Часть 10. Мой настоящий друг

Ночь выдалась тяжёлой. Лёве снились кошмары, и я проснулась от его криков. - Нет, нет, нет!, - кричал Лёва, - уйдите от меня! Нет, нет. Я спустилась к нему на пол и начала будить. - Лёвушка, Лёв, - начала я тихонько шатать парня из стороны в сторону, - вставай, очнись. Лёва резко очнулся и вскочил, запыхаясь. Я посмотрела на него. - Тихо, тихо, - я обняла его, - я тут, Лёв. Я тут... - Прости.., - он крепко обнял меня, - эти кошмары давно снятся. Валентин Сергеевич давно к ним уже привык. - Не извиняйся, солнце, - я посмотрела на него, вытирая слезу с его щеки, - я заварю чай и мы поговорим о них, хорошо? - Ладно, - Лёва скинул с себя одеяло и начал вставать. Я поставила небольшую кастрюлю с водой, а пока поднесла ему воды. - Всё будет хорошо, - я села рядом и гладила его за плечо, - мне тоже часто сняться кошмары. - Они мне снятся с самого конца смены в лагере, - он посмотрел на меня, - и постоянно одно и то же. - Что одно и то же?, - я изогнула брови. - Мне снится, что Серп Иваныч и другие вампиры преследуют меня и мою семью, - он склонился и держал голову двумя руками, - но там не только это. После мне снится, что я сам начинаю преследовать вас. И... тебя. Но я пытаюсь их контролировать, пытаюсь докричаться, чтобы вы убежали от меня, но не получается. - Лёвушка, - я повернула его на себя, - это всего лишь сон. Я тут, мы все тут рядом с тобой. Всё, что происходило три года назад навсегда останется в прошлом. Такого больше не повторится. - Ты права, - он посмотрел прямо в глаза, - нужно пытаться жить дальше. - Я кое что подарю тебе, - я подошла к кофте, которую оставила лежать на стуле, - вот, это моё кольцо. Храни его рядом с собой и никакие кошмары больше не будут тебя тревожить! - Спасибо, золотце, - он взял моё кольцо и положил к себе в джинсовку. Вода закипела и я заварила чай. Близился рассвет и Валентин Сергеевич тоже встал. - Вы что, - мужчина зашёл в комнату, - не ложились ещё, что ль? - Кошмары, Валентин Сергеевич, - сказал Лёва. - Ты как?, - он поинтересовался у парня. - Хорошо, - ответил ему парень, - со мной мой оберег. Лёва показал на меня и я засмущалась. - Ладно, голубки, - он стал полностью серьёзным, - пьём чай, собираемся и едем к ребятам. Мы собрались и поехали за Игорем. - Вероника уже в школе, - начал говорить Корзухин, - надеюсь, что всё пройдёт хорошо. - Мы все на это надеемся, - ответила я. Вот мы стоим у входа в учебное заведение. Что-то меня отталкивает. - Не волнуйся, я буду рядом, - шёпотом сказал Лёва. Я вздохнула и пошла следом за Носатовым и Корзухиным. Войдя в здание, мы замечаем, что никого нет. Тихо, как никогда ранее. - Меня напрягает эта тишина, - сказал Валентин Сергеевич. - Так урок же, - ответил Лёва. Я подошла к одному из открытых кабинетов, где шёл урок. - Смотрите, - шёпотом сказала я. Учительница по алгебре пила кровь одного из школьников. - Ужас какой, - сказала я, - это уже давно не школа, а какой-то пищеблок для вампиров. - Пойдём дальше, - сказал Игорь и мы пошли за ним. Остановились мы в центральном коридоре возле лестницы, которая ведёт на второй этаж и на запасной выход из школы. - Куда теперь?, - спросил Валентин Сергеевич. - Вероника сказала, что им будут показывать выступление, - ответил ему Игорь, - в актовый зал надо. Только мы решили пойти в правую сторону, как нам навстречу вышла девочка. - Засекли, - сказал Носатов, - думаю мы справимся с ними. - Их очень много, - сказала я, - вы уверены, что мы с ними справимся? - Да, - ответил Лёва и посмотрел на меня, - мы точно сможем сделать это. Мы все побежали в толпу детей, но они начали нас отталкивать, в сторону выхода. - Лёва!, - крикнула я, - они