Как понять, что это не сон? Часть 1.

Ник считал себя профи. И именно поэтому он работал начальником охраны в одном из самых дорогих ресторанных комплексов Нью-Йорка. Платили здесь прилично, но и требования работодатель выдвигает соответствующие. Ника все устраивало. После того, как мужчина покинул службу в ФБР, это единственная работа, которая приносила ему удовольствие. Сегодня был обыкновенный трудовой вечер: банкетный зал зарезервировал какой-то арабский шейх в честь дня рождения своей …надцатой по счету молодой супруги. Задача перед службой охраны стояла стандартная: обеспечить безопасность клиента и гостей. Казалось, что может быть проще? Неординарных ситуаций тоже вроде бы не предвиделось, в общем, намечалась обычная рабочая смена. Ник сидел в комнате наблюдения, больше похожей на отдел с телевизорами в магазине техники, и пил кофе. В то же время, здесь же несколько десятков ребят следили за сотнями камер, находящимися по всему ресторанному комплексу. Полчаса назад начали появляться гости. Ребята Ника, уже рассредоточилась по зданию, бдели покой дорогих (в прямом смысле этого слова) гостей. Никаких происшествий не происходило, все шло, как по маслу. Еще через полчаса, когда все гости прибыли и успели закидать именинницу стоящими бешеных денег подарками, а Ник потягивал уже четвертую чашку своего любимого кофе, его отвлек один из охранников. - Что-то случилось, Джон? – спросил мужчина, отставляя пустую чашку, и подходя к другу. Тот стоял с рацией в руке и обеспокоенно хмурился. - Охрана на крыше не отвечает. Ник посмотрел на экран, прямо на девятую группу. Те стояли на посту, но рацию брать не спешили. Будто не слышали её. Ник забрал у подчиненного рацию, и сам попытался дозваться к охранникам 9-той группы, но ответом ему была тишина. Ник нахмурился. Ему это определенно не нравилось. Где-то внутри противно запищал датчик тревоги, что еще ни разу не подводил бывшего агента ФБР. - Давно они не реагируют? - Минут 15. Ник нахмурился еще больше. По непонятным причинам датчик внутри запищал громче. - Пошлите кого-нибудь из 5 группы, пусть проверят, что эти бездельники там делают. Генри кивнул, и нажал на кнопку рации. - Пятая команда, прием. Тишина. - Пятая, ответьте, прием! Тишина. - Пятая… -Хватит, - оборвал Джона Ник, и обратился уже ко всем сотрудникам, наблюдающим за начальством. – Изображение на камерах – запись. Проверьте все группы. Кто-то влез к нам в базу. Народ сразу засуетился. - Седьмая, прием… прием…. Ответьте, седьмая группа! - Вторая группа, вы меня слышите,… отвечайте, прием! - Третья группа, ответьте… Ник с беспокойством наблюдал за тем, как ни одна из групп охраны не отвечала на вызов. На камерах наблюдения ребята стояли на своих постах, всё как должно быть. Датчик беспокойства внутри уже просто вопил! - Может рации сломались? – предположил какой-то новенький паренек, чьего имени Ник еще даже не запомнил. - Все сразу? – рыкнул бывший агент ФБР, и паренек вжался в кресло. – Значит так, я хочу, чтобы.… В этот момент все и произошло. Ник, чей взор сейчас был направлен на монитор транслирующий изображение от камеры, снимающей сцену, увидел человека в чёрном, спрыгнувшего с потолка прямо за спину стоящему шейху. Что-то молниеносно блеснуло, и исчезло, а человек скрылся за кулисами, так и оставшись для половины зала незамеченным. Шейх в это время спокойно продолжал очередную поздравительную речь еще меньше мгновения, после исчезновения человека в чёрном, а потом захрипел, дернулся, и.… Тут даже Николаса, повидавшего за свою долгую жизнь многое, затошнило. Тело шейха, с хирургической точностью разрезанное от макушки до таза, разделившись на две равные части, медленно съехало на пол. Несколько секунд в зале стояла абсолютная тишина. Заглохла даже музыка. Гости в немом шоке смотрели на сцену, еще не понимая, что только что произошло у них на глазах. Наконец какая-то дама истошно завопила на весь зал. Ее крик привел гостей в чувство: люди начали верещать, и вскакивать со своих стульев, некоторые падали в обморок. Неконтролированная толпа понеслись к выходу из зала, сбивая на своем пути стулья и столы. В одно мгновение в зале воцарился хаос. Еще до того, как гости повалили из здания, Ник уже полностью взял ситуацию под контроль, вызвал полицию, отдал резервной группе приказ прочесать здание и задержать «тень». Мужчина не удивился, когда никто ничего не нашел. Потом приехала полиция и начала разбираться, а разбираться, как оказалось, в общем-то, не в чем. Вся охрана нашлась, жива и здорова деликатно оглушенная и мирно спящая. Несмотря на то, что во время… эм… разрезания шейха все гости смотрели на него, не говоря уже о 9 камерах снимавших происходящее, никто ничего не видел. Некоторые заметили лишь тень, мелькнувшую за спиной шейха, вот собственно и все. На одной камере, правда, вместо размытого пятна было отчетливо видно человека в черном костюме и в черной маске. Но от этого было мало толку. В общем, полиция ходила, задавала вопросы свидетелям, экспертная группа тыкала пинцетами, разворачивая бурную деятельность, но… Ник по опыту знал – висяк. Даже несмотря на статус и размер кошелька жертвы. Единственное, что выяснила полиция, это то, что шейха разрубили как кусок масла, причем катаной. Причем настолько профессионально, что расстояния от разреза и до уха одной половины тела, и расстояние от уха и до разреза другой – одинаково точны до миллиметра. Нику вспомнилось несколько случаев во время службы в ФБР, похожих на этот: скорее всего, работал наемник-профи из какого-нибудь клана ассасинов, а значит, хрен теперь кто-нибудь что-нибудь найдет. Ник похлопал себя по карманам, ища сигарету, но вспомнил, что у него закончились, а новая пачка лежит в машине. Развернувшись и сделав пару шагов в сторону стоянки, мужчина застыл: на крыше соседнего дома, на самом краю, стоял человек в черном, и наблюдал за происходящим внизу. Но не успел Ник и глазом моргнуть, как человек скрылся в тени, словно мираж. Мужчина простоял еще минут пять, тщетно пытаясь разглядеть что-либо, а потом его губы тронула ироничная улыбка. Напевая незамысловатый мотив, Ник медленно зашагал в сторону стоянки.

