Скрытое в тени

      Вот из-за горизонта начало приглядывать солнце, озаряя морскую гладь. Вдали начал виднеться берег и торговый город Истпорт, где жил Соловей.       Рен стоял на палубе корабля, пока его голубые глаза бликами на солнце, но затем он их закрыл. Парень вытянул руку за борт корабля и парень захотел повторить тот трюк, который он смог осуществить в Рикарисе. Рен зажмурился и напряг руку, чтобы повторить тот импульс, но никакого эффекта не было. — Не понимаю... — пробурчал себе под нос Соловей. С правого боку послышались, твёрдые и чёткие, затем из каюты Капитана вышел Ренгоку с улыбкой, будто он и не проснулся в четыре утра. — Решил встать раньше, юный Соловей?! — твёрдо произнёс Ренгоку. — Да так... Хотел кое-что проверить... — холодно ответил Соловей. — Нужно будет продолжить тренироваться по возвращению... А то, когда я встретил Узуя, то понял, что я был скорее обузой, нежели помощью... Ренгоку засмеялся в своём весёлом и громком стиле. — Не волнуйся! Я говорил с Узуем и Канроджи! По возвращении мы все будем тебя тренировать! — уперев руки в бока, проговорил Ренгоку. — Вот как... Ну если вы так считаете — значит надо... Учитель... — задумчиво ответил Соловей. Ренгоку удивлённо поднял бровь, глянув на Рена. — О чём задумался? — Что нравится Мицури?.. — не стесняясь, спросил Соловей. — У неё же день рождения был... Юбилей, двадцать лет... — Точно! Я и забыл совсем! — с восторгом ответил Ренгоку. — Нужно устроить праздник! — Об этом и речь... Сможете помочь? В здесь лучше всех знаете Мицури... — С радостью! Можешь на меня рассчитывать! — снова с восторгом ответил Ренгоку.       Соловей глянул сначала на учителя, а затем снова уставился на Истпорт.       Прошло время и вся команда, старых и новых, сошла на берег огромного торгового города. Даже с простыни они удивились, что существует такое зрелище в этом городе. Хотя не удивительно, они же до этого любовались лишь скудными и однообразными городами Материка зла, а постройки человечества не видели вовсе. Большие дома из камней, корабли, большое количество людей и большая оживлённость с самого утра.       Соловей осматривался по сторонам со спокойным выражением лица, почему-то желая видеть утреннюю суматоху в городе, ведя своих друзей отдыхать в свой дом. Когда они наконец-то дошли, то Соловей сразу помог всем разлечься по кроватям и отдыхать, благо на всех места хватает. Кирию и Амане он разместил на втором этаже, не желая разделять мать с травмированным ребенком. Котецу, Айку и Юко он разместил в комнате Тору и Лиры, которые в данный момент жили у Брока, Хаганедзука и Канамори разместили в комнате с двумя кроватями, в такой же комнате поселили и Койнацу с Кадзуми, а Узуй поселился с жёнами. Закончив с этим, Соловей направился в лабораторию, где обычно и ночевал до поездки, Мицури решила пойти следом. — Мда... Людей теперь побольше стало. — улыбнувшись, произнесла Мицури. — И не говори... Но если ещё найдутся, то можно будет продать этот дом и купить побольше... Проблем с этим не будет... — спокойно произнес Соловей. — Я сейчас хочу Брока навестить, еды взять и детей забрать, хочешь пройтись?.. Если ты не устала конечно... — Не, я в полном порядке... Давай пройдемся, я по ним соскучилась. В прошлый раз мы считай приехали с севера и в новое путешествие отправились. — словно оправдываясь, ответила Мицури. — Хорошо... Тогда давай медлить не будем... — накинув на плечо сумку, ответил Соловей.       Соловей и Мицури наконец-то вышли на улицу и направились в таверну Брока. На улице всё также царила суматоха торговли, но парочка заметила, что на Соловья начали поглядывать и даже улыбаться и приветствовать. Причём это была не просто вежливость, за которой скрывались злоба и ненависть, а честная реакция на авантюриста. С тех пор, как он стал серебряным рангом, а Мицури с криком и матом отстояла его честь, другие авантюристы тоже начали отзываться о нём положительно. Люди начали принимать его не как отребье в нейтральных территориях, а как доказательство того, что некоторые легенды, порой могут быть не однозначны.       