♡

Годжо Сатору Сатору настаивает, чтобы ты составила ему компанию, поскольку отправляет несколько электронных писем друг за другом, но где и у кого ты не знаешь – он ходит на мероприятия почти каждый субботний вечер. Годжо протягивает свой телефон и говорит зайти на тот сайт, который тебе нравится, и выбрать всё, чего только пожелает твоя душа. Он оглядывается каждые несколько минут, не сводя глаз с маленького экрана в твоих руках, когда ты спрашиваешь его мнение по разным нарядам. Мужчина всегда честен, говоря тебе, в каких платьях он хотел бы тебя видеть, а какие предпочел бы сжечь – он любит всё короткое, ну, это неудивительно. Хотя, как бы тебе ни нравился процесс шоппинга, добавление товаров в корзину может лишь ненадолго избавить вас двоих от скуки. — Такая чертовски нуждающаяся, да, детка? – мурлычет он тебе в ухо, погружая член в мокрое влагалище. Мужчина склонил тебя над своим столом, закрыл ноутбук и отодвинул его в сторону – а всё потому, что не смог удержать свои жадные руки при себе.  — Пожалуйста, Тору, – стонешь ты, прижимаясь ладонями к прохладному стеклу и пытаясь снова насадиться на его член, надеясь получить хоть малейшее трение. К сожалению, он не в восторге от твоих действий и вытаскивает свой и без того ослабленный галстук из воротника. — Будь хорошей девочкой, ладно? – напевает он, обматывая ткань вокруг твоих запястий и туго затягивая. Теперь твои руки неподвижны, и в обозримом будущем будут находиться на пояснице.  Сатору наклоняется, чтобы запечатлеть нежный поцелуй между твоими лопатками, прежде чем схватить тебя за бедра, входя именно в том темпе, о котором ты мечтала. Он восхищается громким хлюпаньем твоей промежности и тем, как ты оставляешь следы своего возбуждения на его члене – как будто отмечаешь свою территорию.  — Блять, – шипит он, глубже впиваясь ногтями в кожу, когда твои бархатистые стенки начинают засасывать его сильнее. — Сжимаешься так крепко, детка. Собираешься кончить для меня? Ты уже давно превратилась в хнычущее месиво, не реагируя на его слова ничем, кроме сдавленного стона, пока зрение затуманивается от экстаза. Годжо наклоняется над тобой прямо в тот момент, когда ты кончаешь, утыкаясь носом в изгиб твоей шеи, кончая следом внутрь. Он развязал свой галстук ещё до того, как ты кончила – хотел, чтобы ты вцепилась в него, как всегда это делаешь.  — Вот она, – воркует Сатору, чувствуя, как учащенно бьется его сердце, когда ты нежно кладешь свою руку поверх его, переплетая пальцы. — Моя хорошая девочка. Нанами Кенто Кенто бросил бы всё, чтобы быть там, на твоём выпускном в колледже, но работа есть работа и, кроме того, он считает, что с его стороны было бы довольно неуместно появляться, даже если являлся тем, кто оплатил последние два семестра.  Тем не менее, он купил тебе самое красивое платье, такое, которое, как он знает, облегает твою талию и подчеркивает бедра — дорогое шелковое платье цвета шампанского. Ты, конечно, прислала фотографии, вся разодетая и щеголяющая бриллиантовой подвеской в виде буквы "К", которая расположилась прямо над твоей грудью — и Нанами вынужден игнорировать подергивание своего члена до конца встречи. Две недели и одну адскую командировку спустя его первая остановка не у него дома, а у тебя. Тот факт, что на тебе нет ничего, кроме его бриллиантового инициала и улыбки, которой ты приветствуешь его, является доказательством того, что ты заслуживаешь абсолютно всего, что он тебе даёт – и это заставляет Кенто падать на колени, как будто ты Богиня. — Скучал по тебе, милая. – вздыхает он в твою промежность, и тебе кажется, что он разговаривает с ней, а не с тобой, но