Что таится в этом лесу?

Девушка помахав мне своей рукой, развернулась и пошла дальше, а я до сих пор стоял и провожал её своим влюблённым взглядом.Когда скрипачка уже вошла в свой дом, то я почувствовал облегчение на душе, однако возвращаться в свой сумасшедший дом не хотелось.Возможно, я был готов даже побывать в гуще леса, но только не со своим пьяным отцом, который способен на что угодно. Стало ещё хуже, когда я осознал, что начинает темнеть, и что я могу ещё больше схлопотать по морде за то, что пришёл слишком поздно.Но мне никуда не деться, не буду же я жить на улице все свои оставшиейся годы до 18 летия. Я не спешными шагами развернулся от дома Полины и направился в путь к своей неизбежной участи.Даже в участке милиции я чувствовал себя больше в безопасности, чем в месте называемым домом.Серьёзно, хоть и старший лейтенант вместе со своим напарником умело до меня доёбывались и подкалывами меня, но я мог им отвечать тем же, и не получить за это звонкую пощёчину, в отличии от отца, который относиться ко мне не как к сыну, а как с оборванцу с улицы, которого видит в первый раз. В посёлке затаилась неприятная тишина, видно все крайне обеспокоены пропажей подростка и теперь забегают в свои дома в раннее время, один я такой идиот, иду домой когда уже темнеет, но что только не сделаешь ради своей любви.Я не мог бросить Морозову одну, не мог допустить, чтобы она шла в одиночестве к себе домой. Под грузом различных мыслей, я дошёл до своего дома, свет в окнах горел, что обозначало то, что родители не спят.Мама наверняка находится на кухне и готовит мне ужин, ну или уставшая сидит в гостиной и смотрит свои сериалы, а вот батя точно бухает, не важно в каком именно месте и в каком углу дома, но бухает. В голове представилась картина, как тот жёстко избивает меня, материт всеми возможными ругательствами и твердит о том, как жалеет о моём рождении.А я после всего этого, как беззащитный котёнок, ложусь в свою кровать, складываюсь комочком и засыпаю, подчиняясь своим ночным кошмарам. Нет, я ни за что не хотел признавать то, что абсолютно беззащитен и слаб при сравнении с отцом.Но это действительно была горькая правда, я не мог дать ему отпор, пусть уже и не 12 летний мальчик. Я зашагал на встречу к своей сырой клетке, из которой никак не выбраться и где меня ждут лишь одни унижения и гниль.Дойдя до двери я слегка дёрнул за ручку, в сердце мучительно заныло, накрыла тревожность.Я зашёл внутрь дома, тут же запах алкоголя ударил мне в ноздри, я еле сдержался чтобы не прийти в приступ кашля. Закрыв дверь, я снял с себя рюкзак и отложил его в сторону, после к нему перешла и кожаная куртка с шапкой, было лень складывать все вещи аккуратно, заносить рюкзак в комнату и разбирать вещи оттуда, пусть и в прихожей побудет.Я разулся, было подозрительно тихо, казалось, можно радоваться, но скорее всего это затишье перед бурей, и отец хитрым способом заманивает меня. Вдруг из гостиной раздались чьи-то голоса, я понял что мама сидела там увлечённая сериалами.Я слегка прошёл вперёд, и решил сначала заглянуть к себе в комнату, а потом уж как нибудь решиться пройти на кухню. Спешно я открыл дверь в свою комнатушку, и зашёл внутрь.Но тут меня ожидал явно не покой и умиротворение. В моей же комнате, меня поджидал отец, он стоял и смирил меня своим суровым взглядом.Батя специально ожидал меня в моей же комнате, чтобы всыпать пиздюлей, и чтобы я никуда не спрятался от него и не заперся. — Явился не запылился, да? — Спросил он хмуро и сделал шаг ближе ко мне. Моё сердце обледенело, я уже подготавливался к побоям и свежим ранам от грубых ударов отца. — Где ты шлялся? Время видел? — Рявкнул он резко, и ударил кулаком по тумбочке, что стояла мирно неподалёку.От его удара тумбочка затряслась. Я с трудом сглотнул слюну, без малейшей надежды найти себе оправдание, я не мог сказать ему о том, что провожал девушку, в которую влюблён и что даже защитил её от отморозка. Отец не загордиться мной. Никогда не загордиться, лишь найдёт новый повод для избиений, скажет «Бабы таких пожертвований не заслуживают.» — Чего молчишь? Язык проглотил? — Батя не останавливался и продолжал сверлить меня своими острыми глазёнками, и злобной речью. — Не знал о пропажи Вовы этого? Мусорок буквально недавно приезжал и спрашивал о нём.Захотел чтобы и твоё фото на объявление о пропаже красовалось? — Продолжил отчитывать меня отец, в тоне читалась лишь ненависть. С чего он это сказал? Неужели волнуется, что потеряет сына? Ни за что в это не поверю.