Часть 7. Ночная эйфория

Танако стояла прямо, почти неподвижно — словно натянутая струна в тишине перед выстрелом. Сидящий глава и руководители внимательно смотрели на светловолосого администратора, ожидая ее слов. Ая, поправив голос, сделала предположение: Я врач со стажем, — спокойно произнесла Ая. — Если рассуждать… чисто гипотетически… С этого момента она не сводила взгляд с сидящего белокурого парня во главе стола. Остальные — напротив — смотрели только на неё. — Если не возможно доставлять запрещенные вещества самолетом… То скажем, можно тогда в трупах людей… — девушка замялась. Веки с длинными ресницами слабо дрогнули. — После вскрытия тела и изъятия органов, которые так же пойдут на продажу— если всё аккуратно, и грамотно сделать — использовать вакуумные пакеты, герметично уложить содержимое в полость, и зашить тело обратно. Без швов на виду. Всё будет визуально чисто. То должно прокатить с такой схемой. Снаружи — мертвец. Внутри — товар. Санзу в этот момент откинулся на спинку кожаного кресла, положив правую руку на подлокотник. В уголках его губ с двумя ромбовидными шрамами задёргалась едва заметная улыбка, а пальцы начали постукивать по хорошо натянутой коже мебели в ритме внутреннего возбуждения. Через пару секунд, как Ая замолчала, Акаши проговорил: — Мышка будет соучастницей? Он усмехнулся, почти ласково, с тем самым оттенком, от которого обычным людям хотелось пятиться к выходу и бежать не оглядываясь.Он продолжил: — Мне пиздец как нравится ход твоих мыслей. Эти слова прозвучали из его уст тихо, но в голосе чувствовался азарт, как первобытный восторг. Словно он услышал музыку, которую давно искал — жестокую, и несовместимую с нормальностью. — Ты всерьёз хочешь сшивать трупы, как новогодние подарки?! Тонако внимательно слушала вещание правой руки главы «Бонтен». — Господи, ты мне уже нравишься. Ая с каменным лицом от напряжения, взялась правой ладонью о левое запястье и решила закончить мысль. — Так как я услышала, что самолётом невозможно и большие риски, то самое адекватное решение — это кораблём. Манджиро поправил прядь пепельных волос, внимательно вникая, а девушка продолжала: — Но корабль может плыть и месяц. Светловолосой шестеренки снова заработали в едином механизме ее идей: — А для того, чтобы с трупами не началось видимых проблем из-за запаха и разложения, можно применить формалин и воск. Тогда при жаре гроб протекать не будет, а значит это то, что по прибытию товара вопросов не должно возникнуть. Тем более, можно учесть тот факт, что недавно в Киото было землетрясение магнитудой 8,1. А значит, могли умереть иностранцы, тела которых нужно доставить на родину. — Никто не осматривает мертвецов, если они задекларированы как «органический груз». Особенно если это груз от медицинской клиники. Танако опустила медовые глаза и чуть отошла спиной, сделав пару шагов назад. Все присутствующие, выслушав, молча моргая, повернули головы на Сано. На мраморном лице босса прошла лёгкая усмешка. Чёрные глаза глубоко всматривались в Аю, которая тряслась, как лист. — Что ж идея вполне неплохая. Риндо, мы сможем устроить это? Сидящий по сторону от Манджиро Хайтани ответил: — Без проблем. Вопрос только времени и собственно рабочей силы. Теоретически я могу своих салаг поставить… Но я не сильно уверен в их мозгах и обработке тел. В комнате, как казалось Ае, росло напряжение. Манджиро окинул своих ребят серьезным взглядом. — Какуче, твои же люди занимаются этими кишками. Последние разы нам не заплатили, из-за твоих долбоебов безруких. Какуче слегка напрягся и попытался оправдаться: — Босс, было дело. Они ж обычные санитары. Работали, как могли… Видимо, пошло что-то не так… Сано недовольно посмотрел на парня, кусая сладкое печенье с начинкой. — Так дело не пойдёт. Если хотим сотрудничать с лидерами других стран на долгое время и будущее, должно быть все в огне. Никаких просчетов и косяков. Понимаем?! Немного придвинувшись вперед, к столу, Майки поставил локти на колени, а кисти сцепил в замок, упершись подбородком на него. Его голос был