это определенно не так. — Я так горжусь тобой. – признаётся он, глядя на тебя сквозь полуопущенные ресницы, когда его язык касается твоего клитора. — Жаль, что я не мог приехать и увидеть это. — Кенто! – выдыхаешь ты, наблюдая широко раскрытыми глазами, как он погружает свой язык между твоих складочек, смакуя смесь твоего возбуждения и своей слюны, прежде чем нежно пососать твой клитор. — Всё в порядке, ты и так достаточно сделал для меня. — Ты заслуживаешь весь мир, милая, – стонет он, и лёгкое прикосновение его щетины к твоим бедрам заставляет тебя бесстыдно потереться о лицо Кенто. Нанами едва замечает это, полностью поглощенный жарким сеансом поцелуев с твоей промежностью. Однако ему нужно отдышаться, поэтому он решает ввести в тебя два пальца, проводя языком по клитору.  — О боже, Кенто, я сейчас кончу, – стонешь ты, и он протягивает руку, чтобы переплести ваши пальцы, позволяя тебе сжимать его ладонь так сильно, как тебе нужно – хоть сломай её, ему всё равно, может быть, он даже получит несколько выходных.  Ты впиваешься ногтями в тыльную сторону его ладони, когда кончаешь, сжимая бедра вокруг его головы. Твоя грудь тяжело вздымается, пока ты отходишь от эйфории, и Нанами приподнимается, чтобы поцеловать тебя, позволяя попробовать себя на вкус на его языке. Он стоит прямо, держа колено между твоих ног, потянувшись к пряжке своего ремня.  — Что не так? – спрашивает Кенто, замечая лёгкое замешательство, появляющееся на твоём лице. Он высвобождает свой член из брюк, лениво проводя по нему рукой, пока ты таращишься на зрелище перед собой. — Ты думаешь, это было всё, что я мог тебе дать? Гето Сугуру Сугуру считает совершенно очаровательным тот факт, что ты беспокоишься о его привычке бездумно тратить деньги, цепляешься за его руку и говоришь, что тебе не нужна очередная пара обуви – это всегда вызывает у него желание спустить на тебя ещё больше денег.  Одна из самых любимых вещей Гето, на которую можно потратиться, это нижнее белье. Потому что стоит оно очень недешево, и выражение твоего лица, когда он в порыве страсти разрывает его на мелкие кусочки, бесценно. Сугуру выберет несколько комплектов, в которых он убил бы за то, чтобы увидеть тебя – прости его за эгоистичность – и будет сидеть и смотреть, как ты устраиваешь ему персональное шоу. Если они действительно дорогие, Гето трахнет тебя прямо в них – посмотрим, насколько сильно он сможет теребить нежную ткань, прежде чем она порвется.  Итак, когда ты подходишь к нему в этом – самом изящном, самом ангельски голубом комплекте, который он когда-либо видел, покрытом тонким кружевом, открывающим всё, что только можно и нельзя, в паре с такими же гольфами, которые крепятся к маленькой полоске ткани, облегающей твою талию – Сугуру понимает, что собирается трахнуть тебя в этом белье, и, по возможности, уничтожить его в процессе.  — О-осторожнее, Сугу, – предупреждаешь ты, но это ни в малейшей степени не звучит угрожающе. Твои трусики не прошли тест – порвались довольно легко, а вот лифчик, ну, он всё равно бесполезен (по его словам). Таким образом, ты остаёшься лежать на атласных простынях Сугуру в одних носках, поясе с подвязками и ремешках, которые соединяют их в единое целое.  — Хм? Я не слишком переусердствовал, ангел? – после твоих слов он замедляет движение бедер, изучая лицо напротив в поисках каких-либо признаков боли. — Нет, но… – ты делаешь паузу, когда он меняет положение, более или менее складывая тебя пополам, прижимая твои ноги к груди. Гето снова входит в тебя, и под новым углом кажется, что ты видишь звезды. Ты чувствуешь его истинный размер, весь вес его члена, как только тот упирается тебе в стенки. — Не... э-э-э... не порть это белье, Сугу, оно дорогое.  — Ты такая милая, ангел. Всегда переживаешь за меня, да? – подмечает он, обнаруживая едва заметное кольцо твоего возбуждения у основания его члена. Ты лепечешь бессвязные предложения, теряешь всякую связь с реальностью, когда он трахает тебя так жёстко – кружевная ткань угрожает порваться от одной его хватки. Даже не замечаешь, как ремень впивается в твою кожу и, несомненно, оставляет отметину, потому что слишком занята насаживанием на его член.  — Ммм, так сладко, – выдыхает Сугуру, опускаясь на колени и проводя языком по твоему клитору, ускоряя скорость, с которой твоя смазка вытекает чуть ниже. Он протягивает руку и своими большими ладонями массирует то место на твоей талии, где порвалась ткань. — Полагаю, мы снова пройдёмся по магазинам, а, ангел?  Фушигуро Тоджи Тоджи знает, что его сфера деятельности сильно отличается от твоей, но он также знает, что к концу недели вы оба испытываете стресс и в большей или меньшей степени желаете одного и того же облегчения. Таким образом, каждую пятницу вечером он забирает тебя с твоей работы с минимальной заработной платой – той, с которой он упорно добивается, чтобы ты уволилась, – и привозит к себе на выходные.  Шум двигателя его блестящего чёрного спортивного автомобиля ни с чем не спутаешь – ты знаешь, что он приехал, ещё до того, как отправил сообщение. Тоджи, высунув руку из открытого окна с сигаретой, зажатой между средним и указательным пальцами, наблюдает, как ты подходишь к машине. — Что у тебя с лицом? – фыркает он, замечая, как слегка надулись твои губы, когда ты устраиваешься на пассажирском сиденье. Фушигуро поворачивает голову, делая последнюю затяжку сигаретой, прежде чем выбросить её на почти пустую парковку и снова сфокусироваться на тебе.  — Плохой день, – бормочешь ты, и это всё, что ему нужно услышать. Он полностью осознаёт, что ты хочешь его помощи, дабы почувствовать себя лучше. Всего через несколько минут твоя спина прижимается к рулю, ты сидишь на его бедрах, раздетая до одной лишь своей безразмерной толстовки и… это его любимые чёрные кружевные трусики?  — Блять, ты носишь их на работу? – он таращит глаза на белье, приподнимая излишки материала толстовки вверх, открывая взору грудь. Проводит тыльной стороной указательного пальца по твоей одетой промежности – и ткань моментально становится влажной. — Если ты пыталась заставить меня ревновать, принцесса, – он делает паузу, поднимая глаза, чтобы встретиться с твоими. — то у тебя получилось. — Нет, Тоджи, я... – начинаешь ты, но тебя прерывает твой собственный стон, когда он проводит своим бедром между твоих ног – кружево трусиков касается клитора самым божественным образом. — Я знала, что увижу тебя с-сегодня вечером, – хнычешь ты, пока он кусает твою шею, сильнее прижимая к своей ноге. — Я твоя, вся твоя.   — Ты действительно милая собеседница, принцесса, – хихикает Тоджи, член напрягается в его обтягивающих брюках. — Будешь хорошо себя вести сегодня вечером? Ты едва успеваешь выдавить из себя "да", прежде чем он просовывает руку тебе в трусики, раздвигая твои нижние половые губки и засовывая внутрь средний палец. Твой рот раскрывается в беззвучном крике – таком, который длится недолго, пока он загибает палец вверх, ударяя по чувствительным местам. — Каждый раз, когда ты кончишь для меня, – любовно напевает он, добавляя второй палец и проводя им внутри тебя. — Я добавлю тысячу долларов к твоему довольствию. – его ухмылка становится шире втрое. — И если ты действительно постараешься, то сможешь, наконец, покинуть эту гребаную работу.