Часть 4

      — Что ж, мисс Грейнджер. Прошу вас, — «Карл» с улыбкой пригласил её следовать за ним и быстрым шагом пошёл к служебному выходу из бара.       Гермиона, не переставая задавать себе вопросы о реальности происходящего, быстрым шагом проследовала за бывшим профессором Снейпом.       Когда они оказались на служебной парковке бара, её глаза восторженно расширились, и она едва слышно выдохнула:        — Чёрт подери! Вы не перестаёте удивлять, профессор!       На парковочном месте стоял красавец-спортбайк, а на боках железного коня, матово блестящих в свете ночных фонарей, плясали, едва заметно мерцая в приглушённом уличном освещении, языки серебристо-зелёного пламени.       — О, мисс Грейнджер! Не пристало воспитанной девушке так выражаться! — притворно ужаснулся Северус, перекидывая одну ногу через сиденье спортбайка, усаживаясь поудобнее и натягивая на руки чёрные кожаные перчатки.       — О, профессор Снейп! Не пристало благородному сэру использовать магию за пределами волшебного мира! — качая головой, полушёпотом парировала Грейнджер и медленно, вплотную приблизилась к ухмыляющемуся Снейпу.       Чуть касаясь своим бедром его бедра.       Чуть касаясь своим локтём его локтя.       Сейчас, когда он сидел в седле мотоцикла, они были с ним одного роста, и его чёрные глаза оказались напротив карих глаз Гермионы:       — Ну, девочка по-прежнему умна… — в полголоса проговорил «Карл», склоняя голову набок и окидывая оценивающим взглядом её улыбающееся лицо. Помедлив, он добавил чуть охрипшим голосом: — Давайте проверим, осталась ли девочка такой же бесстрашной? — чёрные омуты глаз лучились весельем и какой-то новой эмоцией, которую она не смогла прочесть.       Длинные чёрные ресницы дрогнули, и его взгляд сместился чуть ниже её глаз.       В голове Грейнджер пронеслись пугающие её мысли: Мерлин Всемогущий! Он… что? Он флиртует со мной?! Холодный и неприступный профессор зельеварения! Гроза всех студентов Хогвартса! Флиртует со своей занозой в заднице! Что же происходит, мать Моргана!       Позднее, Гермиона будет зарываться пунцовым лицом в подушку, сгорая от смущения и стыда за саму себя, а сердце будет учащённо биться от осознания того безрассудства, которое она себе позволила, но пока…       Криво усмехнувшись, Грейнджер приблизила своё лицо к лицу своего бывшего профессора и тихо выдохнула, почти касаясь губами его рта:       — С вами я не боюсь ничего, но… — в карих глазах вспыхнули искорки веселья, когда она выдохнула последние слова: — Но я бы всё же попросила у вас дополнительный шлем.       Его тихий смех нарушил тишину пустынной парковки, и, щёлкнув пальцами, «Карл» материализовал из воздуха бордово-золотой шлем и протянул его Гермионе, качая головой и лукаво поглядывая на бывшую ученицу:       — Двадцать очков Гриффиндору, нахалка!       Спрятав довольную ухмылку под мотоциклетным шлемом, Гермиона оседлала мотоцикл за спиной Снейпа, аккуратно пристраивая ступни на специальных подножках.       — Ну, готова? — он хмыкнул, принимая её неуверенный кивок, и успокаивающе добавил: — Это почти то же самое, что и квиддич, но веселее.       — Я ненавижу квиддич… — пробубнила она, опуская забрало шлема.       Её руки смыкались на его широкой груди, когда Снейп, откинув волосы назад, надел шлем на свою голову.       Его ладони, затянутые в чёрную кожу, крутанули ручки газа на руле.       Двигатель мотоцикла взревел, подчиняясь воле хозяина, и, опасно поблёскивая боками, спортбайк сорвался с места, унося двоих людей в туманную ночь Манчестера.