спокоен, но неистово серьёзен. Чуть левее взгляд зелёных Харучие был внимателен по отношению ко всем и этому диалогу так же. Он медленно взял тонкими пальцами стакан с виски и, сделав два глотка, вступил в контакт, задорно произнося: — Хм. Если у Какуче одни долбики, найдём нормальных… Или нормальную… Зелёные глаза с расширенными черными зрачками окинули Танако, стоящую перед всеми. Манджиро косо посмотрел на Санзу, а после на девушку. «Как же она похожа на Эмму…» — Ая, раз ты предложила свою гипотезу… Тебе, если подумать, уже некуда сдавать назад… Если ты врач, я дам тебе попытку проявить себя, если остальные не против. Все сидящие партнеры перекинулись взглядами и махнули головами в знак согласия. Танако чувствовала, как её ноги становятся ватными от всего происходящего. Она понимала, что ей уже некуда бежать с тем учётом убийства и покрывание приступной прошлой субботы. «Вот блин. Сама же ляпнула, а сейчас придётся трупы резать… Нет, я, конечно, хотела попасть сюда, но не таким образом… А если это все всплывет… А оно точно всплывет… Но с другой стороны… Что мне терять? Я должна у этих уродов узнать правду… А может даже и вообще всю инфу слить и прекратить этот ужас… Сколько людей погибло от их рук и приказов…» Медовые глаза Аи внимательно смотрели на свое начальство. Манджиро продолжал: — Ты же девочка уже не маленькая. И сама понимаешь: куда ты пришла, что сделала и что услышала. Ая, моё предложение такое: твоя новая должность будет не всратый хостес, а наш приближенный человек. Задача проста, впрочем, ты поняла, что тебе предстоит делать. Думаю, за тобой повторять не нужно. Танако поправила пряди светлых волос. — Да, господин, я понимаю. Манджиро откинулся на спинку кресла и в расслабленной позе задал вопрос: — Ты готова окунуться в наш яркий мир без сожалений? Сердце Аи колотилось о грудную клетку. Понимание, что пути назад уже совсем не будет. Скорее всего, её психика и чёрный мир могут поглотить остатки человечности после потери сестры. Мешкаться и показывать сомнения было недопустимым в этом случае, чтобы в головы парней синдиката и мысль не проступила об её личных намерениях. Девушка сделала два шага вперёд. Чёрная длинная полупрозрачная сеточка её юбки немного коснулась пола, а Ая, наклонив корпус вперёд, произнесла: — Готова, господин. Я все сделаю. Манджиро подытожил, расслабляясь: — Ну, вот и славненько, а сейчас кампай! Глава быстро взял стакан с виски, что проделали и остальные ребята. Такеоми, затушив докуренную сигарету в пепельницу, обратился к Танако: — Че стоишь?! Давай, подходи ближе, бери стакан, налей себе. Выпьешь с нами за новую должность. Щеки Аи немного запылали в красном оттенке от услышанного. Кивнув головой, она подошла, аккуратно взяв бутылку, налила одну четвертую крепкого виски в стакан и протянула его к остальным. Громко чокаясь, Танако заметила, как обстановка стала намного мягче. Смотря, как все начали пить до дна, Ая повторила этот процесс. Через минуту она почувствовала, как горячий алкоголь начал обжигать её желудок. Риндо, глядя, как девушка немного растеряно себя чувствует, предложил: — Медичка, садись рядом, посидишь хоть. Окаменевшие от стресса ноги еле согнулись в коленях. Ая, поправив юбку, аккуратно присела рядом, не касаясь спинки дивана и молча начала наблюдать за обстановкой. Такеоми, встав со стаканом, куда-то вышел из вип-комнаты, Манджиро начал говорить с Хаджиме о денежных поступлениях. Какуче молча ел острою лапшу, запивая холодным виски. Сидящий рядом Риндо закинул ногу на ногу, облокотившись рукой о спинку дивана. Его кисть в данный момент находилась за шеей и лопатками Аи, но не прикасалась к женскому телу. Девушка хоть и сидела на пятой точке, но все равно чувствовала некое напряжение. Харучиё, сидящий напротив, поднял глаза и недовольным взглядом окинул Риндо и его лёгкий подкат. «Сука» Хайтани чувствовал, что девушка ощущает себя не в той тарелке и решил поговорить: — Тот, кому ты помогла — мой брат. Девушка нервно улыбнулась. — Поняла, запомнила. Отпив немного алкоголя, Риндо