Часть 1

Новый день, новая тюремная камера. Как мило. Нилу удалось сбежать уже дважды, но оба раза он не добрался дальше, чем до середины коридора. Во второй раз его ударили по лицу и засунули в куда меньшую комнату, напоминавшую скорее стенной шкаф с бетонным полом. Из которой было гораздо труднее освободиться. А теперь у него еще и лицо болело. Определенно, ему был нужен план получше. Будь он один, он мог бы просто сидеть и ждать, пока не появятся его похитители, а потом попытаться договориться с ними или запудрить им мозги. Обычно это срабатывало. Но… они забрали Питера. И мысль о том, что они могли с ним сейчас делать, заставляла его лезть на стену. Или, в данном случае, на дверь. Он обдумывал глубоко нереалистичный план с участием его зажима для галстука, ботинок и третьего запасного комплекта отмычек, когда дверь распахнулась. Нил успел заметить двух громил, между которыми висел Питер. Они толкнули его внутрь, где он споткнулся и повалился на пол. Дверь захлопнулась. – Питер! Нил опустился на колени рядом с ним и перекатил его на бок. Питер выглядел на удивление неплохо; он лишился пиджака, но рубашка и галстук остались при нём, и, хотя его слегка помяли – подбитая губа, пара синяков, – в основном он выглядел нормально. И ещё он хихикал. Хихикал. Питер Бёрк. Определенно ненормально. – О, – сказал Нил. – Тебе что-то вкололи, да? Это будет весело. Отличная смена ролей, кстати. – Нил. Привет, – усмехнулся ему Питер, затем нахмурился. – Прекрати вращаться. Это приказ. – Постараюсь, – Нил помог ему сесть, прислонив к стене. Питер прищурился на него. – Они тебя били? – спросил Нил. – …сильно, – добавил он при виде разбитой губы и взъерошенных волос. – Нееет, – слегка задумавшись, протянул Питер. – Дали наркотики. Это слегка знакомо, – нахмурил брови он. – Ну да, только в последний раз это случилось со мной. – Странно. – Ага, – вздохнул Нил. Он обнаружил, что испытывает определенное сочувствие к Питеру, вынужденному возиться с ним в клинике Хаузер. Это оказалось куда менее забавно, чем он ожидал, и куда более тревожно. И еще будет просто отвратительно пытаться сбежать, когда Питер в подобном состоянии. Питер начал напевать себе под нос. Фальшиво. – Ты это делаешь, чтобы мне досадить, да? Это расплата. – Ты любишь песни из мюзиклов? – спросил Питер. Нил решил ее раз попытать удачи с дверью. Так же неприступна, как раньше, и будет чертовски сложно вскрыть замок с этой стороны. Он снова присел перед Питером. – Ты видел что-нибудь, когда тебя волокли сюда? – Я что-то там современного генерал-майора… – что? – Снаружи, – сказал Нил. – За дверью. Что там? Питер глубоко задумался. Потом сказал: – А какой был вопрос? – Ладно, забудь, – вздохнул Нил. Да, определенно не так забавно, как казалось. Потом он заметил, что Питеру удалось сосредоточить взгляд на нем, и что он внимательно рассматривает его лицо. – Что? У тебя начались галлюцинации? Питер вытянул руку и с неожиданной мягкостью коснулся синяка под глазом Нила. – Нил, – тихо сказал он. – Они тебя били. – Не… сильно? – Я их убью, – заплетающимся языком заявил Питер. – Никто не может… Я их убью. Убью. Где мои ноги? – Там же, где и всегда. – Нилу наконец удалось заставить его сидеть смирно, придерживая обеими руками за плечи и опираясь на руки почти всем весом. Питер действительно был сильным, даже под кайфом. – Питер, правда. Я в порядке. Ну, в основном. Все важные части целы. – Прости, – сказал Питер. Нил осторожно отпустил его и, когда Питер не сделал дальнейших поползновений встать, сел у стены рядом с ним. – За что? – Это я должен… но я не могу. Не могу думать, – Питер прижал кончики пальцев ко лбу. – Не могу ничего сделать. Только буду тебя тормозить. О Боже. Единственным, что могло быть хуже счастливого обдолбанного Питера – это подавленный обдолбанный Питер с экзистенциальным кризисом. -Успокойся, – сказал Нил. – Поскольку мы оба здесь застряли, это на самом деле сейчас неважно. – Ты это ты. Ты наверняка можешь выбраться. Иди, – вяло махнул рукой Питер. – Спасайся. Я буду в порядке. – Ты серьезно мне говоришь сбежать отсюда и бросить тебя? – Буду тормозить, – повторил Питер. Он начал дрожать. – К счастью, ты слишком накачан всякой гадостью, чтобы принимать подобные решения. Как единственный в этой комнате, находящийся в здравом уме и твердой памяти, я заявляю, что никто никого не бросит. Странное дело, это же ты мне так сказал, помнишь? Нил стянул пиджак и обернул его вокруг плеч Питера. – Прости, – снова пробормотал Питер. Он начал крениться набок, радостное перевозбуждение утекало, оставив его обмякшим и дрожащим. – За то, что заразил меня своим рыцарским кодексом чести? О да, тебе стоит сожалеть. – Я чувствую себя премерзко, – потер виски Питер. – Голова трещит. Все вращается. Я же велел тебе прекратить вращаться… кажется… – Добро пожаловать в клуб "меня накачали наркотиками против моей воли". Мы очень избранная группа… то есть, были; похоже, в последнее время впускают всех без разбору. Питер по-прежнему дрожал, так что Нил попробовал обхватить его за плечи и притянуть к себе. Питер сопротивлялся недолго, после чего тяжело привалился к нему. – И да, я знаю, ты Питер Бёрк, – сказал Нил. – Специальный агент Питер Бёрк, который должен делать всё сам. Ты всегда главный, всегда всё контролируешь. В этот раз для разнообразия успокойся и доверься своей команде тебя вытащить. – Диана и Джонс, – сказал Питер. – Правильно. Они будут нас искать. – Хороший совет и для меня, подумал он. Сиди смирно, помощь скоро прибудет. – Питер. Доверься мне. Повисла тишина; потом Питер тихо сказал: – Да. – Что да? – Я тебе доверяю. Нил сказал себе, что от этого у него вовсе не потеплело внутри. – В основном, – добавил Питер. – Иногда. В некоторой степени. – Спасибо, Питер. Меня нужно было спустить с небес на землю. Тишина постояла еще немного, потом Питер пробормотал: – Я действительно паршиво себя чувствую. – Питер, если тебя вырвет, я тебя выгоню из своей камеры. Питер пробормотал нечто неразборчивое и уснул на плече Нила. Поскольку будить его – лишь обрекать на тошноту и премерзкое самочувствие, что Нил знал из собственного опыта, – у него не хватило духу спихнуть его и пойти ковыряться в замке. К счастью, Диана и Джонс появились на выручку прежде, чем его рука окончательно лишилась чувствительности.