Глава 4.

Вот она — причина, по которой Глория так и не совершила что хотела. Почему Кавендиш так долго решалась? Почему какой-то мужчина, едва знакомый Глории смог повлиять на ее решение? Почему после встречи с таким ненавистным Джаспером Тафтом девушка так и не явилась на небоскреб, для встречи со старушкой Смертью, которую прекрасно знают все? Ответ кристально прост и очевиден. Глория никогда не хотела встречаться со Смертью. Она отдаляла и приближала себя разными способами к своей задумке, но никогда не оставалась на шаг ближе или дальше чем обычно. Вроде человека, что идет по эскалатору вниз, в то время, как ступени неумолимо поднимаются вверх. Единственное чего так упорно ждала Глория от своей жизни — это изменений. Чего-то реально хорошего и интересного, чтобы события мелькающие мимо нее перестали иметь серый оттенок. У Глории же даже друзей не было. Никто, кроме внезапного знакомства не смог бы вытащить ее из нарастающей депрессии. И вот он появился. Повод отбросить негатив и идти вперед. Шерлок, мать его, Холмс. Он словно ураган снес все представления Глории о человеческом мозге, возможностях сознания и подсознания. Он был внимателен, каждое умозаключение придерживалось логической цепочке и склеивалось с остальными, как пазлы огромной мозаики. Он был хорош. Как тот, кто в отличие от остальных известных Глории людей, видел картину не частями, а сверху, как разложенные на столе карты или шахматы. Движение пешек было возможно благодаря его манипуляциям. Ему даже не нужно было их касаться, чтобы переместить, достаточно назвать нужную цифру и букву, пешки сами шли вперед. Глория хотела быть свидетелем свершения его дел. Хотела быть рядом, когда Холмс снова сделает, что-то что сможет пошатнуть ее сознание умопомрачительными выводами. Нет, Глория не влюбилась. Это была далеко не любовь, это был научный инетерс. Кавендиш, как никак была профессором латыни. Профессором забытого, мертвого языка, который никому и даром не сдался, кроме нее. Это было увлекательно — разгадывать этот язык и так же увлекательно было разгадывать Шерлока. Кавендиш погрязла в изучении жизни Холмса ровно на два дня. Она прочитала блог Ватсона от корки до корки и каждый раз восхищалась Шерлоком, как в первый раз. Шерлок Холмс мог сделать для нее то, чего она сама была не в силах провернуть. Шерлок мог разгадать загадку смерти ее отца. *** На третий день изучения Шерлока, Глория явилась в его дом на Бейкер-Стрит 221В. На самом, деле она еще долго думала, стоит ли, но раскрытие смерти отца сейчас — это все, что занимало ее мысли. Дверь открыла, как и всегда, миссис Хадсон. Она по обычаю улыбнулась, открывая дверь перед Кавендиш. — Вы стали нашей частой гостьей, — улыбается женщина и пропускает Глорию вперед. — Появилось еще кое-что, о чем я хотела бы попросить мистера Холмса, — кивает Глория. — Новые дела, это всегда хорошо, — кивает миссис Хадсон.- Только сейчас там его старший брат, даже не знаю, стоит ли вам заходить. Кавендиш поджимает губы. — Если будет не уместно, то они попросят меня выйти, — фыркает Глория. Миссис Хадсон усмехается и указывает рукой на лестницу. Глория доходит до двери одна, а на втором этаже оглядывается и видит, что миссис Хадсон все еще стоит и смотрит. — Если что, я могу налить Вам чаю, — заговорщеским шепотом произносит миссис Хадсон и исчезает за углом, видимо на кухне. Улыбнувшись ей в ответ Глория повернулась обратно к двери и постучала. Как обычно то было, девушка не дождалась ответа, сама открыла дверь и заглянула. Как миссис Хадсон и сказала, в комнате были оба Холмса. Шерлок сидел в своем кресле, а Майкрофт напротив. Холмсы обернулись к ней, стоило Глории войти. — Здравствуйте, — кивает Кавендиш и замирает у дверей. — Добрый день, мисс Кавендиш, — кивает Холмс старший. В одно мгновение Холмс младший меняет положение тела с расслабленного на заинтересованное. Он поддается вперед, его голубые глаза загораются интересом, а губы невольно расплываются в улыбке. — Значит ты все-таки