Спустя некоторое время Мицури и Соловей дошли до таверны, но к их удивлению, дверь была закрыта. — Странно... — удивлённо проговорил Соловей. — Брок никогда не закрывается... — Может у него выходной? — Была бы надпись... А тут — ничего... — холодно ответил Соловей. Соловей осмотрелся по сторонам, а затем завернул в переулок и обошёл таверну. Мицури удивлённо последовала за ним. Соловей подошёл к чёрному ходу, куда обычно торговцы подвозили продукты и алкоголь, а эта дверь со скрипом открылась, стоило её лишь чуть-чуть коснуться. — Так и знал... — проговорил Соловей себе под нос. — Знал, что? — недоумевая, спросила Мицури. — Пошли, нас ждут... — шагнул вперёд Соловей в не освещённую таверну.       Мицури последовала внутрь вслед за парнем, которого будто это не беспокоило. Он спокойно повернул к стене и зажёг факел на стене с помощью карманных кремней и свет осветил главный зал. Столы были перевёрнуты, как и стулья, будто здесь была крупная драка, но все столы и стулья были целы. Соловья эта картина вообще не смутила и он спокойно направился на кухню, где царил такой же беспорядок, а затем послышались жуткие звуки из кладовой. — Что там? — Эх... Пошли... — ничего не ответил Соловей и направился прямо на звуки. Мицури это смутило, но она уверенно пошла вслед за парнем. Стоило им открыть дверь, как их глазам предстала жуткая картина. На полу лежало два тела, Тору и Лиры, все были в крови, разбрызганной и разлившийся повсюду, а над телами стоял силуэт с красными светящимися глазами. Брок стоял весь в крови, одежда, лицо, руки, всё было в крови, а потом он посмотрел на Мицури с Соловьём с улыбкой. Мицури ужаснулась, увидев это, приложив ладони к лице. — Прости... Соловей... Я не... — Заканчивайте этот спектакль... — холодно прервал Соловей. Мицури шокировано глянула на Соловья, а тот стыдливо приложил пальцы к глазам, будто протирая их. — Выходи уже... Морган... — Ай, ладно... Увы детишки, не прокатило! — из тени послышался знакомый весёлый голос парня, который начал выходить из тёмного угла. Морган был всё такой же, развесёлый, на ремне была закреплена белая маска, а за спиной стояла коса. Стоило ему выйти, как Брок стал насмехаться, а дети, что секунду назад были мёртвыми, начали вставать. — Братишка, Сестрёнка, с возвращением! — весело ответил Тору и кинулся обнимать за пояс Соловья. — С... Возвращением! — проверила Лира и обняла Мицури. Дети были немного липкими из-за того, что были покрыты соком ягод, которым они имитировали кровь. — Жаль, что не купился, было бы весело. — наигранно погрустнел Морган. — Я говорил, что так просто мы его не проведём. — с ухмылкой ответил Брок. — Но дети сыграли превосходно, я правда поверил, что они умерли! — удивлённо проговорил Морган. — Шутники встретились... — холодно пробурчал Соловей. — Так это всё... Розыгрыш? — удивлённо спросила Мицури. — Верно... Ты в порядке? — беспокойно спросил Соловей. — М? — Приступа нет?.. — Нет, всё хорошо. — помотала Мицури головой. — Вы вернулись! Братишка, а ты глаз вернул! О! Руку тоже! Вы видели монстров? — восхищённо говорил Тору. — О! Эненра, а мне тоже интересно, видел ли ты монстров? — с такой же детской интонацией сказал Морган, прыгнув в пространстве ближе к Соловью, а затем прислонился ртом к уху. — Особенно про тех, кто смог разрушить треть Рикариса за одну ночь... — Так вот зачем ты здесь... Брок. Не приготовишь поесть и с собой ещё! На четырнадцать персон... — Ха-ха! Ладно-ладно! Ты прости за это, но твой брат умеет убеждать на всякую ересь! — В этом ему нет равных... — холодно ответил Соловей. Парень повернулся к Мицури. — Примешь заказ, мне нужно с Морганом кое-что обсудить... — А? Конечно. — понимающе ответила Мицури, ведь она слышала, что прошептал Морган. Мицури отправилась в гостиной зал вместе с детьми, они помогали ставить на место столы и стулья.       Соловей и Морган стояли за закрытой дверью чёрного хода. Морган облокотился на стену, скрестив мускулистые руки на груди, лицо его было серьёзное и даже встревоженное и он совсем не был похож на того, кто очень любит веселиться. — И давно ты вновь прибыл в Истпорт? Я так понимаю, кто-то воспользовался скрытыми вратами, да? — холодно поинтересовался Соловей. — Пришлось, особенно, когда тебе резко приходит извещение о том, что треть Рикариса в руинах и ты к этому причастен! — саркастично ответил Морган, но он успокоился и вернул серьёзно серьезный вид. —Что там произошло? Ты ведь был в Рикарисе? — Я... — И что там было? Что вызвало разрушение? — Я не знаю, как это назвать... Какой-то воин состоящий из искр, огня и доспехов с невообразимой силой... Я не знаю, как тебе его описать...       