...

Сердце у него изо льда, Растопишь — ничего не останется, Но всё любит и верит, когда Сам на дно любви погружается. Он знает, что это конец, Ничего дальше нет после смерти, Но не снимает с души безграничной венец И знает: испугаются дети. Плевать, что в груди зияет дыра, Плевать, что никому уже больше не нужен, Давай-ка побольше любви и огня, Чтобы сгореть побыстрей и растаять до лужи. Забыть обо всем, не прощаясь, Покой обрести и уснуть без забот, Жизнь прожить как есть, больше не каясь И тихо на личный взойдя эшафот. Командир сделает шаг, выступает на ринг, Всегда впереди; за спиной Все тяжести мира, не отвлечь ни на миг — Отчаяния хватит на всех и с лихвой. Его тело безвольно падёт, Исход каждой битвы один. Когда-нибудь, может, зайдёт Жертвенный век исполин.