Так и захотелось подколоть батю в этом, сказать что-то по типу «А что, неужели волнуешься за меня?» И сказать это настолько язвительно, насколько можно. — А ты чё, волнуешься за меня? — Спросил я, но в голосе моём не слышалось подкола, скорее любопытство внутреннего ребёнка, что так нуждался в заботе и ласки от родителей. Мужчина гадко усмехнулся, я сразу понял, что его ответ будет очень болезненным для меня.Захотелось выбежать из комнаты, а после из дома, но сил не было, ноги словно прилипли к полу. — Волнуюсь? Бред не говори. — Унижающе процедил он сквозь зубы. — Просто отчитывать мусорок то меня будет, что я тебя такого непутёвого щенка не уберёг, а мне проблемы с этими ментами не нужны. — Выговорил он, в его голосе я не услышал отмазок, лишь услышал чистую правду, он не лгал и говорил всё, что думает. — Да и если ты сдохнешь.Над кем я измываться буду? Над мамашей твоей? Извини, но ты для меня более интересная как личность и как жертва для издёвок. — После этих слов он оскалился и засмеялся как сумасшедший. Мне захотелось заплакать, но я сдержался и не показывал свою слабость, лишь стоял и невозмутимо глядел на него, мой глаз не дёргался, я не шмыгал носом, губы не дрожали предательским способом. Я не был удивлён этим словам, но я просто устал слышать их и прочее дерьмо, которое отец выливал на меня.А особенно было горько от того, что он действительно меня ненавидит, ненавидит и презирает родную кровь.И то, что я один на этой планете, тоже было ужасно невыносимо осознавать. — Чё молчишь? Больно выслушивать правду? — Батя никак не мог угомониться и продолжал своё унижение. Его слова могли заглушить только громкие разговоры по телевизору что издавались из гостиной, и то не очень сильно. — Ну Ромочка.Пора и наказать тебя за лишний вопрос, а также за то, что припёрся так поздно. — Он выговорил это и размял руки, приготавливаясь к тому чтобы избить меня. Я отошёл на шаг и ударился спиной о уже закрытую дверь.Хотелось позвать на помощь, но никто мне не поможет.Матери будет абсолютно поебать, она даже не услышит мои душераздирающие громкие стоны от боли. Батя приближался, и я зажмурился, уже представляя удар, лишь размышлял, куда прилетит кулак отца.В щёку? В лоб? В плечо? В живот? Правильный ответ был в щёку.Мощная пощёчина почувствовалась на моей щеке, оставляя красный след.Я упал и схватился за больное место, приоткрывая глаза, не осмеливаясь взглянуть на своего отца. На этом он не остановился.Тут же сильный пинок прошёлся по моему животу, заставляя разлечься полностью на полу.Одна моя рука продолжала хвататься за щёку, а вторая опустилась на живот.Желудок сразу встрепенулся, издавая урчание, он явно ожидал еды, но не побоев. Я разлёгся на полу и сжал губы, дабы стон не прозвучал с моих уст, ведь боль в животе всё нарастала и распространялась по всему моему телу. Отец пнул меня в ногу, затем в бок, его пинки продолжались и проходили по всем возможным местам на моём теле.Я вспомнил, как также избивал Бабурина, но пинки отца оказались намного жёстче моих же. Я начал стонать от боли, уже не пытаясь сдержать свои стоны от нарастающей боли.Тело всё ужасно заломило, я хватался за пол пытаясь отползти от тирана, но он нагонял меня и не отставал. Я хотел выкрикнуть «Помогите!» Или «Прекрати!» Но это всё было бессмысленно, абсолютно бессмысленно, и эти слова сделают ситуацию хуже, да и не осталось у меня сил на то, чтобы вымолвить что либо. Внезапно тиран остановился, он грубо схватил меня за руку заставляя подняться.Я кое как встал на ноги и чуть было не упал сам, но батя помог мне в этом и влепил свой кулак возле моего глаза.Я с грохотом рухнул на пол, держась уже за место возле глаза, наверняка образуется фингал, я приду в школу, и все сразу кроме моих друзей подумают, что я подрался.Полина отвергнет меня, Катька распустит сплетни, Бабурин засмеёт и всё будет крайне гадко. Отец не собирался останавливаться и вновь подходил ко мне, непрыривисто тяжело дыша, он напоминал мне сейчас хищного волка.Я отползал цепляясь за пол, и уже дополз до своей кровати, цеплялся за что угодно как за свою защиту, но ничто не спасало меня. Я взглянул на отца, он уже замахнулся, чтобы влепить новый удар, но внезапно раздался звук открывающейся двери.Это была мать. — Хватит уже его избивать, достаточно с него. — Выговорила мать усталым голосом, словно уже вымоталась слушать мои стоны и взвизгневания. Я практически не мог разглядеть её лицо, так как в глазах поплыло и стало размыто, словно моё зрение ухудшилось за несколько минут. Отец остановился окончательно и отошёл от меня, недовольно пробормотав что-то себе под нос, будто нехотя соглашаясь с матерью. — Думаю, ты права. — Буркнул он и вышел с комнаты, слегка оттолкнув от себя супругу. Мать недовольно вздохнула и уставилась на меня, такого беспомощного лежащего на полу, мне захотелось зареветь на месте. — Спать ложись.