Макс и его отец.

*после прыжка* - Уложил? - тихонько спросила Мария, мягко касаясь уставших плеч любимого мужа. - Где же мы его упустили? - устало потер лицо Роман и стащив носки устроился на подушках, прижав к себе супругу. - Мы делали все, что могли. - в свою защиту говорит женщина. - Значит недостаточно. - нервно, но без повышенных тонов говорит Роман. - Главное, что сейчас все в порядке. - А если бы я не работал так много и сразу объяснял ему, что можно, а что нет, то нормально было бы всегда. Его бы не отчислили со всех лицеев, не было бы приводов этих всех, ему бы не был нужен тот центр и он определенно не полез бы на мост и вообще не начал эту дебильную игру. - нервно рассуждал Роман. - Возможно ты и прав, но что сделано, то сделано. Сейчас он в безопасности и только это имеет значение. - Маш, ему всего пятнадцать. - в отчаянии напоминает мужчина. - В этом возрасте дети очень уязвимы... - В этом возрасте... - медленно повторил Калюжный старший. С женой они лежали разговаривая ещё минут сорок, а потом Мария утомленная сегодняшним днем, сильно перенервничала, уснула. А Роман еще очень долго не мог остановится от ссамокопания и анализа сложившейся ситуации. Он определенно был страшно зол. Но вместе с тем и дико напуган. Что если бы Ковалёв сегодня не успел. Что если бы никто не понял ничего. Получается, что через неделю Макса бы не стало. Он бы просто спрыгнул с какого-нибудь дома и все. Все эти мысли вызывали сильное чувство страха. Холодный пот стекла по спине и вискам, щекочащуе чувство не давно спокойно лежать. Ещё чуть чуть и лежать стало не выносимо. Мужчина осторожно встал с кровати, чтобы не разбудить любимую жену, и тихо прошёл в единственную жилую комнату на втором этаже квартиры. Осторожно приоткрыв дверь, Роман прошёл в спальню к сыну, устраиваясь в креслле рядом с кроватью, предварительно скинув с него всякий хлам, по типу ноутбука, десяток панам, штаны и футболки. В общем все что Макс не потрудился сразу сложить обратно в шкаф. Парень лежал на животе, обнимая вторую подушку, спина мирно вздымалась, а приоткрытые губы издавали тихое сопение. Сейчас он выглядел таким невинным. Мужчина осторожно провел рукой по мягким коротким волосам, спустил руку ниже и некоторое время выводил круги по спине. И ведь это он виноват. Виноват во всем, что случилось с его ребёнком. - Прости, Макс. Прости... Утро следующего дня как обычно началось в девять утра. Роман был владельцем собственного бизнеса, а Мария управленцем салона красоты. Не сказать, что они могли приходить когда хотят, но им определенно не требовалось находится на работе с семи или шести утра. Мария накрывала на стол, когда на кухню зашел Роман, застегивая рукава. - Максим встал? - спросила женщина. - Думаю ещё спит. - мужчина явно был не в настроении и это было видно и слышно в его движениях, резкости тона и отстраненности. - Можешь его разбудить? - попросила женщина. - Разумеется. - наигранно мило улыбнулся Роман и вышел из столовой. В комнате было темно и только свет от телефона нарушал переливы черноты. - Чего не спускаешься раз уже встал? - скрестили руки Роман, а Макс аж подпрыгнул от неожиданности. - Пап... - подросток смотрел, как высокая и крепкая фигура раскрывает шторы и подходит к его постели. - Что-то чрезвычайно важное? - спросил мужчина выдергивая телефон из рук ребенка и прочитывая сообщение от какой-то Лена красное сердечко. - Так тебе и надо, ты заслужил. Ещё бы отец добавил, чтоб и мыслей таких не возникало. - Макс слегка красный, подскакивает на ноги и пытается вырвать телефон из рук отца, но мужчина быстрее, сильнее и маневреннее. - Да, пап, отдай! - возмущен подросток. - Не так быстро. Сегодня проведешь день без телефона. У нас вечером будет серьезный разговор, с тобой сегодня останется Валерий, так что без фокусов. А сейчас ты одеваешься и живо завтракать. - скомандовал Роман, смотря на насупевшегося мальчишку перед собой. - Все вперёд. - Ну пап! - перегородил собой дорогу парень. - Мне нужен телефон. А если мне напишут.... - Если напишут, завтра скажешь им что не ответил, потому что был наказан. А сейчас, быстро оделся, привел себя в порядок и спустился в столовую. - рявкнул мужчина, укладывая гаджет сына в карман брюк. - Завтра отдам. - дверь захлопнулась, а подросток свалился на кровать, атакуя подушку криком безысходности, выплескивая эмоции. Жизнь не справедлива. - Как думаешь, если я сейчас уйду, ты будешь обязан сказать моему отцу об этом? - спросил Макс, когда наконец-то соизволил выйти из комнаты и переговорить со своей нянькой. - Да. - не отрываясь откниги отвечает Валерий. - А если предположим я сбегу и ты типа не заметил? - пытался договорится ребенок. - Если ты с бежишь, а я типа не заметил, твои родители меня уволят. Прости, но сегодня без вариантов. - Сука! - раздраженно выругался Макс и ушёл обратно в своё укрытие. - Осталось семь часов, потерпи. - послышался совет из гостиной. - Да пошел ты. - фыркнул Макс. День обещал быть отвратительным. Что там Макс думал про отвратительный день, когда Валерий не пошел на уступки? Хуйня. Отвратительный день только начался. Когда с утра отец сказал про разговор, Макс как всегда расчитывал отделаться ссорой и может парой