Глава 1. «Встреча, которая изменила судьбу»

«Это была любовь с первого взгляда, с последнего взгляда, с извечного взгляда»

Владимир Набоков «Лолита».

Сейчас ничего не имело значения. Абсолютно ничего: в голове пустота, ни одной мысли не ютилось в разуме. Сейчас всё перестало быть значимым: уже не имел значения искалеченный Ниганом человек, который, увы за свою оплошность, остался без половины лица, не имел значения и сам Ниган, который хотел что-то этим показательным номером юному Карлу Граймсу показать, доказать и объяснить. Всё померкло. Окружающая обстановка словно размылась перед парнем, словно на неё наложили эффект блюра, а все ранее звуки прекратили свое существование. Все перестало иметь значение при виде неё. Она была причиной всей той эйфории, что происходила вокруг парня и внутри него самого. Она стояла на том балконе, где ранее стоял сам Карл с Ниганом, возвышаясь над подчинёнными последнего. Ее взгляд был растерян, озадачен и даже, наверное, выражал некий ужас от увиденной внизу картины, но в то же время, взор ее был таким же чистым, будто небесным, невинным, как у ребёнка в первые годы жизни. Сами глаза были большими, по-настоящему кукольными, что не могло бы не пленить любого мужчину своей красотой и очарованием. Дальше шел чуть аккуратный нос, маленькая кнопочка, который был слегка красноватый, как будто его обладательница то ли всплакнула недавно, то ли приболела, от чего стал такого оттенка. Щёчки были неестественно розовые, особенно учитывая нынешнее положение дел: ведь не каждый день встретишь юношу или девушку со здоровым румянцем, который обычно отсутствовал на бледной коже из-за недостатка сна или еды, или в принципе общей усталости. Ещё ниже, под носиком, расположились розовые губы, которые были приоткрыты: то ли та хотела что-то сказать на действия лидера Спасителей, то ли просто закричать, но усомнилась и решила оставить все эмоции в немом исполнении. Девушка была вполне высокого роста, но проведя быстро аналогию, Карл понял, что та все равно бы не достала бы его, и он остался бы в первенстве в этом странном поединке. Граймс заметил ещё одну деталь, которая очаровала его при виде незнакомки–золотые локоны, коротко постриженые под каре, которые переливались в лучах дневного света с трудом пробивающегося через мутные стекла здания. Мир будто замер, когда парень увидел её. В голове резко стало пусто, но где-то глубоко в груди расцвело что-то новое, что-то неизведанное и более глубокое, чего Карл не испытывал раньше. Ему и раньше нравились девчонки: когда тот был по-младше, в тюрьме, ему нравилась Бет. Она была красивая, хоть мальчик и понимал, что общего между ними ничего не может быть, ведь та была его старше лет так на пять точно, но он навсегда запомнил ее мягкие черты лица и яркие блондинистые волосы, а ещё мягкие руки, которые так аккуратно и трепетно держали частенько Джудит, чтобы ту укачать или покормить. Потом, став взрослее, Карл влюбился в Энид. Она тоже была красивой, с мягкими чертами лицами, но взгляд был совсем другой–дерзкий, свободолюбивый, как и сам характер. Это ему и понравилось в девушке: она была загадочной и всегда готовой к приключениям. Но обе меркли перед ней, перед той, что возвышалась сейчас над ним и другими спасителями. Она была словно сошедшей с картины дивой или ожившей восковой скульптурой. Такая недосягаемая, но такая прекрасная. И вот ее глаза наконец обратили внимание на него самого. Почему-то вместо тепла в груди, которого парень так ожидал от этого взгляда, ему стало резко некомфортно и даже стеснительно. Возможно, все дело было в неприкрытом шраме, который растянулся на добрую часть лица, а может в том, что девушка на него смотрела даже с некой озадаченностью перемешанной с испугом. Он не знал. Но точно хотел бы знать. Всю идиллию разрушил резкий выкрик мужчины, стоявшего рядом с парнем: –Шерри, твою мать!–Ниган был явно зол, и это можно было понять, находясь даже за милю от него, и это ясно смогла понять резко вышедшая из толпы женщина, озираясь расстерянным взглядом,–какого хрена!? Видимо та поняла его без слов, и поднявшись быстро по лестнице, взяла оцепеневшую девочку под локоть, что-то нашептала ей на ухо и попыталась вывести с балкона. И та ей подчинилась, и последним, что Граймс увидел, это были её распахнутые глаза с пушистыми ресницами, которые жадно вглядывались в его лицо.