Ужина не будет. — Холодно сказала она, и ушла, закрыв за собой дверь. Она не подбежала ко мне, не спросила, что болит, не обработала мои свежие раны, просто ушла, будто бы я был для неё чужим человеком. Я остался один, приходилось дальше лежать на полу словно я был практически мёртвым, и тихо мычать от боли, что распостранилась по всему моему телу.Мне захотелось умереть на месте, чтобы не испытывать это жалкое унижение и боль не только в теле, но и в душе, но я не мог позволить себе умереть такой смертью, и оставить своих друзей, а также возлюбленную девушку. Я начал аккуратно вставать, боль стала ещё сильнее и я сжал губы, дабы ничто не вылетело с моих уст.Я перетерпел множество побоев со стороны тирана, но эти пожалуй, надолго отпечатаются в моей памяти.И в голове не укладывалось одно.Как можно избить своего сына за такую ерунду? Чем я заслужил такое отношение к себе.Как эти люди вообще посмели сойтись и родить ребёнка, над которым начнут тут же измываться. В память тут же словно волна хлынули слова отца. " Да и если ты сдохнешь.Над кем я измываться буду? Над мамашей твоей? Извини, но ты для меня более интересная как личность и как жертва для издёвок. " В его словах читалась лишь полная правдивость, я для него как жертва для пыток, не больше.Он удовлетворяется, когда кто-то получает боль от его ударов.Чёртов псих.И никто же мне не поможет выбраться из его лап, никто не протянет мне руку и не вытащит с этой дыры, я останусь здесь гнить до своего совершеннолетия. Слезинка всё-таки выпустилась с моего глаза и скатилась по щеке, оставляя мокрый след, я уже не пытался сдержать слёзы, хуже всё равно некуда.Я готов был сейчас прижаться к кому угодно, и зареветь тому человеку в плечо, будь это будет сам мент, без разницы, зато я смогу выплеснуть свои чувства кому то, которые накопились за многие годы в моём сердце и искали выход наружу. Я поднялся на ноги, одновременно поднялась и новая стадия боли и я чуть не рухнул обратно на пол, но к счастью смог удержаться. Обернувшись на свою постель я плюхнулся на неё, схватил одеяло и укрылся им, зажал свой рот подушкой, дабы не было слышно моих судорожных всхлипов. Слёзы пошли словно рекой из моих глаз, сердце стучало как бешеное, а дыхание было жутко рваным, создавалось чувство, что я сейчас задохнусь от собственных слёз и от своего горя. Было ужасно обидно, смешанные чувства находились в моей душе.Ненависть к отцу, ненависть к матери, ненависть к самому себе, и собственно, не доверие ко всему этому миру, ко всем взрослым, которые в моих глазах оставались равнодушными и жестокими скотинами. Слабость овладела моим телом, даже не смотря на мою истерику, сон так и стучался ко мне, будто пытаясь спасти меня хоть на некоторое время, извлечь из этой клетки, словно птицу, над которой сладко поиздевались. Мне хотелось сбежать из дома, уйти к кому угодно и куда угодно, пусть даже в лес, лишь бы не тут.Но я не мог встать с кровати, тело больше не слушалось меня и требовало лишь сон, ничего больше. И я всё-таки уснул, даже практически не двигаясь, так как не мог пошевелиться из-за нарастающей боли.Я забыл абсолютно про всё в этот неблагоприятный момент, даже про то, что должен был повторить несчастные пропорции Антона.План вновь рухнул и вновь что-то помешало мне сделать это. Темнота поглотила меня полностью, я больше ничего не слышал, не чувствовал, но это стало моим единственным спасением хотя бы до утра. *** Проснулся я от звона будильника, который был слышен чуть ли не на всю квартиру.Я вздрогнул, словно проснулся от удара отца по стене или по тумбочке, как уже было много раз.Тело немного прошло, но продолжало ныть и в нём расстекалась слабость и не желание двигаться. Я привстал и потёр глаза, времени чтобы собраться ещё полно, но в любом случае мне этого совсем не хочется.Я вновь не повторил эти грёбаные пропорции, но оправдание у меня было, это единственное что сейчас успокаивало меня. Было ужасно то, что я помнил все избиения от начала до самого конца, и буду, похоже помнить всю жизнь, но не буду напоминать это отцу, буду напоминать самому себе и реветь в тихую из-за этого. Я вырубил будильник, который начал раздражать и вгонять тревожность в меня своим звоном. Мне хотелось надеяться на то, что на моём лице не красовались следы или тем более фингалы от побоев отца.