подзатыльников, но когда отец зашел в комнату полчаса выносил мозг о тупости подростков, о том, что пидористические задания из интернета ведутся только конченные уроды. Сам же Макс пытался вступить с ним в диалог. Хотел объяснить, что не чувствует себя нужным, что ему хочется видеть их чаще, хочется чтоб все как у людей. Но это не увенчалось успехом. К концу ссоры Роман уже был разъяренный как бык, а Макс с покрасневшими глазами и людям разочарованием. - Вот, что ты щас ревешь? - бесился Роман. - Развел тут! - Да потому что я пытаюсь тебе объяснить! Блять ты серьезно не понимаешь? Я хочу чувствовать себя нужным! Не хочу быть бременем и разочарованием, но чтобы я не делал у меня не получается! - Да ты ахуеть как нужен, Максим! - кричит мужчина. - Ты не обуза, не бремя, не тягость, слышишь, блять!? И мне не нужно чтобы ты что-то делал или был кем-то, потому что ты не можешь быть разочарованием! Ты мой единственный ребенок, я ахуеть как люблю тебя! Я ебать... Я... Я... Я в ахуе! - Макс не может остановить дрожь по телу. Нижняя губа подрагивает, дыхание сбито, слезы катятся по щекам. - Когда пятнадцать лет назад твоя мать сказала, что я стану отцом я и представить не мог, что можно испытывать такие чувства к кому-то! Ты тогда ещё даже не родился, а я уже понимал, что люблю тебя! Ты врубаешься? - Макс громко всхлипнул и Роман тут же протянул мальчишку к себе, крепко стискивая в своих руках, покрывая макушку поцелуями. - П-рос-сти. - задыхался подросток. - Чш-ш. - приговаривал мужчина. Несколько минут Макс приходил в себя, а когда дыхание чуть чуть выровнялось, Роман отстранил сына от себя и внимательно посмотрел ему в глаза. - Ты вчера ебать как напугал меня. Твоя мать места тебе не находила. Знаешь, наверное это целиком и полностью моя вина, - говорит Роман, а Макс вертит головой и пытается без заиканий сказать, что это не так, но мужчина его прерывает. - Я совершенно не занимался тобой. Не уделял тебе время, не объяснял простые истины. Но наверное пришло время исправлять это. - парень внимательно слушал и не понимающего смотрел на отца. - Ты о чем, пап? - Я больше не буду терпеть твои выходки и несоблюдение элементарных правил. В общем, парень, я не хотел этого говорить, то раз ты не заканчиваешь думать задницей, то она и будет отхватывать, пока твой мозг не решит перебраться в голову. - сказал Роман и почувствовал, как сын от него отстраняется. - Пап, ты чего? - шмыгает подросток. - Ты сам виноват. - отмахнулся мужчина. - Пап. - Хватит! Я все сказал. А сейчас выбирай, рука или ремень. - даёт выбор Роман. - Ч-что? - недоумевает парень. - Рука и мое колено, или ремень и кровать? - повторяет мужчина. - Пап... Антон... Антон Вадимович же... - оправдывался мальчишка, отступая. - Вот именно, а это совершенно не его обязанность, понимаешь? - спрашивает мужчина. - Но ты... Ты не можешь... Мне уже пятнадцать... - А вот тут ты ошибаешься, я могу, я твой отец, а то, что тебе пятнадцать не делает тебя здравомыслящим взрослым человеком и сейчас мы тратим время, а нас ещё ждет ужин, так что давай, одно из двух. - но Макс мотает головой и пытается слинять из комнаты, перепрыгивая через кресло и обходя отца с левой стороны, но... Роман быстро перехватывает мальчишку за талию и слажеными движениями усаживается на достаточно высокую кровать, укладывая к себе на колено сына. - Что же, видимо будет так. - фыркает мужчина, пока парень дергается в попытках вырваться. - Перестань дергаться и прими это. - предупреждает мужчина. - Пожалуйста, пап, не надо. - просит Макс. Но мужчина уже не слушает. Он слишком долго думал об этом на работе и теперь уже некуда отступать. Он доведет это дело до конца. Роман стянул домашние штаны и трусы сына до середины бедра. Перед глазами плясали ещё заметные следы от предыдущей порки. Ковалёв хорошо постарался, отметил мысленно Калюжный старший. Однако даже этот факт не остановит его. В быстро найденом темпе удары посыпались сразу сильные, большая ладонь в скором времени придала седалищу парня ярко красный оттенок. Парень начал вскрикивать и дергаться уже после первого шлепка и это совершенно не придавало уверенности. Появилось только желание все остановить, но мужчина по собственному опыту знал, что от незаконченной порки будет только хуже. Чувство незавершенности, непрощенности. Он пределенно ненавидит то, что делает, но однажды он уже позволил себе пренебречь этим и вот куда это их привело. Глубоко вздохнув, Роман поднял руку и с громким хлопком в очередной раз опустил ее на зад ребенка. Тот резко дернулся, вскрикнув, и мужчина поморщился, но не остановился. Он снова и снова опускал руку, осыпая ударами каждый дюйм его и без того красной кожи, пока наконец не услышал "прости" в перемешку с рыданиями. - П-прос-сти! -рыдал Макс. - Прост-ти, мен-ня! Тогда то Роман понял, что пора заканчивать. Осторожно, чтобы не раздражать кожу, мужчина подтянул вещи сына и помог ему подняться, тут же оказываясь в его объятиях. - Ну все, все, Макс. - шептал Роман обнимая сына. - Обещай так больше никогда не делать. - просит мужчина и подросток икая и шмыгая кивает. - Я люблю тебя. - оставляет поцелуй на виске парня мужчина. - Люблю тебя. - скомкано произносит Макс куда-то в грудь отца.