закрывались от раздражающего солнца как могли: кто-то закрывался своей ладонью, кто-то другой тетрадью, а кто-то только жмурил глаза, упорно не обращая внимания на нагло усевшееся на его лице припекающее пятно света. Столы и лавки в аудитории воздвигались амфитеатром из восьми рядов. Самыми популярными у студентов были ряды посередине. Они же и были полностью заполнены одногруппниками. Быстро пройдясь глазами по рядам, Джулиет зацепилась за свободное место на шестом ряду, где увидела свою знакомую, и стремительно направилась туда, пока никто ещё не успел покоситься на него. Девушка с длинной светло-русой косой и бриллиантовым колье уткнулась в тетрадь, вырисовывая на клеточной поверхности простые цветочки и пятиконечные звёздочки, пока не почуяла, что рядом с ней сел человек. Подняв глаза, она распознала в соседе свою одногруппницу Джулиет. — Привет, Сьюзен, — улыбнулась девушка, укладывая сумочку рядом. — Привет, Джулиет, — ответно улыбнулась девушка, положив перьевую ручку на тёмную деревянную поверхность стола. Джулиет достала свою тетрадь из кожаной сумочки и свою перьевую ручку. Первая пара прошла достаточно скучно и однообразно. На ней Джулиет только и успела, как поболтать со своей соседкой о последних новостях, тяжёлой подготовке к предстоящей сессии и угрюмых преподавателях. Несмотря на всю ответственность девушки, переживание за учёбу в конце года так притупилось, что Джулиет в последние дни позволяла себе садиться на дальние ряды и отвлекаться на другие вещи, включая и подготовку к предстоящим экзаменам, которые стали бы финальными в её университетской жизни, и дальше перед ней дорога разделялась в две стороны. Одним вариантом была возможность сделать эту сессию последней в своей жизни и со спокойной душой попрощаться с университетом и полностью погрузиться во взрослую жизнь, где кроме работы с пациентами в обшарпанной поликлинике не будет видеть ничего более. Вторая же дорога вела на продолжение учёбы в высшем учебном заведении и освоение именно той профессии, которую она мечтала сделать своей ещё очень давно, начиная с малых десяти лет. Выбор был очевиден. Идём к мечте. Первая пара закончилась необычайно быстро, и преподаватель отпустил всех ребят на перерыв. Студенты стали собирать свои вещи и вылетать из аудитории, толкая друг друга в стороны. Казалось, все уже переросли тот страшный подростковый период, когда происходит перестройка не только организма, но и всего сознания в целом, но у некоторых, по ощущениям, мозг так и не встал на то место, которое было ему предназначено. А может, у этих ребят его и вовсе не было. Сьюзен не стала ждать знакомую и молча покинула аудиторию. Джулиет только закатила глаза и улыбнулась, сложив перьевую ручку к себе в сумочку. Ох уж эти заучки, с усмешкой подумала она, вставая со своего места и спускаясь по узким ступеням между рядами, с которых с помощью одного неосторожного движения можно было бы полететь вниз головой. И кто же делает такие маленькие проходы, чтобы студенты с верхних рядов быстрее прилетали на пол? Шикарные медицинские университеты! Джулиет вышла из душной аудитории. Студенты с разных курсов заполонили узкие светлые коридоры. Куда ни посмотришь, везде найдёшь толпу шумных весёлых ребят или одиноко стоящих личностей. К примеру, вон там, в левом углу, стоял явный заучка. Мятая клетчатая голубая рубашка и нерасчёсанные спутанные волосы выдавали отсутствие времени на уход за собой, а очки с чёрной оправой то и дело сползали на кончик носа, и бедному парню постоянно приходилось их поправлять. Вот там, на подоконнике, уселись девушка и её знакомый. Молодой человек с жаром рассказывал какую-то смешную историю, от которой девушка в один момент схватилась за живот и согнулась, чуть ли не падая на пол, а парень продолжал рассказывать, сам чуть ли не заливаясь слезами от хохота. Джулиет улыбнулась и повернула голову в другую сторону. Около кабинета с табличкой "105" собралась компания ребят. Они что-то бурно обсуждали, столпившись в круг и чуть склонившись друг к другу, будто что-то затевали. Хотелось подойти, притиснуться к ним, послушать, о чём эти затейники так горячо шушукались, но на плечо Джулиет только легла чья-то большая рука, вырывая девушку из тумана своих мыслей. Джулиет обернулась и увидела главу студенческого совета, старосту их группы и просто своего хорошего друга. — Привет, Майкл, — поздоровалась Джулиет. — Привет, — проговорил парень, убирая ладонь с девичьего плеча. На его голове всегда была слегка растрёпанная причёска, но смотрелось она, на удивление, утончённо и прекрасно сочеталась с любой деловой одеждой. Сегодня на его теле сидел идеально выглаженный тёмный брючный костюм с яркой красной бабочкой на шее. На запястьях по традиции блестели металлические мощные браслеты, словно оковы, которые этот парень не снимал с самых пятнадцати лет. Его клыкастая улыбка радостно растянулась по лицу, а голубые глаза с длинными ресницами заставляли завидовать многих помешанных на моде девушек, ибо им не была дана та природная красота, которой был одарен этот молодой человек. Нос его был идеально ровен, что ещё раз доказывало, что он был удачно награждён природным изяществом. Джулиет частенько сравнивала его с принцем. Такой же светло-русый волос с выгоревшими от солнца прядками, симпатичные черты лица, высокий рост и стройное тело, на котором