Часть 13

Гарри глубоко вздохнул и прислонился к больничной койке, не отрывая ног от пола. Мадам Помфри вышла из своего кабинета как раз в тот момент, когда Снейп уходил. Снейп указал на Гарри своим взглядом, а затем коротко кивнул Помфри. Гарри предположил, что это означало, что Снейп дал мадам Помфри разрешение отпустить Гарри. Поэтому, когда мадам Помфри пришла, Гарри думал, что она отпустит его, Рона и Гермиону. — Мистер Поттер, я буду в своем кабинете, если я вам понадоблюсь. Разговаривайте столько, сколько нужно, — вместо этого, ко всеобщему удивлению, сказала она. Троица переглянулась. Гермиона заговорила первой. — Гарри, что происходит? — И почему Снейп был здесь? — возмущенно спросил Рон. Именно упоминание Роном Снейпа вернуло все на круги своя. Гарри улыбнулся, чувствуя огромную благодарность своим друзьям. — Снейп, — сказал он, — и мадам Помфри, и Дамблдор, и целительница по имени Ковентри Кук — все они помогают мне. Гермиона выглядела обеспокоенной, Рон — просто смущенным. — Помогают тебе с чем, приятель? — спросил Рон. — Исцеляться, — сказал Гарри одним словом. И впервые он понял, насколько это правда. — Вместе с вами двумя. — С нами? — спросил Рон. — Да, — ответил Гарри, потягиваясь. — Исцеляться от чего? — осторожно спросила Гермиона. — Дурсли, — Гарри сделал паузу и набрался храбрости. — Все гораздо хуже, чем вы думаете. — Хуже, чем морить тебя голодом? — спросил Рон. Гарри кивнул. — О, Гарри, — сказала Гермиона. — Мне очень жаль. Мне всегда было интересно... Гарри покачал головой. Он хотел сказать им, что все не так плохо, как они думали, или что на самом деле это не имеет большого значения, но он не смог. Он сглотнул комок в горле. — Я не помню большую часть этого, — признался он. — Я заблокировал большинство воспоминаний. — Что ты имеешь в виду? — спросил Рон, но Гермиона ахнула. — О, Гарри, — повторила она. — Что это значит? Заблокировал их? — повторил Рон. — Это значит, — сказала Гермиона, всегда сообразительная, — Гарри как бы упаковал свои воспоминания и хранил их в своем разуме высоко на полке. Они все еще там, но он не может вспомнить их сознательно. — Зачем ему это делать? — Рон хотел знать. Гарри был доволен тем, что Гермиона объясняла, чтобы ему не пришлось делать это. — Чтобы оставаться в здравом уме, — сказала Гермиона. — Иногда слишком трудно запомнить все, особенно очень плохие вещи. Поэтому, чтобы продолжать жить, ты должен загнать их в коробку и спрятать, — Гермиона посмотрела на Гарри, ее глаза блестели от непролитых слез из-за страданий Гарри. — Я права? — спросила она шепотом. Гарри кивнул. Рон угрожающе хрустнул костяшками пальцев. Гермиона положила руку на руку Гарри и нежно сжала. — Ты можешь рассказать нам все, что угодно, Гарри. — Да, приятель, — согласился Рон, — ты не будешь возражать, если я пойду и прокляну Дурслей, правда? Гарри тихо рассмеялся.

