Часть 13

      — Лё-ва… — пронеслось в темноте, заставляя тело мальчика вздрогнуть и покрыться мурашками. — Кто это? — как можно увереннее спрашивает мальчик, вертя головой. — Лё-ва… — в кромешной тьме Хлопов бежит на шёпот, словно, на свет маяка. Сердце в груди от страха трепещет, но тело продолжает следовать зову, словно, под гипнозом.       Этот шёпот — услада для ушей Хлопова. Он готов слушать его вечно, готов весь мир отдать лишь бы из уст доносилось лишь его имя. Лё-ва. Мальчик спотыкается о сухое дерево, падает и счёсывает кожу на ладошках настолько, что она начинает жечь. Юноша тихо бормочет что-то себе под нос, пытаясь рассмотреть ссадины на ладошке, но слышит ещё один шёпот и резко вскакивает, игнорируя боль.       Лё-ва. Мальчик бежит всё быстрее и быстрее, сухие скрюченые ветви деревьев так и норовят выцарапать ему глаза, но Хлопов не замедляется ни на секунду. Лё-ва. Всего два слога заставляют мальчика бежать со всех ног на звук. Лёгкие уже саднят от недостатка кислорода, а сердце готово уже выпрыгнуть из груди, однако ещё одно Лё-ва и мальчик игнорирует всё это, готовый если надо будет ползти на четвереньках.       Лё-ва.       Лёва никогда не был в местности, где он оказался, но одно он знал точно. Он знал куда бежать. Ноги сами вели его на зов. Он слышал шёпот миллион раз и готов поклясться, что он принадлежит не матери, не другу и не девушке — он принадлежит его хозяину.       Лё-ва. Мальчик выбивается из сил, но продолжает бежать. Лё-ва. Глаза начинает застилать пелена слёз. Лё-ва. Последний рывок.       — Лё-ва… — мальчик выходит на слабо освещённую поляну и замирает, не веря своим глазам. Он видит его. Идола. Бога. Отца. Хозяина. Предателя. — Умница. Леву вмиг охватила дикая ярость, обжигающая пламенем грудную клетку. — Да как вы смеете, вызывать меня как собаку? — цедит сквозь зубы Хлопов, подходя к Серпу Ивановичу. — Не по мне ли ты убивался несколько дней, когда вспомнил обо мне? — мерзко ухмыльнулся Серп Иванович, спрятав руки в карманы брюк. — Я вас ненавижу. — шепчет Лёва, вперившись взглядом в глаза напротив. — Вы столько жизней сломали и думаете, что имеете право появляться во снах, чтобы напомнить о себе? Ну что, как вам живётся в аду?       Седовласый мужчина внимательно выслушал гневную тираду мальчика, а потом вдруг расхохотался так сильно, что весь мир вокруг затрясся. На миг мальчику стало страшно, когда мужчина перестал смеяться и схватил Лёву за горло, подняв над землёй. — Я заменил тебе отца, неблагодарная скотина. Я подарил тебе воспоминания и всем остальным детям. Без меня вы ничто и звать вас никак. Кучка детей без особенностей. Я заботился о тебе и так ты мне отплачиваешь?! — процедил сквозь зубы мужчина, сжимая глотку мальчика всё сильнее. — Да пошёл ты. — выдавливает Лёва, не отводя взгляд. Воздух в груди заканчивается и мальчик судорожно пытается вдохнуть воздух, однако всё тщетно. — Рая и ада не существует, глупыш. Да, я умер. Но в твоих воспоминаниях я всегда буду. Я буду во снах. Я буду в каждом тёмном силуэте. В каждой тени позади тебя стоящего человека. В каждом брусничном соке. В каждом фильме о вампирах. В каждом красном цвете. Я буду всегда в твоём сердце, потому что тебе не хватило заботы отца и ты восполнил её благодаря мне. — уголки рта расплылись в противной улыбке. — Признай, я всего лишь плод твоей фантазии. А теперь ответь на вопрос: кто из нас больше нуждается друг в друге?       Рваный вдох и Лёва, путаясь в одеяле, вскакивает с кровати. Сердце в груди продолжает биться так, словно мальчик пробежал марафон. — У тебя что-то случилось? — донеслось из кухни. — Нет, я упал просто. — кричит мальчик и глубоко выдыхает.

