Искра ненависти

— Ммм... — болезненно промысла Рен, пытаясь открыть глаза. — Рен? Ты как? — послышался голос Мицури, которая приложила ладони к его щекам. — Отвратительно... Мне такая чуш приснилась... Будто мы сидели за столом, а потом Пол Грейрат сказал, что я похож на его жену и он мой отец... А потом я напал на него и меня... Вырубили... Это был не сон, верно?.. — Верно. — выдохнув, ответила Мицури. — Я убью его... — вставая с кровати, проговорил Рен. — Нет, стой! — схватив парня, крикнула Мицури. Она схватила его со спины, прижав его руки к телу. — Отпусти, меня... — Нет, ты совершишь ошибку. Успокойся и давай поговорим. — Ты защищаешь его?.. — удивлённо спросил Рен. — Это... Это ты меня вырубила?.. Боль знакомая... От твоего удара... — Мне пришлось, ты пытался убить своего... — Своего отца?..— перебил Рен.— Который признал, что бросил меня в месте, где меня пытали долгие годы?.. Это его ты решила защитить?.. Почему?.. — Убийство, в этой ситуации — не выход. — Он мне должен, я спас его жизнь и я имею право её забрать... — скаля зубы, ответил Рен. — Рен, у него две дочери, на глазах которых ты пытался убить их отца, одна из них назвала тебя братом, даже не зная этого. — Ах да... У него же дети! — крикнул Рен. — Наверное так приятно было жить счастливой семьёй, пока меня пытали изо дня в день!.. Пока меня жгли, резали, а затем снова жгли и резали!.. Я знал, что мои родители где-то есть и я их не искал ибо знал, что не нужен, а сейчас он сам нашёл меня!.. Зачем?.. Думал, что я всё забуду?.. Да я живу с этим напоминанием!.. — Рен, прошу... Успокойся и давай поговорим. — О чём?.. Не говори, что хочешь, чтобы я простил его... Этого не будет... — Знаю. Я не буду тебя просить о том, чего бы я сама не смогла сделать. Поэтому прошу об одном... — тяжело вздохнула Мицури. — Не убивай Пола. — Почему?.. Я не понимаю, почему ты его защищаешь?.. — Его дочери... Они все очень много пережили за этот год, после магической катастрофы. Свою жену, твою мать они только едут спасать и, возможно, она уже мертва... — Значит, я должен пощадить его ради его детей, которые немного пострадали... — Хорошо, ты убьёшь его, а что сделаешь с его дочерьми и женой?! Будешь пытать их, как пытали тебя?! Заставишь их испытать всё то, что испытал ты?! — начала кричать Мицури. — Таким человеком ты хочешь быть?! — Может и да! — Вот видишь! — прервала Мицури, ткнув пальцем ему в грудь. — Это не только ради него, но и ради тебя! Ты бы никогда не угрожал детям и не причинил им вреда, но гнев и месть... Рушат тебя... И если ты убьёшь Пола, то... Уже не будешь прежним... Прошу... Не убивай Пола, ради меня... — Ради тебя?.. — Да... Когда ты рассказал, что с тобой случилось в детстве, ты просил стать лучше и я помогу. Поэтому прошу тебя не убивать Пола, стать лучше... Ради меня... Я знаю, что трудно принять, но всё что было с тобой в детстве уже не обернуть вспять... То что с тобой делали — ужасно... Эти пытки и шрамы... Я знаю, как это сломало тебя... — Не это сломало меня, Мицури... Раны, ожоги, боль... К ним можно привыкнуть, но было то, к чему я так привыкнуть и не смог... — холодно ответил Рен, присев на кровать. — Тот, кто пытал меня, часто отводил меня к центральному входу в этот монастырь... Чтобы я смотрел... Как за детьми, приходят родители... За кем-то приходят новые, решившие взять детей под свою опеку, а за кем-то приходили их настоящие родители, которые отдали их на время, поскольку были проблемы, которые они благополучно решили... Он водил меня смотреть на это снова и снова, но не говорил, зачем... Он хотел, чтобы я сам понял... И