***

Был холодный, дождливый день; тот, который Снейп не прочь был провести перед камином с хорошей книгой. В то утро он первым делом закончил оценивать студенческие сочинения, чтобы провести день, отдыхая перед следующим сеансом исцеления Поттера. Он томно потянулся, обдумывая особенно запутанный аргумент автора, когда его прервал голос. — Севви, ты здесь? Мне нужно поговорить с тобой... Лицо, говорящее из камина, было желанным, хотя и неожиданным. Взглянув на него, он вскочил на ноги и опустился на колени перед огнем. — Кови? Что такое? Что случилось? — спросил Снейп, глядя на свежие слезы на пепельном лице Кови. — Сегодня я не смогу исцелять Гарри, — всхлипывая, произнесла Кови. — Кое-что случилось, и я не могу этого сделать. Мне очень жаль. Северус нахмурился. Кови выглядела зажатой между болью и паникой. — Ты можешь зайти? — предпочитая вести этот разговор лично, он спросил. — Кови, пожалуйста, проходи, — добавил он, когда она заколебалась. Голова Кови исчезла, а затем ее стройное тело вышло из его камина. Она стояла перед ним в отчаянии, склонив голову, обхватив себя руками, слезы текли по ее лицу. Снейп приподнял рукой ее подбородок. — Что случилось? — Гленни, — произнесла она. — Он был беспризорником, с которым я работала. Такой крошечный малыш. Снейп наблюдал за ее выразительным лицом, желая, чтобы она продолжила. — Ему было всего четыре года, — сказала Кови, всхлипывая. — Что с ним случилось? — осторожно спросил Снейп. Кови смахнула слезы со щеки. — Его отец убил его. Мы должны были охранять его, но нам не удалось. Снейп обнял Кови и позволил ей плакать, прижавшись к его плечу, ее слова эхом отозвались в его голове: «Мы должны охранять его, но нам не удалось». Это мог быть Поттер, который умер, и он был тем, кто потерпел неудачу. Эта мысль крутилась у него в голове, когда он утешал ведьму в своих объятиях. — Ш-ш-ш... — пробормотал он, потирая спину Кови. Если бы он представлял себе это заранее, он бы подумал, что этот сценарий будет в лучшем случае неловким. Но не тут-то было. Внезапно ему показалось, что это самая естественная вещь в мире — быть здесь и утешать ее. На самом деле, он был поражен тем, насколько правильно она чувствовалась в его объятиях. — Я уверен, что ты сделала все, что могла, — прошептал Снейп, уткнувшись ей в волосы. — Иногда случаются вещи, которые находятся вне нашего контроля, — продолжил он. Он почувствовал, как она немного расслабилась, продолжая бормотать длинный список глупостей, которые, как он надеялся, она найдет утешающими. — Я пыталась помочь ему, — сказала она подавленным голосом. — Ты ему помогла, — заверил ее Снейп. Он знал, что если она была вовлечена в жизнь ребенка, то она, несомненно, оказала ему большую помощь. Он осторожно приподнял ее подбородок и вытер слезу со щеки. — Ты удивительная целительница. Я видел твою работу. Он посмотрел в ее мерцающие глаза, его собственные были полны эмоций. Недолго думая, он прижался мягкими губами к ее губам. — Ты потрясающая, — прошептал он в них. Она издала мучительный звук, а затем внезапно они поцеловались. Их губы и языки соединились столь же неожиданно, сколь и желанно. Снейп не предвидел этого, но, как и все остальное, когда дело доходило до этой ведьмы, это было очаровательно и соблазнительно. Он крепче прижал ее к себе и боролся с желанием углубить поцелуй, взять все, что она предлагала, и многое другое. Мерлин знал, что он хочет ее. Но он не был уверен, что она не пожалеет об этом позже, когда придет в себя и поймет, что он просто оказался самой удобной отдушиной для ее отчаяния, самым доступным отвлечением в данный момент. И поэтому он остановил их захватывающий поцелуй и прижал ее к своей груди, не в силах смотреть ей в глаза из-за страха перед тем, что он может там увидеть. — Севви, — выдохнула она, растворяясь в нем. — Я... — Ш-ш-ш... — сказал он, успокаивая ее. Он отстранился, чтобы целомудренно поцеловать ее в губы, кончик носа, пространство между глазами, лоб, а затем снова прижал ее к себе, не желая, чтобы момент заканчивался.