***

      Лёва задумчиво смотрит в окно, совсем не обращая внимания на тему урока. Его внимание привлекла оттепель, из-за которой вся земля была мерзким месевом грязи. Быстро пролетело время, Лёва и не заметил. Всё-таки решение переехать того стоило. Здесь и воздух чище и атмосфера потише. Впереди выпускной, а за плечами половина учебного года. Мальчик щурится, когда лучи солнца падают ему на ресницы и ставит ребро ладони ко лбу, чтобы препятствовать этому, однако всё тщетно. Хлопов решает вернуться к учёбе, но глаза быстро устают от ярких солнечных лучей, которые теперь плясали на тетради и учебнике мальчика. — Можно пересесть? — поднимает руку мальчик, всё ещё недовольно щурясь. — Пересядь. — отвечает Павел Владимирович и вновь возвращается к теме урока. Лёва осматриввется в поиске подходящих мест, однако находит одно рядом со Смирновой. — Можно? — шепчет он, уже находясь рядом со свободным местом, держа в руке расстёгнутый рюкзак, из которого небрежно торчали школьные принадлежности, которые Хлопов в спешке сгрёб с парты. — Можно. — кивает головой девочка, не отрываясь от записей. Нельзя сказать, слышала ли она Лёву или просто кивнула на автомате, но такой ответ мальчика устроил, поэтому, недолго думая, он преземлился на свободное место, раскладывая нужное на парте. — А Миша где? — шепчет мальчик, решив отвлечь девочку. — Болеет. Позавчера своё мороженое съел и у меня отобрал. Теперь лежит с температурой. — шепчет она, смотрит в учебник, хмурится, потом смотрит в тетрадь и обнаружив ошибку, перечёркивает предложение. — Блин.       Лёва тепло усмехнулся, наблюдая за чересчур сосредоточённым выражением лица девушки, даже не заметив, как его ручка с тихим стуком упала на пол. Хлопов готов был любоваться соседкой вечно, если бы не строгий голос учительницы. — Хлопов, ты пишешь? — вырывает из транса голос учителя и Лёва вздрагивает, судорожно ища ручку, которая 5 минут назад упала на пол. Раскрасневшись, мальчик достал новую ручку из пенала и уткнулся в тетрадь, чтобы мужчина, не дай бог, не вызвал его к доске, потому что тема данного урока давно уже вылетела у Лёвы из головы. — Слушай, Варь, можно тебя спросить? — шепчет Лёва, придвинувшись к девушке, убедившись, что Павел Алексеевич полностью погрузился в тему урока и теперь быстро выводил что-то на доске, бубня под нос формулы. — Спрашивай. — беззвучно шевелит губами девочка, спешно записывая то, что было на доске. — Пойдёшь со мной на танцы? —заговорщески щурится мальчик, облокатившись о ладошку. — С чего вдруг? — ведёт бровью она, перелистывая страницу, и с невозмутимым видом продолжает что-то писать. Хлопов усмехается и лёгким движением забирает из рук девочки ручку, спрятав руку за спину, дабы Смирнова её не вернула. — Хлопов, что за дела? — хмурится девочка и тянется к спрятанной ручке, но, очевидно, не достаёт и отвешивает мальчику лёгкий подзатыльник. Дети одновременно вздрагивают и устремляют взгляд учителю в спину. Убедившись, что Павел Алексеевич ничего не заметил, Лёва выдохнул и вернул взгляд на яростную подругу. — Так пойдёшь или нет? — шепчет мальчик, когда Варя всё же дотягивается до кулака парня, где была спрятана её ручка. Девочка замирает, обнаружив, что находится в паре сантиметров от губ Лёвы и чуть наклонившись, вырывает из его рук ручку. — Меня уже позвали. — невозмутимо отвечает она, возвращаясь к конспекту урока. Глупая улыбка с лица Лёвы вмиг исчезает, а на её место появляется гримасса волнения. — Кто?       Павел Алексеевич вновь возвращая внимание к классу, показывает на определённые формулы, объясняя суть каждой из них и девочка увлечённо кивает, когда ловит на себе взгляд учителя, Лёва тоже кивает, только в отличие от Вари он не понимает ни слова. — Ай! Дурак что-ли?! — шикнула девочка, когда мальчик дёрнул её за косу, убедившись, что Павел Алексеевич отвернулся от класса и начал писать формулы. — Ты не ответила на мой вопрос. — стоял на своём Хлопов. — Да что ты от меня хочешь? — зло процедила девочка, сжав кулаки. — Отстань! — Отстану, если скажешь — схватил её за локоть юноша, строго посмотрев в глаза. Сейчас янтарный глаза девушки совсем не грели и не зачаровывали - Они обжигали сердце мальчика, словно, раскалённое стекло. — Петя из 9Б. — холодно отвечает она, дернув рукой, и, наконец, освобождает локоть из крепкой хватки. — И ты согласилась? — не отступает Лёва, дёрнув бровью. — Назови мне хотя бы одну причину, чтобы мне отказаться. — ответила она, скрестив руки на груди. Девочке уже явно наскучил этот диалог и она, решив, что мальчик оставит её после этого в покое, идёт на контакт. — Ты мне нравишься. — обессиленно отвечает Хлопов, когда по классу раздаётся трель звонка. Мальчик хватает свой рюкзак и выходит из кабинета, даже не попрощавшись с девочкой.