любой официальный костюм смотрелся просто восхитительно. Прям настоящий принц из детских сказок! А ещё и с мозгами. "Ну, жених!" — ахнули бы все в один голос старшие родственники. И одной девчушке сильно повезло с ним, а ему с ней — нет. — Как идёт подготовка? — спросила девушка, поправляя узенький ремень сумочки на своём плече. — Пока всё путём. Надеюсь, в день экзамена все знания не вылетят прямо перед входом в кабинет, — пошутил он, вновь улыбнувшись своей клыкастой улыбкой. Джулиет улыбнулась в ответ. — А у тебя как? — спросил парень, наклоняя голову набок. — Сегодня выспалась наконец-то, — с улыбкой сказала Джулиет, на секунду блаженно прикрывая глаза. — Да ладно! — ухмыльнулся парень, наклоняясь чуть ближе к девушке, — В этот период никому не удаётся нормально спать, а тут на тебя такая удача нашла! Какой секрет? Девушка хитро улыбнулась, приблизив своё лицо к нему, и угрожающе прошептала: — Бессонные ночи и подготовка к сессии. Парень театрально схватился за сердце и отклонился назад, искривив в испуге свои губы. — О боже, только не это! — воскликнул он, и Джулиет засмеялась. Несколько студентов обернулись на парочку друзей, но ребята не обратили на это внимание, а только продолжали хихикать над актёрскими способностями парня. Вновь зашла речь о злых преподавателях, которые неоправданно занижают студентам оценки, и Майкл особенно затронул старого преподавателя по математике, которая почему-то возненавидела его с самого первого курса и никогда не давала получать высокий балл. Мало того, что оценки по её предмету были самыми ужасными, так и парень стал объектом её пристального внимания. На парах он лишний раз и повернуть голову к соседу не мог, ибо та сразу включала свой скрипучий голос и делала ему очередное замечание. Джулиет совершенно не понимала, чем парень провинился, ведь в школе Майкл был буквально самым лучшим в математике. Выше него не мог написать даже учитель, но с приходом в университет всё лихо перевернулось с ног на голову. Однако парень не придавал этому никакого значения. Считал, что та старуха, которая, казалось, со времен динозавров преподавала в этом здании, не достойна и капли его раздражения или внимания. Двое друзей так заболтались друг с другом, что и не заметили, как бессознательно дошли до нужной аудитории. Они стремительно заняли место где-то посередине и поближе к стене, чтобы скрыться от молниеносных глаз худой старой преподавательницы, в которой, как бы это не казалось странным, энергии было хоть отбавляй. Вторая пара пролетела ещё мгновеннее, чем ожидала Джулиет. Сегодня день идёт поразительно быстро, подметила девушка, направляясь с другом к выходу из ещё одного душного помещения. Третью пару внезапно отменили, чему несомненно обрадовались подуставшие студенты. По серьёзным причинам преподавателю пришлось немедленно уехать из университета, и теперь у Джулиет было целых полтора часа, чтобы наконец уделить себе время.

***

Не собираясь упускать случая, девушка с другом молнией выбежали из огромного строения, порой игриво толкая друг друга по пути, как малые дети. Солнце спряталось за ордой облаков, что накрыли небольшой город. По асфальтовым широким дорогам плыл нескончаемый поток автомобилей, что тихо тряхтели своими двигателями. На деревьях осела пыль пасмурности, а прохладный воздух колол щёки и заставлял кончик носа розоветь. Первым делом друзья отправились в ближайший продуктовый магазин, чтобы купить себе обед и утолить тот голод, который бессовестно мешал студентам воспринимать темы на лекциях и усердно грызть гранит науки. Под горячую руку попалось известное кафе "Пекарня Мистера Бэйкера", расположившееся неподалёку от университета, на первом повороте. Яркая вывеска с названием заведения висела над входом, вкусный запах выпечки, крутившийся у пекарни, зазывал мимо проходящих людей в помещение, настаивал на покупке вкусной булочки или стаканчика ароматного кофе. Деревянная дверь с узорными стёклами пропускала посетителей внутрь кафе. Майкл подошёл ко входу и открыл дверь, остановившись на месте. — Дамы вперёд, — проговорил он, слегка поклонившись, и указал ладонью на проход. Джулиет улыбнулась и прошла через арку. — Из тебя бы вышел идеальный дворецкий, — сказала девушка, оборачиваясь к парню. Следом за ней вошёл и Майкл, тихо прикрывая за собой дверь. — Вот разбогатеешь, и готов быть твоим дворецким. Джулиет только цокнула, а парень посмеялся. Внутри кафе было оформлено в тёплых коричневых тонах. В помещении приятно пахло свежеиспечёнными изделиями. Небольшие лампы висели над круглыми светлыми столиками, освещая пространство в пасмурную погоду. Некоторые столы были заняты прогуливающей занятия молодёжью или стариками, одиноко кушающими свои булочки. Красивые аккуратные изделия лежали на прилавках, привлекая голодные глаза вошедших. Теплота от печей и выпечки разливалась по всему небольшому помещению, согревая посетителей в прохладный майский понедельник. Разделив между собой обязанности, Джулиет направилась к полкам, а Майкл отправился искать свободное место. Подплыв ближе, девушка взглянула на выпечку. Выбор пал сразу на булочки с лимонной начинкой. Именно её любил больше всего староста. И Джулиет всегда было с ним легко, ибо всегда знала: если Майкл заранее не сообщил, что ему покупать, то это означало только одно: "купи мне булочку с лимонной начинкой и закажи