Глава 4. Здешний колорит

Выдержка из доклада института изучения Зоны Особой Нестабильной Активности Омега-Зеро. В результате вмешательства высшего военного руководства города, теперь находится под грифом — «Совершенно Секретно».

      Согласно информации, имеющейся у руководства института, как вокруг охраняемой территории, так и внутри неё, сформировался определённый круг нелегальных лиц. На основе имеющихся у нас статистических данных мы можем сделать вывод, что внутри «З.О.Н.А.» на постоянной основе проживает около тысячи неучтённых лиц. Кроме того, мы можем с уверенностью сказать, что численный состав этих зверей постоянно меняется в результате большого количества насильственных смертей.       Среди множества мелких кланов и дельцов с их подручными выделяется мощная группировка называющая себя «Кованые». Судя по имеющейся информации, они занимаются контрабандой так называемых «метаморфов». Кроме того, в сферу их преступной деятельности входят грабежи, убийства, а также работорговля.       Так же, по неподтверждённой информации, «З.О.Н.А.» находится в сфере интересов частной корпорации «Салюшенс Индастрис». Хотя официальные лица корпорации всячески отрицают нахождения на охраняемой территории своих вооружённых сил. По некоторым слухам, служба безопасности корпорации называют себя «Восход», но официально этого подтвердить не удалось. Получить больше информации об этом не представляется возможным.

***

      Пока Эстер приходила в себя, ей пришлось изложить наёмнику свою историю. Он этого потребовал в практически ультимативной форме и девушке пришлось подчиниться.       С одной стороны — не хотелось. Кто знает, что было у сервала на уме? А с другой — рысиха понимала, что тоже не стала бы рисковать ради какой-то мутной личности.       Да и Рэндел уже помог ей. «Регенератор» действительно сотворил чудо. Конечно, если опустить побочный эффект, в виде огромного прилива сил, который заканчивался спустя минуту, оставляя после себя только дикую боль. Это и произошло с Эстер, и именно из-за этого, как объяснил ей Кэт, препарат не сыскал славы среди армии ни одного города-государства.       Наёмник выслушал внимательно, присвистнул, когда рысиха дошла до рассказа об отряде спецназа и погоне на трассе. Сочувствующе покачал головой, когда Эстер закончила, некоторое время молчал, будто переваривая услышанное, а после глянул на рыжеволосую и заговорил:       — Ну, подставили тебя знатно. Сочувствую. Такие дела на тормозах не спускают. Пожалуй, ты приняла правильное решение, ломанувшись сюда. И, да — теперь я уверен, что ты действительно заплатишь. Я и правда крепко держу тебя за сиськи.       Видимо, выражение лица Эстер было не самым весёлым, потому что пятнистый протянул руку и потрепал рысиху за здоровое плечо, подбадривая:       — Ну ладно, не дрейфь! Кошачьи на войне своих не бросают.       — Ага. Особенно за двести штук, — невесело пошутила Эстер.       — Ага. Особенно за них, — ухмыльнувшись, кивнул Рэндел.

***

      — Далеко нам идти? — Эстер обхватила себя руками, стараясь не стучать клыками слишком громко. Ходить в одной грубо укороченной футболке по территории, где постоянно дует сильные ветер и идёт дождь, было не самым лучшим решением. — Эй, ты меня услышал?       Но вместо того, чтобы ответить, Рэндел вдруг выставил раскрытую ладонь. Сигнал более чем понятный — заткнуться и остановится. Серая остановилась, присев на одно колено, с любопытством наблюдая, как наёмник вертит головой то вправо, то влево. Он снова надел свой навороченный шлем и видел сейчас куда больше, чем могла бы увидеть Эстер.       — Пошли, — махнул, наконец, рукой Кэт, видимо убедившись, что опасности впереди нет. Аккуратные многоэтажки-близнецы молчаливо провожали их мутными взглядами запылённых окон.       — А почему прямо здесь лагерь не разбили? — полушёпотом спросила Эстер у Рэндела, сжимая в руках выданный им пистолет, в котором без труда был опознан «Тай-Бол». Рысиха хорошо знала эту машинку, приходилось пользоваться во время службы. — Вроде и к периметру близко, и не особо опасным местом выглядит.       — Это сейчас не выглядит. Тебе вообще очень сильно повезло, — насторожено озираясь, ответил наёмник. — В затишье как раз попала. Сюда как бы вообще не очень стремятся забредать, потому что мало кому удавалось выйти.       — А что здесь происходит-то? — с виду, Эстер казалось, что эти здания вполне безопасные и могут укрыть от дождя и ветра.       — А чёрт его знает. Бывает, пройдёт группа — спокойно, без приключений. Через полчаса кто-то входит, а на выходе пусто. Ни криков, ни выстрелов. Как сквозь землю провалились. Эту штуку так и называют у нас — «Провал». А как она работает, никому увидеть не удалось.       — А что ты тут делаешь тогда?       — Ну, у меня есть способ узнать, стоит сюда лезть или нет, — наёмник замолк, но через некоторое время заговорил снова. — Это ноу-хау моё. Не знаю, додумался ли ещё кто-нибудь до этого.       — Внимательно слушаю, — больше из вежливости, нежели из-за интереса, ответила Эстер. — Слышишь сейчас что-нибудь? — спросил Кэт, останавливаясь.       — Эм… нет, — остановившись и покрутив по сторонам единственным ухом, ответила Эстер.       — И это хорошо. Если вокруг тишина — можно входить спокойно. А вот если стрекочут сверчки — то лучше обойти от греха подальше. Был у меня случай убедится в этом: шли с парнями группой, пятеро нас было. Каждый по своему делу, но до лагеря идти вместе удобнее, вот и сговорились. С ними такой крупный лось был, мир его праху, безбашенный, как сто чертей, и крутой как подъём в нуль градусов. Себя умнее всех считал. Типичный рогатый, короче. Ну, я услышал, сверчки стрекочут. Говорю, парни, нужно крюк дать, от греха подальше. А лось этот, сука, стал меня высмеивать, мол, я как зашуганная самка себя веду, слишком осторожничаю. Я и съехал, пошёл своей дорогой.       — И где теперь тот лось?       — А кто его знает? — пожал плечами сервал. — Никто их больше не видел. И стрельбы я тогда не слышал. А это уже крайне странно: нельзя группу матёрых убивцев в четыре рыла убрать так, чтобы никто из них выстрелить не успел. Забрала их в общем «земля ветра и молний»…       Эстер слегка поёжилась. Всё это больше походило на байку, но она понимала, что тут возможно всё что угодно.       — Да и вообще, — вернулся к теме наёмник. — Прикинь сама — до периметра три шага, а тут лагерь нелегалов. Да его в первый же день с СВВП раздолбают. Местные военные разгильдяи, но не до такой степени.       На этой пессимистической ноте разговор их затух. Они размеренно продолжали путь по обломкам кирпича, бетона, пластика и стекла. По асфальту, на котором не было ни трещинки, Кэт идти категорически отказывался. Периодически наёмник резко менял направление, двигаясь по только ему видимым указателям. Иногда он метал небольшие куски щебня вперёд, говоря, что его шлем фиксирует энергетический след, удовлетворённо хмыкал, и резко брал в сторону, сетуя, что «разрядник» может быть ещё активным. Эстер, не задавая вопросов, просто плелась сзади след в след.       Процессия шла мимо автобусной остановки, и продолжала двигаться в сторону микрорайона, выстроенного из панельных домов. А вдалеке всё ещё можно было разглядеть небоскрёбы центрального района Сектора-А. Где-то там, среди этих стеклянных столбов закручивались в смертельную воронку, гигантские тёмные потоки ветра. Даже с такого расстояния можно было ощутить всю их силу. Кривые белые молнии прочерчивали чёрное небо, ненадолго освещая всё вокруг и оглушая раскатами грома.       — А далеко идти? — задала Эстер интересующий её вопрос.       — Пару часов, если повезёт. А может, и пару дней, кто знает? Здесь время по-другому тикает, — философски изрёк проводник и снова замолчал. Дорога требовала всего его внимания, поэтому девушке пришлось довольствоваться холодным ветром, проникающим, казалось, прямо под шерсть.       Кусты в стороне сильно шевелились под напором ветра. Эстер в недоумении вскинула бровь.       «Атмосферное явление? Или же на нас нацелилась какая-нибудь злобная тварь? Попробуй тут понять!» — думала рысиха, но всё же, старалась озираться по сторонам, оценивать ситуацию и лишний раз не издавать посторонних звуков, тщательно следя, куда ставить ногу. Хотя всё вокруг выглядело таким безжизненным, что Эстер всё же потеряла бдительность.       