Но вряд-ли я мог обойтись без них после столь сильных безжалостных ударов.Как мне показаться в школе? Что кто подумает обо мне? Это чертовски унизительно.Но мне некуда деваться, раны всё равно рассосутся через долгое время, не могу же я так долго прогуливать уроки и гнить заживо на улице. Я словно в замедленной съёмке встал с постели, ноги от боли не задрожали, это внушало хоть маленькую надежду на улучшение самочувствия. Боль не то чтобы была сильной, но зато была жутко неприятной и отдавала в другие части тела словно прострел. Я зашагал на встречу к двери, уже не боясь того, что могу получить новые удары от отца, хер с ним, пусть делает, что хочет.Я уже ничего не чувствую в своей полностью опустошённой душе.Лишь переживание за друзей и за Полину, или же ещё за то, что подумают окружающие обо мне, увидев мои раны на лице, если они конечно присутствуют. Дёрнув за ручку, я не спешными шагами вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.Тут же рванул с места и подошёл к зеркалу, закрыл свои глаза, боясь увидеть своё отражение.Я набирал воздух в лёгкие, дабы приготовиться к жуткому зрелищу. Открыв глаза я увидел лишь такую картину: на щеке красуется малозаметный уже розовый след от пощёчины, а возле правого глаза красуется свежий фингал, который нечем не скрыть, а также и разбитая губа, которая была повреждена скорее всего из-за того, что мощный пинок отца прошёлся прям по ней. Я выглядел сейчас как какой-то неухоженный бомж.Кто такого как я, сможет полюбить? Даже самая страшненькая представительница прекрасного пола на меня не посмотрит, что уж говорить о первой скрипке школы, которая так прелестна и красива. Я хмыкнул от нарастающей обиды и ненависти к отцу, так хотелось дать ему отпор, но я не мог сделать это чисто физически.Из-за этого я чувствовал ещё более беспомощность в себе. Внезапно послышался хриплый, но звонкий голос отца, он издавался из кухни, я вздрогнул от неожиданности и с опаской взглянул в сторону кухни. — Рома - полное ничтожество!Я уже конкретно заебался жить с ним под одной крышей! — Лаял словно собака отец, по видимости он вычитывал эту "лекцию" матери.Его слова были слышны на всю квартиру, и издалось эхо, которое передразнила его и ранило мой слух с новой силой. Эти слова не были для меня удивительными, скорее я слишком заебался слышать их.Я опасливо начал подходить к кухне, дабы подслушать, что ответит мать на это.Я освежил свой слух, выглядел сейчас как крыса. — Ну а что я поделать то могу?Потерпи ещё немного, эта обуза когда нибудь рассосётся, ему исполнится 18 и мы вышвырнем его из дома. — Спокойным голосом выговорила мать. Слова матери ударили мне в самую больную точку в моём сердце.Если я привык слушать всю грязь от бати, то от матери услышал такое впервые.Пробудилось желание выскочить на кухню, и высказать всё, что я думаю, а после выбежать прочь из дома, и никогда здесь больше не появляться, но ноги не слушались меня, и просились только на путь к входной двери. Я развернулся и направился к выходу из этого горящего ада.Взяв кожаную куртку я накинул её на себя, после натянул и шапку, спешно обулся и взяв рюкзак, накинул его на одно плечо.Мне было плевать на то, что в портфеле не хватало каких-то учебников или тетрадей, сейчас было абсолютно не до этого, лишь бы побыстрее покинуть это гадкое место. Быстро дёрнув за ручку двери я выскочил на улицу, сегодня был сильный мороз, намного сильнее чем вчера.Я захлопнул за собой дверь будто пытаясь этим отвлечь родителей от неприятного разговора, но отвлеклись они, или нет, мне уже было плевать на это. Я зашагал вперёд, намереваясь поскорее дойти до школы.Боль в теле прошла, словно её и не было.Может просто моральная боль заглушила физическую, меня это не волновало. Желудок урчал от голода, но рот не желал принимать даже маленький кусочек какой либо пищи.Я не знал, что буду делать после уроков.Лишь мог попросить у кого-то переночевать у них, но родители моих друзей вряд-ли примут меня.Чтож, сейчас я был готов наверное даже быть в гуще леса, но только не с родителями, которые так ненавидят меня. Под влиянием мрачных мыслей, я не заметил, как уже дошёл до школы.Мне хотелось прикрыть рукой свой фингал и свою рану на губе, а также небольшой след на щеке.