чашку крепкого кофе". У этого парня привычки не менялись с самой школы. Проучившись с ним четыре года в школе и шесть лет в университете, она знала этого человека вдоль и поперёк. Что причёску свою он не менял с самой первой встречи, что предпочтения в еде или одежде сквозь года оставались теми же. Но нельзя было и сказать, что этот человек не менялся вовсе. Конечно, на протяжении жизненного пути что-то да менялось, но это не столько отражалось во внешности, привычках или даже характере, сколько в складе ума. Они подружились в самый первый день, когда парнишка пришёл новеньким в класс Джулиет. Он был буквально самым адекватным из всех мальчиков, и почуял в ней самую адекватную девочку из всех тех, кто с первого же дня стал приставать к новенькому. Начал дружбу парень, когда подошёл на перемене после третьего урока с предложением подружиться. Джулиет сначала относилась к новенькому с осторожностью, но потом, когда прошло полгода, и когда спустя тройку душевных разговоров пара друзей узнала друг о друге чуть больше, то не пожалела о том, что тогда согласилась. Так их и свела судьба. Их узы дружбы со временем стали настолько крепки, что некоторым очень любопытным сплетницам казалось, что они — пара, которая не выставляет свои отношения напоказ. Джулиет и Майкл только посмеялись, когда услышали этот весьма интересный слух. Даже ничего доказывать не стали. Это было бы просто бессмысленно. Теперь осталось только одно: выбрать выпечку себе. Множество сладких булочек умоляюще поглядывали из-под гладкого стекла. Каждая красовалась как могла, чтобы привлечь внимание девушки. Тёплый запах выпечки стал насыщенней, когда Джулиет чуть склонилась к прилавку. Живот предательски заурчал. Кажется, его вопль услышало полкафе. Девушка только втянула живот, мысленно проклиная его отчаянную смелость. Среди множеств манящих взгляд хлебобулочных изделий спустя секунды обдумывания глаза девушки наконец пали на булочку с сахарной пудрой. Макушка почуяла приближение человека. — Что-то желаете? Звонкий, даже отчасти писклявый, но приятный голос донёсся со стороны подошедшей хрупкой девушки. Каштановые прямые волосы были заплетены в крепкую косу, на голове сидела плотная коричневая бандана с вышитым логотипом заведения. Перед был закрыт такого же цвета фартуком, идеально сочетающимся со светлой кремовой блузкой на хрупком девичьем теле. — Добрый день. Да, — вежливо улыбнулась Джулиет. Девушка опустила глаза на булочку с лимонной начинкой. — Мне, пожалуйста, вот эту. — она указала пальцем сначала на одну булочку, — и вот эту. — Джулиет плавно перевела палец с лимонной булочки на ту, что была посыпана сахарной пудрой. Сотрудник кивнула. — Желательно сегодняшние, — подметила в конце Джулиет. Девушка по ту сторону мило улыбнулась и сорвала бумажный пакет с напечатанным на нём названием пекарни. Подхватив ловко железные щипцы, она достала одно изделие и аккуратно сложила его на донышко. — Вам в один пакет или в два? — спросила она, сворачивая верхнюю часть пакета. — В два. Я ещё и другу заказываю, — ответила Джулиет, указывая ладошкой на заставленное столами пространство. Девушка кивнула и сорвала второй пакет. Рабочая улыбка до сих пор не сползала с её лица. И как работнице удавалось держать её весь день напролёт, чтоб не отказали щёки? Джулиет только мысленно покачала головой, пока сотрудник не поставила бумажную упаковку с булочкой внутри на стеклянную поверхность перед покупательницей. — И крепкий кофе с латте, пожалуйста, — добавила она. Девушка кивнула и посмотрела на парня, который тихо устроился рядом. Молодой человек, поймав взгляд своей коллеги, молча кивнул следом и без слов направился к кофейной машине. Пока парень наливал кофе, Джулиет на секунду оглянулась на пространство со столами, но лохматой макушки старосты не увидела. Она сдвинула брови, внимательно оглядывая каждого человека за столом. Слева сидел старик с длинной седой бородой и в старой закатанной кофте, аристократично попивая кофе из маленькой чашечки. Глаза переметнулись правее. За другим столом сидела компания молодых ребят, состоящая из трёх человек. Все члены группы неприлично громко смеялись, похлопывая друг друга по плечам и коленам, из-за чего на них поворачивалась не одна пара осуждающих глаз. Девушка только сморщила нос и пошла изучать окружение дальше. В кафе сидели разные посетители, но своего друга среди них она найти так и не смогла. Засмотревшуюся Джулиет окликнула сотрудник с бумажными пакетами и двумя стаканчиками на стойке. Девушка неловко ойкнула, с улыбкой поблагодарила работницу и, подхватив еду, отошла в сторону столов. Глаза вновь пробежались по территории кафе, но пришедший с ней парень словно бесследно испарился. — Джи, ты чего так пялишься? Мы здесь! Девушка резко повернула голову в сторону, откуда донёсся девичий звонкий голос. В самом дальнем и тёмном углу кафе Джулиет наконец отыскала макушку своего друга, с которым пришла в кафе. Но рядом с ним сидели те люди, которых здесь она точно не ожидала увидеть. За этим же столом, скрестив руки и оперевшись ими о круглую светлую поверхность, сидел рыжий кудрявый парень, а рядом с ним устроилась радостная Мэри. Джулиет мягко улыбнулась и, подхватив пакеты и стаканчики покрепче, направилась к столу в самом дальнем и тёмном углу кафе. Мэри озарила подругу довольной улыбкой. Джулиет аккуратно поставила