«Она намного лучше тебя»

Антон в недоумении покосился на одноклассницу, вытаращив свои зелёные глазёнки. —Сдурела, что-ли? С какой стати я должен к тебе пересаживаться? - спросил он весьма озлобленно. —Будто бы я этого хочу! Сама бы я в жизни с тобой не села, но моя мать так решила, значит не вытрёпывайся! - Катя тыкнула пальчиком в грудь Петрову. Тот раздражённо вздохнул, но всё-таки стал собирать вещи. Обменявшись с Полиной сочувственными взглядами, Антон нехотя побрёл к первой парте среднего ряда. Резким движением кинув рюкзак под парту и учебник, который с тяжёлым грохотом приземлился на деревянную поверхность, он упал на стул, подперев рукой щеку. Смирнова с прищуром на него посмотрела. Оказывается, новенький и психовать умеет... И снова противный, ненавистный звонок. Кате ничего не оставалось делать, кроме как пойти и сесть за парту к своему новому соседу. В класс тут же явилась учительница математики. Её внимание сразу привлекли Смирнова и Петров, которые по какой-то причине сели вместе. —Эй, новичок? - окликнула женщина Антона. - Ты же вроде вчера на задней парте сидел, не? —Пересадили его, из-за плохого зрения... - отчеканила Катя, сделав акцент на последних словах. Учительница молча кивнула и поспешила перейти к теме урока. В целом, математика Кате давалась легко, но сейчас она просто не могла сосредоточиться на каких-то огромных примерах. Когда рядом сидел он. С одной стороны, есть плюс: этим можно вызвать ревность у Морозовой. Но с другой, Смирнова по непонятным причинам нервничала. Нет, ну одна причина была ясна–это их с Петровым недавняя перепалка. Но это было не всё, что так волновало девушку... Катя и не заметила, как в открытую пялится на Антона, пока учительница что-то разъясняла у доски. Блондин нервозно раскрашивал простым карандашом клеточки в тетрадке, при этом в его взгляде выражалась то ли потерянность, то ли задумчивость. Время от времени он поглядывал на доску, меняя карандаш на ручку и записывая примеры. Как заметила Смирнова, почерк у юноши был довольно красивый... Достаточно аккуратная для парня рука с длинными, тонкими пальцами осторожно выводила на бумаге надписи, или же просто случайные каракули. Но Катя смотрела завороженно, не упуская из виду ни одно действие Антона. Пока Петров не повернул голову к ней резким движением и не спросил с неучтивостью в голосе: —Чего смотришь? Катя будто выпала из транса. Её интерес к блондину вмиг рассеялся, и она ответила грубостью на грубость: —Смотрю и удивляюсь, какой ты нелепый, Петров! - она отвернулась, дабы скрыть рдеющие щёки. Антон спесиво хмыкнул, но заканчивать диалог не собирался: —А не надо смотреть, раз я так тебя раздражаю. Или.. На то есть другая причина? —Какая ещё? - негодующе спросила зелёноглазая. —Хм, даже не знаю... - Петров намеренно действовал Смирновой на нервы. Неожиданно он выпалил: —Неужели, ты ради меня сегодня такая нарядная и ведёшь себя странно? И без того румяное личико Кати обдало огненным жаром. "Нет, ну он что, специально? Мерзавец.. " —Что ты говоришь, идиот?! - воскликнула девушка шёпотом. - Я никогда в тебя не влюблюсь, даже и не мечтай! —Правильно - ухмыльнулся Антон. - такая, как ты, врядли сможет полюбить. Катя стиснула кулаки. И только находящиеся в классе учитель и одноклассники мешали заехать по роже этому ныпыщенному глупцу. —Откуда тебе знать, смогу ли я полюбить или нет? - Смирнова старалась сохранять самообладание. - Может, и для меня найдётся такой счастливчик, но тебя в моих планах нет. —Ну да, ну да.. - не унимался Антон. - Раз так, то к чему ты весь этот цирк устроила? Кому сегодня строила глазки на первом уроке, м? "Да он издевается надо мной.." —Смирнова, Петров? - повысила голос преподаватель. - Что за разговоры, да к тому же и на первой парте? Я делаю вам замечание, ещё раз—и я иду жаловаться вашему классному