И именно поэтому она пропустила момент, когда кусты колыхнулись особенно сильно, и из них вылетело продолговатое чёрно-фиолетовое пятнистое тело. Эстер успела заметить опасность, только когда неведомая тварь была уже на излёте.       А вот Кэт не дремал. Лишь заслышав шум, наёмник резко обернулся. На оценку ситуации у него ушло не больше секунды, а потом он сильно толкнул рысиху в сторону и вскинул оружие.       Автомат задёргался, застучал, лязгая затвором; пули ударили по непонятному мутанту, выбивая из его тела красно-чёрные фонтанчики. Правда, толку от этого было мало. Тварь приземлилась на все четыре лапы, резко развернулась, загребая землю длинным хвостом, и ринулась на сервала.       Эстер подняла пистолет и открыла огонь, всаживая пулю за пулей в спину монстра. Однако реакция была никакой. Тварь продолжала бежать на наёмника, будто не в ней только что проделали несколько новых отверстий. Кэт, пятясь почти бегом, не прекращал стрелять. Голова твари дёргалась от попаданий, но издыхать урод не спешил. Только всадив полный магазин в его башку, сервал смог наконец утихомирить монстра. Пули же Эстер, которых было не меньше шести-восьми штук, казалось, его даже не потревожили.       — Это что, мать его, за хрень такая? — выдавила рыжеволосая, вытаращив глаза на убитого мутанта.       Он походил на ящерицу-переростка, только ползущего на четырёх лапах: длинное приземистое тело, короткие мускулистые лапы, бледные глаза с полоской вертикального зрачка, и вытянутая морда, которая походила на крокодилью с которой содрали всю чешую, оголив только мощные костяные наросты с огромным числом мелких игольчатых клыков. От монстра воняло падалью и ещё чем-то непонятным.       — Это трепан, — выдохнул наёмник. Неожиданное нападение несколько выбило его из колеи.       — Трепан? — теперь Эстер выкатила глаза на наёмника.       — Ну да. Так их прозвали. И название вполне заслуженное. Эти мрази любят есть мозги, вот и вскрывают череп как одноимённый хирургический инструмент. Так-то хрен знает, что или кто это был раньше. А теперь трепан. Мутант.       — Мутант? — Эстер поглядела на наёмника как на дурака. — Но…       Рысиха много слышала про мутантов с «З.О.Н.А.». Про кошмарных тварей, уничтожающих всё живое. Про подражателей, мастерки имитирующих голос и заманивающих проходцев в ловушки. Про невнятных насекомоподобных тварей, впрыскивающих какой-то токсин, который растворял внутренности за менее чем минуту. Про крикачей, сбивающих жертву с ног акустическими волнами, и забивающих насмерть гипертрофированными передними конечностями. И про других страшных порождений «Некрополиса». А теперь перед Эстер лежало живое, — вернее мёртвое — доказательство того, что она ошибалась, когда думала, что это просто байки. И от этого кошке становилось как-то не по себе.       — Знакомая реакция, ага, — наёмник усмехнулся. — У меня тоже была, когда я в первый раз местную фауну увидел.       Эстер ещё раз посмотрела на тварь, на раны на её спине, на пистолет в своих руках. Вспомнила, как тварь двигалась, будто не замечая ранений. И от этого девушке стало очень и очень неуютно.       — Слушай, а тут можно достать что-нибудь посерьёзнее этого? — рысиха качнула пистолетом. Наёмник снова усмехнулся.       — Пробрало, да? Можно. Там, куда я тебя веду. Тебе и на самом деле надо разжиться нормальной пушкой и снарягой. Но имей в виду! — он внимательно посмотрел на рыжеволосую. — Стволы и шмотки — за твой счёт. За периметром доложишь недостающее. Я за тебя платить не собираюсь. А теперь пошли отсюда. Эти твари обычно редко поодиночке охотятся. А что такое столкнуться с их стаей — ты теперь, пожалуй представляешь.       — Подожди. А мы его просто так оставим? — кивнула рысиха на труп мутанта. — С них же «метаморфы» добываются?       — Больше возни, тем более, я сюда не за «метаморфами» пришёл, — пробубнел наёмник. — Давай за мной, да побыстрее.       Эстер оставалось только кивнуть и поспешить следом за Кэтом.