***

Понаблюдав несколько минут за суетящимися людьми в здании напротив, Кира убедилась, что задание выполнено как надо. Заказчик требовал, чтобы жертву убили публично, и обязательно особо жестоко. Кира на это лишь пожала плечами: хотите публично – окей, особо жестоко – да без проблем. Спустившись по балконам на землю, девушка зашла в переулок, стянула лыжную маску и тёмную одежду, спрятав вещи в ранее оставленный за баком рюкзак, а катану в тубус для чертежей, неспешным шагом направилась к трассе. Запрыгнув в первое же такси, девушка назвала адрес отеля, в котором остановилась, и расслаблено откинулась на сидении, прикрывая глаза. Кира уже успела задремать, когда внезапно услышала визг тормозов. Девушка только и успела, что повернуть голову, чтобы заметить приближающийся сбоку свет фар, а потом удар, сопровождающийся ужасным звуком, резкая боль, какое-то неприятное удушающее чувство, и все. Больше ничего не было. Ни туннеля, ни знаменитого света в его конце, на который обязательно нужно лететь, ни смерти с косой, или хотя бы какого-то ее подручного. Не было никаких видений, голосов, явлений, рая (что с учетом жизненных подвигов Киры даже не рассматривается как вариант). Ни ада (что гораздо вероятней), ни даже чистилища, или какой-либо другой библейской напасти. В общем, не было вообще ничего, что по предположениям должно быть, и, в чем так уверенно убеждали представители различных религиозных течений. Было воспоминание о приближающихся фарах, а потом резкое пробуждение. ** Кира жадно глотала воздух, ошарашено вглядываясь в темноту вокруг. Сердце бешено стучало в груди, и девушка сама не заметила, как вскочила с футона. С футона….?! Откуда он здесь? Когда это она последний раз спала на футоне? - Ч-что происх-ходит…? Голос был каким-то звонким и писклявым. И определенно чужим. От этого стало еще хуже. Все тело Киры парализовал страх, и ее заметно потряхивало. Послышался топот за седзе. Девушка повернула голову на звук. Вскоре, чьи-то быстрые шаги начали приближаться к дверям…. Почему-то Кира точно знала ГДЕ эта дверь находится. Не дверь, поправила она себе неосознанно, сёдзи. Это опять показалось ей странным, но вскоре пришлось отвлечься от своих мыслей, так как в комнату кто-то ворвался, и в глаза бросился свет керосиновой лампы. В первые мгновения, будучи ослепленной, Кира зажмурилась, но быстро привыкнув к освещению, девушка ошарашено осмотрела стоящую на пороге взволнованную девушку. Она с беспокойством в глазах смотрела на Киру. - Мама… Все тем же писклявым голосом выдавила девушка, и ее глаза в шоке расширились. Какая нахрен мама? И сразу же дала себе ответ: моя мама. Взгляд сам собой зацепился за девочку, лет семи стоящую напротив. Оцепенение, которое завладело ее мыслями в тот момент, когда Кира поняла, что это она отражается в зеркале, своей комнате, можно было сравнить с ощущением неожиданного падения в пропасть с наивысшей точки Гранд-Каньона. Теперь все ее существо наполнял уже не страх, а первобытный ужас, от которого закладывало уши, хололо в груди, а к горлу подкатывала паническая тошнота. Напряжение было настолько сильным, что Кира нашла ему единственный выход, заорав во весь голос. Детский голос. Это было уже слишком. Сознание Киры не выдержала такого, и девушка почувствовала, что ей тяжело дышать, а перед глазами заплясали темные круги. Губы онемели, конечности дрожали, а грудную клетку как будто сжали в стальных тисках. Как бы Кира не старалась, но не могла сделать даже вздоха, отчаянно хрипя. Во рту разом пересохло, и вскоре девушка потеряла сознание, кулем свалившись на пол. Где-то на краю, она еще чувствовала руки… мамин? ее голос с нотками истерики, и другой голос, мужской, такой же взволнованный. Папа….

