4. У

— Ты уверен, что это не отрубит мне руку? — Ещё пару раз переспросишь, и точно отрубит. — Шурупчик медленно выдыхает и держит пластмасовый кожух. Пластмассовый. Ненавижу пластмассу. Она босиком, поджимает пальцы, холодно. Я предупреждал. Пытаюсь привинтить. Не выходит, слишком мало места для руки, не провернуть отвёртку. Перехватываю у шурупчика кожух. — Давай, ты попробуй. На самом деле мог бы сам, мог бы заставить отвёртку крутиться. Но… — О, какое доверие. — Пыхтит, даже немного краснеет, очень старается. Делаю вид, что не замечаю, как сперва крутит отвертку не в ту сторону. — Вроде получилось. Отходим в сторону. Смотрим. Монстр из железа и стали. И куска пластмассы. Прямо монумент. Я все же гений. Чуть-чуть. Да, ладно, не чуть-чуть. Полностью. Курю. Симметрия. Золотое сечение. Заклёпки. Прекрасно. Шурупчик аккуратно берет меня за руку. Мысль-молния — могли бы смотреть на ребёнка. Нашего. — Блядь! Рука пропадает. — Блядь! Иду за виски. — Мне тоже грустно. — В спину. Выворачивает с её жалости, мозгоебской. — Мне не жаль, я в ярости! — Дверь захлопывается. Я один. Блядь.