Часть 1

      Милая Барби!       Да, именно милая, ведь ты всегда казалась именно такой. За годы наших встреч ты нисколько не менялась. Мы встречались, но ты не подарила ни единого поцелуя. Не знаю, во мне ли здесь дело. Может, я недостаточно хорош для тебя?       Каждый день был чудесен, я раз за разом сражался с другими Кенами за твоё внимание. И когда ты обращала его на меня, то жизнь играла новыми красками. Я был вне себя от радости, когда ты восхищалась мной. Я всегда хотел быть для тебя единственным и неповторимым.       Но я просто Кен.       Просто Кен, которому больно осознавать, что он для тебя никто. В веренице событий ты затерялась, чтобы сократить время наших встреч. Всего один поцелуй на прощание, чтобы я вновь научился дышать. Но я не достоин даже этого.       Ты никогда не замечала моих чувств, и я тебя прекрасно понимаю, ведь кому нужен такой неудачник. Я воссоздал модель патриархата просто ради того, чтобы ты обратила на меня внимание, осознала, что я не пустое место, с которым можно поступать как угодно, а личность. Мужчина со своими мечтами и идеями, на которого плевать моей Барби.       Сейчас я мире людей, надеюсь, что я отправлю тебе это письмо и всё будет хорошо. Несмотря на надежду, я знаю умом: хорошо не будет. Не волнуйся, сожалеть и ныть я буду недолго. Я уже зарядил пистолет — символом власти и свободы.       Свободы от собственных чувств. Перетерпеть момент выстрела — и освободить место в твоей жизни от одного неудачника.       Я плакал искренне. Обида. Досада. Разочарование. Предательство. Отчаяние, Смерть.       Ты спросила, думает ли кто-нибудь о смерти? Я задумался.       Кто я такой без своей Барби?       Просто Кен.       Просто дружелюбный сосед, живущий через дорогу. Ты ушла — и с этим зашло за горизонт моё солнце.       Я бы мог умолять, чтобы ты осталась в моей жизни, готов втоптать в землю собственную гордость, но что это для тебя? Просто очередная неловкая ситуация.       Барби, милая, я люблю тебя.       Сколько слабости и никчёмности в этой фразе… Сколько позыва наконец разрядить себе в башку всю чёртову обойму. Чтобы не мешать больше, не ставить в неловкое положение, не мозолить глаза. Ты ушла — уйду и я. Правда, на этом свете для меня нет больше причин задерживаться.       Маскулинное недоразумение не смеет тратить твоё время. Танцы, заседания, пляж — вот твои верные спутники. Я никогда не проснусь рядом с тобой, не разделю завтрак, не покатаю на волнах.       Ведь я просто Кен.       Кен, который уже просто-напросто не вывозит.       Груз безответной любви и всеобщего разочарования давит всё сильнее.       Даже патриархальный уклад нашего небольшого сообщества ничего не исправил. Я здесь, Барби. Я сильный, я классный. Восхитительный для тебя мужчина.       Я хотел спрятать боль, но её слишком много. У меня болит в груди. Я ощущаю себя полностью опустошённым. Любовь — это душевная могила. Ты бросила горсть земли, и я понял — это конец.       Конец безнадёжного Кена.       Спасибо, что выслушала. Или прочитала. Неважно.       Я лишь хотел сказать, что я тебя люблю. Хочу быть с тобой. Но я «просто Кен». Так, аксессуар вроде сумочки или боа. Даже у вещей истекает срок годности, что уж тут говорить о жизни.       Правда, моя жизнь оборвётся уже через несколько минут.       Извини, что мешался. Я не хотел. Не хотел быть обузой. И никогда ею больше не стану.       Извини.       И спасибо за те минуты нетерпеливого ожидания, когда я наконец уберусь восвояси.       Любимая.       Моя любимая Барби.       Кен дописал прощальное письмо. Он уже не плакал. Остались душевная боль и разбитое вдребезги сердце. Кен поднимает голову, прикладывает дуло пистолета к подбородку.       Никогда ещё двери этого дорогого отеля не обагрялись мозгами и кровью.