продолжил: — Он уже идёт на поправку. Спасибо ещё раз. Наши врачи сказали, что сделано все на вышке. Как давно ты работаешь медиком? Ая поправила шлейку своего черного топа, которая начала съезжать. —Пять лет, господин. Риндо усмехнулся, ставя пустой стакан на стол. — Ну, значит, тебе не составит труда ввести эвтаназию людям, а после сделать грязные делишки, верно? Медовые глаза Танако расширились. Она отлично знала, что органы изымаются у людей, которые вот-вот умерли или на подходе. «Пиздец… Своими руками… Лично… Я буду не лучше, чем все они… Я буду убивать…» Ая подняла холодный взгляд, скрывая свое бесспокойство и посмотрела в глаза Риндо: — Ну а что поделать? Я же на это согласилась. Хайтани рассмеялся, наблюдая за реакцией и ответом девушки, слегка приобняв правой ладонью дрожащее плечо Аи. Санзу, наблюдая за этим жестом, прищурил глаза и слегка приоткрыл рот, чтобы выпалить что-то Риндо. В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Такеоми с шестью красивыми девочками. И началось веселье. Девочки обслуживали своих директоров, сидя рядом. Пили шампанское, поддерживали диалог с парнями. Играющая на фоне развратная музыка, пьющийся алкоголь. Расслабленный коллектив не спешил разъезжаться. Время летело быстро и адекватно. Ая, держа в руках уже четвёртый по счету стакан с виски, чувствовала, как её тело расслаблено, а взгляд начинает плыть. Сделав глоток холодного алкоголя, она подметила, как Харучие, сидящий напротив, не подпускает к себе ни одну из девушек в этот раз, да и ведёт себя как-то отстраненно по сравнению с другими. «Странный какой-то, столько девчонок. Все разговаривают, смеются, пьют, а этот шиз просто сидит под кайфом и сверлит меня. Не по себе даже…» Находящийся рядом Хайтани, договорив с одной из девчонок, поднял ее со своих колен, пришлепнув по заду. Темноволосая пышка в коротком платье засмеялась и вышла из-за стола. Назвать это полным развратом было нельзя. «Хм, лёгкий флирт. Тут хоть никто не трахается… Пока что… Уже и на этом хорошо» Подметила Ая. Риндо повернул довольное пьяное лицо к Танако, осматривая её талию и бюст в черном топе. — Медичка, выпей со мной. Такой талант приняли в наши ряды. Радует. Ая, немного краснея, не то от градуса алкоголя, не то от пьяненького смущения, потянулась за стаканом, что ожидал на столе. Резкая хватка за ее запястье привело девушку в осознанность. Взгляд медовых пал на свою руку, которую крепко держала мужская горячая. Поднимая медленно глаза и видя на предплечье татуировку, Ая поняла, что это Акаши младший крепко её сжимает. Девушка не спеша подняла голову, всматриваясь в парня. Харучие нефритовые глаза были полны гнева и раздражения, а на лицо подступила недовольная гримаса. Пристально смотря в медовые, не отводя с них глаз, Санзу громко через музыку и разговоры обратился к Манджиро: — Майки, я завезу девчонку домой. Сано кивнул одобрительно головой, почти не отрываясь от диалога с Какуче и Хаджиме. Быстро встав, не отпуская кисть светловолосой через стол, он сделал пару шагов, потянув Танако в лево. Ая растеряно встала на удобную высоту каблуков, пытаясь поправить юбку. Харучие одной рукой взял белый плащ со спинки кресла и, шагая, потянул Танако за собой, выходя из вип-комнаты. Ая пыталась успевать за парнем, что шёл впереди неё, не отпуская хватку тонкого запястья. В три часа ночи токийский народ развлекался на полную. Громкая яркая музыка, клубы дыма от вейпа, сигарет и кальяна смешивались среди полуобнаженных тел. Выйдя с клуба «Эйфория», Санзу отпустил руку девушки и молча подошёл к тротуару, где был припаркован мотоцикл. Ая медленно подошла. — Спасибо, господин, я такси вызову. Взгляд Акаши на светловолосую был резким, с ноткой психического недовольства. — Надевай плащ, завезу. «Да я ж не маленькая, что он прицепился?!» Ая в лёгкой улыбке произнесла: — Спасибо, господин, но правда, все хорошо, не стоит. Состояние Санзу начало переходить в сильную дрожь, пробегающую по телу от отказа девушки. Черты лица слегка исказились, отражая внутреннее напряжение. Он тяжело