Часть 11

Двое Защитников под руки провели Сабин вдоль посадочной площадки и завернули в одно из зданий. Помещение было тускло освещено парой желтоватых ламп, висевших под облупленным круглым потолком. Ровно посредине комнату разделяла ржавая стальная решетка с дверью, запираемой старым кодовым замком. Бойцы втолкнули пленницу внутрь. Спустя несколько минут на входе появился еще один из Защитников. Подойдя к решетке, он открыл скрипучую калитку и зашел внутрь. — Добро пожаловать домой, Сабин Врен, — мандалорец приблизился и с напущенной аккуратностью смахнул пылинки с плеча пленницы. Сабин гневно смотрела на Защитника. — Дай мне поговорить с матерью… — Не волнуйся, она уже летит сюда... Интересно, сколько Империя выложит за твою голову, — Защитник вытащил из ножен длинный блестящий кинжал и провел им по своей ладони, словно проверяя остроту лезвия. — Меня больше интересует, сколько за твою голову даст моя мать, если посмеешь хоть пальцем меня тронуть. Манадалорец усмехнулся. — Боюсь тебя разочаровать, но Мандалор сильно изменился в последнее время, — ловко подкинув нож, боец поймал его и быстро убрал обратно в ножны, — как и твой клан. Кровь Сабин почти вскипала от злости — ее пленение, новости об оккупации системы, потеря Эзры — все складывалось к одному. — Наш народ всегда был свободным! Я никогда не поверю, что он прогнется под имперскую тиранию, — Сабин ненавистно сверлила Защитника взглядом. Мандалорец недовольно поморщился, но ничего не ответил. Кивнув головой своим бойцам, он двинулся к выходу. — Я думала, что ты истинный манда’о, Фенн Рау, но боюсь, что ошиблась, — девушка исподлобья смотрела в спину предводителя Защитников. Тот на секунду остановился, но не обернулся. — И мне говорит это человек, что не появлялся на Мандалоре последние пять лет. *** На посадочную площадку Конкорд Дона опустился Ака’джор — небольшой шаттл, часто использовавшийся мандалорцами для перемещения внутри системы. У корабля сразу же заняли место несколько бойцов, вытянувшись двумя ровными шеренгами. Когда трап опустился, наружу вышли две женщины в бескаргамовой броне, со шлемами, которые они держали в руках. Гостей сразу же встретил Фенн Рау, так же в знак уважения не скрывавший своего лица. — Su'cuy, Урса Врен, Бо Катан, рад видеть вас на нашей скромной базе, — Защитник постарался изобразить искреннюю улыбку - эмоцию, явно ему не привычную. Женщины остановились и синхронно, еле заметно наклонили головы, приветствуя конкорд-донца. — Где моя дочь, Рау? — первой заговорила мандалорка с бледно желтоватым лицом и темными волосами. — Ждет вас с нетерпением, графиня, — защитник жестом показал следовать за ним. Процессия проследовала к маленькому невзрачному зданию на краю базы. Зайдя внутрь, женщины попали в импровизированную тюрьму. В противоположной части комнаты у стены сидела девушка в оранжево-красной броне. Глаза ее были закрыты, спиной она опиралась на шершавую, облупленную стену. Урса Врен остановилась у входа. Лицо ее, до этого спокойное и безэмоциональное, на секунду выразило смесь облегчения и радости, но затем вновь приобрело невозмутимое выражение. — Оставьте нас, — мандалорка остановила вошедшего следом Рау и нескольких других бойцов. Защитник, нахмурившись, посмотрел сначала на нее, затем на пленницу и, отдав приказ подчиненным оставаться снаружи, нехотя покинул комнату. За ним последовала и спутница герцогини. Урса медленно прошла к прутьям решетки и встала у них. — Сабин… Услышав свое имя, пленница подняла голову и безучастно посмотрела на стоявшую перед ней женщину, но спустя секунду, словно ожила и быстро поднявшись, подбежала к решетке. — Мама. — Привет, Сабин, — лицо Урсы вновь смягчилось и она еле заметно улыбнулась. — Мама, прости, прошу, прости... за то что сбежала, за то что бросила вас... за все, — девушка еле сдерживала слезы. — Это я должна