Но было бесполезно, рано или поздно, взоры учеников с вниманием начнут разглядывать моё лицо, это неизбежно. Я зашёл внутрь здания и сразу же меня встретил неживой взгляд пропавшего подростка, объявление которого до сих пор висело на стене, напоминая о существовании Вовы. Я направился в раздевалку, проходя через толпу бунтующих учеников, те сразу же воткнули в меня свои взоры, словно кол, от чего мне стало тошно. Я думал что хуже уже некуда, пока не наткнулся на Катьку Смирнову, которая пришла навстречу ко мне, она по видимости выходила из раздевалки. Мне захотелось сразу же убежать, однако этот ядовитый взгляд словно заколдовывал меня, манил к себе, как собаку. — Ой.А что с лицом, Пятифан? — С издёвкой выговорила русоволосая девица и вскинула бровь.Тут же фирменно сложила свои ручки. Я опешил и начал мычать что-то невнятное, озирая вокруг других учеников и коридор. — Не твоё дело, Смирнова. — Рявкнул я злобно, на смену стыда тут же пришёл и гнев. Легко я оттолкнул стерву от себя освобождая проход, тут же ускорил свои шаги, дабы убежать от неблагоприятного диалога. — Как же как же! Опять сумасшедший отец избил, да? — Выкрикнула Катерина мне в спину, не желая униматься. Я почувствовал её палец, который тыкал прямо на меня, также почувствовал и чужие взгляды на себе.Другие наверняка сейчас зырят на меня, и презрительно мотают своими головами. Я остановился на месте, но сдержав свой нарастающий гнев пошёл дальше, не собираясь разговаривать с этой бестией. Катька уже наверняка, подошла к своим подружкам и начала распускать новую сплетню. Я забежал в раздевалку и в порыве гнева ударил кулаком об стену, настолько что всё помещение чуть ли не начало трястись, а уличная одежда других учеников которая непринуждённо висела чуть ли не упала на пол. Я скинул с себя рюкзак и отложил его в сторону, дабы тот не мешал мне полноценно снять с себя уличную одежду. Я снял с себя кожаную куртку, она мне показалась какой-то тяжёлой, словно в неё влилась вся моя моральная боль.Повесив куртку, я снял с себя шапку, а после и разулся. Настроение было отвратительным, я боялся попасться на глаза Полине, ведь она мигом меня осудит.А может, русоволосая сплетница сейчас уже рассказывает Полине про то, что я пришёл избитый в школу. Тьфу, как же гадко и мерзко.Как же я ненавижу всех тех, что причинили мне столько душевной боли, а сами остались без единой царапинки в своей гнилой душе. Накинув на себя портфель я направился в класс, уже приготавливаясь к новой порции осуждающих взглядов.Лишь Антон с Бяшей могли смотреть на меня с сочувствием среди других. Зайдя в класс я внимательно осмотрел всех одноклассников.Антон с Бяшей мирно сидели на своих местах, Петров что-то тщательно рисовал, а Будаев ковырял в носу, периодически раздавая плевки на пол. Я не обнаружил Полину, её место пустовало, это меня обеспокоило, надеюсь, с ней всё в порядке и что она не слушает сплетню от Катьки. Никто из одноклассников пока не обратил на меня внимания, что внушало хоть какую-то надежду.Я поймал на себе лишь взгляд бурята, а после и взгляд Петрова.Увидев мой вид, они были явно обеспокоены и смотрели на меня с сожалением. Я шмыгнул носом, пытаясь быть стойким и равнодушным ко всему.Подойдя к своей привычной парте, я плюхнулся на стул, и уткнулся подбородком в парту, пытаясь не обращать внимания на взволнованного друга. — Ромыч, на.Это кто ж тебя так побил? — Спросил осторожно парень, коснувшись моего плеча. Я был в полной досаде и промолчал, лишь промычал недовольно, явно показывая то, что не готов к допросам. Петров сразу же вскочил со своего места и подошёл к нам, я почувствовал его внимательный взгляд на себе, и мне даже не стоило обернуться, чтобы заметить его. — Ром.Кто тебя так избил? Что случилось? — Расспрашивал с волнением Петров, поправляя свои очки. Я ненавидел, когда обо мне заботились, хоть и так нуждался в этом.Сам не мог определиться, нравится ли мне забота, или нет.На самом деле, моя злоба по отношению к заботе скорее всего, лишь защитная реакция, ведь я никогда не ощущал этого со стороны родителей. — Не важно. — Пробубнил я, озирая весь класс, некоторые одноклассники уже, заметив моё присутствие, начали глазеть на меня как шпионы, давя меня этим изнутри. — В смысле не важно, на! — Недовольно буркнул бурят разводя руки в стороны. — Мы же..Как никак..Переживаем, на. — Бяша произнёс это как-то неуверенно, видимо по той причине, что не любил всякие сопли и милоту. — Отец меня избил. — Тихо произнёс я, перед этим откашлявшись. Я сдерживал свои бурные эмоции, что копились с неимоверной силой в грудной клетке, так как считал, что достаточно уже проревел ночью, и если я щас зареву, буду выглядеть как девчонка, в глазах других. Бяша с досадой начал вздыхать, Антон прикрыл рот рукой от удивления, будто бы услышал впервые о том, что меня периодически избивает отец. Мои друзья явно не знали, как поддержать меня, поэтому просто молчали, уставившись на меня. Я мог оправдать их молчание, ведь разве в такой ситуации можно поддержать? Их «Не переживай сильно Ром» или «Всё будет хорошо.» Будет звучать крайне глупо и нелепо. — Может ты тогда..