***

Кира в сознание пришла так же резко, как и впервые, вот только в этот раз она отделалась дрожью во всем теле, и почти сразу подавила зарождающуюся панику. Сделав несколько вздохов, девушка окончательно пришла в себя. Себя… «Себя»… «Я». С «Я» было все как-то непонятно, запутанно и можно даже сказать, таинственно. Кира осознавала себя, как сорокашестилетняя Кира Петрова, профессия – наёмный убийца. В то же время она точно знала, что является Иошики Миурой, семилетней дочерью второго сына одного уважаемого торговца из города Каракура? Кира села. Прикрыла глаза, и пару раз глубоко вздохнула, но тело все равно продолжало колотить как в лихорадке. - Так, - сказала она себе… ДЕТСКИМ ГОЛОСОМ.… Решив, что это сейчас подождет, девушка опять переключилась на информацию о ее местоположении, рассуждая вслух. – Каракура… 11 июня 1901 год. Чудесно, Япония эпохи Мэйдзи. И… я в прошлом? Почему я в прошлом? Так, спокойно…. – Еще один вздох. Наспех вытерла выступивший пот со лба. Мысли ворочались с трудом, напоминая густой кисель. – Не могла же я попасть в прошлое! Может я сошла с ума? – Девушка оглянулась: «чужая» кровать, точнее футон, расстеленный прямо на полу. Тоесть татами. Сквозь раздвинутые седзи пробивается слабый лунный свет. Тёплый летний ветер гулял по комнате, принося ясность мыслям. Со лба сползла мокрая тряпка. Наверное компресс. Нет, если бы я сошла с ума, я бы заметила. Я умею замечать малейшие отклонения от реальности. Скорее всего все по-настоящему. В это верится еще меньше чем в то, что я сошла с ума. Ладно, я живу в Каракуре, во времена эпохи Мэйдзи - период индустриализации и реставрации страны. Это не похоже на путешествие во времени, потому что я не в своем теле, и я помню то, что со мной не случалось. Это то, что в первую очередь должно беспокоить. Мое раздвоение личности более насущный вопрос. Могу ли я быть Кирой Петровой, которой привиделось, что она семилетняя девочка? Или Иошики Миуре привиделось, что она Кира Петрова? Буду рассуждать логически. Пока стоит положиться на факты. Так, если я ребенок, которому, кажется, что он взрослая женщина, то откуда появились знания трех языков; или как взломать систему безопасности, которою сейчас и здесь ещё даже не придумали; знания боевых искусств, и владение оружием; или понимание как отличить «Глок 17», от «Глок 26»; или…. Ладно. Кира существовала. Это возьму за факт. Есть вероятность, что я в коме после аварии. Но это не лучших ход событий, отложу его как рабочую версию. Пока что пойду другим путем. Если я Кира Петрова, и мне показалось, что я семилетняя девочка. Что может стать подтверждением, кроме моего внешнего вида? Иошики Миура знает японский, а Кира нет. Чтобы Кира приобрела знания этого языка, ей нужно было быть Иошики. Это второй факт, подтверждающий существование девочки. У меня есть два варианта. Первый: я умерла, как Кира, и переродилась как Иошики, при этом каким-то образом сохранив память о прошлой жизни. Возможно ли такое? Некоторые люди утверждают, что помнят свои прошлые жизни, кто знает, может я такая же. Второй вариант мне не нравиться: я все таки в коме и у меня бред. И раздвоение личности, довольно качественное кстати. По крайней мере, логически я пока никаких отклонений вычислить не могу. Хаааа!! – Женщина… девочка растерянно взлохматила свой типично темные для японки волосы. – Как же все запутано. Так-с, буду исходить из положений первого пункта – я Иошики Миура, реинкарнация Киры Петровой. Сейчас 1901 год. Когда Кира умирала, был 2026. Значит, либо я реинкарнировалась в прошлом, либо это вообще какой-нибудь параллельный мир… Маленькая девочка, сидящая на футоне, чужим для ребенка жестом устало потерла глаза. Внезапный писк раздался в комнате. Это был совершенно чуждый этой эпохе звук.