извиниться перед тобой, — графиня опустила взгляд, — за то что сдала тебя в академию. Сбежав, ты поступила правильно. Мать с дочерью говорили тихо, словно стараясь не сорвать еле возродившуюся между ними нить доверия. — Но… мой побег из академии. Что Империя сделала с нашим кланом за это? — Ввели воинскую повинность, твой брат теперь служит в гвардии Саксона, отца арестовали. Мы почти лишились независимости… Твой побег был лишь поводом, чтобы ужесточить условия мира с нашим кланом, они бы все равно это сделали - рано или поздно. — Вот же, ситх… - девушка несильно ударила по прутьям. — У нас с Бо есть план, как заставить кланы объединится против Империии и Саксона, но нужна твоя помощь, Сабин. — Ты не отреклась от меня после всего, что я сделала, и обещаю, теперь и я не отрекусь от нашего народа — Сабин смотрела в глаза своей матери, и чувствовала — та была очень рада возвращению дочери, хоть и старалась сохранять невозмутимость. *** Орлик Врен — отец Сабин, был задержан Гаром Саксоном сразу после побега дочери и содержался в тюрьме на Мандалоре. Как только губернатору стало известно о возвращении в клан предательницы — Сабин Врен, он потребовал выдать ее Империи, угрожая казнью Орлика. Клан на угрозы не отреагировал и Саксон отдал приказ на приведение приговора в силу. Заключенного под усиленным конвоем перевезли в столицу Мандалора — город Сандари, где и должна была проводится экзекуция. Но мало кто знал, что в этот же день в город на грузовых шаттлах, под видом рабочих, прибыло несколько десятков воинов клана Врен. Примерно столько же человек — бойцов Бо Катан и союзных отрядов, поддержавших мятеж, уже находились в Сандари. Следующий день должен был стать решающим в истории Мандалора. *** Двери тюремного транспорта раскрылись, Орлик Врен сощурился — глаза не могли привыкнуть к яркому свету открытого пространства после долгих месяцев проведенных в заключении. Где то за спиной гремел многократно усиленный рупорами голос Гара Саксона. Белые пятна в глазах понемногу рассеивались и окружающее пространство вырисовывалось все четче. Пленник стоял на постаменте — посреди главной площади Сандари. Впереди, насколько хватало взгляда, расплылась толпа людей, пришедших смотреть на казнь. Орлик уже свыкся с мыслью о собственной смерти, но ему все равно было горько сознавать, что гибнет он, как предатель своего народа. — За вас же умираю, за вашу же свободу, — арестант проговорил еле слышно и вздохнул. - …приговаривается к смерти! — голос губернатора затих, но его тут же сменил многоголосый крик собравшихся. Сложно было понять о чем кричали в толпе, однако было ясно одно - далеко не все поддерживали смерть Орлика. Это несколько успокоило пленника — значит по прежнему в народе оставались те, кто не верили лживой имперской пропаганде. Откуда то со стороны, арестанта с силой толкнули вперед — к конструкции, представлявшей из себя три силовых кольца — одного крупного и двух поменьше. Два охранника, стоявшие по бокам схватили руки пленника и просунули в малые кольца, большое надели на его голову. Орлик закрыл глаза и вздохнул полной грудью, готовясь принять неизбежное. Но то, что произошло в следующую секунду пленник не мог ожидать ни коим образом. Сверху раздался треск бластерных выстрелов, в уши молотом ударила прогремевшая канонада взрывов. Открыв глаза, Орлик изумленно оглянулся насколько ему позволяло его положение. Картина что он увидел, мысленно вернула его в прошлое - в те времена, когда он участвовал в жестоких сражениях мандалорских войн. Секунду назад чистый и прозрачный воздух теперь заполнился дымом и гарью, приобретая сизый черный оттенок. Люди, с искаженными ужасом лицами, разбегались во все стороны, расталкивая друг друга и топча упавших. Над головой пронеслись несколько человек на реактивных ранцах. Отовсюду летели лазерные трассеры, перекрещиваясь и