Как их зовут?

— Дойдёшь ведь сама? — безразлично спросил плотный упитанный мужчина, раза в три больше Тринадцатой, которые даже не удосужился взять её за руку пока отводил её от кабинета в свою комнатушку, а так делали все, когда вели куда то испытуемых. Он лишь слегка покосился на девочку, даже не повернув голову в её сторону. Девочка подняла на него голову и кивнула, хотя не была уверена в том, что санитар поступает правильно. Казалось, она соглашается со всем на автомате и собственного мнения совсем не имеет — взрослые и Папа знают лучше. Дорогу от смотрового кабинета до своей комнаты, Тринадцатая знала уже наизусть поэтому, когда этот толстый, неприятно пахнущий потом и слежавшейся одеждой санитар развернулся и ушёл по своим делам, оставив её на полпути, она прошла длинный коридор и повернув направо два раза, прошла несколько комнат других ребят и наконец, зашла в свою комнату с номером 013. Кабинетов для тестов и испытаний было несколько, один для групповых тренировок, один для индивидуальных, но под пристальным наблюдением учёных, санитаров и, безусловно, Папы (этот кабинет находился совсем недалеко от Радужной комнаты) и ещё один , но там занятия проходили наедине с санитаром или тем же Папой. В общем и целом занятия могли проходить и в комнатах, это тоже было обычной практикой.  После того как Тринадцатая зашла в комнату она, даже не включив свет, захлопнула дверь, легла на кровать, свернувшись клубком и уснула, то ли от усталости, то ли от препаратов которые ей ввели в ходе занятия.  Через пару часов, а может пятнадцать минут, что маленькая успела поспать, в дверь раздался увесистый, но мягкий стук, который в мгновение ока разбудил девочку. На него не нужен был ответ, потому что нежданный посетитель и сам откроет дверь. Этот посетитель — Папа.  С приторной улыбкой он зашёл в комнату и включил свет, заставив Тринадцатую сощуриться и подняться с кровати. — Извини. Как себя чувствуешь после укола, Тринадцать? Не мутнело в глазах? — заботливо спросил мужчина подсаживаясь на кровать к девочке. — Мутнело. Но я поспала. Теперь нормально, Папа. — медленно, выговаривая каждую букву ответила малышка. Сейчас в глазах тоже мутнело, но скорее от внезапного пробуждения и яркого света люминесцентных ламп. — Это хорошо. Значит лекарство уже идёт на пользу. Как я и говорил. — он прервался и опустил взгляд.  На пользу кому? Это был вопрос, который задала бы Трин, а Тринадцать поверила бы и не стала перечить. В прочем как она и всегда делала. А Трин начинала понемногу понимать, что всё происходящее в стенах этого ужасного места, было лишь в угоду Папе, учёным и всем им подобным. — Мне нужно задать тебе вопрос. Ответь честно. Пожалуйста. — он вновь умолк, а Тринадцатая не посмела ничего ответить и продолжила слушать. — Санитар Ник. Тот что прикреплён к тебе по четвергам, он.. Уделяет тебе достаточно внимания? Всегда находится рядом? — едва заметно нахмурившись спрашивает Бреннер. — Да, Папа. — немного подумав, шаблонно отвечает Тринадцатая, боясь доставить лишние проблемы санитару. Ей было без разницы, сколько ей уделяли внимания во время свободного времени или довели ли её от игровой до столовой, лишь бы не делали больно.  — Ты честна с Папой? Ты ведь знаешь, я и сам могу в этом убедиться. — на тон строже и серьёзнее предупредил Бреннер. — Ты говоришь правду? Девочка не ответила. Но через мгновение неуверенно покачала головой, отрицая. Папа раздосадовано сжал губы и покачал головой смотря куда-то вниз.  — Спасибо, Тринадцать. — вновь натянув улыбку, он молча протянул девочке небольшую пачку печенья — в шуршащей упаковке было лишь три. После того как Тринадцатая приняла этот гостинец, он встал и вышел из комнаты, вновь захлопнув дверь, а девочка так и осталась сидеть в непонимании и с ненужным печеньем в руках, которое всё равно не слишком скрасит серые будни Лаборатории. Однако вскоре ситуация прояснится, когда по четвергам теперь её будет ждать не то чтобы недостаток внимания, а даже переизбыток, и, к сожалению, в плохом смысле этого слова. Санитару достался неплохой выговор и кто его знает что ещё, раз он так обозлился на Тринадцатую. Четверг теперь был день, наступления которого девчонка очень боялась.  Этот санитар Ник, не оставлял момента как то уколоть девочку или сделать ей неприятно, но теперь она уже не могла рассказать об этом Папе, так как доказательств не было, ведь всё происходило без прицелов камер. Требования к санитарам становились всё жестче, также как и к испытуемым. Время шло, а в неделе Тринадцатой становилось всё больше нелюбимых дней. Однако самым любимым днём всё же оставался один. Вторник — день, когда к ней был прикреплён Генри. В очередной день — четверг, она, вернувшись в комнату после тестирования, остановила санитара, прежде, чем он мог уйти.  — Меня тошнит. Сильно. — жалобно сказала Тринадцатая, в спину уже собравшемуся покинуть её мужчине. — Мне всё равно, хоть глотай, но не смей делать это прямо здесь.  Поздно. Побочный эффект препарата, дал о себе знать в слишком неподходящее время. Противная кашица, уже растекалась на полу у кровати, а девочка одной рукой прикрывала рот, а другой придерживалась за изголовье кровати. Девочка чувствовала себя неважно, а внезапный приступ рвоты ещё больше испугал её. Её бросало в жар и в холод, голова кружилась. Но в себя её привёл внезапный хлопок. Щека покраснела. Она даже не сразу поняла, что произошло. Санитар влепил ей пощёчину. Санитар ударил её не со всей силы, конечно, но этого хватило, чтобы в ухе зазвенело. Зато сознание сразу же прояснилось или же все неприятные ошущения просто отошли на мгновение на второй план. Санитар выругавшись, схватил Тринадцатую за воротник сорочки и потряс её. — Ты что наделала? Ты понимаешь, что убирать твою блевотню придётся мне? — покрасневший от гнева санитар говорил это прямо в лицо малышке. — Прости, я не специально. — едва выдавила из себя девочка.  — Извинения оставь для Папы. — буквально прорычал ей в лицо мужчина. У него перехватило дыхание. А на девочку накатило облегчение. Однако когда они оба повернули головы в одном направлении, замерев на несколько секунд, у обоих чувства сразу сменились. Огонёк не горел. Ну почему сейчас? — Я принесу тебе ведро и тряпку. Уберёшь это всё пока не загорится огонёк и отнесёшь в уборную. Если Папа узнает об этом, я тебе обещаю, я тебе жить не дам. — отпустив девочку он стал тыкать в неё пальцем, а затем вышел из комнаты.  Через пару минут он лишь закинул ей в комнату ведро с тряпкой, как и обещал и прошёл мимо, однако бурчал себе под нос. — Ну что за выдерга, надо же, всё не как у людей. Так ещё и Бреннеру жалуется, соплячка. Управившись с уборкой за пару минут, девочка вернула ведро с тряпкой обратно в уборную. По дороге назад она думала: для них она не ребенок, а подопытное животное. Персоналу лаборатории удалось полностью абстрагироваться, провести важную черту у себя в голове. Если подопытное животное не выполняет приказы, необходимо применить силу. А когда все опыты проведены? Можно выпить кофейку с плюшками в комнате отдыха и поболтать с коллегами о собственных детях (они-то, конечно, настоящие) или повозмущаться новостями политики, спорта и так далее.  Заметив, что огоньки на камерах начали один за одним загораться, она быстро забежала к себе в комнату. *** Трин забежала в класс. И на неё уставились больше, чем с десяток пар оценивающих глаз и успокаивающе улыбнулся учитель, который тут же начал какую-то торжественную речь, которая оказывается была представлением Трин классу. Трин с любопытством разглядывала своих новых одноклассников, пока учитель представлял её. Ребята же, смотрели на мистера Кларка с недоумением, за исключением четырёх мальчиков.  — Мисс Баллард, прошу на борт! — торжественно проговорил учитель и указал на свободную парту. Трин наконец обратила на него внимание: сначала оглядела его с ног до головы, а затем последовала за единственную свободную парту в классе — третью парту первого ряда. Выложив на парту тетради и ручки, она снова осмотрела класс. Перед ней сидела скрестив руки на груди и качаясь на стуле рыжая девочка.  Позади себя она услышала шёпот, в котором упоминалось её имя. Затем шёпот пошёл по всему классу. Трин могла услышать, что все, кажется, были удивлены второй новенькой за неделю.  Громче всех перешёптывались те четыре мальчика, что с таким интересом слушали учителя. Однако как раз их она не смогла услышать. Учитель привлёк внимание учеников. Урок начался. *** Учебный день оказался не совсем таким, каким его представляла Трин. Она так ни с кем не познакомилась, а лишь ходила из класса в класс, от учителя к учителю и изредка отвечала на вопросы ребят от куда она и как ей в Хоукинсе. Она рассчитывала на то, что во внешнем мире все очень дружелюбные и сами будут подходить к ней. Уроки закончились и она решила подойти к мистеру Кларку (из учителей ей больше всего понравился именно он), и позадавать некоторые интересующие её вопросы. Она постучалась в кабинет и заглянула. Милый учитель при виде Трин сразу же разулыбался.  — Тринити! Рад видеть тебя снова, проходи не стесняйся. — он сделал зазывающий жест рукой. — Как тебе у нас в школе? Уже познакомилась с кем-то? Трин была приятно удивлена его жизнерадостностью и его отношению к ней. К ней ещё никто в жизни не относился так, за исключением, возможно, Генри в Лаборатории. Она слегка улыбнулась и сделала шаг, заходя в класс. — Нормально. Очень много людей. — она явно не понимала, что столько людей в школе — это нормально. Мистер Кларк смущённо улыбнулся и усмехнулся, не особо понимая в чём, собственно, заключалась проблема. — Даа, много людей… — он слегка замялся. — сколько друзей можно найти, да..?  