кофе с булочками на деревянную поверхность. — Привет, ребята, — поздоровалась Джулиет, присаживаясь на свободное место. — Привет, Джи, — улыбнулся кудрявый рыжий парень. Девушка на секунду остановила свой взгляд на нём, словно что-то в его внешности показалось ей подозрительным, но через секунду поняла причину такого сомнения. — Джек, а ты подстригся, — подметила Джулиет, щёлкнув пальцами и одобрительно указав на парня пальцем. — Тебе идёт! Парень мягко посмеялся и почесал затылок. Светлое дымчато-жемчужное пальто расположилось на его стройных острых плечах, а на худом теле парня повисла плотная футболка оливкового цвета. Нос с небольшой горбинкой резко переходил в тонкие розовые губы, которые сейчас дружелюбно улыбались. Под длинными гибкими бровями расположились глаза с коричневыми ресницами и ореховыми радужками. Рыжий кудрявый волос средней длины, пожалуй, был самой запоминающейся деталью в его внешности. В отличие от ржавого цвета Мэри, его рыжий был ярким, из-за чего все школьные годы его называли "морковкой" или "хитрым лисом". На удивление, такие клички его не раздражали. По традициям семьи Патерсонов, откуда он и был родом, лисы считались священными животными, которые испокон веков защищали их от злых духов и бед жизни. Даже на его шее всегда висела подвеска с лисьей головой. Отчасти прозвище "хитрый лис" он считал своим. Правда, хитрым этот парень вовсе не был. Наоборот, этот душка привлёк внимание Мэри своей скромностью и мягкостью. Рядом с ним чувствовался дружеский комфорт, который помогал ощутить себя хоть немного защищённым, ведь с ним, как говорила его семья, рядом всегда летали невидимые телохранители с пушистыми хвостами — лисы. Их присутствие ощущали только он и те, кого парень считал своими близкими верными друзьями. Несмотря на все суеверия, в которые верит его род, нельзя было не подметить, что звучало всё это достаточно загадочно и волшебно. Как-никак, а поверить в сказку порой так хочется, что незаметно начинаешь и сам ощущать магию этих невидимых зверей рядом. Джек сидел рядом с Мэри, прижавшись одним боком к девушке, аккуратно положив свою мощную, но узкую ладонь на её острое плечо. Познакомились они тогда, когда Мэри только поступила в колледж на противоположном краю города. Начали они общаться из-за простой причины: рыжие кудрявые волосы. Являясь единственными ребятами с таким цветом волос во всём колледже, они сильно сдружились. Сначала их часто называли братом и сестрой, ибо такая схожесть во внешности заставляла думать о них, как о родственниках. Но единственным, чем они были похожи — цветом и структурой волос. Черты их лиц не совпадали вовсе. Обычно братья и сестры были похожи формой носа, цветом глаз, формой губ и лица. Однако в этом случае этот пункт им не подходил, и их сильно раздражала невнимательность людей, когда, являясь абсолютно разными по внешности, их продолжали называть братом и сестрой. Сблизила их и жизнь в общежитии. Мэри пришлось на время учёбы съехать в это проклятое место, ведь каждый день таскаться по три часа до колледжа и обратно ей вовсе не хотелось. Являясь студентом третьего курса, Джек с радостью провёл рыжей новенькой экскурсию по учебному зданию: показал ей все кабинеты, потаскал по всем трём этажам, а также завёл в общежитие, показав Мэри её комнату. После первой встречи парень стал неоднократно приносить девушке продукты, а она — готовить еду на двоих. Роковым событием в их дружеской студенческой жизни стала вечерняя прогулка в ближайшем парке, которое помогло им стать ещё ближе. Ох, если бы в ту ночь Джулиет бы не уговорила парня пригласить Мэри на свидание, то они оба никогда бы сами этого и не сделали! Мэри вечером в первый же день учёбы в колледже целый битый час тараторила подруге про нового рыжего друга. После этого телефонного разговора Джулиет слышала этого мужское имя каждый вечер, причём не один и не два раза. Душа тогда что-то заподозрила, и была права, когда однажды пошла с рыжей парой друзей на совместную прогулку и заметила сияющие глаза подруги, как только те попадали на парня. Следующей зацепкой стал ответный мягкий взгляд Джека на второй совместной вечерней прогулке спустя пару месяцев. И Джулиет стала действовать. Сколько же часов она потратила на выяснение абсолютно всех обстоятельств, пока наконец не пришла к единому мнению друзей, просто не сосчитать! Каждый вечер девушка по своей воле заводила разговор о "рыжем красавчике" (как однажды случайно назвала его Мэри, за что очень сильно поплатилась), медленно, но верно вытягивая ценные нити информации из головы подруги. По радостному голосу и заплетающемуся языку даже дурак бы понял, насколько глубоко этот "красавчик" забрался в сердце юной девушки. А в некоторые ночи после ежедневных разговоров с подругой Джулиет набирала номер парня, который всегда удивительно быстро брал трубку. Первый ночной разговор прошёл достаточно тяжело. Джулиет начала с простых невинных вопросов о произошедших событиях и новостях, плавно перетекая на нужную тему. Джек же оказался неглуп и ловко увиливал от цепких вопросов Джулиет. Игра в глупца продолжалась несколько звонков до тех пор, пока в один момент девушке это не надоело и она напрямую не спросила у парня про её подругу. И тогда Джек наконец развязал язык. Смущённый голос доносился из динамиков, а, судя по тону, улыбка держалась на устах весь