Глава 7

Она тонула в этом чувстве, в этой странной паранойе. Как будто кто-то сейчас войдет в дверь и скажет, что знает все, не только ее грехи, но и чувства. И она не была уверена, что пугало ее больше. Что кто-то, к примеру, король, узнал, что она попросила его брата опорочить ее, чтобы ей не пришлось выходить за него замуж. Ее отец мог узнать, что она не только делала что-то подобное не раз, а дважды за его спиной и даже думает о том, чтобы сделать это снова. Или, что еще хуже, могла узнать Рейнира, что ее лучшая подруга горит от желания к человеку, которого она любила много лет, ее дорогому дядюшке, и Алисента не только испытывала эти чувства, но и не раз потакала им. Должно быть, визит Рейниры на следующий день после пира сделал ее такой параноиком. Взгляд, который она бросила на нее, как будто она точно знала, она что-то знала. Но Алисента не знала что, она даже не знала, были ли эти взгляды вообще реальными и просто ей не привидились. Может быть, принцесса просто подумала, что она больна, и забеспокоилась о ней в тот день. Возможно, ее слова и действия не имели никакого значения. Да, так и было. Если она перестанет вести себя так необычно, никто ничего не узнает. Алисента глубоко вздохнула и упала на кровать. Прошло пять дней. Пять дней после пира, Деймон ждал ее, и все же она просто не могла пойти в его комнату и снова попросить его взять ее. Она не была уверена, почему. Неужели она снова переполнилась стыдом? Убедила себя, что их поймают, если она пойдет к нему? Или она просто не хотела иметь дело с тревожными мыслями и чувствами, которые разрывали ее разум на части каждый раз, когда они спали вместе? Потому что они выходили из-под контроля, но она не хотела этого признавать. Она просто желала его, потому что он был единственным мужчиной, который взял ее так. Это было просто мимолетное увлечение. Она была уверена, также себя чувствовал и Деймон. То есть, если бы он чувствовал к ней что-нибудь, кроме острых ощущений от растления чистой малышки, вечно добродетельной дочери десницы, пока она не сойдет с ума от похоти. Может быть, все это было для него всего лишь игрой, его конечной целью всегда была его дорогая маленькая племянница, а она была лишь небольшим отвлечением на пути. Однако она не возражала. Она не возражала. Она не возражала. Она твердила себе это до тех пор, пока не начала в это верить. Может быть, пришло время снова найти его, может быть, пришло время отправиться в его покои. Но сейчас она устала, слишком устала. Возможно, завтра, подумала она. Да завтра. Или, может быть, послезавтра. Кто знает? Или, возможно, пожалуй, она могла бы снова дождаться его. Подождать, пока он к ней придет, ведь он уже сделал это один раз, да? И если бы он пришел к ней, у нее просто не было бы выбора, кроме как принять его. Это будет не ее грехом. Но искать его самостоятельно, идти к нему и просить, чтобы он снова трахнул ее, сейчас это было бы ужасно. А может, он и не придет. Он просто оставил ее, и хотя это может причинить ей боль на какое-то время, в долгосрочной перспективе так будет лучше. Ей больше не придется жить с риском. И, конечно же, это сделало бы все лучше, не так ли?