***

–Мне жаль, Эмбер, правда,–сидя рядом с юной блондинкой, проговорила девушка. Их окружали и другие женщины, которые пытались посочувствовать своей соратнице, но среди них не было Шерри. Та сидела за барной стойкой, попивая алкоголь и завороженно смотря в одну точку. Зеленоглазая девчушка чувствовала её муки совести всеми фибрами души, и ей хотелось подойти и утешить женщину, но всё не решалась. Ей было стыдно, она её подвела, подставила под удар и её отчитали. Но к удивлению, шатенка обернулась и наклонив голову, подозвала ее к себе. Девушка нервно пошагала. –Прости,–подойдя, сказала русоволосая,–я тебя снова подвела. –Нет, нет, не ты,–сразу же осеклась Шерри,–ты не виновата, всё нормально,–женщина попыталась выдавить из себя что-то на подобии улыбки, чтобы подбодрить подростка, и у неё получилось, ведь в ответ тоже получила несмелую улыбку собеседницы. –И всё же...прости. На тебя накричал Ниган, и это моя вина. –Это пустяки, не стоит. Главное, что ты в порядке. Главное, что мы все в порядке,–и Шерри, осторожно протянув ладонь с длинными пальчиками, любовно убрала мешающий локон с лица собеседницы. Девушка кивнула ей в ответ и удалилась из гостиной.