вздохнул, стараясь держать себя в руках. Полу прикрыв глаза, Харучие устремил взгляд, в котором заиграли отблески хищной настороженности, словно зверь, учуявший добычу. «Ещё и брыкается» — Блять, не еби мне голову. Надень сраный плащ и сядь на мот! Ая мгновенно почувствовала, как нутро Акаши начинает сильнее заливаться какой-то злостью. «М-да, это не Микки, где можно послать…» Медик молча взяла плащ, натянув рукава, а после и остальное. Затем поняла, что вещь на ней висит. Санзу, сев на мотоцикл, надел чёрный шлем, повернул ключ зажигания, и немного прогазовал ручкой, потарапливая Танако. Ая обошла мотоцикл со всадником и натянула шлем, что был на заднем сидении. Аккуратно дотронувшись до крепкого плеча, взявшись ладонью для опоры, перекинула ногу через сидение. Поставив туфли на задние подножки, Танако слегка для комфорта съехала тазом ближе к водителю и прижалась внутренней оголенной частью бёдер к Акаши. «Хм… Бесстрашная все-таки для того, чтобы ехать со мной» Кинув взгляд зелёных на ноги девушки, Санзу издал смешок, подметив: «Полуголая и бесстрашная» Тем временем Ая ерзала по сиденью, ища удобства для своей пятой точки. Медик одной ладонью уперлась в бак, а второй обхватила байкера в области торса, прижимаясь грудью в белом плаще якудзы к спине Санзу. — Готова! А мы точно доедем, господин?! — С шутливой нотой лёгкого опьянения Танако громко спросила. Акаши недовольно закатил глаза, закрывая визор и, трогаясь с места, вырулил на дорогу. — Хуй его знает! Увидишь. В этот момент Санзу резко повернул ручку газа и мотоцикл рванул с места. Ая не испугалась. Её реакция на такое поведение вождения была достаточно спокойная. С восемнадцати лет она сама ездила за рулём двухколесного, зная достаточно о таком вождении, и могла спокойно судить о характере человека такой езды. Так ей казалось. Левая рука обвила торс парня, крепко зажимая ладонью фиолетовую часть рубашки и то, что находилось под ней. Пресс Харучие слегка напрягся, и Ая это определенно почувствовала. Двое мчались по ночному Токио, озарённому мерцанием уличных фонарей и неоновых вывесок. Ая, охваченная лёгкой эйфорией, смотрела на мелькающие дома и пейзажи, которые, словно кадры из фильма, проносились мимо, оставляя в душе сладкий след. Глаза Санзу внимательно смотрели на дорогу, фокусируя всю ситуацию вокруг. Он чувствовал, как ноги Аи крепко сжимают его бедра, от чего у Хару пульс с каждой минутой нарастал. Парень то и делал, что смотрел вперёд и время от времени на оголенные колени его попутчицы. Впереди красный цвет светофора вспыхнул перед зелеными глазами. Санзу скинул ручку газа, немного притормаживая. Ая правой ладонью уперлась в бак. Нагоняющие машины остановились на белой стоп-линии. Байкер выпрямил спину, и тело вошло в расслабленное состояние. Правой рукой в черно-белой кожаной перчатке он поднял визор и положил обе руки на голые ноги девушки, которые касались его тела и содрогались от прохлады ветра ночи. «Грех не потрогать, пока такой момент» С ухмылкой Акаши посмотрел на светофор, который показывал время отчета до зелёного цвета. Ая немного наклонила голову в сторону захвата ноги, и рукой подняв стекло шлема, с ноткой раздражения, задала вопрос: — А это входит в часть поездки? На что Санзу с усмешкой задорно ответил: — Не говори много, просто получай кайф. Ая приподняла тонкую бровь, желая видеть лицо своего ответчика. — Господин, кайф от того, что вы сжимаете мою ляжку?! Акаши сжал сильнее правую часть оголенной ноги и с лёгким раздражением решил пояснить: — Во-первых, не господин для тебя, а Харучие или Хару. Раздражает это лобызание «на вы». Я сам захотел, чтобы ты была среди нас. А значит, дорогая, привыкай и доверься… А во-вторых, разве не ты всегда смотришь по сторонам, проезжая по городу, желая свободы и такой эйфории? Ая моментом смутилась. «Черт, а он наблюдателен. Хм, видимо, когда в прошлую субботу меня подвозили домой, он подметил моё поведение» Девушка поправила голос: — Эм… Верно. Люблю смотреть на ночной город, он как… наркотик… Санзу на это высказывание широко