я осознал это... За детьми возвращались, но за мной... За мной никто не пришёл и не придёт... Никогда... — Рен... — успокаивающе сказала Мицури. — Я знаю, что тебе плохо и понимаю, что тебе трудно, но прошлое останется в прошлом и его не изменить... Убийство Пола ничего не изменит, но изменит тебя. Поэтому прошу, не убивай его ради меня. Рен посмотрел на пол, немного оскалив зубы. Он сжал кулаки на пару секунд, но выдохнул и успокоился. — Пол ошибся... Я не его сын... Я тут вспомнил, что... В том монастыре был другой Меченый... Тоже голубоглазый... Однако тот мальчик не выжил... Его больше нет... Мицури сначала удивилась услышанному, но затем узнала тон Рена, когда тот лжёт. Вся эта история, что "внезапно" вспомнил Рен. Она лишь улыбнулась. — Спасибо. Если я могу, что-то сделать... — Можешь оставить меня?.. Я хочу побыть один... — задумчиво ответил Рен, глядя в пол. Мицури удивилась этим словам, но понимала такую реакцию. Всё таки она впервые видела, чтобы Рен хотел кого-то убить. Стремился убить человека, а она взяла с него клятву, чтобы сохранить жизнь. Она печально посмотрела на него и вышла из комнаты, захлопнув дверь. Она захлопнула дверь и закрыла рукой рот, чтобы не издать ни малейшего звука. Она почувствовала, как глаза немного намокли, но она быстро вытерла их второй рукой и ушла в свою комнату. После инцидента и клятвы Рена прошла неделя в Истпорте. Продолжалась холодная зима, которая сказывалась на всём городе. На этот раз зима выдалась слишком холодной, что сказалось на торговле и на портах с замёрзшим морем на несколько миль. Из-за этого Пол Грейрат со своими товарищами так и не смог покинуть Истпорт и отправиться на Бегаритт в поисках своей жены, хоть он и оправился от яда. Тем временем в доме Рена всё шло своим чередом. Каждый находил чем заняться, пока на улицах по несколько дней бушевала холодная метель. В уютном доме и большой компании знакомых людей всем было хорошо проводить время, даже Койнацу потихоньку приходила в себя, когда проводила время с Кадзуми и Сумой. Однако во всей этой бочке сёда, всегда находилась и ложка дёгтя в лице Рена. Всю эту неделю Рен был замкнут и редко выступал с кем-то в разговор, разве что в обсуждении необходимых вещей. Целыми днями он либо проводил за книгами в городской библиотеке, либо за тренировками с Узуем и Ренгоку, когда позволяли погодные условия для тренировки. В один из таких дней на тренировку пришла Мицури. Рен занимался с Ренгоку на тренировочной площадке, где некогда Рен дрался против Моргана. На трибунах сидел Узуй, наблюдая за тренировкой и Мицури подсела к нему. — Ну и как он? — беспокойно спросила Мицури. — И тебе, Добрый день. — повредничал Узуй. — Есть хорошая новость, а есть плохая. С какой мне стоит начать? — Давай с хорошей. — Так хорошая новость с ним и не связана, просто завтра будет хорошая погода и я хорошо проведу время с жёнами, прогуливаясь по городу. — Издеваетесь?! Что с Реном? — нервно спросила Мицури. — С юнцом?.. С юнцом всё плохо. — А что не так? На него посмотреть, он вроде бы спокоен. — недоумевая, спросила Мицури. — На первый взгляд так и есть, но... Он прямо плавится от ненависти, хоть и не показывает этого, хотя бывает и вырывается из него. Этот поток ненависти и злобы. — Вы видели подобное? — Вчера, когда тренировал его скорость реакции. Он за мной не поспевал и пропускал удары, даже больше чем обычно. Он не мог сосредоточиться. А на трибунах сидели дети. Тору и Лира хотели его поддержать и поддерживали, хвалили за старания и всё такое. А он только накричал на них, сказал, что не стоит поддерживать неудачников