У меня переночуешь сегодня? Заодно и научу тебя сполна пропорции лица рисовать! — Внезапно произнёс Петров, пытаясь меня подбодрить. Я обречённо улыбнулся оценивая шансы его помощи. — Не думаю, что твои родители примут меня. — С досадой сказал я, выпрямив спину. Петров встал в задумчивую позу, раздумывая зря он предложил это, или нет.Парень сам сомневался в благих намерениях своих родителей, это было отчётливо видно, но то, как он отчаянно хотел помочь мне, забавляло и заставляло вогнаться в неудобное положение. — Да примут! — Резко воскликнул Антон уже более уверенно. — Я давно хотел тебя с ними познакомить, а даже если и не примут, я за тебя горой! — Храбро произнёс Петров, шутливо положив одну руку на свою грудь. Бяша сам выдал из себя тихий смешок услышав слова товарища, а я находился в полном изумлении. Тоха был прав, и я мог вполне себе довериться ему, ведь дружил с ним уже давно не один год. — Ладно..Давай. — Вымолвил я из себя, моё настроение явно улучшилось, а благодарство к Петрову было огромное, но я не знал, как его выразить. — А..Меня с собой возьмёте, на? — Боязливо спросил бурятёнок, будто боясь получить твёрдый отказ. — Просто я с мамкой поссорился вчера, не хочу пока ей на глаза попадаться. — Сказав это паренёк потёр нос и принял более опечаленное выражение лица. Я почувствовал полное понимание к своему лучшему другу, и сам надеялся на согласие Петрова. — Конечно возьмём, Бяш! — Произнёс Антон поправляя свои очки. Я похлопал Бяшу по спине стараясь этим действием поддержать его, чтобы тот не начинал грустить. — Ну ну братан, выше нос! Мы вместе справимся со всеми трудностями. — Утешающе выговорил я, не сомневаясь в собственных словах. Бяша заулыбался показав зубы, его улыбка всегда забавляла меня и умиляла, ведь смотрев на неё можно было увидеть того 12 летнего Бяшу, который был ещё совсем наивным. — Спасибо братва, на. — На радостях проговорил бурятёнок, можно было подумать, что в нём проснулось желание прямо сейчас заобнимать нас до смерти, но он сдерживал себя, дабы не показаться сопливой девчонкой или педиком. — Один за всех. — Начал уверенно я, сложив руки на груди и смотря то на Тоху, то на Бяшу. — И все за одного! — Дружно и одновременно воскликнули друзья, так громко что одноклассники обратили и на них внимание и покосили на них свои взгляды. Мне уже было похуй на то, что одноклассники заметят мои раны, а также и на то, что Катя распустит очередную сплетню, переживания были лишь по поводу Полины, ни больше. Друзья действительно с лёгкостью подняли мне настроение, и из хмурого подростка я стал словно жизнерадостным мальчиком, который не способен знать что такое равнодушие и жестокость от родителей. Внезапно в класс гордой походкой зашла Смирнова, она сложила руки за спину и вздёрнула вверх голову, копируя походку своей обожаемой матери. Я стёр свою глупую улыбку, но старался и не кидать взоры на злобную Катьку, которая так требовала к себе внимания, лишь бы разразить конфликт. Друзья сами замолчали, а Петров увидев сплетницу развернулся и направился к своей привычной парте, даже не сказав ни слова. Бяша же закатил глаза от недовольства, но после сделал вид, что смотрит что-то в своей тетради, я постарался сделать тоже самое. Сплетница спокойно уселась за парту что находилась впереди нас, она элегантно махнула своей длинной косой, а после взялась за книгу.Я был рад, что она не доебалась до меня, не хотелось сейчас с ней разговаривать, да и к тому же я пообещал самому себе, что ничто и никто не испортит мне настроение. Я увидел Полину в дверном проёме, она также зашла в класс скромной походкой.Я весь подобрался, чтобы не выглядеть перед ней как полный отморозок, который уже успел подраться с кем-то. Её изумрудные глаза остановились сразу же на мне, захотелось зажмуриться лишь бы не видеть её реакцию на мои следы от побоев.