руководителю! Катя и Антон от стыда потупили взгляд, и старались не смотреть друг на друга. Но это всё было временно. —Откуда тебе знать, кому именно я строила глазки? - выпалила Смирнова полушёпотом, когда учительница вновь повернулась к доске. —Я тебе не слепошара - Петров ни на шутку расхрабрился. - Думаешь, если я ношу очки, не замечу, как ты на меня пялишься? —Даже если так, то что, посмотреть на тебя нельзя?! Или ты как снежинка, растаешь от моего солнечного взгляда? —Ой, не смеши... Какой там солнечный взгляд? Ты пытаешься быть кокеткой, но в твоих глазах я вижу только план, как воспользоваться мной в своих целях. Змея. —Это на тебя так компания Пятифана влияет, или что? Пришёл вчера в класс тихим пай-мальчиком, а сегодня уже дерзишь? А что потом? Курить и воровать начнёшь? —Причём тут Ромка, глупая.... —Так, всё, вы мне НАДОЕЛИ. - прогремела преподаватель, стуча указкой по столу. - Петров, ты всего второй день в школе, а уже такое выкидываешь! А тебе, Смирнова, вообще стоит постыдиться, ты позоришь Лилию Павловну не только как классного руководителя, но как и собственную мать! Думаешь, дочь учительницы, и всё тебе можно? Фигушки! Я пошла жаловаться ей – она подлетела к двери, резким движением раскрыла её и, скрывшись в коридоре, хлопнула так, что несколько человек в классе вздрогнули. —Ну что, гадюка? - начал ехидничать Ромка. - Полинка от тебя пересела, теперь ты и с Тохой ужиться за одной партой не можешь? —Рот свой замолчи... - Катя стиснула кулаки с такой силой, что костяшки на пальцах побелели. —Так он прав, ты действительно ни с кем сидеть нормально не умеешь. - вставил свои пять копеек Антон. —Очкастых вообще не спрашивали! - гаркнула Смирнова и отвернулась от надоедливого соседа в противоположную сторону. *** Тем временем у Лилии Павловны отменили урок, и она сидела в классе с Надеждой Николаевной, которая столкнулась с тем же самым. Учительницы были давними подругами, поэтому о чем-то оживлённо разговаривали: видимо, обсуждали учеников и то, как тяжело бывает на работе, но никуда не денешься. Их идиллию нарушила учительница математики, внезапно влетевшая в кабинет. —Что такое, Татьяна Михайловна? - обеспокоенно спросила Лилия Павловна. - Что-то случилось? —Случилось с вашими детьми! - отдышавшись, воскликнула учительница. – Этот новенький Петров и ваша дочь в конец обнаглели, сидят и болтают без умолку! Вы уверены, что было лучшим решением усадить их вместе? —Да что за Петров такой, с кем ни посади, со всеми найдёт общий язык, в плохом смысле! —Тоесть? - вмешалась Надежда Николаевна. —Мне Катя сказала, что на вашем уроке новенький также вёл себя по соседству с Морозовой, разве нет? - Лилия Павловна поправила очки. —Что вы такое говорите? Да они так хорошо сидели, просто умочки! - отрицала учительница биологии. - Никогда бы не подумала, что новенький в один день так резко изменится... —Значит, дело всё-таки в вашей дочери, Лилия Павловна! - подала знаки своего существования Татьяна Михайловна. - Она и врать, оказывается, может, приплетая в свои истории Морозову! Вам следовало бы следить за своей Катенькой, не находите? Лилия Павловна медленно поднялась со стула. Она была значительно выше учителя математики, поэтому, глядя на последнюю свысока, уверенно произнесла. —А вы сначала своих детей родите. Посмотрим, как будет легко следить за воспитанием, когда ты с шести утра до шести вечера находишься здесь. Татьяна Михайловна поджала губы: видимо, её задели по-больному. Учитель математики так и не имела своих детей. Лилия Павловна медленно прошла в сторону двери и мгновенно исчезла за ней. *** В математическом классе тем временем творился шум и гам, но все затихли, как только услышали стук каблуков, который становился всё громче и громче. Дверь отворилась, и появилась классная руководительница 10 "В". —Катя, можно тебя на пару