***

— Гарри! — позвал Колин Криви, его голос был полон волнения, — Гарри, у меня для тебя послание от профессора Снейпа. Гарри взял предложенный пергамент и понимающе улыбнулся, когда Колин замолчал, произнося имя Снейпа. Как только Колин ушел, Гарри развернул свиток, а Рон и Гермиона заглянули ему через плечо, чтобы почитать вместе с ним. — Интересно, почему твой сеанс исцеления на сегодня отменен, — заметила Гермиона. — Интересно, почему Снейп хочет видеть тебя в своем кабинете, — мрачно прокомментировал Рон. — Не знаю, — ответил Гарри, но втайне почувствовал облегчение. Хотя он понимал, что нуждается в исцелении, вновь обретенные воспоминания начали изнашивать его так, что он не думал, что сможет прятаться дольше. Воспоминания становились все хуже, кошмары превратились в ночные кошмары, а его способность концентрироваться на учебе была на рекордно низком уровне. — Но он хочет увидеть меня через двадцать минут. Надеюсь, это не займет много времени, — встав со своего места, он сказал. — Увидимся за ужином. — Хочешь, мы пойдем с тобой? — спросила Гермиона. — Не-а, — мгновенно ответил Гарри, еще до того, как всерьез обдумал это предложение. Он знал, что может поговорить со своими друзьями о чем угодно, знал, что они выслушают. Но неужели он действительно хотел обременять этим своих друзей? Разве их жизнь не была достаточно тяжелой, чтобы просто дружить с мальчиком-который-выжил? Мальчиком-которого-Волан-де-Морт-хотел-убить? Это также означало, что просто дружба с ним подвергала их опасности. И воспоминания были настолько ужасающими, что от одной мысли о них его рвало. Глубокий стыд, беспомощность. Он хотел затолкать воспоминания обратно в коробку, из которой они выскользнули. И мысль о том, кто знает, сколько еще сеансов исцеления — сеансов, которые привели к такой же боли, как и к облегчению, — была более чем пугающей. Наконец, дойдя до кабинета Снейпа, он постучал в дверь. — Войдите, — позвал знакомый голос Снейпа. Гарри подошел и встал перед столом Снейпа. — Сэр, — сказал он, — Вы хотели меня видеть? — Да, мистер Поттер, присаживайтесь. Гарри сделал так, как было сказано, и стал ждать, пока Снейп объяснит, почему он попросил о встрече с ним. — У целительницы Кук возникла личная ситуация, из-за которой она не смогла помочь Вам сегодня, — сообщил Снейп. — С ней все в порядке? — спросил Гарри. — Да, — ответил Снейп. — Она сможет работать с Вами в следующие выходные, как и планировалось. А пока я хотел бы спросить Вас, как вы справляетесь с возвращением своих воспоминаний. Гарри заерзал под пристальным взглядом Снейпа. Ему не хотелось признаваться этому человеку в том, как сильно он борется. — Мистер Поттер, — сказал Снейп, наклоняясь вперед, — было бы нелепо ожидать, что Вы не столкнетесь с какими-то трудностями из-за всего случившегося. Вопрос не в том, боретесь ли Вы, а в том, в какой степени Вы боретесь. Гарри отвел взгляд, не в силах больше встречаться взглядом со Снейпом. — У меня проблемы со сном, — тихо сказал Гарри. — Кошмары, я полагаю? — поинтересовался Снейп. Гарри кивнул. — Что еще? Гарри вздохнул. Он знал, что Снейп не позволит ему так легко сорваться с крючка. — Теперь я все время вздрагиваю, — признался Гарри. — Не специально, — быстро добавил он, — это просто происходит. — Это связано с телесными воспоминаниями. Хорошая новость заключается в том, что по мере того, как Ваш разум интегрирует воспоминания, эта автоматическая реакция или рефлекс, можно сказать, уменьшится и исчезнет. Гарри вздохнул с облегчением, услышав это, но ему хотелось ускорить процесс. Это было неловко объяснять, и он не был уверен, как долго его оправдание «плохо спал» будет работать. — Что еще? — продолжил Снейп. — Мне трудно сосредоточиться на учебе, сэр, — Гарри ждал неприятной реплики, которая, как он знал, будет у Снейпа, что-то о его посредственном таланте или недисциплинированном уме, но ничего не последовало. — Этого тоже следовало ожидать, — вместо этого ответил Снейп. Гарри удивленно поднял глаза, но Снейп только приподнял бровь, прежде чем продолжить. — Если Вам нужно дополнительное время, чтобы закончить домашнюю работу, я уверен, что Ваши преподаватели, включая меня, пойдут Вам навстречу. Тем не менее, Вы не хотите слишком сильно отставать, иначе это само по