3. Антистресс превращается в стресс

Каждый справлялся со стрессом по-разному. Начальник связного отделения участка 807, он же шеф, он же «почти пенсионер», он же Колин Нойс использовал для этого ночные поездки. Только он, его автомобиль и радио с музыкой. За двадцать с лишним лет Колин не нашёл антистресса лучше музыки. Может, только любовь, в разных её проявлениях, но с кем? У него был большой дом, хорошо оплачиваемая работа и даже шикарная машина, и при этом никакой семьи. Даже какой-нибудь трагичной истории про её потерю и то не было. На личном фронте не везло, а проститутку вызывать как-то не по возрасту и не по статусу. Зато у Колина был хороший друг, верно же? Не то что бы, в принципе. Камерон, он же начальник отдела видеонаблюдения и по совместительству друг Колина, в последнее время стал от него отдаляться. В последнее время – это ещё до того, как к работе с участком 807 подключилось детективное агентство «Экран». Тревор Вижн мужик, конечно, хороший, работает не сильно на отвали, что одобряемо. Но эти его чёртовы смайлики! В переписке ни одного сообщения без них. Ладно, в Колине тоже была толика ребячества, но в нём-то она проявлялась в несдержанности эмоций. Уже почти неделю Колин не мог нормально провести время с другом – Кэм всё околачивался с этим Тревором. Ладно бы, у Нойса не было бы претензий, если это всё было бы исключительно по работе, но вчера Колин застал их в бильярдном баре! А потом оказалось, что на самом деле они напали на след туалетной группировки, или ещё что покруче. Ага, хрен там плавал. Машина у Колина большая и красная – цвета надо по максимуму отрабатывать. Он сел за руль, завёл машину и задумался. Перед релакс-поездкой всегда надо подумать, причём подумать много. Буквально-таки достать себя мыслями до той степени, пока не захочется стукнуть руль и включить уже музыку. В этот раз Колин не продержался в мыслях даже минуты. В частном секторе большинство автомобилей стояли припаркованные. Складывалось ощущение, будто весь мир спит. В тёмных окнах машины мелькали зажжённые фонари и, очень редко, свет из домов. Не было никаких посторонних звуков, никаких мыслей, только включённое авторадио с поп-музыкой и шум плавно едущих колёс. Так продолжалось, пока Колин не выехал на оживлённые дороги. Вывески магазинов, баров, клубов, экранные баннеры, светофоры. И, конечно, фары множества других авто, самых разных цветов, размеров, с наклейками, надписями, аэрографными рисунками. Колин ехал, куда глаза глядят, лишь бы ехать и лишь бы была музыка, которая периодически прерывается рекламой и голосом диктора. Раздался очередной джингл на десять секунд, оповещающий о скорых словах ведущего. — Уже ровно десять часов вечера, а каждый день, ровно в двадцать два ноль-ноль, мы проводим рубрику «Старые песни»! — Заездился же я, – хмыкнул Колин. — Наш переходящий в ночь поздний вечер мы начинаем с альтернативного рока! — Ну, получше, чем кучка ремиксов, — Нойс старался не думать о том, насколько ему одиноко, что он, блин, разговаривает с радио. Джингл проигрался снова, а после него включилась расслабленная мелодия. — Ну конечно, что ещё мне могло попасться, — Колин закатил глаза. Светофор переключился, трафик двинулся с места. Первая строчка, «Welcome to your life», утонула в шуме от авто, когда Нойс продолжил движение. Повернул он вперёд, на менее оживлённый путь. Колин не возражал насчёт песни «Everybody wants to rule the world» сейчас, он даже подпевал и ритмично постукивал пальцем по рулю. Что-то в окне справа привлекло внимание мужчины. Он позволил себе на пару мгновений отвлечься от дороги и глянуть в ту сторону. Всего лишь Кристофер, работник его отдела, за рулём дорогой белой тачки. С открытого появления в городе "туалетной банды" Колин не мог не ассоциировать белые машины с группировкой. Это было что-то вроде их стиля и, опять же, отрабатыванием цвета. Более того, насколько помнил Колин, Крис не водил машину. Может, конечно, он купил её недавно, благодаря поздним посиделкам на работе, но ведь должен же подчинённый Нойса понимать ассоциации с бандой. В конце концов Колин решил, что догнать работника и спросить и, в случае чего, поздравить с покупкой авто, будет не лишним. Уже закончилась песня и началась другая, в которую мужчина не вслушивался, а Кристофер всё ехал. Они оказались на пустом шоссе, и Колин наконец почувствовал себя неловко. Совсем старому делать нечего, беспричинно преследует своего подчинённого. Белая машина начала притормаживать у заправки, одной из тех с сорванными камерами. Кристофер, кажется, так и не заметил автомобиль шефа. Он поставил тачку заправляться, перекинулся парой