🅾️Оповещение! [Вы выполнили все необходимые требования секретного задания «Путь озарение!»]

Полупрозрачная табличка висела прямо перед носом Киры! Висела в воздухе! И это было совершенно невозможно…. Инстинктивно Кира отшатнулась, отползая, пока не уперлась спиной в деревянный комод… самое безумное, что полупрозрачная табличка последовала за девушкой! - Блядь! Кира зажала рот ладонью, чтобы опять не закричать. Дзинь! Табличка мигнула и ее текст изменился.

🅾️[Вы заработали право стать игроком. Принять?

Да✅ Нет❌

- Блядь! Девушка совершенно шокировано смотрела на табличку, так похожую на системное окно из её мира будущего. Кира нерешительно махнула рукой, и она прошла сквозь окно, как сквозь голограмму. Как это возможно? Девушка оглянулась вокруг, пытаясь отыскать проектор, пошарила рукой по футону, посмотрела за комодом, под котоцу, и за зеркалом, в красивой резной деревянной раме. Ничего. Абсолютно ничего. Окно продолжало преследовать Киру, куда бы она не поползла. - Что происходит? В ответ девушке была тишина. Вернувшись на футон Кира прикрыла глаза, и попыталась очистить разум от ненужных мыслей и эмоций. Открыла глаза.

🅾️[Вы заработали Право стать игроком. Принять?

Да✅ Нет❌

- Итак, ты не исчезла. – Кира вздохнула, и звук получился слишком громким в тишине комнаты. За не до конца прикрытыми седзе все ещё поблескивала луна. Мир казался совершенно обычным, с поправкой на эпоху. – Может это и есть признак сумасшествия? – Табличка удостоилась более придирчивого взгляда от детских глаз. – Во всяком случае, я не собираюсь принимать неизвестное предложение от неизвестно кого. Кто бы ты ни был, я отказываюсь. Стать игроком? Каким ещё игроком? Я же не в компьютерной игре… - Девушка внезапно нервно взглотнула. – Ведь нет? – Шум ветра донёсся с улицы, хоть как-то разрушая тишину комнаты. – Отлично. Чтобы это не было, я отказываюсь. Ребёнок уверенно тыкнула пальцем в табличку, на надпись [Нет] ❌. На удивление, её палец не провалился сквозь окно, а наткнулся будто на сенсорный экран. Дзинь! Появилась новая табличка.

🅾️[В случае отказа вы теряете возможность стать игроком. Вы уверены?]

Да❌ Нет✅

Кира упрямо тыкнула на ответ [Да❌]. Табличка исчезла. Девочка оглянулась, осматривать комнату, и больше не наблюдая ничего необычного. Что это было? Посидев так некоторое время, в ожидании неизвестного, Кира больше не наблюдала никаких аномалий. Вздохнув и немного расслабившись девочка откинулась на подушку. - Спать. Мне надо поспать. – Пробормотала она, тут же следуя своему наставления и мгновенно засыпая. Кира не услышала, как отодвинулась сёдзи, спустя десять минут, и все та же женщина, которая мама, подошла к футону, и присела на колени, чтобы поменять спавшую повязку.