Тихая операционная.

Парень стоял с окровавленным телом на руках. Руками он прижимал к себе почти бездыханное тело, веря, что возможно это поможет. - Эвелин, нет!!! - прокричал Пятый. Из глаз выпустились две слезинки - крохотные, но их было достаточно, чтобы понять всю его боль, ведь этот парень наверное никогда не плакал. Обессилевший от страха он опустился на колени со своей напарницей. Остатки одежды - окровавленные тряпки, которые с трудом прикрывали то, что нужно - насквозь были пропитаны кровью, а она в свою очередь впечаталась в белую рубашку парня. Харгривс с ужасом посмотрел на гостиную: на окровавленных трупа, разбитый стеклянный стол в дребезги, просто в крошку, а сверху падали мелкие щепки. Пятый поднял голову и увидел разодранную деревянную лестницу, а точнее то, что от неё осталось. Тут на крик Пятого пришли братья и сестра. - Пятый! - наклонилась к нему Эллисон - ах! - она ужаснулась когда увидела окровавленное тело в его руках. - это твоя напарница? - спросил Диего. - да, черт побери! - Пятый, она дышит? - спросил Лютер. - я не понимаю, вроде да! Я не знаю! Диего, звони своим знакомым врачам, или полиции, или неотложке, где там они работают! Чтоб они были здесь! - так может в больницу её? - НЕЛЬЗЯ ЕЙ В БОЛЬНИЦУ! ВЫ ВИДЕЛИ В КОГО ОНА ПРЕВРАЩАЕТСЯ? КАК ВЫ ЭТО ВРАЧАМ СОБИРАЕТЕСЬ ОБЪЯСНЯТЬ??? - мы не видели, но слышали… - поэтому нельзя ее везти ни в какую больницу! НУ ЧТО ТЫ ЖДЕШЬ? ЗВОНИ ИЛИ ОНА СЕЙЧАС УМРЕТ!!! Диего побежал звонить своему знакомому врачу, который не раз их выручал и лечил после какой-нибудь «супергеройской перепалки». Пятый наклонился ко рту и прислушался в уверенности, что Эвелин дышит. Но в ответ ничего. Его уха не коснулся влажный тёплые воздух от выдоха, или холодный от вдоха. - нет…нет, нет, НЕТ! Пятого переполняли эмоции, руки начали трястись, скулы напрягались и вены на запястьях возбухали. Вот когда уже казалось бы ничего не вернуть из черно-фиолетовой дымки появляется черная кошка, та самая, которую пятый видел в квартире сегодня. - что вы сделали с хозяйкой???? - заговорила кошка, держа в пасте пузырек с голубой жидкостью. - говорящая кошка… ха-ха…- удивленный лютер упал в обморок. - мррр, что с хозяйкой??? - подошла к пятому Арна. - ты кто? - спросил пятый. - я Арна - правая рука моей хозяйки. А тебя я помню, ты сегодня заходил к нам. Нужно спасти Эвелин! - как?? - бери этот пузырек и капни ей в рот ровно одну каплю, не больше!!! - сказала Арна и опустила пузырек на ладонь Пятого. Парень разжал свое объятие и немного приоткрыл окровавленный рот девушки. Он взял пузырек и открыл. Жидкость ничем не пахла, но зато светилась ярко-голубым цветом. Пятый поднес её ко рту и наклонил. Капля упала в рот и коснулась языка. Мужчины вернул пузырек кошке, и весь его взгляд был обращение на Эву. - она не задышит сейчас , мррр, если ты этого ждёшь. - а что это тогда? - позже рррр. Ты вызвали врача? Ибо я её сейчас заберу. - сейчас прибудут люди, которые ей помогут. - беды не обернешься, если обманываешь или не спасешь ее. - думаешь я не хочу, чтоб она жила?? - мррр, ничего не думаю! - Пятый, Клэр с ассистентом подъезжают. Просят занять подвал. - хорошо. - какой подвал! Вы куда её несет? - Арна, там комната для операций. Если хочешь, пройди с нами, но не вздумай кому-то показывать, что умеешь говорить! - хор-р-рошо. Голубая вспышка разрезает темноту подвала. Пятый появляется из ниоткуда — на руках безжизненное тело девушки. Её голова запрокинута, лицо белее бумаги, губы синие. Из раны в боку всё ещё сочится кровь — теперь медленно, потому что почти нечего течь. Сзади бежит верная спутница Эвелин. А Пятый не идёт — он летит по коридору, сбивая с ног какую-то мебель. Позади, через секунду, слышится спешные шаги — появляется Эллисон. Следом, запыхавшись, вбегает Диего — они добирались обычным бегом. - черт…Пятый, мог бы и.. - закрой рот и приводи сюда Клэр. Эллисон уже нажимает старую кнопку звонка на стене, за которой слышен гул вентиляции. Стена с лёгким шипением отъезжает. За ней — операционная. Небольшая, но оснащённая так, будто её собирали для полевого госпиталя времен Третьей мировой: старый рентген, капельницы на колёсиках, стерильные столы, хирургическая лампа под потолком. Пятый укладывает Эвелин на операционный стол и ждет. Спустя несколько мгновений приходят доктор и ассистент. - давно я у вас не был. Пятый? - сказал Клэр. - спаси её. Он не говорит «пожалуйста». Он не умеет просить. Но Эллисон, которая знает брата двадцать с лишним лет, слышит в этих двух словах всё: мольбу, угрозу, обещание уничтожить мир, если не получится. Доктор Клэр подходит ближе. Окидывает девушку взглядом - быстрым, профессиональным, нечитаемым. Ощупывает пульс на шее. Задерживает пальцы на несколько секунд дольше, чем нужно, - ища то, чего уже нет. - Пятый, она на грани. Кровопотеря… - я знаю. - если я начну, ты знаешь, - я не остановлюсь, даже если она умрет на столе. Ты готов к этому? Пятый молчит. Он смотрит на лицо девушки. Её веки чуть подрагивают - там, в глубине комы, она всё ещё дерётся. - она не умрет - заправляет он прядь волос за ухо. Кровь с её кожи останется на его пальцах. - Диего - позвала Эллисон брата. - да? - выйдем. - но.. - пошли, больше мы здесь не нужны - Она выталкивает брата за дверь. Сама задерживается на пороге на секунду, смотрит на Пятого, который не двигается с места - Пятый? Он не идёт. Молчит. Пятый отходит на два шага и замирает у стены — так, чтобы видеть стол. Доктор Клэр не спорит. Он надевает перчатки, включает лампу, берёт скальпель. - группа крови, резус, аллергия? - третья положительная. Гемоглобин всегда в норме. Анестезия — стандартная, но она на адреналиновых рецепторах не работает. Доктор поднимает удивленный взгляд. - знаешь её карту? - можно и так сказать. Пришлось, такая работа. Клэр вздыхает, но не спорит. Кивает ассистенту. - начинаем, Бойт. Прошло шесть часов. Пятый все так же стоит у стены, скрестив руки на груди, и смотрит. Он видел вещи пострашнее - расчленённые тела, разорванные временем туши, смерти, которые длятся веками. Но сейчас ему страшно. По-настоящему, по-человечески страшно. На столе — кровавое месиво. Доктор Клэр работает молча, только отрывистые команды Бойту: «Зажим», «тампон», «ещё свет». Торчащие из бока осколки извлечены — нож и стекло лежат на отдельном подносе. Теперь он зашивает внутреннее кровотечение - крошечными стежками, ювелирно. Пульс на мониторе падает. Раз - ниже. Два - опасно низко. - черт! Пятый, говори с ней. - что? - слух - последнее, что уходит от нас. Если внутри ещё что-то живое, она слышит. Говори. Пятый молчит. Пять секунд. Десять. Он ненавидит говорить - особенно когда его никто не слушает. Но он подходит к столу. Наклоняется к её лицу - бледному, окровавленному, мокрому от пота, с закрытыми глазами. Рядом с ним, на уровне пояса, монитор пищит всё чаще и чаще. - ты слышишь меня? Ты… чёрт возьми, ты должна. Ты не имеешь права. Мы ещё не закончили. Ты мне должна… десять минут объяснений. Зачем ты туда полезла. Зачем одна. Без меня. Мне говорила, что без тебя я не справлюсь, но а сама? Многое сумела?…Конечно, равных тебе нет, но теперь не ты говоришь, что одна справишься, а я говорю, что без меня ты никуда не выходишь. И я, действительно, без тебя тоже никуда. Ты…лучший напарник, Эвелин Хелл… Монитор пищит. Вдруг - ровнее. Не сильно, но явно. Доктор Клэр, не поднимая головы, чуть заметно кивает сам себе. - прекрасно. А теперь отходи. Дай нам закончить. Свет лампы погашен. Горит только тусклый ночник у стола. Девушка лежит на боку, укрытая простынёй по грудь. В боку ровный ряд швов. Руки забинтованы. В вену идёт капельница - тёмно-красная, донорская кровь. Доктор Клэр, отпустив своего напарника, сидит на табурете, сняв очки, трёт переносицу. Его халат в разводах, которого уже не отстирать. - чтож, жить будет. Если не начнется сепсис и если не притащите ее на этот стол с такими же ранами в ближайшие 12 часов. Пятый стоит у подножия операционного стола и смотрит на Эвелин. - спасибо. Сколько? - нисколько. - почему? - за спасение дорогих вам людей денег не беру. - а за молчание? - я слишком долго работаю с вами, чтоб брать деньги за конфиденциальность. Спустя 12 часов посмотрите на цвет кожи - должен поменяться на более розовый. Через день можно помыть от крови, но предельно аккуратно - не трогать швы! Завтра я приеду её осмотреть. А вообще вы народ удивительный. Что не случай, так что-то сверхчеловеческое. - в каком смысле? - какие операции я не проводил, но при таких ранениях ещё не один человек со сверхспособностями не выживал. Здоровье точно зверевое. Тебе тоже нужно отдохнуть. Оставьте её тут. Капельницы хватит и крови тоже. Через три часа можно будет отсоединить катетер с кровью. - хорошо. Благодарю, доктор. Эллисон входит в помещение. - пятый, пошли есть. - я не хочу. - я не спрашивала. Она берёт его за плечо - осторожно, не так, как с братом, а как с ребёнком, который застыл у смертной постели матери. Пятый не сопротивляется. Он позволяет вывести себя из операционной, но на пороге оборачивается. Ещё раз смотрит на девушку. Она дышит. Еле слышно, но ровно. Грудь поднимается и опускается - как прилив, как отлив, как самое главное доказательство того, что мир ещё не рухнул. Доктор Клэр выключает свет. Оставляет только лампу над её кроватью.