***

Она не пришла. Почему она не пришла? Прошло слишком много времени, и Деймон думал, что уже на третий день она будет стоять на коленях и умолять. Умолять его просто взять ее. Но она даже не разговаривала с ним должным образом после пира. Было ли это все уловкой? Хотела ли она, чтобы он умолял ее на коленях? «Не дождется», — пообещал он себе. Наглость этой глупой маленькой девчонки, которая думала, что может запросто попытаться управлять таким драконом. Когда она в конце концов придет к нему, он преподаст ей урок. А может быть, она просто не хотела его? Это казалось глупой мыслью, с чего бы ей не хотеть его? Он явно был мечтой каждой девушки, лихой Порочный Принц. Большинство слишком боялись приблизиться к нему, когда-то Алисента тоже могла бояться. До того, как она дошла до отчаяния, подошла к нему и попросила забрать ее девственность. Но почему она не пришла к нему после того, как он ей сказал? «Все равно», — сказал он себе. У него были дела поважнее, чем думать об Алисенте. Как это собрание Малого совета, в середине которого он был. Это заседание он провел, думая об Алисенте, вместо того, чтобы обращать внимание на обсуждаемые темы. Чёрт возьми. Он вздохнул. Это, оказалось, привлекло внимание его брата, и король поднял бровь. — Тебя что-то не устраивает в моих планах, Деймон? Ты можешь просто сказать, а не фыркать, как ребенок. Ни о каких планах он не знал. Возможно, ему стоило обратить внимание. Но было слишком поздно, и отношение брата заставило его стиснуть зубы. — Нет, ваша милость. Продолжайте. Он знал, что ему нужна какая-то отдушина. Он тратил слишком много времени на суету по этому поводу. «Может, стоит поискать Рейниру», — подумал он. Ее компания всегда была для него источником развлечения. Так он и сделал. Принцесса была в саду, когда он нашел ее, и улыбка появилась на ее лице, как только она увидела его. Они начали болтать, и он был прав, это было забавно. Видеть, как она пытается вести себя умнее, чем она есть на самом деле, пытаясь доказать свою зрелость, спрашивая его о вещах, о которых слишком неуместно говорить в благородном обществе. Видеть, как она пытается произвести на него впечатление знаниями, которые для него были бесполезными. Но все же в этих ее качествах всегда был определенный шарм. Но гораздо меньше сейчас, подумал он. Она осталась прежней, однако, как ни странно, эти качества стали казаться ему не столько преимуществами, сколько недостатками. «Алисента умнее ее», — подумал он. Она знала, что ей можно делать, а что нельзя. Она была более зрелой, чем Рейнира, несмотря на то, что была того же возраста. Она знала бы, как правильно вести себя перед людьми, и вы бы не смогли сказать, думала ли она о том, что съесть на ужин, или замышляла крах всего королевства, поскольку она натягивала бы неопределенную улыбку на лицо. Рейнира не могла этого сделать, потому что, как и он, ей это никогда не было нужно. Их никогда не просили выглядеть иначе, чем они себя чувствовали, держать свой гнев внутри, пока не казалось, что они вот-вот взорвутся, держать свою печаль внутри, чтобы не испортить настроение другим людям, держать свои желания под замком, чтобы избежать позора. Рейнира была такой же, как и он, опрометчивой и разрушительной. Единственное, что Алисента могла разрушить, если бы она попыталась вести себя как они, была она сама. И она опускала голову, чтобы удержаться от этого. Если бы кто-нибудь спросил его месяц назад, что он думает обо всех так называемых добродетелях Алисенты, он закатил бы глаза. Какой смысл было держать свои чувства внутри, если ты собирался жить только один раз? Но с тех пор, как Деймон увидел ее в наиболее уязвимом состоянии и вывернул наружу все ее желания и чувства своими резкими толчками, он понял, что тайно наслаждается такой перспективой. В восторге от осознания того, что он был единственным, кто смог увидеть настоящую Алисенту во всей ее красе. И как бы он не хотел этого признавать, он не хотел, чтобы какой-либо другой мужчина видел ее такой. Все равно с ним никто не мог сравниться. Когда он снова посмотрел на свою племянницу, ему захотелось просто встать и окунуть голову в ведро с холодной водой. Возможно, это разбудит его. Потому что, несмотря на то, что перед ним была девушка его мечты, жадно разговаривающая с ним, все, о чем он мог думать, глядя прямо на нее, была Алисента. Но даже несмотря на то, что он признал для себя Алисенту умнее, Рейнира была далеко не глупой. Она заметила, что он не обращает на нее внимания, что он тоже ведет себя странно. — Что происходит с людьми в наши дни? — Рейнира поморщилась. Демон поднял бровь на вопрос. — Что ты имеешь в виду? — Что-то случилось на пиру той ночью? Все, кто ушел, были свидетелями какого-то умопомрачительного инцидента? Вы ведете себя так… странно. Деймон на секунду оторвался от всех своих мыслей. Его милая племянница только что собиралась сложить два и два и во всем разобраться? Он не мог допустить этого, ему нужно было взять верх. А для этого он должен был убедиться, что в этот момент он не выглядел обеспокойным. Поэтому он надел свой лучший скептический вид. — О чем ты говоришь? Я просто вышел подышать воздухом. Кто еще ушел? Возможно, чтобы не звучать слишком нелепо в присутствии Деймона, принцесса понизила свой разочарованный тон. — Не особо важно. Только Алисента. Она тоже ненадолго вышла и вернулась. Однако выглядела она неважно. Я пришла к ней на следующий день с книгой, которую она хотела почитать. Она сказала, что просто приболела. Я полагаю, это правда. Деймон почувствовал облегчение от того, что теперь она звучала менее обвинительно, и решил не комментировать, пока она продолжала. — О, и я встретила лорда-десницу, уже уходя. Я сказала ему, что видела его дочь, надеюсь, что она скоро поправится. Он поблагодарил меня, и после этого мы просто разошлись. Деймон не мог точно объяснить почему, но что-то в этом обеспокоило его. Тем не менее, он не показал этого, вместо этого снова лишь хмыкнув и после этого улыбнувшись, он провел пальцами по ее серебристым локонам. Деймон заметил, как принцесса почти покраснела, прежде чем она встала с широкой улыбкой на лице. — Мне пора идти, мой отец просил меня подойти раньше, и он будет в ярости, если я заставлю его ждать дольше. Это было мило, я хотела поговорить с тобой наедине с тех пор, как ты прибыл сюда. — Я с нетерпением жду, чтобы сделать это снова, — ответил принц с ухмылкой на лице. Вскоре Рейнира исчезла вдалеке, оставив его еще более недовольным, чем сегодня утром.