минут? - громко и строго вымолвила Лилия Павловна. Русоволосая девушка нехотя поднялась со своего стула и побрела к матери. Обе они вышли в коридор. —Когда я говорила, что даю тебе шанс подружиться с новеньким, я не имела ввиду то, что вы должны так погано вести себя на уроке математики! - чуть ли не выкрикивала эти слова мать в лицо своей дочери. - Позор.. —Да разве я виновата, что этот недоумок отвлекает меня по пустякам?! - пыталась защититься Катенька. - Он, наверное, и с Полиной также делал! —Не надо тут строить из себя хорошую девочку! - ни на шутку разгневалась учительница. - Знаешь, что выяснилось? Да, Морозова в такой же степени виновата, ведь она обманула меня, собравшись сидеть с Петровым на последней парте все уроки. Ты конечно молодец, что сообщила мне об этом, но.. Зачем было врать, как они болтают на уроке, я не понимаю?! И тут Катю накрыла огромная волна стыда. Она опустила взгляд в пол, рассматривая свои ноги. Как же ужасно.... —Чего ты пыталась добиться? Внимания новенького, или же перемирия с Морозовой? Тебе должно быть стыдно, Екатерина. Ты просто меня позоришь.... Катя действительно не знала, что ответить. Она сейчас ненавидела всё и всех: Антона, Татьяну Михайловну, даже родную мать и в какой-то степени Полину. Но больше всего она ненавидела себя. За эту наглую ложь, за то, что стоит перед матерью красная, как варёный рак и пытается выставить себя невиновной. Когда её уже видят насквозь, словно раскрытую книгу. "Как же низко ты пала ради какого-то белобрысого очкарика, Смирнова..." —Можешь хотя-бы отсадить от меня Петрова, раз уж на то пошло? - осторожно спросила Катя. —Ну уж нет, с Петровым ты будешь сидеть до конца года! - кажется, Лилия Павловна ещё пуще рассердилась. —В смысле?! —В коромысле, Катя! —Если ты не знаешь, куда его посадить, то сделай хотя-бы пересадку в классе! —Пересаживать весь класс ради вас двоих? Вот ещё! —А если он снова будет меня отвлекать? —А ты не отвлекайся. Своя же голова на плечах имеется? Вот и всё! Меня и так отчитали из-за тебя... Не хочу тут оставаться. – с этими словами Лилия Павловна развернулась в сторону своего кабинета. У Кати будто застрял ком в горле: хотелось то ли кричать, то ли плакать. Она нервно теребила свою косичку, не решавшись даже пошевелиться. Ты сама виновата, Смирнова... - говорил внутренний голос. А ты ведь действительно хотела привлечь внимание Антона, не так ли? Глупая... –Хватит, замолчи! - кричала Катя своей совести, которая словно пожирала каждую клеточку её тела. Дура.. Он никогда не обратит на тебя внимания.. Успокойся уже и живи своей жизнью, сдался он тебе? Ты не нужна ему.. —Я сказала.. ЗАТКНИСЬ!!! - Катя изо всей силы ударила кулаком в стену и ни капельки не поморщилась. Больно сейчас было только на душе. От осознания того, что все от Смирновой отвернулись. Она больше не чувствовала себя нужной. —Как только появился ты, всё пошло наперекосяк.. Лучше бы я вообще с тобой не знакомилась! Наступила тишина. Настолько идеальная, что это выглядело подозрительным. Как вдруг.. Звонок.. Серьёзно, урок прошёл так быстро?... *** Антон стал для Кати главным врагом. Девушка его просто ненавидела. И тот, скорее всего, чувствовал то же самое. Не успев толком узнать друг друга, у них уже произошло множество перепалок. Взгляды, которые они бросали друг на друга, были полны презрения и даже отвращения. А когда они сидели за одной партой, между ними появлялось какое-то напряжение. Казалось, что эти двое как кошка с собакой, вот-вот сцепятся. Всего за один день они успели наговорить другу другу столько обидных слов, сколькими не обменивалась Катя даже с Пятифаном. Отчего же всё пошло против неё... Но даже приходя домой, Смирнова не позволяла себе лить слёзы. Она и не помнит, когда по-настоящему рыдала последний раз. Наверное, на похоронах отца.. А после мать учила её сдерживать