Тут, посреди речи парня, Морган достал из-за пазухи листки бумаги на которых был немного искажённое нарисован рыцарь,с которым Узуй и Рен сражались в Рикарисе. Лицо Соловья сразу исказилось в недоумении. — Откуда?.. — спросил Соловей, бегая глазами по рисункам. Рисунки были неточными, если сравнивать с тем, что было на самом деле, но за исключением этого они переживали суть того, с чем столкнулись герои. — Судя по твоей реакции, мы сейчас должны ОЧЕНЬ много обсудить. — с серьезным видом произнёс Морган. Тем временем Мицури вместе с детьми поднимала столы и стулья после неудачного розыгрыша, с когда закончили, то дети присели отдохнуть, а Мицури с улыбкой посмотрела, как они устало сели за один из столов. Когда же она за смотрелась, то к ней подошёл Брок с подносом, где были чашки и чайник. — Мне стыдно немного, что вам пришлось немного потрудиться после нашего провала. — с улыбкой произнёс Брок. — Ничего, для меня такая работа — пустяк. — с улыбкой ответила Мицури. — Как дети поживали? — По началу испугались немного, но это не их вина... Додумался же Соловей оставить детей, у которых вампир отнял мать, мне... Вампиру... Но потом всё хорошо, благо, как отец, я умею с детьми обращаться. Они усердно занимались с репетитором по магии, которого Соловей нанял, конечно не профессионал, но тоже не плохо. А вы как, нашли кого хотели? — Да... Даже больше, но... Есть и те, кто не сможет вернуться... — опечалено ответила Мицури. — Прими мои соболезнования... — Спасибо... Я была к этому готова, но когда ты сталкиваешься с этим лицом к лицу... Понимаешь, что совершенно не готова... Порой трудно прощаться навсегда... — Понимаю... Сам вот, когда был мальчишкой, то не был готов к тому, что мои родители однажды ушли и не вернулись... Авантюристами были, а я с бабушкой жил... Мальчиком думал, что нет никого сильнее моих родителей, хотя ранга они были всего-то стального... Да вот нарвались на тварь с небес... Двое слабых авантюристов против Красного дракона... Исход очевиден... — А таверна? — В их память, да... Понимаю, что выглядит странно, будто почитаю тварь их убившую, но для меня это выглядит по другому... — А как ты смог принять их смерть? — Никак... Я до сих пор этого не принимаю, не могу проститься, да и не хочу... Да, я иду дальше, но всегда храню воспоминания о них и представляю, чтобы он сказали по поводу меня и моих детей... — грустно, но с улыбкой ответил Брок. — Значит дело в памяти? — Разумеется. Пока мы помним кого-то, он продолжает жить, хоть и по другому, но всё ещё с нами... Мицури задумалась, ведь вспомнила, как в своём сне попрощалась с Игуро, обещав сохранить память о нём и то, как он сказал, что не может просить о большем. Значит пусть он где-то по другой стороне цикла жизни и смерти, но он всё ещё жив, и пока она помнит о нём, то всё ещё держит его рядом. — Так вот оно как... — с улыбкой прошептала Мицури. — Значит они все будут рядом со мной, пока я помню их. — Ну что-то вроде того. — немного усмехнулся Брок. — Кстати, а что с Соловьём? Я точно помню, что глаза не было и руки тоже, как он их отрастил? — Он сказал, что его вылечил тот, кто обладает магией лечения Королевского уровня или выше. Точных подробностей я не знаю, меня там не было, но с ним всё хорошо. Надеюсь...       