***

      Лагерь нелегалов был виден издалека. Но это, судя по всему, никого не смущало. Ребятки даже не пытались прятаться. Над лагерем стоял густой столб дыма, поначалу встревоживший рысиху, но ритмичные звуки, донёсшиеся до неё с порывами ветра, успокоили. Если играет музыка, значит всё в порядке.       Эстер заметила, как брезгливо усмехнулся её проводник. Видимо Рэндел, который столько сил вкладывал в маскировку, просто не понимал, как можно вести себя так беспечно здесь на этой гиблой земле.       — Что там творится? — на всякий случай спросила рысиха, указав на забор из сетки-рабицы. Местами проржавевший насквозь, местами заваливающийся набок, кое-где с дырами, многократно превышающими размеры ячеек. Однако он был каким-никаким, но препятствием для тех, кто хотел бы проникнуть внутрь.       — Жизнь там творится. Для таких, как ты, это самое безопасное место, — Кэт снял шлем, пригладил волосы и сплюнул себе под ноги. — Сейчас дойдём, познакомлю тебя с кем надо, и разойдёмся.       — Эй! Что значит «разойдёмся»? — возмутилась Эстер. — Тебе что, деньги не нужны больше, что ли?       — Нужны, конечно, — невозмутимо ответил сервал, покачивая хвостом. — Но ты же не думаешь, что я из-за них забью болт на свою репутацию, не выполню задание, и буду сидеть над тобой, как наседка, пока ты не решишь, что тебе уже можно выходить? Нет, подруга. Так дело не пойдёт. Я дам тебе срок и назначу место, куда ты придёшь и принесёшь мои деньги. А если я тебя там не встречу — найду и убью. Вот и всё.       Он произнёс всё это просто и буднично, но таким тоном, что не оставалось сомнений — найдёт. А вот убьёт ли — это ещё вопрос. Всё-таки Эстер и сама могла показать класс, так что тут пятьдесят на пятьдесят, кто кого грохнет. Впрочем, кидать его рыжеволосая не собиралась, но сам факт маячащей тени наёмника слегка нервировал.       Кэт заметно ускорил шаг, и Эстер не оставалось ничего, кроме как последовать его примеру. Тем более, что и двигаться приходилось след в след.       Лагерь был разбит на месте бывшей станции техобслуживания общественного транспорта, о чём красноречиво сообщало вывеска с ещё не успевшими выцвести буквами. За забором из мелкоячейстой сетки, увитой сверху колючей проволокой, была свалка для машин, которые не подлежали ремонту, а за утилизацию хозяева, видимо, отказались платить. Автобусы свалили на пустыре и забыли, пока в эти места не пришла «З.О.Н.А.» .       Кто-то смекнул, что гниющие кузова могут быть вполне пригодным укрытием от дождя, а на ещё не украденных креслах ночевать гораздо удобнее, чем в спальном мешке на голой земле. Потом в этот импровизированный лагерь пришёл один торговец, выдавленный из более обустроенного места конкурентами, и завертелась движуха. Жизнь, как сказал наёмник. Если таковой её вообще можно было тут называть…       За часы, которые занял переход, Эстер уже успела привыкнуть к отсутствию зверей на территории «З.О.Н.А.». В некоторые моменты ей приходила в голову мысль о том, что они с Рэнделом — единственные на планете, оставшиеся в живых после прошедшего абсолютно незаметно для них катаклизма.       А теперь — снова звери. Разговаривают, судя по запаху — разогревают консервированную еду, и слушают ритмичную музыку. Эстер ускорила шаг — ей хотелось быстрее присоединиться к ним и хотя бы на несколько часов забыть о проблемах, валящихся со всех сторон.       Дорогу кошачьим преградили двое с самозарядными автоматическими карабинами «Беленг» наперевес. Судя по одинаковым стволам и идентичному снаряжению, больше напоминавшему униформу, эти ребята были местной охраной. На рукавах можно было разглядеть нашивку: огонь в красном кругу.       Наёмник выступил вперёд, убрав руки с оружия, остановился. Эстер, стоя позади, последовала его примеру, опустив пистолет. В небольшой луже, разлившейся на асфальте, виднелось отражение рысихи. Стоило признать, что выглядела она сейчас жалко и нелепо одновременно.       — Пойдём уже. Потом собой налюбуешься, красотка.       Пока Эстер разглядывала себя в луже, наёмник успел договориться с охраной и пройти за ворота. Рысихе пришлось двинуться за ним, ускорив шаг.       Теперь источник звука мог быть локализован точнее: доносился он из небольшого фургона, который, в отличие от большей части местного транспорта, с виду был вполне на ходу. Басы стучали так, что уцелевшие в некоторых автобусах стёкла вибрировали. Узоры краски из баллончика на белом металле кузова складывались в причудливую огненную вязь слов — отличительная черта банды «Кованые».       — Торговец, — поясни Кэт. — Не знаю, как привёз сюда фургон и стереосистему. Один из «местных».       — «Местных»? — переспросила Эстер, всё продолжая рассматривать блестящую на солнце краску.       — «Местных», — утвердительно кивнул наёмник. — «Кованые». Те, кто останавливаются в этом лагере, платят через этого парня нечто вроде дани. За это их не трогают — схема простая, рабочая.       — А те мордовороты на входе с карабинами? Тоже из этих самых «местных»?       — Ну да, а что, не похожи? — усмехнулся сервал. — Познакомишься с Ридом, поймёшь. Вот он — колоритная личность.       Кэт подошёл к задним дверям импровизированного «фургона для вечеринок» и постучал кулаком по гладкому металлу. Через несколько секунд двери распахнулись, музыка тот час же стала гораздо громче. Перед спутниками появился молодой игуан, сжимающий в руке пафосный крупнокалиберный пистолет. На оголённом желтоватом торсе красовалась большая красная буква «К» в виде языков пламени.       — Здорова, Рид! это Эстер, — кивнул на рысиху наёмник. — Ей нужно место, чтобы спрятаться. Думаю, ты сможешь ей помочь.       — Хех, кошечка, — протянул игуан, потирая затылок дулом пистолета. — А кыська может расплатиться за мои услуги? — спросил он, с сомнением оглядев рысиху.       Эстер напряглась от лёгкого гнева внутри. Мало кто из мужчин её так называл, и этот факт разжигал в нервных клетках толику ярости, которая хотела найти выход.       — Кыська может, — взяв себя в руки, спокойно ответила рыжеволосая. — О какой сумме идёт речь?       Игуан назвал цену. Эстер в любом случаи была готова заплатить сколько угодно, но была приятно удивлена названой суммой. Она была более чем уверена, что барыга попросит куда больше.       Кивнув наёмнику, рысиха отошла от фургона. Убедившись, что никто за ней не наблюдает, открыла кейс, придерживая его подбородком и локтями, отсчитывая нужную сумму. Вернувшись, протянула деньги Риду.       Игуан пересчитал купюры, ещё раз бросил на Эстер оценивающий взгляд, будто не понимая, откуда у этой одноухой пигалицы могла взяться нужная сумма, а затем расплылся в широкой улыбки. Золотые мелкие резцы блеснули, отразив лучи фонаря на крыше фургона, и парень протянул рысихи свою сухую, когтистую руку.       — Если нужно ещё что-то, обращайся… — Рид, усмехнувшись, показал на рваньё, в которое была одета Эстер. — Экипировка и ствол тебе понадобятся в любом случае.       — Купи что нужно, — поддержал его наёмник. — Я подожду, потом познакомлю тебя с остальными парнями, и всё.       — Можно мне умыться сначала где-нибудь? — спросила рыжеволосая, указывая на лицо, всё ещё выпачканное в крови. — Потом поговорим на счёт покупок.       — Конечно, — согласно кивнул торгаш, пропуская рысиху в свой «пати-бас».       В фургоне был миниатюрный санузел, в котором едва помещался зверь комплекции Эстер. Басы долбили всё громче, зеркало из пластика угрожающе дребезжало, будто готовясь развалиться на мелкие обломки. Вода в мини-болере, по всей видимости, наливалась из канистр, которые приносили из-за пределов «З.О.Н.А.».       Открыв кран, Эстер наклонилась и стала отмачивать кусок ваты, прилипший к раненому уху. Попытавшись отодрать его в первый раз, девушка лишь в голос выругалась, после чего снова опустила левую сторону головы в едва льющуюся тёплую воду. Когда жжение немного поутихло, она попыталась снова, на этот раз дело пошло гораздо успешнее: клочками, оставляя мокрые и грязные волокна, но Эстер всё же убрала большую часть закрывающей рану ваты.       Нащупав на полке кусок мыла с запахом персика, девушка тщательно намылила руки, лицо и шею, после чего долго смывала, при этом, не отказав в себе в удовольствии повторить процедуру ещё раз. Смыв остатки мыла с уха, рыжеволосая отряхнулась, и, наконец, позволила себе вновь увидеть своё отражение… И тут же, коротко рыкнув, врезала по зеркалу кулаком, будто пытаясь наказать за то, что оно исказило её прекрасный образ. Зеркальный композитный пластик выдержал удар, продолжая отражать то, во что превратилось ухо Эстер после ранения.       — Твою же мать… — простонала рыжеволосая, ощупывая чудовищный рубец, до сего момента скрывавшийся под повязкой.       Эстер злилась из-за своей теперешней внешности, но сама понимала, что если бы пуля прошла немного ниже, она бы вовсе всего этого не видела.       «Выберусь из этого дерьма, сделаю себе нормальную пластику. Может закажу недорогой ушной имплант? А сейчас надо прибарахлиться. Что там Рид говорил? Ствол и экипировка? Ну, пойдём, посмотрим, что там за ассортимент».