***

Идти вновь в это место, после всего того, что случилось, было абсолютно безрассудно, особенно ночью, когда повсюду бродили ходячие, а на вышках стояли дежурные, охраняя ночной покой жителей Святилища. Но не для Карла. Он просто не смог себя переселить, не смог заснуть спокойно, зная, что там находится русоволосая красавица в окружении холодных бетонных стен бывшего завода и порабощенных людей, которые служат Нигану и его помощникам. Подходя все ближе, он чувствовал некое волнение: надо было ее увидеть, хоть одним глазком, хотя бы на минуту. Он не знал, что им движило и знать в принципе не особо хотел. Он зашёл сзади бывшего завода, надеясь, что чутье его не подвело, и там будет находиться таинственная незнакомка. И он не прогадал. Стоя за деревом, он наблюдал как девушка неподвижно находилась на одном из балконов и рассматривала ночное небо, усеянное звёздами. Потрясающее зрелище: она, в одной лишь ночной рубашке, держа в руке небольшую книгу, вматривалась в ночное небо, которое отражалось на ее аккуратном личике с лёгкой и нежной улыбкой. Граймсу резко захотелось, чтобы одна из ее улыбок была однажды устремлена только на него, подарена только ему. Но она была так далеко. Металлический забор с решеткой и ходячими разделял их, да и не только он: общая вражда разделяла их, но что-то сердце Карла подсказывало ему, что она будто вовсе не такая как все. Она особенная. И когда Карл стал таким мечтателем? Девушка устремила взгляд со звёзд на книгу, обхватив ее двумя руками. –Глупый Ромео...глупая Джульетта,–ее лицо исказилось в болезненной гримасе,–глупая книга. В ее руках находилась трагедия, которая, по видимому, была уже дочитана. Карл постарался бесшумно подойти поближе, чтобы его не заметили ни живые, ни мертвые. Она вновь что-то проговорила, от чего сердце парня замерло: –Ромео, сбрось же это имя, взамен его возьми меня ты всю,–предыханем проговорила девушка, но затем лишь фыркнула и насмешливо улыбнулась,–пф, какая глупость. Карл понял, что сейчас тот самый подходящий момент узнать её, потому что другого шанса заговорить с ней, скорее всего, уже не будет: –Назови меня любовью, вновь меня окрестишь, и с той поры не буду я Ромео–проговорив строчки поэмы, парень слегка вышел на свет, но до конца лица открывать не стал. Стоящая на балконе лишь удивилась: –Что?...Кто ты? –Не знаю как себя по имени назвать. Мне это имя, моя святыня, стало ненавистно, ведь оно твой враг. И Граймс выдохнув, вышел полностью под свет ночного небо, показывая себя русоволосой незнакомке. Теперь вместо страха, на ее лице читался чистый шок. –О Боже...это ты. Тот парень, что был сегодня у нас,– стены разделяли их, из-за этого приходилось говорить громче, чем положено, поэтому обернувшись в обе стороны, убедившись, что никого в округе нет, кто мог бы их заметить, продолжила,– Как ты пробрался сюда? –Мне продолжить цитировать или как? Улыбка Карла вызвала улыбку у самой девушки, от чего на душе у парня стало по-особенному тепло. –Забирайся. –Что?– Граймс слегка опешил. –Что слышал. Забирайся через дыру в заборе, она должна быть где-то неподалеку. А потом по лестнице наверх. Поняв краткую инструкцию, Карл начал быстро просматривать забор на наличие сквозных отверстий, и благополучно обнаружив, пролез через него, попадая на территорию Спасителей под покровом ночи. Забравшись по лестнице до нужного балкона, он очутился рядом с девушкой, что пристально за ним смотрела. У неё были безумно красивые глаза. Таких глаз Карл ещё не встречал. Они были зелено-серого оттенка, хотя в ночном свете обманчиво казались голубыми. От этих глаз шла какая-то невообразимая энергия, которая манила к себе, обвивая вокруг тела тугие сети, из которых выбираться совсем не хотелось. Она тоже разглядывала его. Парень это почувствовал и от этой мысли ему стало как-то не по себе и даже стеснительно, как тогда, когда она не него смотрела днём. Подростки стояли в тишине, поражая друг другом лишь взглядами. Слова сейчас были бы лишними, но девушка решила все таки нарушить тишину: –Ну чего пришёл, кавбой-Ромео?–с явной усмешкой спросила девушка. –Я сам не знаю. Хотел тебя увидеть,–честно ответил парень. –Ого, да ты красноречив довольно. Мне нравится,–вновь наступила небольшая пауза,–Кейт. –Красивое имя. Твоё? Она тихонько рассмеялась. –Ну конечно моё, а чье же ещё. Карл занервничал. И с каких пор он начал так сильно тупить? Он замялся от своей невнимательности, что не могла не заметить Кейт. –Расслабься, все нормально,–она одарила его доброй и нежной улыбкой, от которой Карл, готов был поклясться всем, мог растаять как бисквит мороженого на палящем солнце. –Ладно. Я–Карл. –Приятно познакомиться, кавбой-Ромео Карл. Девушка протянула ему руку в знак приветствия, и парень пожал ее в ответ. Ее рука была такая теплая, что не хотелось отпускать. Она была в принципе вся очень теплой и нежной, будто не из этого мира, будто для нее никакой трагедии и апокалипсиса и вовсе не было. Снова пауза, но она уже давила на обоих. Хотелось начать разговор, но как никто не знал. В этот раз Граймс решил взять это на себя: –Ты давно здесь? –С самого начала...