ведут меня в другую сторону! - Эй, отпустите её!, - кричал он детям и пытался пробиться сквозь толпу, но всё безуспешно, - Лина, спрячься где-нибудь, я найду тебя! Слышишь? Найду. Дети толкали меня на второй этаж. - Ребята, отпустите меня!, - кричала я им, а они будто не слышали. Они затолкали меня в кабинет биологии и оставили там. Я смотрела им вслед, пока они не закрыли дверь, а потом обернулась в сторону окон, пытаясь придумать план, как выпрыгнуть и ничего себе не сломать. - Лёва!, - я думала, что он сможет услышать меня и выбежать на улицу, - Лёва! Никто не пришёл. -Они не придут, - я обернулась. - Алёшин?, - я удивилась и хотела побежать к нему, чтобы обнять, - это ты? Ты как? Я хотела найти теб..... Подойдя ближе к нему, я начинала понимать к чему всё это идёт. Он не смог убежать тогда. Только не это. - Нет.., - сказала я и начала отходить назад, - не подходи ко мне! - А что я должен делать, Лина?, - он смеялся, - Ты бросила меня! Оставила меня здесь, пока я страдал! - Я не хотела этого, - очень сильно хотелось плакать, - я правда собиралась найти тебя! - Не ври мне!, - он переходил на истерический смех и подходил всё ближе, - а мне было больно. И страшно. - Прости меня, - с глаз пошли слёзы, - прости меня, пожалуйста. Надо было побежать за тобой. - Не нужны мне твои извинения!, - он всё шёл и тыкал в меня пальцем, - а ты мне нравилась! Я закрыла рот руками, то ли от испуга, то ли от плача. - А знаешь что будет дальше?, - он подошёл впритык ко мне, - я заберу тебя с собой. И ты будешь всегда со мной. - Нет, не трогай меня, - я отбежала от него в сторону учительского стола, - отойди от меня! - Ты думаешь я боюсь?, - он усмехнулся. - Ты же не такой, - я крикнула ему, параллельно искала, чем защититься, - ты не такой мне понравился. Алёшин на секунду остановился, будто очнулся после страшного и долго сна, но после уже менее уверенно продолжил медленно идти ко мне. - А помнишь, как ты принёс мне печенье?, - он остановился, - помнишь кофту? Она до сих пор у меня. Я храню её. Он будто пришёл в чувство и с его щеки пошла слеза. Им точно управляют. Бедный мальчик. Прости меня. - Беги, - он сказал сухо, - беги, пока я не напал на тебя. Я была в ступоре. Что? Действительно сработало? Я начала идти к выходу. В этот момент дверь открывается. Первый забегает Носатов и стреляет в Алёшина, прямо в живот. - Не-е-е-т!, - я подбежала к парню, который медленно упал на пол, - нет, нет, нет! Держись, я помогу тебе. - Надо бежать, они рядом, - всё, что говорили ребята, слышалось на заднем фоне, в ушах звенело. - Не закрывай глаза!, - он смотрел на меня стеклянными глазами, а из рта начала идти кровь, - его нужно спасти! Не оставляйте его здесь! - Лина, Лин, - звал меня Алёшин, - мне жаль, правда жаль. - Не смей, - я взяла его голову в руки, - держись! Я вытащу тебя! Меня начали трясти за плечо. Игорь взял на руки Алёшина и мы все выбежали из школы. Быстро положили парня в машину и уехали подальше от здания. - Быстрее везите в больницу!, - кричу я и держу голову парня, - прошу быстрее! - Лина, - тихо сказал Алёшин, - прости меня... я не хотел причинить тебе боль. - Ещё успеешь извиниться, - начала подбадривать его, - я тебя познакомлю со своими друзьями, только держись. - Скажи бабушке, что я люблю её, - он начал медленно закрывать глаза, - и тебя тоже я люблю...