ночной разговор. Именно тогда Джулиет смело шагнула вперёд и стала упрашивать парня позвать девушку на первое свидание. Джек держался поразительно долго. Мимо пролетела вся ночь. Над горизонтом уже стало всплывать солнце, а на часах стукнуло пять утра. В итоге парень сдался, согласившись на предложение. Зато как они оба потом рассказывали Джулиет о самом прекрасном первом свидании в их жизни! И Джулиет была за них счастлива. Счастлива больше, чем за себя саму. Девушка подметила радостную улыбку Мэри и довольного Джека, что сидели, притиснувшись друг к другу, как парочка маленьких котят. Что-то недоброе резко промелькнуло в душе, но Джулиет лихо отмела это горькое чувство прочь. Майкл сам выглядел таким же радостным, как и рыжая пара. Что-то они явно затеяли, подметила девушка. — Вы такие счастливые сегодня, — завела разговор с важного Джулиет. Уж больно не терпелось узнать причину весёлости друзей. — Джулиет... Мэри начала разговор медленно, заёрзав на месте. Недобрая искра сверкнула в груди. — У нас тут такое дело... Джек тоже медлил с объяснением. Неладная искра засветилась ярче. — Мы... Джулиет напряглась, чуть наклонившись к паре напротив. Майкл перевёл свой довольный взгляд на детективов, разрешив всплыть на лице клыкастой улыбке. Пара переглянулась между собой, словив молниеносный контакт. Джулиет невольно наклонилась ещё чуть вперёд, пытаясь прочесть скрытый от других смысл переглядки. "Ну же, чего таите! Говорите быстрее!" — заскулил внутри тревожный голос. — Мы взяли этого убийцу. Звон молнией пронёсся в ушах. Время остановилось, мир утих. Джулиет чудом сдержалась и не упала на стол от оцепеневшего тело шока. Твёрдый ток прошёлся от кончиков пальцев до макушки. Рёбра внутри зашатались, хоть снаружи и казались окаменевшими. В глазах на секунду потемнело, но мрак быстро рассеялся, когда Джулиет резко встряхнула головой. — Я не пущу!.. — возразила она чуть громче, поднимая испуганные глаза на улыбавшуюся во всю ширь парочку напротив. — Жалко, ведь ты-то с нами поедешь. Джулиет резко вскинула брови, глазные яблоки чуть не выпали из орбит, а челюсть отвисла. Тело забыло, как дышать. Мэри почуяла появившийся шок и поджала тонкие вишнёвые губы. — Джулиет, только не пада- — А как же сессия? — протараторила девушка, стараясь быстро найти причину отказаться от сомнительной поездки с детективами. — Я уже всё сделал. Майкл гордо выпятил грудь вперёд, задрав высоко свой прямой нос, а Джулиет недоверчиво покосилась на него. — Что ты сделал?.. — скромно спросила девушка, чуть зажмурив в неверии глаза. Майкл показушно поправил бабочку и ухмыльнулся. — У тебя автоматом уже стоят хорошие оценки. Точнее, отличные! Джулиет резко повернула голову к нему, прожигая недоумённым взглядом, а парень только продолжал самодовольно смотреть в сторону. — Когда ты?.. — Джек попросил, я сделал, — Майкл перевёл взгляд на друга, а Джек довольно цокнул и подмигнул. У Джулиет вновь чуть не отвалилась челюсть. — З-зачем вам я?! У вас и так медиков полно! — воскликнула она, сдвинув брови и раскинув руки в стороны. — Нам нужна только ты, потому что другим я не доверяю, — оправдалась Мэри. — Самая тупая причина, — съязвила Джулиет, недовольно скрещивая руки на груди. — Плюс ты свидетель. Будешь гулять по городу с нами и выискивать убийцу. Джулиет раздражённо вздохнула. Это, конечно, уже звучало логичней, чем отмазка о том, что "мы никому не доверяем, кроме тебя", но ни капли не утешительней. — То есть я буду приманкой? — сердито спросила девушка, закинув ногу на ногу. — Ну-у-у... типа того, — хихикнула Мэри, наклонив голову набок. Джулиет только нервно усмехнулась и возмущённо закатила глаза. — Хах, ну спасибо! Хоть и было сейчас ей вовсе не до смеха. Мэри довольно похлопала, не услышав отказа от подруги, а сердце Джулиет сжала обида. — Тогда встречаемся завтра в семь вечера, поедем в Крайменбург, — протараторила Мэри, поднеся к губам свой стаканчик с кофе. Джулиет сдвинула брови. — В... Крайменбург? — спросила она, медленно проговаривая название города по слогам. Мэри твёрдо кивнула. — Угу, Крайменбург. Не знала о таком? Джулиет скромно помотала головой, потянувшись за своим латте. — Ой, детка, тебе предстоит сто-о-олько узнать о нём! Это настоящий криминальный город! Мэри вскинула руками так, что её наполовину съеденная булочка с сахаром чуть не повалилась на пол, однако Джек сумел поймать выпечку одной рукой, кладя её обратно на импровизированный поднос из бумажного пакета. — Не очень впечатляет... — тихо пробормотала Джулиет, делая небольшой глоток горячего напитка. — Тю, да тебе понравится! Вот увидишь. Джулиет недовольно поджала губы, а Мэри восторженно улыбнулась, подпрыгнув на месте, и парни посмеялись с счастливой реакции ржавоволосой подруги. — Завтра в семь вечера, запомнила? Мэри радостно хихикнула и поджала кулачки к груди, зажмурив горящие зелёные глаза. Мечта подруги исполнилась. Ей наконец доверили опасного зверя, чему она была несказанно рада, судя по непрекращающемуся восхищению, фонтаном лившемся от девушки. Но радостное настроение Джулиет, с которым она проснулась после ужасного выходного дня, разбилось в пух и прах о сегодняшнюю новость. Холодные нити окутали тело, пальцы сжали ореховое пальто. Не верилось, что Мэри так быстро выхватила себе его. Именно его. — Это тот самы- — Да-да-да-да, — с улыбкой протараторила