как появилась эта община Кейт немного приуныла, что не могло уйти от парня: –Тебя здесь силой держат?–обеспокоенно спросил тот. Девушка на это лишь фыркнула и коротко посмеялась: –Намекаешь, что я могу быть одной из жен? Она взглянула на подростка, но тот ничего не ответил, лишь стыдливо опустил глаза. Он все больше лажал рядом с ней. Его вопросы были из крайности в крайность, которые не сближали их, а лишь отдаляли, по его разумению. Карл считал себя сейчас полным кретином. Кейт разрушала нависшее молчание: –Не переживай, я не одна из жен, и уж тем более меня силой никто не держит. Ну, наверное. Я как-то, если честно, сбегать то и не пробовала. Пяти-секундное размышление и Кейт спросила: –Ты из Александрии, Хиллтопа или Королевства? –Из Александрии,–сразу же выпалил подросток. Девушка лишь кивнула на ответ, поджимая слегка губы. Ночное небо манило своим светом и безмятежьем. Звёзды ярко светили, обволакивая своим мерцанием подростков, для которых сейчас, в данную секунду, что-то изменилось, что-то внутри сломалось. А что именно? –Почему книга глупая?–не отрывая взгляда от неба, спросил парень. Кейт же взглянула на него, услышав вопрос, но отвечать на него не спешила. Тогда и Карл обернулся на нее, и вмиг девушка почувствовала как ее щеки начали слегка гореть. Своих ровесников в Святилище она видела, и не раз, но Карл...Карл был каким-то другим. Под светом Луны и ее верных подруг-звезд, он казался юной спасительнице красивым, даже завораживающим и безумно притягательным. Его единственный небесно-голубой глаз отражал невообразимую красоту ночного неба, раскинувшего сегодня над землей. Вспомнив, что юноша задал вопрос, Кейт неуверенно приоткрыла рот, чтобы ответить, но потом вновь прикрыла губы и неловко опустила взгляд в пол, а потом вновь решилась: –Глупая, потому что я не понимаю, как можно влюбиться в незнакомца, который при первой же встрече начал лезть к тебе поцелуями, а потом меньше, чем через сутки, пойти с ним под венец. Почему? Потому что он просто красивый? Глупо как-то. Карл ее внимательно слушал, переваривая донесенную до него мысль. –А может...ну не знаю, может это все не так глупо? Может это любовь с первого взгляда была? И вдруг сердце замерло от собственных слов. –Все возможно,–прошептала девушка, пока парень ее неотрывно рассматривал,–но если бы я была влюблена, то я бы захотела сначала узнать человека получше, а уж потом идти с ним под венец. –Значит твое сердце не занято?–не подумав даже на секунду, выпалил Граймс. Это завело ее в ступор, но потом девушка лишь тихонько рассмеялась: –Хах, а ты и правда довольно красноречив,–Кейт нежно улыбнулась,–нет, моё сердце пока не занято. –Пока? –Да, пока,–она не переставала улыбаться, а пылкое и совсем нескромное любопытство собеседника заставляло ее по-доброму смеяться. Поняв, что сказать больше нечего, оба снова обернулись на раскинувшейся пейзаж. Лес выглядел довольно страшно во время сумерек, а рев ходячих оттуда добавлял ему ещё больше жути, но не для Кейт. Точнее раньше для нее он выглядел именно так, а теперь, после диалога с юным александрийцем, лес казался завораживающим, так и манил сбежать из бетонных стен навстречу опасности, в которой таилась некая больная романтика. И Кейт хотелось сбежать туда вместе с Карлом. Это и ее и пугало. Первый раз в жизни, у неё появились такие мысли в голове: сбежать из дома, так ещё и с парнем, с которым разговаривала всего лишь один раз, но с другой стороны ей это казалось до безумия правильным. Будто так и должно быть. Но нет. Не сегодня. –Мне пора,–тихо проговорила девушка, оторвавшись от поручней. –Мы ещё встретимся?–с надеждой в сердце спросил Карл. –Ну, если ты так хочешь... –А ты хочешь? Снова ступор. Этот парень снова ставит ее в неловкое положение, уже второй раз за ночь. Как так? Щеки снова горят от стеснения и переполняющих эмоций. –Хочу,–честно ответила девушка. –Тогда...разреши мне завтра прийти? –А кто тебе запретит? Ты бы все равно пришел, не важно каков был бы мой ответ,–с усмешкой ответила русоволосая. –Только если ты запретишь. Карл наблюдал, как Кейт начала потихоньку уходить, придерживая одной рукой книгу и, прижимая ее к груди. Она на секунду остановилась возле выхода и обернулась к юноше: –Приходи. Я буду ждать. И она удалилась, оставляя Карла одного с ноющим сердцем от какой-то невообразимой и неизведанной ещё тоски. –Я обязательно приду,–проговорил шепотом куда-то вдаль подросток с улыбкой на лице.