себе станет для Вас дополнительным стрессом. Гарри кивнул. Он слишком хорошо это понимал. — Что еще? — повторил Снейп. Гарри уставился себе под ноги. — Воспоминания, — пробормотал он. Когда Снейп не ответил, Гарри поднял глаза и увидел, что Мастер зелий выжидающе смотрит на него, ожидая, когда он продолжит. Сглотнув, Гарри признался. — Они хуже всего. Они появляются без предупреждения. Когда они заканчиваются, — вздрогнул Гарри, — я как будто только что заново пережил это ужасное событие, каким бы оно ни было, — больше для себя, чем для Снейпа, он добавил. — Я удивлен, что не просыпаюсь весь в крови. При этом он увидел, как Снейп нахмурился, прежде чем провести рукой по волосам. — Воспоминания не из приятных, — признал он. — Что-нибудь еще? Гарри покачал головой. — А как насчет панических атак? — спросил Снейп. — Сэр? — Эпизоды, когда чувствуете, что не можете дышать, сердце колотится, чувствуете, что вот-вот произойдет что-то ужасное. — Я не знал, что у этого есть название, — сказал Гарри, чувствуя себя необъяснимо смущенным. — Да, — ответил Снейп. — Вы чувствовали желание причинить себе вред? Гарри опешил от этой мысли. — Нет, сэр, — сказал он. — Есть мысли о самоубийстве? — Нет. — Они могут появиться, — сказал Снейп. — И в этом случае, Вы должны немедленно обратиться к одному из нас за помощью. Нередки случаи, когда кто-то в Вашей ситуации становится ошеломленным и рассматривает такое постоянное решение временной проблемы. Гарри скорчил гримасу. С его недостатком сна, неспособностью сосредоточиться и постоянными образами того, что он пережил от рук Дурслей, он мог понять, как можно дойти до этой точки. — Мистер Поттер, — позвал Снейп, и вдруг Гарри понял, что это не первый раз, когда Снейп обращается к нему, пытаясь привлечь к себе внимание. — Извините, сэр, — сказал Гарри. Снейп кивнул, не комментируя. — Если у Вас появятся мысли о самоубийстве или причинении себе вреда, у меня есть Ваше слово, что Вы немедленно сообщите об этом сотруднику? — Да. — Ваше слово, Поттер. — Да, — ответил Гарри, — даю Вам слово. — Очень хорошо, — сказал Снейп, складывая бумаги в аккуратные стопки на столе. — Тогда перейдем к некоторым другим вопросам. Во-первых, у меня есть несколько зелий, которые вы можете принимать по мере необходимости. Первое — это зелье сна без сновидений, второе — зелье для укрепления разума, третье — зелье, помогающее Вам сосредоточиться, а четвертое — успокаивающий напиток. Ни один из них не может быть использован в долгосрочной перспективе, но они могут помочь вам пережить более травматичные периоды. Поскольку они могут вызывать привыкание при чрезмерном использовании, я призываю Вас использовать их экономно, поскольку я не буду давать Вам их свободно. Гарри почувствовал напряженность взгляда Снейпа и понимающе кивнул. — Используйте их с большой осторожностью и только тогда, когда это больше всего необходимо. — Да, сэр. — Во-вторых, мы с целительницей Кови нашли для вас маггловских терапевтов. Это супружеская пара, которая вместе проводит терапию для людей в вашей ситуации. Они предпочитают модель совместного консультирования, поскольку так они могут предоставить мужской и женский вклад, а также стать положительными мужскими и женскими образцами для подражания для детей, которым этого не хватает. — Сэр, — перебил его Гарри. — Я понимаю, почему был предложен маггловский терапевт, но я не уверен, что это так просто. — Почему же? — поинтересовался Снейп. — Ну, причина, по которой Дурсли... сделали то, что сделали... Потому что они не хотели, чтобы у меня была магия. И я не могу объяснить это маглам. К тому же, с Волде... — Гарри остановился на полуслове, глядя на Снейпа. — С сумасшедшим, выслеживающим меня, чтобы убить, рассказав это маглам, я буду казаться параноиком и сумасшедшим. Я думаю. Сэр. Гарри наблюдал за тем, как Снейп, казалось, обдумывал это. — Это обоснованные опасения, — признал Снейп. — Тем не менее, я думаю, что с маггловскими терапевтами, если вы сосредоточитесь исключительно на насилии и на воспоминаниях, которые были восстановлены, вам будет о чем поговорить. Маггловские и волшебные дети подвергаются насилию, и причина этого насилия связана с обидчиками, а не с детьми. Следовательно, я не думаю, что причина действительно имеет