улыбнулся, а глаза заблестели. — Спешишь домой? Танако слегка подалась вперёд, пытаясь заглянуть в шлем своего всадника и увидеть мимику лица. — Не особо. Спать нет желания. «Черт… Это он о чем?» Санзу махнул головой в знак понимания. Посмотрев уже на жёлтый свет светофора, он подался взглядом на ожидавшую рядом машину. Сидящие там пять парней наблюдали за парой, а после откинули головы ровно, когда Акаши внимательно с презрением посмотрел в открытое окно. — Тогда «прострелим» по городу. — Быстро сказав, Санзу закрыл визор и, видя зелёный свет, рукой крутанул ручку газа. Танако от резкости начала движения, едва успела схватиться обеими руками за торс и часть груди, которая учащенно вздымалась. Позади стоящие машины начали движение, видя номерной знак с цифрами: восемь девять три. Санзу и Танако ехали по токийским улицам со скоростью сто двадцать километров в час, то сбавляя, то повышая темп. Адреналин в крови Аи повышался до предельной точки. Смотря, как перед медовыми глазами с бешеной скоростью проносится зелень деревьев, фонари, и этот сладкий запах ночного кислорода, разбавляясь с нотками бензина. Тело Аи было полностью расслаблено, бдительность потеряна, доверяясь своему пилоту. Харучие, ведя и маневрируя через полосы, объезжая машины, чувствовал состояние Аи. «Напоминает меня… Каждый принимает свой наркотик… И твой я уже узнал…» Он подмечал все её движения, чувствуя, где её тело напрягается, а где расслабляется и ему определённо это нравилось. Ая начала полностью тонуть в скорости, огнях и дороге. Сердце стучало с бешеной скоростью, получая эйфорию от поездки. Она давно не испытывала таких чувств, ей казалось, что именно сейчас она жива, забывая о своём предназначении и боли, которая её терзала с того дня смерти. — Я жива… Сейчас я точно жива… — Шептала себе Танако, наблюдая за всем, что вокруг неё. Харучие правой рукой в перчатке держал ручку газа, не сбавляя скорости, а второй медленно поглаживал оголенную ногу Аи. Его глаза внимательно смотрели на дорогу, но Акаши это не мешало наслаждаться «двойкой», что сидела за его спиной. Тонкие пальцы трогали аккуратно торс парня, подмечая, что он достаточно накаченный, а не плоская доска или обмякший жирок. Санзу наслаждался касаниями девушки, ни капли не смущаясь. «Чертовски заебись… Не как все эти потаскухи…» Ухмыльнувшись, он скинул ручку газа и съехал с основной автомагистрали, проезжая громко по маленьким тёмным улицам. Мотоцикл с выхлопом подъехал к дому Танако. Санзу заглушил мотор, и повернув ключ. Ещё не вставшее солнце медленно начало пропускать лучи среди туч вдалеке, делая слабый рассвет немного алым. Танако, понимая, что покатушки закончились, поставила чёрные туфли на асфальт и, слегка приподнявшись, перекинула одну ногу через сиденье мотоцикла, устойчивее встав на обе ноги в полный рост. Санзу, наблюдая за этим в левое боковое зеркало, слегка поперхнулся. «Растяжка ебать. В стрипе что ль когда-то была?» Он поднял визор, не снимая шлема, наблюдая, как Танако пытается распутать волосы, которые запутались от ветра и скорости. Акаши немного усмехнулся с этого момента. — Получила дозу? Распутав последнюю прядь, Ая подняла медовые на байкера. — Да, спасибо. Я давно не чувствовала этой свободы. Харучие улыбнулся. — Ты такая же птичка, как и мы. Девушка, отходя от сладкого адреналина, поправила юбку и дополнила: — Ну, пока что не такая. Акаши склонил голову в черном шлеме на правый бок и интригой утвердил: — Поверь, такая же, ты просто ещё не поняла этого. Танако внимательно посмотрела в зеленые глаза Санзу. «Черт, я же не могу сказать, что я одного убила, а вы сотни… и мою сестру. Спорить нет смысла и не с этим человеком» Девушка поправила голос и встала ровнее. — Ну, время покажет, видимо. Санзу, прищурив глаза, выпрямил шею. — А, кстати, Ая, знаешь первое правило «двойки»? Внутри у Танако заиграло лёгкое бешенство. — Очень смешно. Села-дала со мной не прокатит! В следующий раз вызову такси. Харучие громко рассмеялся, сложив руки на груди. — Не ссы, сегодня я тебя не трону. Девушка