Искупление

- Я представляю семью Спеллманов, - голос Зельды был сильным и чистым. - И только я одна понесу наказание. Так что делай, что должен, Фауст. Он в ярости навис над ней. Он был снисходителен к ней лишь из-за отношений с ней, если это можно так назвать. «Но она была Спеллман», - с горечью подумал он. Их вера в то, что они были выше правил и обычаев своего шабаша, наконец, перешла все границы. И Зельда за это заплатит.