подруга, прерывая Джулиет и чуть приподнявшись на руках, опираясь о стол. Острые осколки разбитого прекрасного настроения безжалостно улетели в порыве ледяного ветра, ворвавшегося в душу. — И у меня нет выбора? — Не-а, — подтвердил Джек, положив руку на плечо Мэри, приобнимая девушку. Копившая гнев бомба безвыходности с немым грохотом взорвалась. Джулиет опустила голову. Мэри склонилась к подруге, пытаясь заглянуть в спрятавшиеся тёмно-шоколадные глаза напротив. — Не расстраивайся, Джи. Мы же спасём народ! — успокаивающе сказала она, стараясь приободрить огорчённую подругу. Попыталась сгладить углы. — Но я же вам ничем не помогу, — сдержанно проговорила Джулиет, упорно не собираясь смотреть в азартные глаза напротив. — Какой смысл впутывать меня сюда?.. Но получилось плохо. Джулиет пыталась держать порыв отчаяния. Напрягла плечи, сжала ладони в кулаки и переместила стопы под стул. Всеми силами старалась держать хлипкую плотину спокойствия, которая норовила с минуты на минуту прорваться и выпустить волны обиды на друзей. — Ты та, которая буквально даже соприкасалась с убийцей. Ты наше сокровище, Джи! Ты сможешь нам помочь в этом деле. Ты ведь знаешь, как он выгляди-? — Я не знаю, как он выглядит! Отчаянные слова непослушно слетели с уст, а полукрик вырвался из самих глубин лёгких. Весёлое настроение Мэри быстро улетучилось. Уголки тонких губ плавно опустились, брови виновато поднялись. Джулиет зажмурилась, закрыв лицо руками. Парни беспокойно переглянулись. Мэри села ровно, виновато опустив глаза и положив узенькие ручки себе на коленки. Джек только успокаивающе похлопал опечаленную девушку по спине. Между ребятами повисло молчание. Напряжённость витала в воздухе, нагнетая свинцовыми тучами на виновные души и обиженное девичье сердце. Мир стал тише, словно желал подслушать молчаливые горестные крики Джулиет и почувствовать немое сожаление друзей о содеянном. Джулиет поджала губы и сморщила нос. В груди родился ураган и за какие-то жалкие пару секунд беспощадно разнёс абсолютно все опоры сегодняшнего душевного равновесия, не оставляя от них ни единого остатка. В голове загудел шум, который перекрывал собой тихие голоса посетителей кафе. — Джи... — Майкл, ничего не говори. Я отказываюсь от этой поездки. Слова сердито соскочили с уст, и Джулиет резко встала со стола, перекидывая сумку через плечо. Майкл пристыженно опустил свои потухшие голубые глаза, а Мэри только сильнее напряглась. Дружеская атмосфера развеялась в одно мгновение. Девушка последний раз одарила ребят огорчённым взглядом, заглянув каждому в глаза, и направилась к выходу, не забрав с собой даже свою булочку с сахарной пудрой, которую она так и не успела попробовать. Мэри приподняла голову и приоткрыла губы, собираясь что-то сказать, но Джек только мягко положил ладонь на её плечо, останавливая ржавоволосую девушку, и она послушно прикрыла губы, опечалено вздохнув и понурив голову.

***

День в поликлинике никогда не прибавлял красок в день. Серое здание затягивало в свои тесные объятия, заражая тоскливой пылью не только медленно осыпающиеся бетонные стены, но и уставшее тело. Угрюмые пациенты только и портили настроение, связывая своими ядовитыми жалобами на здоровье и отвратительное обслуживание все органы внутри. Благо, сегодня была не смена Джулиет, и единственное, что поднимало настроение после острых новостей — это проезжающий мимо обшарпанной поликлиники автобус со студенткой внутри, который должен был доставить девушку до нужной остановки. Но радоваться стоило только сегодня, ибо завтра Джулиет вновь войдёт в низкое непривлекательное строение и встретиться глазами с прожигающими её натуру склизкими взорами вечно недовольных пенсионеров. Транспорт плавно остановился, а водитель назвал остановку. Джулиет оставила плату за поездку в виде пары монет с выгравированными десятками на них и вышла из кабины. На пустую остановку вместе с ней вышло ещё пара человек: парень в тёмном толстом свитере быстрым шагом помчался направо, в направлении к жилому дому, а старая женщина с вишнёвой сумкой в одной из рук поплелась на лавочку, расположившуюся под крышей остановки. Автобус закрыл двери и, потряхтев, словно на прощание, поехал дальше. Джулиет посмотрела вдаль, на уезжающую металлическую кабину светло-серого цвета, и направилась по тротуару. Мысль о предстоящей поездке крутилась в голове шумным штормом и не собиралась утихать до конца этого дня точно. Она носилась по всему мозгу, загромождая собой остальных невинных собратьев и нагло подрывала сосредоточенность. Про подготовку к предстоящей сессии можно было забыть, ведь оценки напротив её фамилии уже стояли в бумажном журнале каждого преподавателя. Но в голове всплывал один вопрос: а теперь-то чем заняться? Джулиет не привыкла бездельничать, но, на удивление, у неё никогда не было никаких даже любительских хобби, на которые можно было бы потратить свободное время. Когда все остальные хвастались красивыми рисунками, плетёнными браслетами или превосходной игрой на музыкальных инструментах, Джулиет только тихо вздыхала, вспоминая тот ад, через который ей пришлось пройти в детстве, чтоб в итоге она больше ни в жизни не взяла эту гребаную скрипку в руки. И сейчас было открыто нечем заняться. Так всё свободное время занимали экзамены, а тут на смену им пришли непривычные свободные минуты, про которые Джулиет