1.10. Дочь

Мадам Юй очень внимательно смотрит на свою крадущуюся дочь. У Цзян Яньли в руках мешочек, видимо, с едой и баклага с водой. — Итак, — говорит мадам Юй. — Кого ещё я встречу у храма этой ночью? В храме отбывают наказание Вэй Ин и Цзян Чэн. Да, без еды. Воду им мадам Юй оставила, прекрасно понимая, что без еды мальчишки пробудут разве что до ночи. — Даже не знаю, матушка, — скромно отвечает Цзян Яньли. — Я просто прогуливалась тут перед сном. — С едой, — кивает мадам Юй. — И давно ты этих неслухов во время наказаний кормишь?.. Цзян Яньли глаза опускает, а потом тихо так говорит: — С первого дня. А-Ин голодал много, нельзя его без еды оставлять, иначе он подумает, что и у нас ему плохо будет, а с а-Чэном он сам делится поровну. Но матушка мудра и знает это, так ведь? Цзян Яньли поднимает робкий понимающий взгляд. Мадам Юй уточняет: — С чего это ты взяла, что я знала о твоем самоуправстве? — Я часто видела матушку, когда относила мальчикам еды, — честно признается Цзян Яньли. — Я понимаю, что матушка должна быть строгой, чтобы воспитать из мальчишек достойных юношей и бойцов, и не расскажу им, что матушка так о них заботится. Мадам Юй смотрит на дочь. Не боец. Совсем не боец. Но как же остра на язык и умеет играть правдой, а? — Когда вырастут, тогда сможешь рассказать, — разрешает мадам Юй. Из храма доносятся звуки тихой потасовки. Цзян Яньли прикусывает нижнюю губу и уточняет: — А они точно вырастут?.. — Однажды, — пожимает плечами мадам Юй. Дочь тихо смеется и идет кормить мальчишек, а мадам Юй смотрит ей вслед, слышит радостные возгласы из храма и ловит себя на том, что улыбается. Ладно, ночь, никто не видит, она может позволить себе немного улыбок.