значение, если, конечно, Вы не вините себя в жестоком обращении, и это, опять же, то, с чем маггловские терапевты могут вам помочь. — А Тот-Кого-Нельзя-Называть? — спросил Гарри. — Если Вы хотите поговорить с кем-нибудь об этой ситуации, — ответил Снейп, — я уверен, что можно договориться с компетентным профессионалом в волшебном мире. Вы хотите заниматься этим сейчас? — Нет, — быстро ответил Гарри. — Я думаю, что на данный момент у меня достаточно дел. — Согласен, — сказал Снейп. — Поскольку Ваши сеансы исцеления обычно проходят в субботу во второй половине дня, мы считаем, что Вам лучше всего посещать своих маггловских консультантов по воскресеньям. Вам это кажется разумным? Гарри это не нравилось, но опять же, ему ничего из этого не нравилось. Ему не нравились эмоции и воспоминания, вызванные исцелением, ему не нравилось, что он подвергался насилию всю свою жизнь, что его родители умерли, что Волан-де-Морт пытался убить его и преследовал его до сих пор. — Что у Вас на уме, мистер Поттер? Гарри подпрыгнул. — Я просто... — Рассказывайте, — когда он не закончил свое заявление, сказал Снейп. — Моя жизнь мне не принадлежит, — сказал Гарри, — и я не знаю, будет ли когда-нибудь. Снейп вздохнул. — Это, к сожалению, общее у нас обоих. Гарри испуганно поднял глаза. Неужели Снейп только что сказал, что у них есть что-то общее? И что-то такое личное? — У Вас есть еще вопросы? — спросил Снейп. — Нет, — ответил Гарри. — Очень хорошо, — сказал Снейп. — Приходите ко мне в офис завтра в три часа дня, и я сопровожу Вас на Ваш первый сеанс терапии.

***

Северус вернулся в свои личные покои и увидел Кови, свернувшуюся калачиком на диване, завернутую в одеяло, с чашкой чая в руках, а Эрл Грей, довольный, сидел на ее бедре. Северус улыбнулся, увидев её. Проще говоря, она вписывалась: в его покои, в его жизнь. — Как все прошло? — спросила Кови, глядя на Северуса. — Хорошо. — Значит, с ним все в порядке? — спросила она. Северус подавил желание пожать плечами. — Мистер Поттер чувствует себя так хорошо, как можно было ожидать в данных обстоятельствах. Кови нахмурилась. — Он согласился завтра встретиться с маггловским терапевтом, да? — Да, — Снейп откашлялся и бездумно переставил безделушки на каминной полке. — Я подумал, что, может быть, мы оба сможем сопроводить его туда, если ты завтра будешь свободна? Он взглянул на нее как раз вовремя, чтобы увидеть ее улыбку. — О, конечно, — сказала она, сев на середину дивана и похлопав по месту рядом с собой. Эрл Грей взвизгнул от того, что его вытеснили, и направился на кухню. Северус сел туда, куда она указала, между ней и подлокотником дивана, зажатый и совершенно довольный. Она быстро придвинулась к нему, прислонившись телом к его телу, бок о бок, ее голова устроилась на изгибе его плеча. Обняв ее и притянув ближе, он подумал, что никогда не видел более прекрасного зрелища. — Это мило, — пробормотала она ему в грудь. — Да, — сказал он, сжимая ее плечо. Он закрыл глаза и откинул голову назад. Он позволил теплу ее тела прижаться к его телу и теплу камина окутать его. Ее запах наполнил его острые ноздри. От нее пахло весенним дождем и нарциссами. — Севви? — Хм? — спросил он, поднимая голову, чтобы встретиться с ее взглядом. Опухшие глаза и все такое, она была изысканной, как экзотическая птица, которая прилетела из ниоткуда и грациозно проскользнула в его жизнь. — Поцелуй меня? Он почувствовал, как его внутренности тают, когда он наклонился вперед и нежно поцеловал ее губы. Угол был неуклюжим, и вскоре она забралась к нему на колени, крепко прижавшись к его промежности. Он боролся с инстинктом громко стонать, когда она устроилась поудобней, пробуждая его так, как он предпочел бы не афишировать. Однако, когда она сидела так, было неизбежно, что она это заметит. И с тем, как она целовала его в ответ, проводя пальцами по его лицу и по его волосам, это пробуждение было неизбежным. Он горячо поцеловал ее, руки скользнули по ее спине, притягивая ее еще ближе, когда поцелуй углублялся. Когда она, наконец, остановилась, чтобы отдышаться, она прислонилась лбом к его, глаза широко раскрытые и бесхитростные, и он почувствовал, как его сердце забилось. Может быть, это все-таки было реально. Воодушевленный этой мыслью, он снова прижался губами к ее губам.