решила этого не делать. — Не помню, в какой момент, мы с вами мистер Холмс, перешли на «ты». — В тот когда я отговорил вас от самоубийства. Глорию всего на мгновение прошибает током. Она никогда до этого не называла это — самоубийством. Но теперь ей это и не надо. — Я сама передумала, — бурчит девушка, прекрасно зная, что в какой-то степени Шерлок был прав. Холмс лишь усмехается и снова расслабленно усаживается в кресле. Глория тяжко вздыхает и не дожидаясь приглашения усаживается на стул. — Мы немного заняты, — с нажимом произносит Майкрофт пытаясь не терять вежливого тона. — Нет не заняты, Майкрофт уже уходит. — И как это понимать? — усмехается Глория. — Ты пришла сюда не просто так, поделись с нами, мне интересно узнать причину, — кивает Шерлок, по видимому готовый взяться за все что угодно, лишь бы его брат покинул его квартиру. — Шерлок! — возмущённо произносит Холмс старший. — Мисс Кавендиш. Глория. Рассказывайте. Девушка удивлённо смотрела то на одного Холмса, то на другого не зная что делать. По сути она пришла к Шерлоку, чтобы тот раскрыл тайну смерти ее отца, но с другой стороны сидел Майкрофт Холмс, которого ей описали, как «Правительство». Страшно спорить с таким человеком, хотя с другой стороны, что он ещё может сделать ей. Что может быть хуже того, что она сама собиралась сделать три дня назад? — Я не знаю, насколько интересно будет дело, о котором я расскажу, но надеюсь вы возьмётесь за него, мастер Холмс. — В чем его суть? — торопит Шерлок Глорию. — Вы же уже разгадывали дело двадцатилетней давности. — Да, дело Карла Пауэрса. Он умер от отравления ботулином, — кивает Шерлок, не забывая посматривать на Майкрофта, который все ещё сидел в кресле напротив и ждал, что на него обратят внимание. — Что если я предложу вам раскрыть дело пятнадцатилетней давности. — Ставки меньше, но не менее интереснее, — усмехается Холмс, по обычаю забыв о приличие. — Дело о смерти моего родного отца — Лукаса Кавендиша. — Ого, вот это реально интересно, — с издёвкой в сторону Майкрофта произносит Шерлока, на что в ответ получает весьма красноречивый взгляд. — С чего вы решили, что вашего отца убили? — наделённым тоном произносит Холмс старший. — Потому что я знаю то, о чем Агата и Джаспер не хотели бы мне рассказывать. — И что же это? — Он мешал им. Он узнал об изменах матери, за долго до того, как сказал ей о том что знает. Когда все вскрылось, Агата потребовала развод, но мой отец был против. Он хотел, чтобы она знала, каково ему было все то время, что он знал об ее изменах. — Разве не проще было бросить ее и уйти в закат? — закатывает глаза Майкрофт. — Гораздо проще бывает помолчать, но вы увы с этим не справляетесь, — слащаво улыбается Глория. Холмс старший в ответ лишь стискивает челюсти. Шерлок, довольный тем, что на его брата нашлась управа подскакивает с места. — Если ты сможешь дать мне какие-то подсказки, то я обязательно помогу тебе с делом. После этих слов Холмс подскакивает с места, а следом за ним и Майкрофт. — Вперед, мисс Кавендиш, только для начала расскажите подробнее о ситуации, — идя на кухню продолжил говорить Шерлок. Воодушевленная согласием Холмса, Глория поспешила за ним, но на пол пути ее перехватил Холмс старший. Он посмотрел на нее строгим взглядом, полным негодования. — Мисс Кавендиш, настоятельно прошу сейчас не лезть. Мой брат пригоден и для более важных заданий… — Которыми Вы пытаетесь его загрузить? — наигранно невинно поинтересовалась Глория и выдернула свой локоть из хватки Майкрофта.