эмоции при всех. Считала, что плачут на виду только слабые. Со временем, Кате стало трудно проронить слезинку даже в одиночестве. Вместо этого она сидела на полу в ванной, прижавшись спиной к холодной кафельной стене. —А может, он прав.. - шептала самой себе зелёноглазая девушка. Неимоверно ледяной пол её на данный момент совершенно не волновал. - Ты сама себе подписала приговор, Смирнова. Он не такой, как все. Он любит хорошеньких девочек, вроде Полины, а я кто? Разве я заслужила любовь? Она встаёт с пола, откручивает вентиль крана. Подставляет под горячую воду руки. Всё же, тыльная сторона правой ладони саднила—удар об стену оставил за собой последствия. Костяшки пальцев обдало кипятком, Катя поморщилась от боли. Девушка стала умывать лицо, смывая с губ мамину помаду. —И что ты хотела доказать этим видом? Макияж и красивые наряды привлекают парней? Что за бред... - закрыв кран, Смирнова потрясла руками, даже не дотрагиваясь до полотенца. Пройдя в свою комнату, она упала на кровать прямо в школьной одежде. —А хотя.. Почему тебя так волнует то, что он не обращает на тебя внимание? У тебя ведь куча всяких ухажёров, что ты именно к Петрову прицепилась? Но другие поклонники были просто размытым пятном на фоне Антона... Опять этот голос в голове, который говорит совсем об обратном. О том, какой Тоша хороший и милый. Катю застали врасплох угрызения совести: а ведь она сама начала ему дерзить... На пустом месте... А так всё хорошо начиналось... —Действительно ли он такой наглый из-за шайки Пятифана? - вновь задаёт самой себе вопрос Смирнова, лёжа на кровати и изучая люстру на потолке. – Был ли он таким в прошлой школе? А может, ты сама его таким сделала... Катя отчаянно вздыхает. Этот вздох был полон боли и разочарования. Она утыкается лицом в подушку. Ужасно хочется спать, но уже не получится. И сколько прошло времени с тех пор, как она вернулась домой, Смирнова тоже не считала. Даже к еде притрагиваться не было желания. Она не хочет что-то делать. Просто хочет быть одна. *** Утро Екатерины было испорчено только одной мыслью о том, что ей придётся сидеть с Петровым наверняка до конца учебного года. Хотя, зная строгость матери, можно быть полностью в этом уверенной. Катя ничегошеньки дома не поела и предпочла идти голодная, решив, что дотерпит до столовой. Погода на улице была холоднее, чем вчера. Смирнова натянула на нос вязаный шарфик, который сшила ей мама на новый год, и с вопиющим нежеланием побрела по снегу. Ноги как будто специально вязли в сугробах, словно это было предупреждение: нет, не ходи в эту школу! Да Катя и сама бы с удовольствием осталась дома. Но попробуй-ка – мать такой кипеш устроит. Один раз в классе седьмом был очень холодный, январский день, градусов 35 точно. И Смирнова прогуляла школу. А в этот день была контрольная по русскому языку – как раз этот предмет и ведёт Лилия Павловна. Когда мать пришла домой, она начала отчитывать дочь за то, что та якобы из-за контрольной не пошла. Стала читать нотации, по типу «на мой же урок и не пришла, бесстыдница». С тех пор Катя не ходит в школу только по причине болезни. Дул слабый, но ощутимый ветер, который не давал снежинкам упасть на землю, а подхватывал и кружил в воздухе. Некоторые из них попадали на изящные ресницы Смирновой—она становилась похожей на настоящую снегурочку. Красивая, но одинокая. *** В школе Катя не разговаривала с Антоном, и тот в свою очередь также не обращал внимания. Даже колкостями не обменялись при встрече. Наверняка, обоим просто не хотелось. Но долго такая идиллия не продолжалась. На перемене Смирнова решила проветриться и погулять по коридору. Она шла медленно, уходя куда-то в свои мысли, как вдруг неожиданно её глаза накрыли сзади руки какого-то парня. —Попробуй угадать, кто! - послышался басистый голос юноши. Катя развернулась—перед ней стоял