Глава 4

      В первые дни лагеря, я очень ждала время, когда нам дадут телефон. Теперь я больше жду время после ужина, чтобы поговорить или поиграть с ребятами. Не скажу, что мне тут очень нравится, и я хочу жить тут круглый год. Нет-нет! Я начинаю скучать по своим родителям, тёте, подруге и по некоторым одноклассникам. Они мне снятся.       ˂KANA-BOON – Silhouette˃       Как вы поняли мне нравится Сонджун. Он так быстро запечатался в моём сердце. Я сама даже не заметила. Меня подкупает его доброта, внимание и галантность. С ним я чувствую себя как принцесса. Мы стали здороваться и немного общаться. Он правда немногословен, но беседу поддерживает. У него довольно высокий рост и красивые глаза. Я тайком стала наблюдать за ним из нашей базы, когда парни играют рядом. Бона, Дани, Хери и новые соседки (Дахён и Сохи) знают, что мне нравится Сонджун. Сказали, что он, как и я новенький в этом лагере. Поэтому о его прошлом ничего не известно. Даже одноклассников вроде нет. А вот друзья в лагере появились. Вот мне и с ними надо поговорить, чтобы сблизиться с ним.       Наше наказание было не очень. Мы полтора часа вырывали сорняки и между перерывами просто лежали. Солнце очень сильно пекло. С тех пор как мы приехали дождя ни разу не было и с каждым днём становится только жарче и жарче. Днём все обитатели лагеря скрываются по своим домам, кроме наказанных.       После наказания мы бегали в столовую за холодной водой, в бассейн или сразу в душ (что не всегда удавалось, очереди на них в последние дни стали бешеными). Сегодня в бассейн почти никого не было, и мы с Дани решили искупаться. Пока собирались по пути увидели ребят, которые тоже идут. Когда пришли, то на бассейне было уже за десять человек! Вода была холодная.       Во время игры на воде, я заметила, что наш вожатый Джиун вернулся. Его не было почти неделю. Я снова вижу его грустное лицо и безразличные глаза. Если ему не нравится, он может уйти. Он реально испортил моё настроение своим лишь присутствием. Я вышла из воды и села в тени, накрывшись полотенцем. Сонджуна здесь нет. Он сегодня дежурный в столовой. Завтра снова я с Ечаном. Этот парень меня раздражает… — Привет, Ынъён! — это голос Шоты. — Привет.       За спиной одноклассника я вижу Чонсоба. Он как обычно не приветлив и смотрел на плавающих ребят. — Где Хери? — В домике. Она не любит купаться с другими. — Понятно, — видно, что он был расстроен. — Чонсоб, пока иди один. Я сейчас вернусь. — Хорошо, — тот послушно пошёл один купаться с ребятами из другого отряда. Шота присел рядом со мной и посмотрев на меня сказал: — Мне всё-таки нужна твоя помощь. Чонсоб сказал, что мы не сделаем ритуал. Это глупо. — Конечно, я так и думала, что ты передумаешь. Так стоп, что за «ритуал»?       Он нагнулся на моё ушко и прошептал: — Типа «приворот». — ЧТО-О? — Успокойся! Мы с этим завязали. Черная магия уже позади. Мы сожгли свои амулеты магов. Поэтому носим «защиту», — он достал из кармана маленький засохший букет. Я офигела. ЭТО ТОТ ЖЕ ЦВЕТОК! — Потом как мы станем свободными от магии, мы можем ходить без них. — А что за цветы? — Красный мак-самосев, кажется. Чонсоб точно знает, он в этом спец. Плохо то, что они быстро вянут. Красивый цветок. — Они растут где-то далеко, да? Рядом с лагерем я такого не видела. — Да, о-очень далеко. Ещё дальше от того места, где мы остановились с тобой и Хери. Там очень красиво, мы даже сделали домик из деревьев. — А можете нас с Хери отвезти туда? — О, это надо спросить у Чонсоба. Он первым нашёл это место. Это типа нашего личного секретного места. — Ох, прости тогда. — Ничего. Я тогда пойду купаться.       Теперь я полностью уверена в том, что это делал Чонсоб. Так «скрытность» не его стиль поведения. Слишком просто. Бона писала, что он «умный». На деле оказалось, что «нет».       После обеда, нам дежурным дали время на отдых. Давно пора. Ечан достал меня со своим подкатом. Потом он хотел, чтобы я пошла с ним в бассейн. А я доедала свой обед на кухне и столкнулась с Чонсобом. Он ничего не сказал и при мне спиздил конфеты, пока поваров не было. Я честно не удивлена воровству, но красть, когда видят – это полная наглость. Без колебаний, я сразу пошла за ним, чтобы поймать с поличным. — Ты что вообще творишь?       Я остановила его и обратно взяла из его рук конфеты. — Обнаглел? — Мне не досталось. — Это как? — Парни отняли, понятно? — чуть сердито ответил рыжик. — А попросить не судьба? Миссис Ким дала бы тебе пару конфет.       Он притих и пообещал в следующий раз, попросить у неё. А конфеты я вернула на место. — Эти парни ненавидят тебя только потому что у тебя рыжие волосы? — вновь вернувшись на кухню спросила я у него. Тот сидел рядом и просто пил апельсиновый сок (это нам можно!). Он кивнул. — Ты снял маску, и они снова стали бить тебя? — снова кивок. — Вы с Шотой в тот раз кажется не сказали Кихо, что на вас покушались. — Так поступают только слабаки. — Ну, да, – улыбнулась я. — Извини, но мне просто интересно узнать почему у тебя такой цвет волос? Если не хочешь отвечать, не отвечай.       