- Думаю, как бы сильно Вы не хотели добиться от Шерлока сверхъестественного повиновения, у Вас никогда не выйдет. Даже я, лишь прочитав блог доктора Ватсона уже это поняла. А Вы его брата и за столь продолжительного времени не поняли это — я поражаюсь. Оскорбленный Холмс старший замер, не зная, что ответить. В его ледяных глазах читалось непонимание. Никто раньше не смел разговаривать с ним так. Все знали, какую должность занимает Холмс старший и никогда не смели вольность в его присутствии, но не Глория. Уже который раз, она заставляет Майкрофта заткнуться. Это происходило больше из-за неожиданности, а не потому что Холмс старший не знал, что ответить. Кажется, Майкрофт привык к тому, что все считаются с ним и лишь его брат позовляет себе с ним пререкаться. Но внезапно на шахматной доске появилась фигура, которая отчаянно строила из себя «Слона», в то время являясь лишь пешкой. Кавендиш же не стала ждать, когда Холмс старший придет в себя, девушка поспешила на кухню за Шерлоком. — Итак…- протянул Холмс, ожидая, что Глория начнет раскрывать детали дела. — Что ж, я постараюсь подробно рассказать, в чем суть дела, но, мис… Шерлок, я и половины не знаю точно. — Не томите, — закатывая глаза, умоляет Шерлок и Глория кивает. — Так, начнем с того, что отец пропал внезапно, хотя меня отправили жить у его друга еще до того, как моя мать отправилась в полицию, чтобы подать заявление о пропаже. Когда отца нашли, где-то в районе Хук-Грин, то дело сразу же закрыли и назвали это случайной смертью от отравления алкоголем и феназепамом. Уже тогда я подумала, что это странно, ведь у нас в квартире никогда не было подобных препаратов. - Ты хорошо это помнишь? — Замечательно, — кивает Глория и стискивает челюсти.- Я еще тогда, когда нам позволили войти в квартиру и забрать мои вещи — проверила в аптечке наличие подобного препарата — я ничего не нашла. Отец не мог просто взять и приобрести его, чтобы свести счеты с жизнью, слишком уж он боролся со всем вокруг, чтобы взять и внезапно бросить все и… — И тебя? — предположил Холмс младший с легкой усмешкой. — Да. Я знаю, что это звучит скорее по детски, верить, что отец не осмелился совершить суицид, только потому что у него есть дочь, или сын, которых он безумно любит, ведь обычно для суицида нет стопов. Шерлок, я знаю, каким человеком был мой отец. Тем более, что он в то время часто ссорился с Агатой и Джаспером. Они собачились буквально каждый вечер. То по отдельности, то вместе. Не спорю, мой отец тогда начал много пить, но обычно именно перед приходом Агаты и Джаспера. — И что мы в итоге имеем? — подытоживает Шерлок.- Лукас намеренно мешал разводу, так как был конфликтным и эмоциональным человеком. Ему было важно заставить другого человека пройти через то, через что прошел он сам. Сама ситуация, конечно, не давала ему ничего хорошего — что привело к регулярному употреблению алкоголя. В какой-то момент Лукас пропадает, его дочь попадает под временную опеку к его лучшему другу, который по какому-то чудесному стечению обстоятельств не стал лезть в дело полиции и даже не вызвался сотрудничать. Агата и Джаспер знали о пропаже Лукаса еще до того, как об этом узнали все остальные: полиция, близкий друг Лукаса и дочь. Оплошность они сотворили уже в начале плана, — усмехается Шерлок. — И какую же? — Конечно же обеспечили сохранение тайны, до того, как эта тайна стала заботой полиции. — Они отправили меня жить к Чедвику, хотя причин на то не было? — Именно. Почему они так поступили? Они могли сразу забрать тебя к себе, но тогда ты бы услышала то, что не должна была. Так же вернувшись домой ты могла увидеть место преступления, которое было еще не готово к тому, чтобы его видели. В завершении, заявление о пропажи человека подается спустя двадцать четыре часа, после момента, когда люди поняли, что их знакомы пропал, но ты не попала домой в то же утро, когда уже видела своего отца, — внезапно Шерлок щуриться.