слов с работником заправки и последний ушёл. Крис отошёл от машины в сторону тёмной парковки и остановился там лицом к зданию и транспорту. С ощущением максимальной нелепости Колин проехал мимо него на стоянку, а коп в сером... Стоп, на Крисе не было его пиджака. Были серые брюки, рубашка, галстук, но не пиджак. Впрочем, не такая уж и важная деталь, верно? Так или иначе, Кристофер проследил за машиной шефа краем глаза, не поворачивая головы. Колин припарковался и вышел из машины, заглушил двигатель и удивился неожиданной тишине. — Хэй, шеф, здрасьте! — повернулся Кристофер и с каким-то нервным выражением лица помахал ему рукой. Нойс списал это на то, что напугал парнишку своим поведением. — Доброго вечера, Крис. Я тут, вот, ехал, заметил тебя и решил поздороваться, — с максимально добродушным видом ответил Колин и подошёл к подчинённому. — Что ты делаешь тут так поздно? — Ха-ха, ха, Вы же не думаете, что я связан с теми бандитами или что-то типа того? — Крис вытер рукой вспотевший лоб. Зачем-то он сделал пару шагов назад, так, чтобы смотреть и на подошедшего шефа, и на белую машину. Нойс слегка нахмурился и повернулся к нему, встав спиной к освещённой местности. — С чего бы мне так думать, Крис? — Ну, там, а-хах, что я приехал сюда в позднее время, и что у меня машина, и она белая, а у группировки тоже белые машины, и что я сейчас заставил Вас повернуться спиной к машине, — Кристофер нервно теребил галстук. — Слушай, — аккуратно начал Колин. — Когда я поехал за тобой, я рассматривал этот вариант больше как невозможный и просто хотел спросить тебя насчёт тачки. — А... Да? — у подчинённого появилась глупая гримаса человека, который только что понял, как серьёзно он налажал. — Да. И вот сейчас я думаю, стоит ли мне начинать волноваться. — Стоит, — холодно ответил мужской голос позади. Нойс слышал этот голос в обработанных от посторонних шумов записях ранее и потому узнал его. Колин резко повернулся. На границе света и темноты стоял невысокий, как минимум по меркам самого Колина, мужчина, в то ли светло-сером, то ли в белом костюме. Волосы чёрные, с проблесками седины. Лицо скрыто в тени, но Нойсу не нужно было видеть его лицо, чтобы понять, кто перед ним. Позади босса банды стоял охранник, или его телохранитель, или хрен знает кто вообще, темнокожий, с короткой стрижкой, злым лицом и мелкими светлыми глазами. Он был одет в свободный костюм из штанов и куртки камуфляжной расцветки с белой майкой под ней. В руках он держал автомат, направленный ровно на Колина. — Колин Нойс, верно? — босс бандитов держался на почтительном расстоянии в два метра от одного из шефов полицейского участка. — Мы стараемся обходиться без насилия, но это, образно выразиться, предохранитель. — Что тебе от меня нужно? — Как грубо. Я же всё-таки на «Вы», думал, Вы интеллигентный человек. — Хорошо, что Вам от меня нужно? — повторил Колин, не изменив в речи ничего, кроме уважительного обращения. Самого уважения в тоне не появилось. — Вы же не ехали в какое-то конкретное место, вот мы и просто отвезём Вас домой. По пути обсудим некоторые вещи, само собой. Поедете в моей машине, Вашу поведёт мой человек. На подъезде к газоколонкам стояли ещё две машины, естественно, белого цвета. Колин осознал, что преследователем был совсем не он. — Так что, мистер, Нойс? Вы согласны? — Конечно, — согласился Колин. По его хмурому взгляду и жёсткому голосу понятно, что нифига-то он не согласен. — Хорошо, пойдёмте, — Нойс босса банды посчитал полным идиотом даже не тогда, когда он повернулся спиной к громиле в красной рубашке. Ещё какую-то секунду или две Колин думал. Это небрежное отношение, как будто его ни во что не ставили. Как только босс банды мог смотреть на него сверху вниз при большой разнице в росте? Более того, он, кажется, совсем не боялся копа рядом с собой. Ну и дурак. Колин дёрнулся в сторону мужчины в светлом костюме, собираясь напасть, но не успел – его в прыжке сшиб и повалил на землю охранник босса. Со стороны машин раздались стуканья дверцами от выхода подмоги. Мужчина в камуфляже был лет на десять минимум младше копа и, конечно, ниже, но почти сумел скрутить его. Колин врезал ему в челюсть, а охраннику хоть бы хны, только оскалился и ударил противника под дых. «Подлец», – подумал коп, но вслух рвано выдохнул: — Сука! Его перевернули на живот, связали руки. Всё, попался. Колин повернул голову вбок, чтобы дышать воздухом, а не асфальтом, и увидел стоящего неподалёку босса. Седой выглядел как-то растерянно – действительно не ожидал, что коп нападёт? Охранник пнул Нойса под бок, выбив из него ещё одно ругательство. — Прекрати уже, — цыкнул