Рыжик грустно опустил глаза и проглотил сок. Кажется, ему не хочется рассказывать. Я так и знала, но потом он заговорил: — Мои предки когда-то жили в Шотландии, и кто-то из них взял в жёны рыжеволосую девушки. Потом их ребёнок кого-то ещё рыжего и в конце концов даже когда переехали этот ген «закрепился» и спустя сколько-то лет появился я, – он снова сделал глоток и посмотрел на меня.       Мы сидели напротив окна и солнечные лучи светили прямо на наши лица. Шторки здесь почему-то нет или не надо. Я заметила, что глаза Чонсоба в миг изменили свой окрас. Из тоскливого серого они превратились в прекрасный небесно-голубой цвет. Я никогда не видела вживую такой цвет глаз у людей. Это так красиво. Будто смотрю на очень чистое небо. Ой, кажется я слишком засмотрелась на его глаза. Потому что тот смущённо опустил глаза на стол. Я тоже отвела глаза на суп и немного засмущалась. Чонсоб ничего дальше не прокомментировал на это, а просто налил себе ещё сока. — Какой у тебя факультет по Хогвартсу? — внезапно спросил он. — Кажется Гриффиндор. Я давно делала этот тест. Ещё в средней школе. А твой? — Слизерин.       Ну, да, могла бы догадаться. — А почему именно этот факультет? — Мне нравится сама теория Салазара Слизерина. Он хотел, чтобы в школе учились только чистокровные волшебники. — Так значит тебе не нравятся маглы? — Вроде того. — А если твой друг Шота окажется маглом? — Он со мной в одном факультете, так что я не думаю, что он «грязнокровный». — А как ты это определяешь? — По ауре. Я различаю их по цветам. У каждого человека свой индивидуальный цвет. — А я «магл»? — Не думаю, кажется ты полукровка либо чистокровная. Потому что твоя аура сиреневая, то ли белая. Не знаю, но я такое впервые вижу. Ты словно пульсируешь энергией. Могу даже сказать, что заряжаешь других своей энергией.       Я просто улыбнулась и допила бульон супа. Чонсоб так увлекательно рассказывает. Вот почему Шота с ним дружит. Он многое знает от точной науки до всего остального в мире. Чонсоб не часто болтает, но его рассказы такие интересные, что хочется дальше его слушать. Даже, когда ломался его голос - я не смеялась как раньше. Где-то ближе к трём пришли повара и велели нам приступить к очистке овощей.       Вечером после дежурства вожатые собрали всех школьников в лагере и объявили, что на выходных грядут спортивные мероприятия. Победителей ждёт прекрасный ужин, холодильник с морозильником (50-50) и использование телефона на один день. А те, кто проиграют, конечно, тоже будут есть, но менее праздничную версию ужина и какие-то мелкие общие подарки для базы. Думаю, главным призом здесь является использование телефона, чем еда. Но я бы не отказалась от вкусного торта или колы. Я тут умираю без сладкой газировки и мороженого. А победителям она достанется…       Поэтому даже когда нам дали телефоны. Без наставления вожатого, я собрала отряд, и мы направились в нашу базу. Вижу другие отряды тоже собрались. Енми дали положение мероприятия. Я быстро прошлась по глазам и всё рассказала, что как будет. Нашлись те, кто очень хотел участвовать. Пока я с Енми делали список, кто где будет участвовать. На базу вступил наш вожатый Джиун. Он застенчиво улыбнулся и сел с ребятами. — Могу предложить свою кандидатуру. Я быстро бегаю и неплох в игре с мячами, — вдруг заговорил вожатый, подняв руку. — О-о, это круто, вожатый Джиун! — воскликнули ребята.       Мы обговорили некоторые моменты и разошлись довольные. Наконец-то ради общего блага мы сплотились, а то сидели угол об угол. Я осталась на базе, чтобы зарядить телефон. Пока телефон заряжался ко мне присел Ечан и стал смотреть на экран моего телефона. — Пошёл вон! — Ахахахаах, — засмеялся он от моей реакции. — Пришёл сказать, что ты такая молодец. Енми хоть и сделался лидером, но он явно постеснялся бы собрать людей в ту же минуту, после окончания собрания. Ты где такому научилась? — Не знаю, сама такая с рождения. — Ого. — Иди давай куда шёл. Ты настучал на меня с Дани и после этого ты ведешь себя как ни в чём не бывало? — Я же в шутку. Не думал, что они реально вас накажут. — У тебя всегда так! Ты такой несерьезный… — Наша парочка опять ругается? — входя на базу, спросил Сонджун. — Я забыл ветровку. — Вот даже красавчик Сонджун считает нас «парочкой», — довольной мордой посмотрел на меня Ечан. — Ну, давай встречаться, а? Я сделаю всё что ты хочешь! — он стал навязчиво молить об этом пока я не сказала следующее: — Ты не Сонджун чтобы такое говорить, я не принимаю твоё предложение. — Что? — не понял, искавший свою ветровку Сонджун. — «Ты не Сонджун»? — переспросил Ечан. — О, нет-нет, то есть я сказала «Соджун»! Пак Соджун! Знаете, такого актера? Вот я про него!       Их лица были такие словно они мне не верили. Я не знала куда деться. И почему у них имена такие одинаковые, но разные в то же время? Ечан расстроенно взглянул на меня и ушёл, хлопнув дверью. БАЛИИИИН. Я осталась наедине с Сонджуном. — Ты не хотела с ним встречаться, потому что тебе нравился другой? — не смотря на меня спросил парень. Я кивнула. — Это я? — Да.       Вообще-то я хотела сначала отрицать, но получилось иначе. Он сначала молчал, но потом сказал что ему надо идти. Кажется, я ему не нравлюсь или Сонджуну сейчас не до отношений. Это заставило меня немного замкнуться в себе на некоторое время.