и хвалить его за пропуски ударов. Упомянул, что не будь он или они из таких... Их мать была бы жива. Жестоко он с ними... Ничего не скажешь. — И что делать с ним таким? Как его успокоить? — беспокойно спросила Мицури. — Я бы сказал, как девушка может успокоить парня, но вы ещё не в тех отношениях для такого. — немного усмехнулся Узуй. — Что?! — немного покраснела Мицури. — Для тебя это шутки, а что с ним делать? Я думала, что он успокоится, если пообещает не убивать отца, но... — Не будь такой наивной, Канроджи. Я всё больше понимаю, почему Ренгоку взял его в ученики. Может быть он и не яростное пламя, как у Ренгоку, но он искра, которая может и разгореться. Искры часто могут взаимодействовать с горючими веществами, что и произошло неделю назад. Горючие вещество — это Пол Грейрат, его отец. Они встретились и всё вспыхнуло. — А кто тогда ты и я во всём этом? — задумчиво спросила Мицури. — Я — уголь, если полезу, то только хуже сделаю, а ты — вода. — спокойно ответил Узуй. — Намекаешь, что я могу всё затушить? — спокойно спросила Мицури. — Эх, если бы ты разбирался немного в горючих веществах, то знала бы, что их водой не затушить. — Значит, я бесполезна... — Я этого не говорил. Пусть вода не способна затушить этот огонь, но способна не позволить огню распространиться и позволить этой смеси выгореть до конца. — Выгореть? На что ты намекаешь? — удивлённо спросила Мицури. — Ему нужно вновь встретиться с отцом, пока он ещё может это сделать. — Нет, исключено. Ты видел, что было, неделю назад. Он чуть не убил его на глазах детей, а ты хочешь, чтобы они снова встретились? — Он не убьёт его, по крайней мере, не сейчас точно. Эта ненависть вызвана не появлением отца, не внезапной правды его фамилии, а одним единственным вопросом... Почему?.. Почему его бросили? Почему оставили других, а его выбросили и оставили умирать? Почему ему не нашлось места?.. — А что произойдёт, когда он получит ответ? И что произойдёт, если ответ ему не понравится? — Вот и узнаем. Конечно... Ты можешь дать его отцу уехать и оставить его в этом состоянии, в надежде, что всё разрешится само собой, но произойдёт ли это? Ты готова положиться на удачу или решить всё сейчас? — Рен может снова попытаться убить Пола и... — Так не дай этому случиться. Сделай так, чтобы он выжил и они поговорили. Рен дал тебе своё слово, он доверяет тебе. — Я итак попросила это сделать ради меня, знаешь, как мне было плохо манипулировать его чувствами? Я не хочу так делать снова. — Ты и не будешь манипулировать. Он ведь сам хочет получить ответы, а ты поможешь это сделать. Ты боишься его потерять, но ты потеряешь, если он не получит ответов. В любом случае... Только от твоего решения всё зависит... Ну... Оставлю тебя, тебе явно нужно время на размышления. Узуй ушёл, оставив девушку. Мицури лишь наблюдала за Окном, как Ренгоку тренируются его и показывает стойку для новых приёмов. Она закрыла глаза и ушла прочь, а Рен обернулся, приметив, что Мицури ушла. Через час блуждания по городу, она наконец-то добралась до нужной гостиницы. Она вошла внутрь. Внутри было много людей, тех кто живёт здесь, а так же тех, кто только заселялся. Среди людей, она выглядывала Пола, его детей и знакомых, что и увенчалось успехом. Она заприметила не высокую девушку с синими волосам, завязаные в косы. Мицури подошла к ней, когда та сидела за столом и выпивала большую кружку эля, из-за её миниатюрных размеров, кружка была размером с её голову. — Извините, позвольте я к вам подсяду. — Ах, ну да, конечно. — Мы с вами так и не познакомились, я — Мицури Канроджи. — Я — Рокси... Рокси