подняла тонкую бровь, а парень продолжил: — Считай, ты мой актив. Я сделал на тебя крупную ставку и хочу увидеть, к чему это все приведёт. Ая немного испуганно сделала пару шагов назад. — На меня что ли спорили? Санзу поправил розовые пряди распущенных волос и, покачав головой, фыркая, ответил: — Это блять утрировано. Не бери до головы. Наслаждайся работой и общением. А там сама узнаешь, о чем я. Девушка решила ничего не отвечать на это высказывание. Медленно обойдя мотоцикл со всадником, на прощание, она сказала: — Доброй ночи, Хару. «Черт, я его «на ты» по имени» Лёгкая дрожь прошла по её спине. Санзу немного улыбнулся. — Споки. С этими словами визор шлема закрылся и всадник, заведя свой байк, медленно выехал с маленькой парковки дома и скрылся за первым поворотом не высокого дома. Ая медленно шла, цокая каблуками через огненный рассвет. Зайдя в квартиру и, спустившись с высоты десяти сантиметров, стопы Аи почувствовали полный комфорт и расслабление ноющих длинных ног. — А плащ… Я забыла отдать. Девушка скинула на пуфик тяжёлую белую вещь с надписями и прошла к кровати, не снимая одежды. Удобно приняв позу звезды, Танако чувствовала послевкусие этой ночной поездки. Прикрыв глаза, светловолосая начала покадрово вспоминать эти моменты, чувствуя, как пульс вновь нарастает. Это приятное чувство эйфории продолжало растекаться по всему телу в каждую ее клетку. — Хочу ещё раз почувствовать себя живой. — С нотой сожаления Ая повернулась на бок. — Хоть этот человек и опасен, но… но он знал, что делает… и что мне нужно… и к тому же… — Девушка немного прикусила нижнюю пухлую губу. — Он так робко дышал, когда я за него держалась. — Ая тихо хихикнула себе под нос. — А Микки совсем не такой… Сраный нарцисс. Светловолосая понимала, что сравнивать парня, с которым провела пять лет и человека, которого совсем не знает — глупо. Но, как ей казалось, подмечать моменты она умеет. Девушка не хотела быть сегодня в полной тишине и, включив лёгкий «darktrans» на телевизоре, скомковалась в позу эмбриона, наслаждаясь послевкусием «прострела» по ночному Токио. Тем временем Санзу доехал до своего дома, что находился в противоположном направлении дома Аи. Припарковав мотоцикл, Акаши направился на второй этаж, где ступеньки находились снаружи улицы, а не как в обычных многоэтажных домах. Зайдя в большую квартиру, он первым делом взял с тумбы коробку влажных салфеток. Достав парочку, он аккуратно протёр обувь и, сняв её, поставил на полку. Смотря в зеркало в прихожей, он подметил уставшие зелёные глаза и зрачки, которые были маленького размера. — Как-то быстро меня отпустило. Удивленно парень подметил свое состояние. — Может, мазохистка так повлияла? Секундно задумавшись, Харучие помотал головой. — Да нет… хуйня это все. Взяв черную резинку, Акаши завязал высокий светло-розовый хвост из своих волос с выбивающийся одной прядью и направился на кухню. Серые мраморные полы были идеально чисты. Сама встроенная кухня была цвета оливы. Открыв один из ящиков, Харучие достал блистер положенного препарата. Закинув пять таблеток светлого цвета, он запил водой. Тело Санзу начало выдавать лёгкое покалывание и чувство боли всех мышц, будто десять человек режут его плоть пилами «Джильи». — Сука, быстрее работай… Акаши через боль подошёл к столу с компьютером. Отодвинув кресло, он расстегнул полностью фиолетовую рубашку и сняв ее, кинул на пол. Его крепкая спина прислонилась к холодной эко-коже спинки кресла, вызывая лёгкие мурашки. Включив комп и два монитора, дрожащая рука начала водить мышкой по нужным приложениям и включать их. Постепенно состояние Санзу начало приходить в чувства расслабленности. Сердце быстро качало кровь. Зелёные глаза бегали с одного монитора на другой, наблюдая за картинкой неизвестной квартиры, где была уставлена камера и читая текст на другом мониторе. Харучие откинул голову назад, облокачивая её о спинку кресла. В его голове летели сегодняшние кадры поездки с Аей, пульс снова нарастал. — Интересно, Ая, с кем тогда ты была в машине при нашей первой встрече?