Тем временем Соловей разглядывал листки, перебирая один за другим. — Да быть такого не может... — холодно ответил Соловей. — Хочешь верь, а хочешь — нет, но эта срисовка из Асуры, вторая — Милис, а эта из Шарии... Вот эта с Бегаритта... — объяснял Морган указывая пальцами на разные рисунки. — Наши разведчики видели одного и того же чёрта в доспехах по несколько раз, но до тебя с ним никто не контактировал... Стоило ему что-то заподозрить, то тут же прыгал в пространстве и фиг ты его выследишь... — Он был на всех Материках?.. — По несколько раз за последние два месяца... Искал что-то? — Скорее кого-то... — задумчиво ответил Соловей. — О чём ты? — Когда он практически меня убил, то его спугнул кто-то... Это ради него он прибыл, но был слишком обессилен, чтобы противостоять ему... Тот был видимо очень могущественен, что даже смог мне вернуть руку с глазами... — А кого именно он ищет? — Не знаю, я не видел его, но почувствовал страх, когда он заговорил со мной... — Что он говорил? Лучше скажи, если дело идёт о твари, что способна города в руины превращать, то Теням нужны все детали... — Он сказал, что я ему нужен, пока не выполнено какое-то условие... Что не может положиться на удачу и что теперь не контролирует ситуацию... Назвал меня другом и исцелил... Прости, но это всё что я знаю, хотя погоди... Есть ещё кое-что... — Что? — Этот... Это чудовище, что разрушило город... Оно пыталось выманить нас из города под видом ложного письма... И судя по тому, что там было написано... Оно знало моих товарищей... — А вот это уже интересненько... Значит твои дружки, с неведомой земли, вдруг связаны с неведомой тварью, которая, даже не попыталась, а уничтожила огромное количество мирных демонов... Конечно церковь уничтожения демонов ликует, а вот я не особо... — задумчиво и подозрительно говорил Морган. — Они не друзья этому уничтожителю... Узуй сражался с ним и чуть не погиб, а Суму он так вообще самолично ударил мечом. — твёрдо ответил Соловей. — Мне всё равно придётся доложить все детали дела и сам понимаешь, что семь лезвий предпримут в подобной ситуации. Возможно твоим товарищам лично придётся отвечать перед тенями. — строго ответил Морган. — Морган, они не связаны с ним... — Твои слова, что сказаны ранее, говорят об обратном. По крайней мере нам придётся это выяснить. — Постой... Дай мне время это выяснить... Возможно я найду зацепку... — Увы, но промедление может стоить ещё множество жизней , которые заберёт эта тварь. Прости... Братец... Морган решил было покончить с разговором и собирался войти в таверну. Соловей же не знал, что делать, ведь кому, а допрос своим собратьям убийцам, он не доверял. Пусть тени и работают ради блага, но убийцы остаются убийцами и чтобы получить что-то, они используют разные методы от безобидных, до самых радикальных. Если Морган расскажет о том, что рассказал Соловей, то допрос будет с пристрастием, ведь на кону теперь жизни миллионов. Эта тварь разворотила Рикарис, так ещё и побывала на всех континентах и если она имеет к ним доступ, то значит попасть в какой-то из городов и устроить там новые безумие — не проблема. Соловей пытался вспомнить что-то ещё, чтобы оттолкнуть мысль о товарищах и задуматься над чем-то другим, но это одна из самых ярких зацепок, после неизвестного целителя. И тут мысль Соловья зацепилась за того, кто прогнал то чудовище и исцелил раны, а так же произнёс одну интересную фразу. — Пойми суть сокрытого и тебе откроется истина всего... — задумчиво произнес Соловей. Тут, Морган остановился. — Что ты сказал? — нахмурив брови, спросил Морган. — Повтори. — Пойми суть сокрытого и тебе откроется истина всего... — недоумевая, повторил Соловей. — Откуда ты знаешь эту фразу? — подозрительно спросил Морган. — Тот, кто исцелил нас и прогнал того монстра... Сказал её мне... А к чему вопрос? — подозрительно спросил Соловей. — Помнишь, когда я посещал тебя в прошлый раз, я рассказывал, что Лезвия прекратили расследовать дело о магической катастрофе после того, как получили письмо от неизвестного? — Припоминаю... И? — Мне тогда показалось это странным, но я просто оставил это и продолжил выполнять задание, но я заметил, что через пару дней, один и Фантомов искал какой-то шифр в фразе, по приказу Лезвий... И эта фраза та, что ты только что сказал... — задумчиво ответил Морган, нахмурив брови и уставившись на брата. — Ты знаешь... Я не верю в случайные совпадения. — Морган... Ты знаешь правила Теней... Утаивать информацию нельзя, даже высшим чинам... Но мне кажется, что если они с такой лёгкостью доверились незнакомцу, то мне кажется, что они прекрасно знают... Кто этот "Неизвестный"... — Считаешь, что попахивает изменой?.. — Не