кудрявый, высокий брюнет. Это был Костя Горин из 10 "Б" класса. Один из поклонников Смирновой. В школе его прозвали «горой» из-за фамилии и роста. Парень был симпатичным, но не во вкусах Катеньки. Она считала его слишком слащавым и чересчур навязчивым: в восьмом классе он умолял, чтобы девушка согласилась с ним встречаться, но сам при этом ничего не делал, кроме того, как таскал цветы и конфеты. Когда Катя поскользнулась на льду, тот лишь глупо рассмеялся, мол «с кем не бывает». Конечно, он помог встать девушке, но после того, как та сама его об этом попросила. —Тьфу, Костя, напугал! - воскликнула Катя. - Шла себе спокойно, а тут ты... —Извиняюсь, милая.. - брюнет подошёл к девушке и поцеловал её в щёку, но Смирнова тут же отпрянула: —Эй, ты что творишь?! —А что такого? Я тебе два года назад признался в своих чувствах, а ты всё меня отвергаешь... —Потому что не люблю тебя, Костя! Что непонятного? Ты мне неинтересен. —Но почему? Вот скажи, что вам, женщинам, вообще надо? Я тебе и цветы дарил, и сладости.... —Да-да,и читал мне заученные наизусть стихи Пушкина, я помню... - Кате было ужасно тошнотворно в обществе Горина. - Куда мне твои цветы, обложиться ими что-ли? Про конфеты вообще молчу, у них срок годности истёк на тот момент... Так что извини, но я к тебе ничего не чувствую. - Катя отвернулась от парня, дав понять, что диалог ей с ним неинтересен. Костя нахмурил чёрные брови. То ли разозлён он был, то ли задумчив, но в итоге сказал: —Ладно, побегаешь ещё за мной, Катенька... - он развернулся в противоположную сторону и ушёл. —Ага, обязательно.. - с сарказмом ответила Смирнова. —Какая драма, я чуть не расплакался.. - послышался знакомый голос из-за Катиной спины. Девушка повернула голову– у стены стоял Антон и саркастически хлопал в ладоши. Откуда он вылез?! —Заняться нечем, Петров? Иди хоть доску протри, а то скитаешься по коридорам, как беженец... А, кстати... - Катенька подошла к Антону и, также облокотившись на стену и скрестив руки, спросила: —А где же твоя Полиночка? Или вы с ней уже поругались? Ах, как жаль.. - Смирнова приложила ладонь ко рту, якобы выражая сочувствие. —Никто ни с кем не ругался. Полина вернётся из столовой и мы начнём общаться, такой ответ тебя устраивает? —Вполне. Значит, Морозова пошла за едой для Антошки.. Бедный голодный мальчик... Внезапно Антон сделал то, чего не ожидала даже Катя. Он схватил девушку за руки и прижал к стене. Подался вперёд, вызывая у русоволосой лёгкий румянец. А потом, дыша прямо в губы Смирновой, выпалил: —Отвяжись от меня. Надоела уже, змея. После этого он отпустил одноклассницу и направился в класс. "Что сейчас вообще произошло?" - думала Катя, переводя дыхание. Сердце почему-то билось, словно птица в клетке. Девушка даже не сразу поняла смысл слов, сказанных Петровым. Она помнила только его зелёные, умные глаза.. В них она находила что-то манящее, что так дурманило разум... —Кать, ты чего тут? - Смирнова вздрогнула. Полина стояла с пакетом булочек в руках и.. Интересовалась о её состоянии? —Не твоё дело! - нагрубила Катя. - Иди, корми своего Антошку, а то, небось помрёт с голоду... —Видимо, я действительно плохо тебя знала, Кать... - нахмурилась Морозова. - Как только появился Антон, нашей дружбе пришёл конец... Смирнова издала нервный смешок. —А была ли дружба? - она покосилась на Полину. - Ты же ему рассказала всё про меня... Про то, как я своей красотой охмуряю мальчиков.. Назвала меня самовлюблённой, в конце концов! Ах, да, я забыла: ты обманула мою мать, мол сядешь к Петрову на один урок, и что в итоге? —Так это ты попросила Лилию Павловну отсадить его от меня? - Морозова подбоченилась, якобы намекая на то, что терпеть она не будет. —Да,я, а что?! Не просила я её садить его со мной, она сама так решила! Просто я за справедливость: раз уж ты пообещала, что сядешь с ним на один