давно забыла. Стоило теперь задуматься над поиском нового хобби, ибо вариант целый день лежать и смотреть телевизор Джулиет вовсе не устраивал. Хотя какое хобби? Впереди девушку ждала "умопомрачительная" поездка, в которую Джулиет бессовестно запихнули без её должного согласия! Даже несмотря на твёрдый отказ, который девушка оставила ребятам перед своим уходом, неугомонная вина сомнительным вихрем крутилась в груди. А может, не стоило отказываться? Может, Джулиет и правда могла бы чем-нибудь помочь детективам? Хотя, с другой стороны, чем бы она помогла? Тем, что сидела на животе зверя, прижимая того к земле, и готова была сама зарезать убийцу раньше, чем это сделает он? Всем, чем могла, Джулиет помогла: сохранила пластиковую бутылку с водой и отдала детективам на изучение и поиск отпечатков пальцев. Больше с собой у неё ничего не было. Девушка топнула ногой, тряхнула головой и шумно фыркнула, пытаясь выпустить огромные клубы злобного дыма из напряжённого тела. Джулиет улетела далеко в космос своих мыслей, совсем позабыв про окружающую обстановку. Ноги бессознательно вели девушку к следующей остановке, что находилась на другой стороне дороги. Девушка успешно перешла "зебру" и повернула направо, приближаясь к небольшому строению. Птицы тихо пели в кронах деревьев, сливаясь в одну песню с шумом моторов проезжающего транспорта и голосами людей. — Джулиет! Внезапный голос, окликнувший девушку, спустил студентку с громовых небес на прохладную твёрдую землю. Джулиет чуть вздрогнула и обернулась на источник звука. Вдалеке, под невысоким деревом, стояла знакомая фигура в чёрном худи и такой же тёмной кепке. Приветливая улыбка невольно выползла наружу. — Чан, привет! — крикнула девушка, помахав ладонью парню. Знакомый ответно улыбнулся и не спеша вышел из тени дерева, направляясь к девушке. Джулиет только выпрямилась и свела ручки вместе, скрепив их в слабый замок. — Я же говорил, что ещё встретимся, — мягко проговорил парень, остановившись напротив и обнажив свои белоснежные ровные зубы. Неясно почему, но в груди приятно потеплело. — Как дела? — спросила Джулиет. — Всё хорошо, — с улыбкой ответил Чан, поправив кепку, из которой скромно показались светлые кончики волос. — А у тебя? — И у меня. Девушка слегка поторопилась с ответом, что не прошло мимо ушей Чана. — Не похоже, — усмехнулся он, спрятав ладони в слитном кармане толстовки. — Ты такая задумчивая идёшь. И сердитая. Джулиет колебнулась. По телу пробежались ледяные колющие мурашки. Рассказывать о произошедшей ситуации не хотелось вовсе, но высказаться душа тоже просила. Поэтому, пометавшись между двумя вариантами, девушка только отвела взгляд на тротуар, потерев носком шероховатую поверхность асфальта. — Да так, устала просто. И всё раздражать стало, — отмахнулась она, натянув милую улыбку на лицо. Чан опустил глаза на тротуар, остановив взор на туфлях девушки и поправив лямку своего рюкзака. — Тогда вечером отдохни хорошо, — заботливо произнёс он, поднимая взгляд обратно. — Вот сессия пройдёт, настанет лето, и отдохнёшь наконец нормально. Джулиет только скромно кивнула. Ох, если бы причиной скребущей душевной боли была только сессия… — А ты куда идёшь? — спросила она, стараясь перевести тему как можно скорее. — Да по работе, — кратко ответил парень, направив взгляд куда-то в сторону, вдаль. Джулиет понимающе промычала. Повисла неловкая тишина. Взгляд девушки зацепился за профиль парня. В прошлый раз ей не удосужилось разглядеть знакомого должным образом из-за окутавшего город мрака. Но сейчас те черты лица, которые в тот раз умело скрыла тьма, показались под серым светом пасмурного неба. Ровный большой нос с округлым кончиком плавно перетекал в мягкие с виду блёклые розовые пухлые губы с белым шрамом на одном из уголков. Тёплые глаза цвета крепкого кофе задумчиво рассматривали что-то в сером холодном городском пейзаже, будто не желая сталкиваться в неловкой тишине с тёмными глазами уставшей девушки. Или он просто почуял на себе внимательный взгляд знакомой, решив не мешать ей изучать чёткий профиль парня. Однако, несмотря на всю нежность черт его лица, щёки его не имели на себе ни одного алого мазка. Парня словно однажды кинули лицом в мешок с мелом, который после этого он так и не смог смыть со своей кожи. Бледные скулы делали его лицо худым и грубоватым, не давая раскрыть в полном свете свою мягкость носу, губам и глазам. С такими белым лицом он был похож то ли на голодающего, у которого из-за недоедания кожа стала прилипать к костям, то ли на вампира, который скрытно блуждает по людскому миру в поисках вкусной алой крови. Вопреки всему холоду, который излучала бледная кожа, его взгляд, улыбка и речи волшебным образом, хоть чуть-чуть, но согревали душу. Бывают в этом мире люди, на которых в первый раз посмотришь и скажешь: ему я могу доверять. И таким душам верить нужно. Такие души никогда не сделают тебе больно. Такие души никогда не предадут и не бросят. Он казался именно таким. По крайней мере, казался. Ветер подул чуть сильнее, и парень внезапно моргнул. Прохладный поток воздуха нахально выдернул Чана из глубоких размышлений, которыми он поспешил поделиться со знакомой. — Знаешь… — робко начал он, переводя взгляд с унылого городского пейзажа на уставившиеся на него глаза девушки, — напиши мне свой номер телефона, пожалуйста. Хочу с тобой дружить. Чан ловко