Тусклый свет Чёрного озера

Фотини идет по узким улицам Хогсмида, желая быстрее добраться до школы, улечься в постель и начать поедать сладости. Она думает о чем-то своем, пока не чувствует что что-то толкает её на землю и она падает, роняя упаковку конфет и пару леденцов. — Ну нельзя же быть такой растяпой, Свон. — девушка слышит знакомый голос. Она поднимает глаза и видит перед собой своего мертвого лучшего друга. Кожа Седрика была белой, без капли розовинки, вся одежда была испачкана грязью, землей. — Седрик? Что ты тут делаешь? Ты не должен быть здесь… Я не понимаю — Свон растерянно смотрит по сторонам и видит, что теперь все смотрят только на неё. Пытается подняться, но Седрик быстро ставит ей ногу на грудь и Тини чувствует, как шрам от наказания Амбридж начинает жутко болеть. — Что Тин-Тин, сильно болит? — мертвый Диггори насмешливо спрашивает у бывшей подруги.

***

Фотини вскакивает с кровати, пытаясь отдышаться, но дыхание никак не хочет возвращаться к нормальному ритму, конечности начинают трястись, а перед глазами начинают появляться точки. Она зарывается пальцами в волосы, начинает вырывать у себя волосы, смотрит на клочки и начинает плакать. Девушка не понимает, почему ей в последнее время сняться кошмары, особенно с участием лучшего друга. Она щипает себя, размазывает слезы по лицу и обессиленно садиться на кровать, пытаясь прийти в себя. Рана на груди ныла, иногда кровоточила, не помогали даже мази, которые присылала её мать. «Что у этой идиотки за чернила?» — девушка прикасается к шраму и вздрагивает от боли. Немного успокоившись, она уходит в ванную, быстро принимает душ и выходит в свою комнату. — «О боже, я опять опоздала на завтрак.» Тини быстро собирается и выбегает из гостиной. Девушка бежит по длинным коридорам школы, попутно сбивая нескольких первокурсников. Добежав до кабинета Истории магии, она тихо вошла и села на свое место. Усыпляющий и монотонный голос преподавателя Бинс оказывал почти волшебное воздействие на студентов, которому могла сопротивляться только Грейнджер, с которой и решила сесть Тини. — Тебе реально это интересно? Я не думала, что кто-то ходит сюда не для того, чтобы поспать. — девушка наклоняется и шепчет ей на ухо — Я не пропустила ничего интересного? — С каких пор ты со мной разговариваешь? — спрашивает удивленно Гермиона и оборачивается. Она мельком смотрит на Тини, но замечает, что синяки под глазами приобрели какой-то болезненный синий оттенок, а кожа потускнела. — Ну если ты не заметила, то тут все спят или списывают задания по зельеварению. Так что, мы остались с тобой вдвоем. Да и вообще, я просто захотела поговорить с самой умной девушкой на потоке. — Фотини откровенно льстит, потому что другого способа завести разговор с нужным человеком (в данном случае — чтобы унять чувство скуки). — Ну так, я ничего не пропустила? Гриффиндорка закатывает глаза и водит языком по верхним зубами, как бы раздумывая: — Ну… нет? Этого достаточно? — она заглядывает собеседнице в глаза, но потом взгляд падает на руку и она видит розовый шрам «Я буду внимательна» и только открывает рот чтобы спросить, но её уже опережает Свон: — Это Амбридж. Старая сука решила удовлетворять свои садистские фантазии за счет подростков. — она невольно скривилась, когда подумала о старой кляче. Шрам на руке болел после душа, а на груди вообще кровоточил, пришлось даже наклеить пластырь. Как только она думает о шрамах — ей становится плохо, и она достает банку с пилюлями, которые ей давала мать, вытягивает две и выпивает их. Гермиона молча смотрит на неё краем глаза и подмечает пилюли: — Ты сама делаешь их? Я помню, что ты давала Гарри крем, который помог ему заживить раны. — Мама научила меня делать мази и таблетки от разных легких болезней и травм. Так что можешь обращаться ко мне если что. — Тини сразу пожалела о том что она сказала, потому что прозвучала слишком дружелюбно для неё самой. Свон сразу напрягается и начинает прокручивать только что сказанные слова у себя в голове и думает что это было странно. Грейнджер будет скорее всего плевать или она пропустит это мимо ушей, но для Тин это было то, о чем она будет думать каждый раз когда расчесывает волосы или пишет эссе. — Эм… нет, спасибо. Я предпочитаю пользоваться доказательной медициной. — Ты зануда, Гермиона.