знаю, но этот неизвестный говорил, что я ввязался в какую-то игру... Напоследок он сказал эти слова и оказалось, что не только мне... Я уверен, что мы говорим об одном и том же человеке или не человеке вовсе... Морган... Что скажешь? — Не нравится мне всё это... — Морган выдохнул. — Послушай. Я не хочу верить, что наши Лезвия — предатели, но то, что они что-то скрыли — факт... Тени не просто организация... Мы — семья... А от семьи нельзя ничего таить, но они видимо забыли об этом. Давай так... Сейчас здесь только ты и я... За нами не следят. Я расскажу, что узнал, но не скажу, что это существо знает твоих товарищей и скажу, что ты не причастен, а просто случайно встретил его и попытался остановить... — Спасибо... — Я не договорил... Этот "Неизвестный" видимо наш союзник, по крайней мере я надеюсь... Но он дал знак и тебе предстоит в этом разобраться, а я подчищу за тобой следы и попробую узнать, кто послал им такое послание. — серьезно ответил Морган. — Я постараюсь разузнать обо всём, но вдруг будет слежка?.. — Я буду этой слежкой, вызовусь под предлогом того, что лучше всех тебя знаю и что ты что-то утаил, а на деле буду ссать им в уши, что ты ничего не делаешь... Так дам тебе пространство для поиска информации и позволю твоим товарищам не оказаться на стуле для допроса... — Будешь лгать своей семье? — В семье не без урода, но и Лезвия начали первыми. — усмехнулся Морган. — Я лишь возвращаю должок... Когда ты узнаешь, что вообще происходит, тогда мы и расскажем всё Лезвиям... Не уверен, что они предатели и у них есть веская причина для тайны... Но Тени едины тем, что не скрывают ничего друг от друга... Могут спокойно делиться всем самым сокровенным со всеми... Ты же помнишь это? — Помню... Тогда прошу у тебя время... — Дам сколько скажешь, но не начинай искать всё сейчас... Сначала я должен рассказать от том, что ты сказал, а когда меня приставят шпионить, то я подам сигнал и ты сможешь начать расследовать... Понял? — Принял... Значит у меня есть где-то месяц? — Может чуть меньше... — Как раз успею сделать Мицури сюрприз на день рождения... — задумчиво пробурчал Соловей. — Я ему о важном, а он и девушке думает... Хотя и правда... Расслабьтесь этот месяц, но потом будь готов... Возможно, что нам предстоит столкнуться с богами... Снова... — Могу сказать одно... В этот раз я никого не потеряю... — серьезно ответил Соловей. Мицури мило беседовала с Броком и детьми за чашкой чая и едой, которую никто не тронул, ведь все ждали Моргана и Соловья. — Кстати, если честно, но я думал, что ты испугаешься... — с улыбкой нахмурился Брок. — Недооценил я тебя... — Да я бы испугалась, но увидела спокойствие Рена и сама перестала беспокоиться... Видимо он сразу ваши запахи почувствовал. — с улыбкой ответила Мицури. — Братец — крут! — с восторгом ответил Тору. — Уху... — согласилась сестра. — Кстати могу вас поздравить, хотя мне кажется, что вы рано это затеяли. Так ещё и по обычаям Материка зла. — задумчиво произнес Брок. — Затеяли что? — недоумевая спросила Мицури. — М? Я про помолвку. — Да не знала я, что это обручальные кулон! — смущённо и громко ответила Мицури. — Что за шум, а драки нет? — весело спросил Морган, который вместе с Соловьём, подошёл к столу. — Тут просто не состыковка! Мы не помолвлены, это просто ошибка, я не знала, что он обручальный! — покраснела Мицури. Тут Моргана разнесло со смеху, что ему пришлось держаться за живот и опереться на деревянную колонну. Брок подхватил смех, но был боле сдержанным, а Соловей не просто стоял с холодным и задумчивым лицом. — Ладно, хватит... Она действительно не знала и в этом нет ничего страшного... — Да, но ситуация любопытная и забавная! — смеясь, ответил Морган. — Пожалуй мы возьмём еды и пойдём уже в дом... Нам теперь больше людей нужно кормить... — Так и есть! — немного обиженно ответила Мицури.       Взяв детей и еду, они отправились домой. Соловей оплатил завтрак, а Морган кивнул Соловью с серьезным лицом, на что тот ответил таким же кивком.       Мицури разговаривала с детьми, а Соловей шёл молча, обдумывая что-то в голове. Мицури это начало беспокоить. — Всё очень серьезно? — Ты даже не представляешь насколько...