- Ты же видела его, перед тем как пошла в школу? — Он меня отвозил в школу каждое утро, так что я точно не могла пропустить такую важную деталь, — кивает Глория. Младший Холмс кивает и садится за стол. В его руках моментально появляется телефон. Одним лишь большим пальце Холмс младший набирает сообщение и убирает телефон во внутренний карман пиджака. — Думаю мне сначала надо выпить кофе, пока наши дорогие муравьи из Скотланд-Ярда выполняют мою просьбу. — Какую? — Ищут забытое дело пятнадцатилетней давности, — загадочно произносит Шерлок и подносит кружку к губам. *** Ничего так не раздражало Шерлока, как беспрерывный контроль Майкрофта. Холмс младший давно смирился с тем, что цепные псы его брата следят за каждым его шагом, знают, что он ест на завтрак, обед и ужин. Что ищет в интернете и чем увлекается помимо детективной деятельности. Знают куда он ходит и с кем, но когда Майкрофт Холмс самолично провожает его во время очередного дела — это уже максимальный нонсенс. Ничего не сдавливает ум больше, как наличие рядом человека, который анализирует быстрее чем сам Шерлок. Майкрофту раз плюнуть разобраться с этим делом, чего, конечно, не хочет Шерлок. Ведь это его дело. Между прочим реально интересное, хоть и очевидное. Интерес заключался как раз таки в том, чтобы опустить очередного политика и вытянуть доказательства наружу. Вытянуть подноготную «святого» и выставить на всеобщее обозрение. Сложность как раз была в том, чтобы доказать то, что для него не было раскрыто. Глория его понимала, может это слепая вера, тупое желание обвинить того, кто испортил ей детство или же интуиция, но ничего из этого не отнимало того факта, что Глория была того же мнения что и он. Единственное, что разрушало эту идиллию — отсутствие Джона. Холмс младший никак не мог смирится с тем, что у его друга теперь есть своя жизнь, своя семья, которая нуждается в том, чтобы муж и будущий отец Джон Ватсон присутствовал дома, а не гонялся за призраками вместе с детективом-консультантом Шерлоком Холмсом. Первым делом троица отправилась в Скотланд-Ярд. Как Шерлок и предполагал, они без лишних пререканий нашли то дело, о котором он просил. У самого входа их встретила кудрявая темноволосая девушка. Она смерила Шерлока недовольным взглядом и вместо приветствия произнесла. — Псих, если это чо-то не важное, то я буду вынуждена вывести тебя отсюда. — Не переживайте, мисс Донован, — стальным голосом произнес за Шерлока Майкрофт.- Ваших полномочий не хватит, чтобы вывести отсюда меня, а значит и Шерлока. Холмс младший самодовольно хмыкнул и отодвинув с прохода Донован прошел внутрь. Девушка, явно не довольная таким отношением к себе, смерила братьев прожигающим взглядом. А после, не меняясь в лице, посмотрела на Глорию. — А ты кто? Замена Доктору Ватсону? — Простите, но это точно не ваше дело, — улыбается Глория, скрывая внутри все свое недовольство. Нахалка. Когда Кавендиш успела догнать Холмсов, то они уже были в кабинете детектива Лейстрейда. Шерлок активно листал найденное дело. Яркие голубые глаза бегали по строчкам, буквально впитывая их в сознание. Лестрейд попивал очевидно не особо вкусный кофе, и сидел на своем месте даже не пытаясь противиться происходящему. В его глазах читалось смирение. Кавендиш хмыкнула. Судя по всему, Холмсы успели поселиться в мозгу каждого, кто тут работает, скорее всего в зоне полного раздражения. Майкрофт тоже сидел, оперевшись подбородком о ручку зонта, которую накрывали обе его ладони. — Что-то есть? — Ничего, — фыркает Шерлок. — В каком смысле? — хмуриться Глория. — В том, что улик в деле никаких нет, то есть — ничего. Вот, что является подозрительным, — кивает Шерлок и кладет на стол папку, на удивление очень тонкую.- Информации не достаточно чтобы закрыть дело. Никто даже не делал вскрытие, чтобы постановить от чего именно умер Лукас, хотя это и делать не надо, ведь отчетливо видно, что умер мужчина скорее всего от десяти точных ударов чем-то тяжелым в висок, — в этот момент Шерлок забыв, что на фото отец Глории, спокойно указал ей пальцем на места с уже застывшей кровью. — Не может такого быть, — вклинивается Лестрейд и отставив кофе поднимается. — Вообще-то это так. Мужчина умер от второго или третьего удара о висок, — пальцы Шерлока метнулись к собственному виску, чтобы показать наглядно.- Били точно, но явно были не уверены в том, сколько нужно. Скорее всего Лукас отключился сразу же и не смог дать отпор. Так же этот вывод следует из слов его дочери, — Холмс указывает на Глорию.