***

На обеде Фотини сидела одна, лениво размешивая тыквенный суп ложкой. Еда ей казалась пресной, невкусной и даже отвратительной. Иногда она разговаривала со студентами или подшучивала над Чжоу. Девушка оборачивается и видит, что Малфой и вся его компания пялится на неё и явно обсуждают. «Они точно знают что эта старая карга меня пытала» — проносится в голове у неё. Она начинает испытывать чувство стыда и злости одновременно. Чувствовала себя маленькой девочкой, которая не добежала до дамской комнаты и опозорилась перед всеми одноклассниками. Подобное она испытывала только пару раз в жизни, когда оставалась наедине с Драко и Теодором Ноттом в её комнате на семейных праздниках. Тини всегда отводила взгляд и нервно закусывала губу, когда мальчики спрашивали что-то про её жизнь, какого ей живется в таком маленьком доме и зачем ей скрипка если она все равно не умеет играть. Свон благодарила Мерлина когда примерно на третьем курсе они перестали проводить время вместе, их семьи стали редко приходить к ним в гости, а Теодор перестал лезть в её личный дневник или (о боже мой) в нижнее белье. — Эй, — послышался голос справа от девушки. — Сегодня в девять у Чёрного озера. — она сразу поняла, что это был тот, о котором она думала прямо сейчас — Теодор Нотт. — Я подумаю — не глядя в глаза ответила ему девушка, беря со стола кусок чесночного хлеба. Гарри задумчиво наблюдал за мизансценой у стола Когтеврана, попытался разглядеть выражение лица Свон, но видел только её профиль, нос необычной формы, пухлые губы и необычный разрез глаз. «Интересно она всё еще пользуется этими духами» — проносится у него в мыслях но он сразу же трясет головой пытаясь выгнать эту мысль из головы. Сейчас он должен думать о том, как он может победить Волан-де-морта, как он может защитить себя, свою школу и весь мир, не только магический, но и маггловский. Все вокруг его раздражало, он часто злился, но старался не срываться на друзей так часто. Поттера уже взвели курком. Осталось только нажать на спусковой крючок.

***

Фотини легко одевается, решает просто накинуть на шорты и футболку кардиган, который ей подарила Луна на прошлый день рожденья. Смотрит на часы, замечает что уже нужно выходить, берет на всякий случай палочку и надевает кеды. Девушка быстро выходит из комнаты, тихо закрывая за собой дверь, выходит из гостиной, минует все неспящие портреты и Филча с его назойливой кошкой. Как только она выходит из замка, её тело сразу же покрывается мурашками от холода, она чувствует, как неприятно подрагивают её губы, и также неприятно встают соски. Фотини выругивается, но не решается вернуться обратно. Она неспешно идет по узким дорожкам к Черному озеру, постоянно оглядываясь, опасаясь, что её могут увидеть. Тини заметила худощавую фигуру Нотта и ускорила шаг, желая побыстрее узнать чего он хочет. — Я думал ты не придешь, Свон. — парень довольно улыбается и протягивает свою ладонь девушке. — Я ненадолго, Нотт, — она корчит недовольное лицо и не подает руку для того, чтобы парень её поцеловал. — Скажи быстрее, у меня мало времени. Если меня увидит кто-нибудь из котов Амбридж… Она не успевает договорить, Теодор двумя шагами сокращает расстояние между ними и хватает её за плечи: — Послушай Свон, я не должен тебе этого говорить, мой отец убил бы меня если бы узнал, но тебе нужно перестать трахаться с Поттером. — он нервно сглатывает и старается посмотреть ей в глаза. — Против него развернута целая кампания для подрыва репутации. И его дружков тоже. — Во-первых: я не трахаюсь и не планирую этого делать. Тем более с ним. Во-вторых: я даже если бы я это делала — это не твое дело. — она набирается смелости и смотрит ему в глаза. — Если это всё что ты хотел мне сказать, то я ухожу. — Хорошо, раз ты не ценишь информацию извне, — он медленно смотрит на её тело, которое плохо видно, но отражение Луны в озере дают тот приглушенный, интимный свет при котором она была так хороша. Он задерживает взгляд на вставших сосках и чувствует тянущую боль где-то в области паха. — Я больше тебя не потревожу, Свон.