про-с-ти... Он закрыл глаза. - Нет! Не закрывай глаза, - я начала немного трясти его голову, - Пожалуйста, открой глаза. Машина остановилась. Все смотрели на меня. Я плакала над тело своего друга, который пожертвовал собой ради моего спасения. Он этого просто не заслужил. Только я знала какой он. Какой он хороший друг. - Нет, - тихо сказала я, склоняясь к его голове, - прошу не умирай. Всё было, как в тумане. Не знаю сколько времени прошло, но я сидела в машине, пока врачи вытаскивали тело моего друга. Алёшина. Самого настоящего друга, который всегда будет им в моём сердце. Лёва сидел рядом и всячески поддерживал, но я его не слышала и не видела. Перед лицом был только он. Алёшин в его любимой кофте и с печеньем в руках. И его улыбка, то как он смеялся и был собой. Самим собой, а не тем кем казался для других. - Я хочу пойти к его бабушке, - повернулась я к Лёве, выходя из машины, - мне нужно с ней поговорить. Бабушка стояла и плакала в плечо дедушки. Я подошла к ним. - Дорогая, ты Лина?, - обратилась ко мне бабушка, притягивая чтобы обнять, - мой мальчик хотел познакомить нас. - Мне жаль, что мы смогли познакомиться при таких обстоятельствах, - я облокатилась на плечо его бабушки и заплакала, - он просил передать, что очень любит вас. Бабушка заплакала ещё громче от услышанного. Спустя время мы все смогли перестать плакать и бабушка Алёшина позвала нас к себе. Всех нас. Но со мной решил пойти только Лёва. Игорь подвез всех нас до дома, где жил Алёшин и бабушка с дедушкой, а после уехал вместе с Валентином Сергеевичем в штаб. Бабушка приготовила мне успокаивающий чай и достала пироженные. - Он рассказывал нам о тебе, - бабушка сказала это, улыбаясь, - даже очень много. Говорил, что ты одна такая, хорошая. Я закрыла глаза, чтобы не заплакать. - Нужно плакать, - женщина положила свою руку на мою, - иначе боль не пройдёт. - Знаете, - посмотрела я на Лёву, который не вмешивался в разговор, а просто со скорбью смотрел на нас, - я ведь действительно считала его хорошим. Мы много проводили время вместе. Мне очень жаль, что всё так вышло. Простите меня. - Что ты, родная?, - она посмотрела на меня и Лёва тоже, - ты не виновата в этом. Я выпила чай и стало немного легче. Мы попрощались и вышла на улицу. - Я хочу пройтись пешком, - я взяла Лёву за руку. - Извини меня, - я обернулась на него, - я не знал его. - Нет, нет, нет, - я взяла Лёву за обе руки, - я должна сказать тебе спасибо, что ты был рядом со мной. - Знаешь, - он обнял меня, - я думал, что недостоин счастья, что оно далеко от меня. Но сразу же я вспоминал тебя и казалось, что после нашего с тобой знакомства в лагере я навсегда останусь счастливым. Я крепко обняла. Всё ещё хотелось плакать. - Нам срочно нужно в штаб, - ко мне пришло осознание, - кое что произошло в школе с Алёшиным. Вы все должны это знать. Лёва всё понял и мы бегом отправились к ребятам. Шли мы долго, по дороге мы рассматривали рисунки на стенах, здания и обсуждали всё-всё на свете. Хлопов купил нам мороженное и он полностью измазал мой нос в нём. Как бы то ни было, но Лёва - единственный, кто заставит меня улыбаться, даже после случившегося. Но боль на душе всё ещё есть, и никуда от неё не деться. Вскоре мы дошли до штаба, где всё ещё был Игорь. Ребята о чём-то спорили. - Скажи честно, ты только за Несветову переживаешь?, - послышался голос Валентина Сергеевича. - Нет, - ответил ему Игорь, - я за всех переживаю. Спорили они ещё минут пять, после того, как мы зашли. - Хватит!, - крикнула я, а после начала говорить спокойным голосом, - у меня только что умер друг. Родители понятия не имеют где я и как. Так что прекратили свою истерику. - Давно ты командовать начала?, - сказал Игорь. - Эй, - позвал Корзухина Лёва, - слова выбирай. - А то что?, - парни начали идти друг на друга, а я встала между ними. - Успокойтесь!, - я ещё раз крикнула, - приходите в себя! Мне есть, что вам рассказать! Ребята резко остановились и медленно начали отходить по сторонам. - Мы тебя слушаем, - сказал Носатов.