урок, так и не сиди на других! —Помоему, ты действительно самовлюблённая, Кать... - Полина поправила галстук. - И это никакая не справедливость с твоей стороны, а самая обычная ревность. Катя вспыхнула. "Ты вывела меня, Полиночка.." —Какая ещё ревность?! Да иди ты знаешь куда? Давай-давай, проваливай! - она стала буквально вталкивать в класс изумлённую Морозову. Захлопнув дверь, зелёноглазая девушка осела на пол и впилась ногтями в свои волосы. —Ну что же такое творится со мной, а?! *** После уроков Катя помогала Лилии Павловне убраться в классе. Когда мать добровольно отпустила дочь, та схватила рюкзак и практически побежала домой. Тут она наткнулась на Петрова, сидящего на лавочке возле кабинета музыки. "Какой сегодня день недели? Ах, да, четверг.. У Полиночки занятия по скрипке.." - пазлы в голове русоволосой сложились. Она уже по привычке откинула густую косу и направилась к Антону. —Здравствуй, Тоша! - с наигранной нежностью в голоса пропела Смирнова. - Что ты тут делаешь, ждёшь Полечку? Ну давай, жди... —Помоему, я ясно тебе сказал: отвали - Блондин потёр переносицу. Но Катя не собиралась отставать. —И всё-таки, я не понимаю, что ты нашёл в этой скрипачке особенного.. - хоть и выглядела староста невозмутимо, всё же она нервно стала трогать косичку. Как вдруг Петров резко вскочил с лавки, и почти что закричал: —Потому что она намного лучше тебя, ясно?! Она была добра ко мне с самого начала, и сейчас не меняет своего отношения. Она не пытается насильно привлечь внимание, в отличии от некоторых. Она - человек, с которым мне уютно, чего не сказать о тебе. Катя застыла. Она чувствовала, как её сердце очень медленно разбивается на кусочки. Как что-то давит на глаза. Она хочет поскорее уйти отсюда, но ноги будто прилипли к полу. Хочет кричать, но вместо этого лишь тихо говорит: —Хорошо, я тебя поняла... - это был голос совершенно другой Кати. Антон почувствовал себя весьма странно, когда увидел её такой. Внезапно он пожалел о сказанных однокласснице словах, но было поздно: Смирнова ушла. Даже не ушла, а убежала. —Придурок... - прошептал Петров сам себе. *** Вернувшись домой, Катя скинула с себя портфель, сняла с себя сапоги и верхнюю одежду, бросив куда-то в сторону. Девушка сразу же побежала в ванную, к раковине. Открыла кран на полную. Взглянула на себя в зеркало и... Истошно закричала. Так сильно, что её крик отскакивал от стен, превращаясь в эхо. Замолкла. Слёзы катились одна за другой. Теперь то Смирнова рыдала по-настоящему. Навзрыд. Она не позволяла себе останавливаться... —Я так больше не могу.. Я ненавижу себя за то, что дала себе слабину, но я так не могу больше! НЕ МОГУ!! - Катя упала на колени, схватилась за голову, чуть ли не вырывая себе волосы. Рыдала от ощущения одиночества, от того, что никто не может её поддержать. Никто. —Я никому не нужна... Самовлюблённая, говорите? Да я ненавижу себя, мрази! Больше, чем вас всех вместе взятых! Я так себя ненавижу... Я всего лишь хотела внимания, которого мне постоянно не хватает, я... Я действительно хотела с тобой поладить, Петров... Но я всё испортила! Я–дура! Дура я! - Катя захлебывалась в собственных слезах и ничего не могла с собой поделать. —Надо было не пытаться привлекать его внимание, идиотка... Мало тебе его было от других мальчишек, а?! В том то и дело, что ты хочешь внимания именно от Антона. Вспомни вашу первую встречу, разве не трепетало твоё сердце, при виде знакомых, зелёных глаз и такой потрясающей улыбки? —Нет, что ты несёшь... Он ведь похож на твоего отца: то мил и нежен, то груб и нагл. Но отец всё равно любил тебя, ни смотря ни на что... —ДА НЕ ХОЧУ Я ДУМАТЬ ОБ ЭТОМ!! - от бессилия Смирнова упала на пол, громко всхлипнув. Она не жалела сил на слёзы. Если ей будет так плохо и завтра, то плевать — она не пойдёт в школу. Лишь бы не видеть его. —Ненавижу тебя, Петров...