4. Вуайерист

      Игорю нравилось смотреть на спящую Алису. Особенно, как сейчас, когда она нагой нимфой раскинулась на постели — волосы рассыпались по подушке золотым ореолом, словно их разметал ветер, губы приоткрылись, груди округлой тяжестью свесились набок. Удержался с трудом, чтобы не наклониться и не дотронуться языком до сосков, не присосаться до головокружения и режущих спазмов в паху. Наоборот, отодвинулся подальше. Зачем будить?       Засунул руку себе в трусы, взглядом оглаживая тёмно-розовые ареолы, плавный изгиб талии, идеально лысый лобок. Шевельнул пальцами. По телу Алисы пробежал озноб, волоски на руках вздыбились. Она чуть слышно застонала, выгнулась, закусив нижнюю губу. Даже во сне Алиса себе не изменяла, и Игорь снова с трудом сдержался, чтобы не прикоснуться к ней.       Его ладонь заскользила увереннее, энергичней. Её опустилась вниз, нырнула между ног. На лице — раздражение, досада. Он улыбнулся такому нетерпению. Другой рукой спустил трусы ниже, потеребил яйца. Слегка сжал, замычал довольно. Голова сама откинулась назад. На миг прикрыл глаза, хоть и сопротивлялся изо всех сил, боясь пропустить малейшее изменение эмоций на лице Алисы.       Она выгнулась снова. Руки лихорадочно теребили одеяло, сминали, запихивая его вниз. Ноги обхватили мягкий ком, задница заёрзала, подалась вперёд. Затем назад. И вновь вперёд. Игорь смотрел не отрываясь, почти не дыша. Только сомкнутые пальцы надрачивали в унисон движениям Алисы — вверх-вниз, вверх-вниз.       Стоны переплелись, слились в один, вытянулись в струну, которая вибрировала, пульсировала, заставляя трепетать тела. Но ещё не была готова лопнуть, чтобы освободить их. Рано.       Алиса приподняла колено, и тайн не осталось — откровенное желание заявило о себе во всеуслышание: складки нутра приоткрылись, подобно морской раковине, внутри которой мерцали влагой разбухшие красные губы. Почти сразу Алиса заткнула их ненасытную алчность ни в чём не повинным одеялом, потёрлась об него — с настойчивостью, торопясь унять зудящее пламя. Плечи сдвинулись, сжав грудь. Подбородок опустился, нетерпение искривило приоткрытый рот. Дрожь сотрясла тело. Струна лопнула.       Секунда, и Игорь тоже освободился — клейкие кляксы брызнули на одеяло, живот и грудь Алисы.       Он натянул трусы, почесал яйца. Что может быть лучше, чем дрочить на собственную жену? Только её эротические сны, в которых ты главный герой.