сплетаясь в воздухе в причудливые геометрические фигуры. Один из воинов, стоявших около Орлика, вдруг неестественно взмахнул руками и упал, на второго сверху спикировал человек в синей броне, и несколькими сильными и точными ударами отправил его на землю. Рядом сели еще бойцы, которые тут же подхватили арестанта и взмыли с ним вверх. Теперь вокруг стоял сплошной грохот от стрельбы и разрывов. Разобрать хоть что то было невозможно. Бойцы вынесли Орлика на небольшую платформу сбоку от площади и аккуратно посадили на стоящую здесь скамью. Один из воинов снял шлем и Врен узнал свою жену, рядом с ней оказалась его дочь. — Урса, Сабин… — спасенный пленник, не веря глазам, смотрел на семью. — Папа. — Орлик. Женщины крепко обняли родного человека. Но времени на долгие приветствия и объяснения не было — вокруг по прежнему шел бой. Объятия прервал Тристан — брат Сабин, появившийся на площадке. Увидев отца, он замер, но тут же опомнился и окликнул сестру и мать. — Нам удалось смять гвардию Саксона, но на подходе имперские силы. — Прикажите людям отходить! — Урса помахала рукой в воздухе. — Бо-Катан сейчас сражается с Саксоном, мы не можем бросить ее. Сабин встала рядом с матерью. — Мама, забери отца, мы с Тристаном поможем Бо. Графиня оценивающе взглянула на дочь и улыбнулась. — Узнаю свою Сабин. Встретимся на корабле. С этими словами, мандалорцы одновременно надели шлемы. Сабин и Тристан взлетели на джетпакаах, а графиня помогла подняться своему мужу. В первые секунды боя, Бо-Катан оказалась рядом с Саксоном и несколькими точными выстрелами убила его гвардейцев, однако сам губернатор успел среагировать — мандалорка тут же лишилась обоих бластеров и, пропустив удар, отлетела от противника. Саксон не теряя ни секунды, вынул из-за пояса вытянутую трапециевидную рукоять и активировал ее. Пришедшей в себя Бо не составило труда узнать в причудливом орудии Темный меч — древний артефакт своего народа. Вскочив на ноги, девушка выпустила залп огня из наруча, но противник ловко увернулся и подскочил к ней. Мандалорке оставалось только уворачиваться от размашистых ударов клинка. Наконец, после очередного выпада Саксона, Бо перехватила его правую руку. Не долго думая, девушка со всей силы вывернула запястье противника, так, что тот невольно выпустил из руки свой клинок. Между противниками завязался ожесточенный рукопашный бой. Каждый попеременно раздавал и отражал удары, не нанося при этом видимого вреда сопернику. В один момент Саксону удалось удачно подсечь мандалорку, так что та рухнула на тело одного из гвардейцев. Ее рука нащупала бластер, принадлежавший по-видимому мертвому охраннику. Девушка вздернула руку с оружием и нажала на курок. Несколько выстрелов попали по противнику, и хоть бескар и спас своего хозяина, секундная заминка мандалорца дала Бо возможность подскочить и с размаху ударить его по шлему. Губернатор неловко повалился на спину, в глазах вспыхнули разноцветные круги, окружающие объекты размылись. В тот миг, когда Саксону удалось приподнятся, его противница уже стояла рядом, держа лезвие темного меча в паре сантиметров от лица. — Ты еще пожалеешь об этом, — губернатор закашлялся, — я был единственной причиной, по которой Империя не уничтожила Мандалор. Теперь она его точно не оставит. — Ты был единственной причиной, по которой Мандалор стоял на коленях, теперь мы снова обретем свободу, — Бо Катан с презрением смотрела на противника Дрожащими руками Саксон стянул с себя шлем и, взглянув на соперницу, неловко улыбнулся. — Убьешь безоружного? Не думаю, что твои люди станут уважать тебя за это. Мандалорка молча замахнулась и ударила. Тело Саксона бессильно упало на мраморный пол. Девушка деактивировала меч и повесила его на пояс, с ненавистью глядя на бездыханное тело врага. — Это тебе За весь Мандалор, aruetii¹, — еле слышно вымолвила она. ¹aruetii - предатель