Из коридора были слышны шаги. Мистер Кларк и Трин обернулись ведь эти шаги уже были около класса. Два мальчика и та рыжая девочка, которые были сегодня в классе зашли в класс с каким-то ящиком. Они буквально оттолкнули Трин, чтобы показать нечто учителю. — Мифтер Кларк! Я принёс Вам то, из-за чего оповдал на урок. — мальчик у которого, по какой-то причине отсутствовали зубы, или по крайней мере так казалось, широко улыбнулся. Он забавно шепелявил, что показалось Трин смешным. Мальчик поставил ящик перед мистером Кларком, пока остальные двое с гордостью наблюдали за этим. — Подожди секунду Трин, у нас тут ребята, кажется только что сделали научное открытие. А дверцы у него открываются? Класс! — учитель с интересом разглядывал коробку со всех сторон. — Да! Но дело не в ловуфке! Интерефней то, фто фнутри! Это навсегда ифменит вафе видение мира! — медленно и торжественно рассказывал мальчик, жестикулируя руками. Трин на секунду даже заинтересовалась, что же в этой коробке и подошла чуть ближе к столу. Мистер Кларк, наигранно или по-настоящему, выглядел гордо за своих учеников и, кажется, был заинтригован, о чем сразу же и сказал: — Я заинтригован! — Так! Давайте только кое-фто прояфним! Если фто это открытие моё, а не Вафе! Тут в разговор вступил его друг: — Дастин, хватит! Показывай уже! — раздражённо поторопил его мальчик. «Дастин.» - проговорила у себя в мыслях, чтобы запомнить имя. Внезапно в класс забежали ещё два мальчика и выхватили ящик из рук учителя.  — Извините, мистер Кларк, Дастин пошутил! Там ничего нет! До свидания! — Они поторопились куда-то, и Дастин с недоумением, пробурчал что-то так же как и те двое, что были с ним. Он быстрее засеменил за убежавшими с его коробкой друзьями попутно, крича им что-то. Учитель выглядел разочарованно, то ли из-за того, что ему так и не показали, что же там находилось, то ли из-за очередной не очень приятной шутки его учеников. Трин заметила, что он был одним из немногих учителей, который действительно старался заинтересовать детей в учёбе, но им кажется было всё равно за исключением совсем немногих.  Он почесал затылок и вздохнув, снова натянул улыбку: — Так на чём мы с тобой остановились Тринити? Ты что-то хотела?  Трин, которая до этого всё ещё озадаченно и удивлённо смотрела в дверной проём, в который несколько мгновений назад выбежали ребята, обратила на него внимание. Вопросы, которые она хотела задать тут же исчезли. Теперь у неё возникла другая идея: — Ничего. До свидания, мистер Кларк. — обыденно ответила Трин, коротко пожимая плечами. Она выбежала из класса, не дождавшись ответа учителя. Однако уже отойдя от кабинета на несколько метров, остановилась, вернулась и заглянула в кабинет: — Мистер Кларк? — Да, я тебя слушаю? — снова, уже более лучезарно, улыбнулся мужчина. — Как зовут их? — Этих безумных детей-первооткрывателей? Ох, это Дастин, Лукас, Майк, Уилл и наша новенькая Максин… Точнее Макс. Она просила её так… — он не успел договорить, девчонка перебила его. — Спасибо.  Выскочив из класса, Трин обнаружила, что коридоры были пустыми, за исключением единиц, так что найти этих странных ребят не составило бы труда. Если бы они не пытались укрыться от чужих глаз, что они и сделали. Долго бродив по коридорам, она так и не нашла их, и даже стала подумывать о том, что стоит уже пойти домой. К тому же что Генри, уже наверное переживает. Трин подходила к коридору у спортзала. Рядом с ним стояла и заглядывала в него, какая-то девочка. Кудрявая и примерно того же возраста. Трин прошла мимо неё. В школе всё ещё были единицы учеников, которые оставались до этого времени, так что не было ничего, что Трин зацепило бы в ней. Откуда ей было знать, что это была Оди. *** Трин взяла свою сумку и скейт и вышла из школы. Поиски ребят так и не увенчались успехом, так что она решила, что стоит пойти домой, чтобы не расстраивать Генри. Однако её планы прервал знакомый голос, доносящийся из-за спины: — Эй, Тринити! — кудрявая девушка подбежала, легкими, элегантными шагами к Трин и положила руки ей на плечи. Трин обернулась и узнала Нэнси, а ведь она почти забыла про неё. — Просто Трин. — спокойно сказала девочка. — Привет. Нэнс слегка улыбнулась. — А, ладно. Так что Трин, как тебе в школе? — Нормально. Ты хотела говорить. — сразу к делу перешла Трин. — Да.. Да, хотела. Ох, даже не знаю с чего и начать.. Хочешь мороженое? Мы могли бы поговорить по пути. — игриво предложила Нэнси слегка сощурившись, пытаясь заинтриговать и расслабить девчушку. — Не думаю, что… — её прервал сильный топот нескольких пар ног позади них, которые неслись на выход из школы. — Уилл!! — Уилл?!