Часть 20

Я умылся холодной водой, чтобы хоть немного привести мысли в порядок. Да, я сбежал из холла после того, как сбросил с себя Аран, и закрылся в ванной комнате. Мне нужно было вернуть себе самообладание и холодный рассудок, а не просто делать вид. Я посмотрел на себя в зеркало и неосознанно прикоснулся пальцами к губам. Это был даже не поцелуй, тогда почему мои губы до сих пор будто чувствуют её. Что за хрень? Я взрослый мужчина, я знаю, что со мной происходит. Я хочу Аран. Чисто физически она меня привлекает, увы, но не до такого, чтобы чувствовать подобное. Это уже какая-то романтическая блажь. Я резко отдернул пальцы от своих губ. Я не ожидал, что Аран пойдёт напролом. Я до последнего думал, что она испугается, а она всё же попыталась поцеловать меня. Упрямая и самонадеянная. Думает, что может получить всё, что захочет, и плевать на последствия. Раздражает. Я глубоко вдохнул и выдохнул. Я облажался, я не должен был позволять Аран переходить черту. Я ведь мог остановить её, как только она уселась на мои бёдра, но мне было интересно. Я не смог устоять, хотелось продлить то ощущение близости, когда между нашими телами была только одежда. Даже сейчас, просто вспоминая об этом, я чувствовал приятное напряжение во всём теле, и будто снова слышал томный шёпот Аран мне на ухо. Это нужно заканчивать. Я думал, что не такой, как все те предыдущие телохранители, что попались на уловки Аран, но, видимо, всё же такой. Лучше признать это сразу, чем притворяться, что это просто досадное недоразумение, и у меня всё под контролем. Я достал телефон и написал сообщение секретарю господина Шина, попросив о встрече в ближайшее возможное время. Я уже хотел было засунуть телефон обратно в карман брюк, как увидел море уведомлений о тратах с кредитки. Такси бизнес-класса, доставка из ресторана, какие-то покупки из онлайн-магазинов. Джисон, чтоб его! Прошло всего два часа, как я отдал ему карту. Я тут же набрал его, но он не взял трубку. Я позвонил ещё раз и снова послушал гудки. А чего я собственно говоря ожидал от такого, как этот мажор, привыкший, что все, кто не его круга, это его прислуга. Я написал ему сообщение: "Продолжишь так шиковать и кредитку заблокируют". Я, конечно, мог написать, какой он придурок, и, что я дам ему в рожу, как увижу, но, что толку. Я спустился в свою комнату в крыле для прислуги и забрал коробку с чокером. Давно пора вернуть этот подарочек. Возможно, не лучший момент, но он итак у меня залежался. *** Я чувствовала себя глупо. Чан меня отверг, да ещё и так надменно. Не знаю на что я рассчитывала. Он же с самого начала вёл себя холодно со мной. Не знаю, когда моя привычная игра превратилась в настоящее желание. Сначала мне просто хотелось посмотреть, как быстро Чан сломается, как и другие телохранители, потом у меня появился интерес, а после этого недопоцелуя я вдруг поняла, что это стало слишком личным. Равнодушие Чана причинило мне боль. Мой порыв был искренним, хотя и выглядел, как моё типичное нахальное поведение. Сидеть на бёдрах Чана, прижиматься к нему всем телом, ощущалось таким правильным, таким необходимым. Его губы были такими нежными и мягкими, так хотелось почувствовать, как целовать их по-настоящему: сминать, облизывать, кусать. Но я лишь смогла прикоснуться к ним на мгновение. Жалеть себя не выход. Невелика потеря. Я не буду страдать из-за телохранителя, пусть и такого сексуального, как Чан. Пусть подавится своей правильностью! Со злости я швырнула подушку с кровати на пол. В этот момент раздался стук в дверь. - Кто там? - рявкнула я. - Ваш телохранитель. Какого чёрта ему надо?! - Заходи, - всё же мне было любопытно, зачем он пришёл. Надеюсь, чтобы извиниться, иначе я за себя не отвечаю. Чан вошёл в комнату. Он не выглядел, как человек, который чувствует себя виноватым. На его лице не было ни намека на сожаление. - Я подумал, что после инцидента в холле, самое время вернуть ваш неуместный подарок, - заявил он и положил коробку с чокером на комод у двери. - Инцидента?! - воскликнула я. - А как мне ещё называть ваше вызывающее поведение? - спросил он, как будто и в самом деле не понимал, как ужасно это звучало. - Да плевать! - не хотелось ещё больше показывать ему, что мне не всё равно. - Выметайся! - Вы собираетесь сегодня куда-то? - испытывая моё терпение, уточнил он. - Не твоё собачье дело! - Вообще-то моё, - хмыкнул он. - Надо будет позову! Чан ушёл. Я швырнула другую подушку на пол. Бесит, как же он бесит! И эти его засосы на шеи! Смотря на них я слишком живо представляла, как какая-то сучка оставляла их прошлой ночью, пока он трахал её на весу у стены. Шептал ли он ей пошлости на ухо, говорил ли, как хорошо она принимает его член? Черт! Не надо думать об этом. От этого только больнее.