Мигурдия. — удивлённо ответила Рокси. — А Пол здесь? Мне нужно с ним поговорить? — оглядываясь по сторонам, спросила Мицури. — А я могу спросить, а этот Меченый, он? Не здесь? — настороженно спросила Рокси. — Нет, он... Сейчас он дома или в библиотеке, или на тренировке... Других вариантов он не видит. Я хочу, чтобы они с Полом поговорили и всё наконец-то разрешилось. — Не думаю, что это хорошая идея. Особенно после того, что случилось неделю назад. — Я понимаю, но иначе я потеряю Рена, а я не хочу его терять. Ему нужны ответы на вопросы и ответы знает только Пол. Разумеется, мы обеспечим ему безопасность, чтобы ничего не произошло. — Он хочет со мной говорить? — внезапно появился за спиной Пол. — Что?! — испугалась Мицури. — Ну я у него пока не спрашивала. Решила у вас сначала узнать. — Я согласен. На любых условиях. — твёрдо проговорил Пол, а затем удалился на лестницу на второй этаж, где были спальные комнаты. Мицури и Рокси раскрыли глаза от удивления, но решение было принято. Мицури получила один ответ и ей только осталось получить второй. Ближе к ночи, когда метель заполонила улицы дома, она вошла в комнату Рена. Парень с серьезным видом листал книгу о древних временах, в поисках каких-то упоминаний о Эре Огня или первом пламени, но пока что находил пустые теории и сплетни писателей, однако прервал чтение, когда Мицури вошла. — Что-то срочное?.. Я немного занят... — Прости, что отвлекаю... Хотела поговорить на важную тему. — зашла Мицури и села на кровать возле стола, за которым сидел Рен. — Из-за вчерашних слов детям?.. — И из-за них тоже. — Я извиняюсь перед ними завтра, что ещё?.. Мицури удивилась такому ответу, будто он и не чувствовал вины за свои слова и хотел просто, чтобы от него отстали. — Я... Я сегодня навестила Пола. — беспокойно ответила Мицури и почувствовала, как он напрягся. — Понятно... Это всё? — холодно спросил Рен. — Что? Нет, он хочет с тобой поговорить. — Мы уже сказали, что Пол ошибся... Я не его сын, а он не мой отец... Пусть ищет свою семью и не возвращается... — Да, но мы оба знаем, что это ложь и эта ложь убивает тебя. Ты этого может и не видишь, но я вижу, все видят, кроме тебя. Я прошу тебя с ним поговорить. — Неделю назад, ты просила меня его не убивать... Теперь просишь поговорить, а дальше что... Попросишь простить его?.. Мне не о чем с ним говорить... — Нет, тебе есть о чём поговорить... Много о чём... Он твой отец... Он уже согласился на разговор на любых условиях... Может тебе нечего его сказать, но он точно хочет тебе что-то сказать... И это важно... Прошу выслушай его и... — Хорошо... — холодно прервал Рен. — Что? — Я поговорю с Полом... Но у меня есть условия... Мы будем говорить наедине, без лишних глаз и ушей... А после... Я не хочу его видеть... И слышать о нём, тоже... И больше не проси меня ни о чём, что связано с этим человеком... — Ты же не убьёшь его? — Я дал тебе слово... Выполните мои условия и я не нарушу свои... Всё... Уходи... Я занят... — холодно ответил Рен, уставившись в книгу. Мицури удивлённо вышла из комнаты, глядя на Рена и его холодный тон, напоминающий их первую встречу. Пусть ей и было не по себе, от их разговора, но был достигнут прогресс. Он согласился увидиться со своим отцом, осталось только организовать встречу. Тем временем Рен смотрел в книгу, а когда настал момент перевернуть страницу, он вырвал её и отбросил в сторону. Так произошло снова и снова, пока в книге не осталось страниц. Затем из ножен вылетел Акрил и Рен посмотрел на своё отражение в клинике. Он увидел половину своего лица, где увидел красный свет из своих глаз.