- Которая сообщила, что Лукас много пил в тот период. Очевидно пьяный мужчина не смог дать отпор, отключился сразу, а остальные удары были сделаны, так как убийца не профессионал, и сделал еще несколько ударов на всякий случай. После этого тело вывезли и выкинули как можно дальше от Лондона, чтобы искали его долго. Спустя столько времени нахождения трупа на поверхности алкоголь мог вывестись в случае если его было не так много, так что его можно было обнаружить, но повторюсь, никто не делал даже такого анализа. Можно сказать, что Агата знала о пьянках Лукаса в то время и на это все списали, но откуда ей было зать, что именно в тот день Лукас был достаточно пьян, чтобы делать такое заключение? — Ну, анализ делается не всегда, — пожимает плечами Лестрейд. — Его нужно делать всегда, когда есть подозрение, — возмущается Шерлок.- Тем более, когда вы закрываете дело на основе «случайная смерть в ходе АЛКОГОЛЬНОГО ОТРАВЛЕНИЯ». — Боже правый, — вздыхает Майкрофт.- Только не говори, что теперь ты углубишься в это дело? — Оно становится интереснее. — Оно же очевидно! — возмущается Холмс старший и поднимается.- Агата и Джаспер заказали кого-то или сделали это сами, а потом вывезли труп и выкинули. Деньгами и влиятельностью Тафта дело было закрыто. Что ты еще хочешь узнать? — Хочу найти доказательства, ведь именно с этой просьбой к нам пришла мисс Кавендиш, — Холмс младший указывает на Глорию, которая в свое время их даже не слушала. Девушка внимательно осматривала фото, которые были сделаны в месте нахождения трупа. Глория впервые видела эти фото. Впервые видела, как именно выглядел Лукас перед тем, как его похоронили. В то время у Кавендиш не было возможности рассмотреть Лукаса, так как гроб быстро закрыли, увидеть увидела, запомнила мелкие детали, которые были заметны и до этого, но это максимум. Конечно, аргументировано это как раз таки было тем, что девушка слишком маленькая, чтобы видеть своего отца мертвым. А оказалось, что гроб быстро закрыли, чтобы никто не видел, насколько был избит Лукас. Конечно, тогда у людей появились бы вопросы. Лицо, полностью в запекшейся крови, серьезных размеров вмятина на левой стороне лица и кровавая размозженная рана на виске. На самом Лукасе домашняя одежда, которая также была в крови, а на левой руке, на безымянном пальце, след от обручального кольца. — Его сняли, вот смотри, — шепчет Глория и показывает фото Шерлоку.- Обручального кольца нет. — И? — Он не снимал его, кольцо стало со временем маленькое и впилось в кожу, кто-то целенаправленно срезал его с пальца. Еще отец в домашней одежде, значит, что Агата и Джаспер сами пришли туда, но труп отвозили не они, — Кавендиш горько усмехнулась.- Агата слишком ненавидит все, что связано с кровью. Даже если я сдирала кожу, эти маленькие ранки всегда обрабатывал отец, потому что Агату сразу же начинало мутить. Джаспер чистоплюй. Любая грязь попавшая на его руки будет тут же удалена, у него всегда есть с собой салфетка или платок на этот случай. Не отрицаю, что он мог убить моего отца, но... — Точно не он увез его труп в лес, — задумчиво продолжил Шерлок. — Да. — Знаешь, что меня всегда удивляло? — Что? — вместо Шерлока ответил Майкрофт. — Друга, моего отца, тоже вызывали на опознание, но он ни словом не обмолвился о том, что у отца на теле были какие-то повреждения. — Значит он был в курсе? — Видимо да, — Глория качает головой.- Я всегда думала, что он просто не знал и потому не помогал в расследовании, но походу дружбу легко купить. Шерлок хмыкнул. — Значит нужно идти к другу вашего отца. После этих слов Холмс выскочил из кабинета Лестрейда. Глория молча посмотрела на Майкрофта, а потом вдруг тяжко вздохнула. — О каком деле вы говорили, когда я пришла к Шерлоку? — Правительственного значения, — выдавил все еще злой Майкрофт. — Простите. После этих слов Глория покинула кабинет Лестрейда следом за Шерлоком. Почему то, то каким тоном была сказана эта фраза зацепила Майкрофта. Все время до данного момента Глория старалась казаться сильной, но лишь сейчас сдалась.