Но я сидел с невозмутимым видом и отвёл от неё свой взор, молясь в мыслях чтобы Катька ничего не вякнула Полине. — Вот и Полинка пришла, на. — Произнёс бурят делясь со мной шёпотом. — Надеюсь, Катька ей не расскажет какую-то хуйню про тебя. — Бяша демонстративно отвернулся от меня после сказанных слов, вновь уткнувшись в тетрадь. Я ничего не ответил и лишь нервно глотал слюни, которые на вкус казались мне мерзкими чем ранее, скорее всего это от нарастающего волнения, что уже активно кипит в моём теле и отходит от кишков до горла. Девушка уже сидела за своей партой, читая книгу, возможно она и не обратила на меня особого внимания, по крайней мере я хотел так думать. Вскоре прозвенел звонок на урок, Бабурин к счастью не пришёл, зассал наверное после вчерашнего и боиться попасться мне на глаза.Ну или бабка его наказала за очередную провинность и держит насильно в доме, хер его знает. На удивление за все уроки Катька не произнесла мне в адрес ни слова, тихонько сидела за своей партой, хотя всё равно казалась мне до жути подозрительной.Лишь училки заёбывали меня вопросами откуда я получил такие раны, но я им нагло врал в лицо и говорил, что упал с лестницы.Я был поражён тому, что Смирнова не вмешивалась в диалог между учителями и не начала утверждать им обратное.Наверное эта гадина просто действует по тихому как крыса. А вот в столовке меня ожидала не самая вкусная еда, а именно каша, но не смотря на это я навернул её за обе щёки, так как не поужинал вчера, а сегодня не позавтракал. Уроки в целом прошли быстро и незаметно, но с Полиной за весь учебный день я не заговорил, не осмеливался к ней подходить близко в таком унижающем виде. Я уже с Бяшей стоял возле ворот школы, мы дожидались Петрова, которому зачем то понадобилась библиотека, ну, заучка везде заучка. — Пиздец на, я уже устал Тоху ждать. — Проворчал Бяша пытаясь скрыться в своей куртке, дабы побольше согреться. Я и сам устал стоять на морозе и ждать Антона, но казался вести себя крайне терпеливо. — Не ворчи, скоро придёт. — Сказал бодро я, спрятав свои руки в карман. Издалека наконец показался Антон, он быстрыми шагами выбежал из школы и выглядел весьма запыханным. — Ну наконец-то, на! — Воскликнул бурятёнок разводя руки в стороны, встречая этим жестом Антона. — Извините, что заставил ждать. — Произнёс Антон справляясь с одышкой, а после поправил свои окуляры. — Да ладно, чё уж там.Пойдёмте? — Выговорил я спокойно и указал взглядом вперёд. Друзья одобрительно кивнули мне, и мы зашагали вперёд. Комфортная атмосфера начала постепенно царить между нами, мы мирно шли, периодически хихикая с шуточек Бяши, которые сначала казались абсолютно не смешными, но потом так вполне. Мороз, а за ним и мрачность словно развеялись в воздухе и не стали больше нас беспокоить.Тело уже совсем не болело, хотя я был уверен, что на нём ещё красовались синяки.Хоть в посёлке и пропал подросток, сейчас шла суровая зима, но рядом с друзьями я словно оказывался в другом измерении, где не существует всяких забот, и где присутствует доброе волшебство, да, возможно это прозвучит глупо, но я не мог больше никак описать это чувство. Петров внезапно стал каким-то более серьёзным, хотя до этого смеялся чуть ли не во весь голос от очередной шутки бурята.Я вопросительно уставился на друга. — Чё такое, Тох? — Поинтересовался я, и положил свою руку ему на плечо. — Ром, мне кое что тебе сказать надо..Только не злись, ладно? — Опасливо начал вести речь Антон, сдувая снежинки, что падали на нас. Мне его тон явно не понравился, чё он уже успел учудить.. Бяша же сам оживился и подошёл ближе к нам, уже можно было без слов понять, что ему самому интересно услышать слова от Тохи. — Говори уже. — Хмуро ответил я, вскинув бровь. Тот сглотнул и выдавил что-то на подобии улыбки. — Ну..Я тайком на перемене рассказал Полине, что тебя отец избил.. — Выговорив это Антон отошёл от меня на один шаг и прикрылся руками, словно находясь в импровизированном домике. Я опешил, нахуя он это ей рассказал? Сразу же я стал красным, как варёный рак, то ли от нарастающего смущения, то ли от гнева на своего приятеля. — Тоха блять! Нахуя?! — Проговорил я недовольно и остановился на месте.Бяша с Антоном повторили моё действие и также остановились, бурят открыл рот от изумления и был в предвкушении чего-то интересного. — Что за вопросы? Чтобы она не подумала, что ты подрался с кем-то, мало ли что ей Катька могла рассказать про тебя.. — Начал спешно оправдываться Петров, сложив руки на груди. Мой гнев немного утих, однако я был всё равно обеспокоен тем, как отреагировала Полина на это. — И как она отреагировала? — Не замедляясь задал вопрос я, в надежде услышать правду, которая будет безболезненной. Спокойность Петрова вселяла в меня утешающую надежду. — Ей видно, стало жаль тебя, она даже сама сказала что-то на подобии этого..