В вихре цветочных лепестков мои руки покраснели от крови…

Вэнь Кэсин мало что помнит из детства. То, как он ехал на ослике, а смеющиеся родители шли рядом. Отец держал поводья, мама бережно поддерживала - мягко, но надежно, даря ощущение одновременно самостоятельности и безопасности. То, как от них отказались свои, оставив без защиты. То, что во время бегства им повезло встретить наследного принца и оказаться полезными ему. Протекция принца помогла беглецам, преданным Долиной целителей, попасть в свиту императора. Память о дальнейшем тиха и безмятежна - дни текли своим чередом, родители были рядом, учиться было не так интересно, как играть, но мама умела заинтересовать и увлечь, а отец просто вздыхал и говорил «да, мои техники несовершенны и я не сумел толком защитить твою маму, но неужели же ты не хочешь быть лучшим защитником для нее?» - и Вэнь Кэсин отбрасывал лень и желание развлечений. Потому что отец не должен был так вздыхать и говорить, не должен был сомневаться в себе. Потому что чем больше Вэнь Кэсин тренировался, тем больше ощущал, какой потенциал скрыт в технике… надо только чуть-чуть изменить, совместить, научиться летать и танцевать одновременно. Именно поэтому он так горячо умоляет родителей позволить ему сопровождать их в свите императора. Ведь он столько слышал о танцах Госпожи Сюй - может быть именно там ему откроется секрет, который превратит восемнадцать шагов в полет. Вэнь Кэсин лишь однажды видел танец Госпожи Сюй. В памяти остались летящий алый шелк, босые изящные ступни, легкие и стремительные движения в вихре красных цветочных лепестков, безумие в глазах, ярость, крики, изрубленные тела и покрасневшие от крови рукава собственного ханьфу… На предложение императора он соглашается без колебаний. Придворный целитель и отравитель получил свой шанс.