спустил рюкзак с плеча и раскрыл молнию, нырнув рукой в его недры. Немного пошерстив в нём, он вытащил со дна блокнот в кожаной обложке и прицепленное к его корешку механическое перо. Последние слова парня звонким эхом откликнулись глубоко внутри. Когда последний раз девушка слышала такие простые детские слова? Очень давно. Очень. Джулиет замялась, когда парень протянул ей вещь. Она осторожно взяла чужой блокнот и раскрыла его на месте, где была установлена ленточная закладка. Разлинованный бежевый разворот предстал перед глазами. Слева, почти заполняя всё пространство, успели расположиться быстрые записи знакомого. Кривые имена и фамилии были перечислены друг за другом в столбик, напротив них были написаны адреса, а рядом с ними расположились тонкие галочки. Все они дружно были обведены в кружок, кроме последней. Она одиноко расположилась в самом конце списка напротив кривой записи "Оскар Хомлес" с соответствующим этому человеку адресом. Джулиет стремительно прошлась глазами по чужим пометкам, стараясь открыто не показывать появившегося любопытства. — А любопытной Варваре однажды на базаре нос оторвали, — хихикнул парень, расположившись рядом с девушкой. — А я не Варвара, — усмехнулась Джулиет, опуская взор на пустое пространство в конце странички. Чан добро фыркнул. — Я знаю, Джульетта. Девушка цокнула и закатила глаза, а парень довольно хихикнул. — Ты не представляешь, сколько раз я слышала это произношение моего имени в своей жизни, — лёгкая улыбка расплылась на лице, пока Чан прикрывал свою широкую улыбку со шрамом и ямочками своей большой ладонью. — Прости, не мог не пошутить, — успокоился парень, поправляя кепку. Джулиет только помотала головой, а Чан затаил дыхание. Девушка взяла механическое перо в руку и остановила кончик пера над бумагой. — Слушай... — чуть тише начал он, — а у тебя парня, случайно, не Ромео зовут? Джулиет резко развернулась и направила металлический кончик на лицо парня, а он только больше захихикал, увиливая от нацеленного на него "оружия". — К твоему сведению, парня у меня нет, — подметила девушка, возвращая руку на блокнот. — А чего так? — поинтересовался знакомый. — Ну вот так сложилось. Девушка пожала плечами и стала аккуратно вычерчивать цифры своего номера на бумаге, а парень чуть наклонил голову к блокноту, наблюдая за действиями знакомой. Джулиет на миг перевела взор на скромно появившийся сбоку кончик носа и бледную щёку. Парень с детским интересом наблюдал за плавными движениями пера, поспевая тёмными глазами за перемещающимся металлическим кончиком. Уголки рта невольно стали подниматься, однако девушка быстро поджала губы, чтоб очарованная улыбка не всплыла наружу. Знакомый выглядел настолько мило, что Джулиет мысленно сравнила его с маленьким пушистым котёнком, который лез своей любопытной мордашкой туда, куда ему надо и не надо. Девушка всё же не сдержалась и мягко улыбнулась. Уж слишком очаровательной показалась ей эта картина. — А у тебя когда день рождения? — спросил внезапно парень, наблюдая за изящными движениями пера. — Девятого апреля, — ответила девушка, не отрываясь от блокнота. — А тебе сколько? — Двадцать три. Чан медленно кивнул. — А тебе сколько? — поинтересовалась девушка. — Двадцать пять, — ответил парень. — В сентябре двадцать шесть будет. — А какого числа? — Четырнадцатого. Джулиет хмыкнула, откладывая полученную информацию о новом знакомом на отдельную полочку внутри мозга. Парень замолк, не зная, как продолжить диалог, и молча перевёл взгляд на блокнот, внимательно следя за действиями стройных девичьих рук. Джулиет поставила последнюю цифру и закрыла книгу, прикрепляя механическое перо на корешок и протягивая блокнот рядом стоящему парню. Чан принял вещь в свои руки и поднял глаза с предмета на девушку. Он быстро уловил немой контакт со своей новой подругой, мягко улыбнулся и сжал блокнот чуть крепче. Родившееся внутри тепло окутало рёбра и пространство в груди сильнее. — Позвоню сегодня вечером, — сказал парень, спуская рюкзак снова, и бережно кинул блокнот внутрь, позволяя стенкам рюкзака поглотить его. — Да, конечно, — слегка рабочим тоном ответила девушка, покивав головой. Чан только шире улыбнулся, позволяя милым ямочкам выползти на щёки. — Ладно, иди отдыхай, — парень помялся на месте и чуть отошёл от знакомой, заранее слегка повернувшись корпусом в другую сторону. — Ты тоже не забывай отдыхать. На доброжелательные слова знакомой парень только добро прыснул и пообещал: — Хорошо, не буду перенапрягаться. Помахав на прощание своей большой ладонью, Чан развернулся и направился дальше по дымчатому шершавому тротуару. Джулиет провожала его долгим тёплым взглядом до тех пор, пока парень не завернул за чей-то дом. Она же осталась стоять на остановке, у которой и поймал её новый друг. Спустя пять минут подъехал серый прямоугольный автобус. Двери с шипением распахнулись перед девушкой, впуская пассажирку в кабину. Джулиет шагнула на ступеньку и ловко взобралась внутрь. В кабине, несмотря на майскую прохладу за окном, было весьма душно, и даже открытая настежь форточка не спасала ситуацию. Из людей девушка заметила только уставшего мужчину лет тридцати-пяти, который мирно спал, прижавшись виском к холодному стеклу. Джулиет села на свободное место рядом с окном. Автобус тронулся с места и тихо поехал по широкой дороге. Он повёз девушку к родителям.