— Вымолвил из себя Петров и подмигнул мне. — Ну Ромка, на! Тохич то вас такими темпами сведёт скоро! — Среагировал тут же Бяша и начал крутиться возле меня, был он весь на радостях. Я успокоился, хоть и не любил, когда меня жалели, однако это было лучше, чем осуждение от Полины.В глубине души я был благодарен Антону, но не умел правильно благодарить человека за какую либо милость. — Ладно..Теперь она хоть не будет думать, что я подрался с кем-то, наверное.. — Сказал я под конец сомневаясь в собственных словах. Мы пошли спокойно дальше, друзья обсуждали что-то меж собой, а я молчал, ведь все мои мысли занимала лишь Полина. — Тоха, а у тебя дом где находится? Я чё то уже позабыл, на. — Спросил с интересом Бяша, почесав нос, на который спустилась маленькая снежинка. Этот вопрос бурята заставил меня выйти из раздумий о Полине и обратить внимание на братву. — Ну, нам через лес идти придётся. — Сказал спокойно Антон, пожав плечами.Он то конечно уже привык через лес шастать. Бяша боязливо вздрогнул от такой неблагоприятной новости, после пропажи подростка он явно не хотел совать нос в лес. Для меня же слова Антона не были удивительны, ведь я не забыл, что его дом находится возле леса и указывает вид на него, хотя в глубине души мне также было немного страшно, после той чертовщины, что я увидел в гараже.Но стоило мне смахнуть это всё на обычное видение, так я сразу же успокаивался, я всеми силами старался оттолкнуть от себя мысли о чём-то мистическом. — Да чё ты боишься, братан, спокойно дойдём, да и дело с концом. — Смело выговорил я, положив руку на плечо буряту. Тот проигнорил мою поддержку и продолжал нервно чесать каждую частичку своего тела. Мы начали идти молча, Антон был спокоен как никогда, я в принципе тоже вёл себя невозмутимо, так как ещё отвлекался на мысли о Полине.Но как вёл себя Бяша..Жутко бесило, ведь он постоянно оглядывался после малейшего звука, а мы ещё даже и до леса не дошли.За свой необычаемый страх бурят частенько схватывал от меня подзатыльник, после чего обиженно что-то бормотал себе же под нос. Наконец мы дошли до леса, мы с Петровым то зашагали вперёд, а вот Бяша остановился, со страхом в глазах смотря вперёд, будто бы увидел призрака. — Братан, ну угомонись ты уже! — Сказав это я грубой хваткой взял Бяшу за руку, и повёл насильно в лес, тот было, хотел отцепиться, но не получилось ведь я был в разы сильнее. Теперь мы уже находились в лесу, здесь было тихо, лишь наши шаги издавали звуки, или же звук ветра, который периодически становился сильнее, издавая неприятный для ушей шум. Уже было темно, из-за этого создавалась ещё более страшная атмосфера, любому могло показаться, что сейчас из ниоткуда выскочит зверь, и тут же нападёт, дабы утолить свой голод. — Когда мы уже дойдём, на. — Сказал Бяша голосом, который весь дрожал. — Та скоро уже, Бяш, не бойся. — Спокойно сказал Петров, рассматривая дорогу через темноту. Мда уж, пропажа Вовы Матюхина знатно сказалась на Бяше, теперь он очень боялся ходить по лесу, хотя я понимал его, ведь это обычная реакция на суматоху, что начала царить в посёлке. Мы молча продолжили идти.Внезапно я услышал шорох который исходил где-то издалека, я сбросил всё на то, что мне всего лишь показалось, поэтому я продолжил идти, как ни в чём не бывало. Я успокоился, пока не послышался новый шорох, а затем ещё один… Я понял, что мне вовсе не показалось это, и начал уже паниковать, так как понял, что в лесу кто-то бродит, кто-то чужой и тот, кто представляет опасность. — Слышите? Тут кто-то бродит! — С опаской сказал я и остановился. Бурят сразу же вздрогнул и начал покрываться дрожью, так как сам услышал эти звуки. Петров также знатно перепугался и оглядывал через свои очки напуганным взглядом весь лес. Мы затаили дыхание, прислушиваясь к каждому новому шороху, будто ждали команды «Бежать».Я старался быть смелым, но на самом деле находился в полном страхе, не только за себя, но и за своих друзей. Звуки стали приближаться, я незамедлительно ловко достал из кармана свой нож-бабочку и держал его при себе, чтобы если что напасть на приближающего злодея. Бяша начал проговаривать себе под нос что-то невнятное, он был на грани истошного крика.Антон же покрылся липким потом, что уже активно стекал с его лба. Я старался держать друзей при себе, чтобы с ними ни в коем случае ничего не случилось. Неподалёку раздался какой-то пронзительный для слуха хруст, я опешил и повернул голову в ту сторону, присматривался к темноте, пытаясь выявить своим взглядом чью-то тень, хоть и одновременно боялся увидеть что-то душераздирающе страшное.