Закрыться от всех

      Ей нужно было срочно бежать домой. Даже если Эми насквозь промокнет под этим чёртовым ливнем, не важно. Просто необходимо было зарыться под одеяло и поплакать часок-другой. Никакого свидания с Райнером сегодня уже точно не будет. Наверное, никогда не будет даже.       Шатенка просто запуталась во всём, что с ней происходит. Как может один и тот же человек одновременно вызывать столько эмоций? Ей было так больно от слов Жана, и в то же время так тепло в его объятиях. Они ссорились чуть ли ни при каждом разговоре, но всё же… почему-то несмотря на это ей хотелось быть к нему ближе. Эми не могла принять этих чувств, но отрицать, что они, правда, уже какое-то время сидят глубоко внутри неё, смысла не было. Жан ей нравился.       Выскочив из подъезда, девушка попала под холодные стрелы дождя, окатившего её с головы до пят. Как она добралась до дома, пройдя сквозь эти толщи воды, Смит не помнила. Словно в тумане шатенка заскочила в квартиру и, игнорируя вопросы родителей, сразу пробежала в комнату, плюхнувшись на кровать прямо в мокрой одежде.       — Эй, милая, — осторожно сказал Эрвин, присев к ней на кровать. Он нежно погладил её по голове, успокаивая. — Что случилось?       Эми не отвечала. Она не переставала плакать, дрожа от холода. Ей было страшно от эмоций, которые она испытывала. Девушка только сейчас поняла, что чувствует к Кирштайну, но всё казалось в корне неправильным. Всё, что он ей наговорил, заставляло сердце болезненно сжиматься от одного воспоминания об этом. Если это то, что парень о ней думает, шансов у них особо не было. Даже расскажи ему Эми правду о Леви, что изменится? Она зря согласилась на свидание с Райнером, зря всё время молчала, не опровергая мнения Жана о себе. Девушка была полной идиоткой, ведь он столько раз уже давал ей возможность высказаться.       Её отец тяжело вздохнул.       — Я принесу горячий чай, переоденься хотя бы, а то простудишься.

***

      — Ну как? — спросил Леви, ждавший мужа в гостиной. — Что-нибудь сказала?       — Нет, — ответил Эрвин, идя в сторону кухни. Брюнет последовал за ним. — Плачет и молчит.       Пока его муж заваривал чай, Аккерман нервно постукивал пальцами по столешнице.       — Она была у одногруппника, да? — задал он риторический вопрос. — Если он что-то ей сделал, я его…       — Я тебя прекрасно понимаю сейчас, — прервал его Эрвин, — но надо сначала всё выяснить.       Когда мужчины зашли в комнату дочери, Смит отметил, что та всё же нашла в себе силы надеть домашнюю одежду. Он предложил Эми чай, но та лишь что-то промычала, помотав головой. Тогда блондин снова присел на край кровати. Леви же опустился на корточки перед головой девушки.       — Что произошло? — с ходу задал вопрос он, но не получил ответа. — Твой одногруппник что-то тебе сделал? Отвечай честно, он до тебя домогался или что? Просто скажи и я с ним разберусь.       — Леви, успокойся, — сказал Смит. — Не нужно давить на неё.       — Я буду спокоен, когда сломаю пару костей придурку, который её обидел, — ответил Аккерман. То, каким спокойным тоном он мог говорить подобные вещи, пугало.       — Не надо… — тихо пробормотала Эми, всё ещё всхлипывая. Ей было страшно, что брюнет, и правда, может сделать что-то подобное. — Всё н-нормально, меня никто не трогал… Просто…       К горлу снова подступал ком, и говорить становилось труднее.       — В первый день он неправильно всё понял, и я… — продолжила девушка. — Он теперь меня считает…       После этих слов шатенка разрыдалась сильнее и не могла уже дальше рассказывать.       — Что он там считает? — всё надеялся получить ответ Леви. — Этот тот парень, которого мы после занятий видели?       — Хватит, — Эрвин, увидев, что Эми не в состоянии разговаривать, взял мужа за руку и потянул его на выход. — Надо дать ей время прийти в себя.       — Ладно, — согласился Аккерман. — Если тебе что-то будет нужно, зови, мы рядом.       Когда пара вышла из комнаты, он спросил:       — Как зовут парня, с которым она работала в паре?       — Леви, — предостерегающе сказал Смит, — я же сказал, что нужно сначала всё выяснить. Не устраивай суд раньше времени.       — Просто ответь, — не отставал брюнет.       — Жан Кирштайн, — сдался Эрвин. — Но я не думаю, что он мог ей что-то сделать. Пока что он себя показывал с хорошей стороны.       — Вот именно: пока что, — ответил Аккерман. — Прошла всего пара учебных недель. Тем более по поведению на лекциях сложно оценить, как он будет действовать в жизни. Если он тот самый парень, про которого я тебе говорил, то всё сходится. Эми, конечно, там мало чего намямлила, но в общих чертах понятно.       — Ты про того, который вас застал на за «сексом» на кафедре? — усмехнулся Эрвин. Леви всё-таки рассказал ему об этом. Блондин находил эту историю крайне забавной.       — Уже нихрена не смешно, — ответил мужчина.       — Ладно, прости, — сказал Смит. — Я, конечно, понимаю, что вряд ли смогу тебя остановить, раз ты намерен с этим разобраться. Только, надеюсь, ты не собираешься бить студентов, верно?       Леви промолчал.