босс. Камуфляжник нехотя отошёл на пару шагов, как и парочка парней, которые держали Колина, хоть их он и не разглядел. Так, резво, как позволяло его положение и состояние, Нойс перевернулся на спину и лягнул своего недавнего соперника по борьбе в ногу. — Ах ты скотина! — рявкнул охранник, а увидев нахальную ухмылку лежачего, спросил у босса: — Можно пристрелить его? — Ты что, с ума сошёл? — удивлённо приподнял брови глава банды. — Никак нет, босс. — Это был риторический вопрос. — Так можно? — Нельзя, мне нужен кто-то, кто не будет полным идиотом, — босс устало потёр переносицу. — А я тоже идиот? — вставил слово Кристофер. — Да, потому что какого дьявола ты своему рабочему начальнику наговорил?! — Не ори на моего работника! — кое-как приподнявшись, вмешался Колин. — Когда он не в участке, он мой работник! — возмутился босс. — С паразитами было бы проще, — грустно вздохнул один из парней, помогающих вязать копа. — Ну ты понимаешь, о чём ты говоришь? Как ты тут паразита представляешь? — возразил ему второй. — Ну... Глист? — Заткнитесь, паразиты, блин. Такой момент испортили. И поднимите уже этого и в машину отнесите, — босс махнул рукой на копа. Не без препирательств с обеих сторон, Колина затащили на заднее сидение белой машины и даже пристегнули. Один из "мелких" бандитов ушёл к красному автомобилю, благо ключи от неё лежали в ней же на сидении. Кристофер сел за руль, босс – на переднее сидение, а камуфляжник на заднее, к копу. Где-то с минуту два борца злобно переглядывались, а потом к Колину обратился босс. — Курите, пьёте? — С чего вопрос? Отвлечь, чтобы я развязаться не пытался? — Какой Вы нервный. Это от недостатка общения? Проблемы с друзьями, верно? Нойс глянул на Кристофера, который старался поменьше смотреть в зеркало заднего вида, чтобы не столкнуться с разочарованным взглядом. — Мистер Нойс, Вы – стоящий человек с большим нераскрытым потенциалом. Я хочу предложить Вам работать на меня. — С чего бы вдруг я должен захотеть быть принятым в банду, которая зарабатывает на том, что загребает под себя общественные туалеты и делает их платными? — Почему Вы продолжаете работать в полиции? Вам разве не наскучило это? Вы не скучаете по активности в жизни? Всё становится новым, но у Вас нет позитивных изменений. — Крис, — раздражённо-возмущённым тоном окликнул Колин водителя. — Я не рассказывал много, сэр, честно! — Не оправдывайся перед ним. Мистер Нойс, Кристофер – хороший парень, а Вы – отличный начальник. Не хочу принижать заслуги его родных родителей, но уверен, Вы тоже внесли свой вклад. — ... И он рассказывала про меня. — Он рассказывал, что Вы грустите. Про кризис среднего возраста додумал я. То, что на данный момент я являюсь Вашим врагом, не значит, что я не могу понять Вас. Колин отвернулся к окну. Он не хотел никого видеть, тем более ехидное выражение лица камуфляжника. — Джереми Гейл. Работал адвокатом. Сколько ваш участок нарыл на меня информации? — Не интересовался, — признал коп. — Мне не к чему Ваше имя. — Вам нужно будет знать, как звать меня, если придёте работать. — С превеликим удовольствием обойдусь. — Мистер Нойс, почему же Вы так грубы со мной? — босс повернулся и посмотрел на Колина как будто действительно слегка печальным взглядом. — Актёр Вы, а не адвокат. — Не думаю, что у актёра была бы настолько напряжённая работа, что он бы докурился до лечения саркоидоза. — Я бросаю, — в свою очередь поделился полицейский. — И долго? — Последнюю выкурил пару месяцев назад. Вы? — Завязал, как узнал. И ладно ещё я, но Вы же полицейский. А как же бегать-прыгать за преступниками? — Бегать-прыгать не берут уже. Не в той, говорят, форме, — Колин даже немного грустно вздохнул. — Отговорки. Вы в прекрасной форме. Боюсь представлять Вас лет двадцать назад. И не хмурьтесь так на меня, все мы стареем. В окне замелькали родные дома и улицы частного сектора. — Так что Вы скажете насчёт моего предложения? — напомнил Гейл. — Я подумаю, — тихо сказал Колин. Он, как порядочный полицейский, не хотел признавать, что его привлекает возможность попасть в банду. Однако, как уставший от однообразной скуки жизни мужчина, Нойс готов и согласиться. Мать его за ногу глава банды проявлял к нему... Что? Понимание? Сочувствие? Это было точно нечто большее, чем когда Камерон говорил «просто забей». Остаток пути до дома копа прошёл в молчании – видимо, Гейл узнал всё, что хотел. Машина банды притормозила просто перед домом, авто Колина припарковали на его законное место. — Элиот, помоги нашему пассажиру выйти и развяжи ему руки, — приказал босс. — Так точно, сэр, — охранник вылез из машины, открыл дверь Колину и с презрением прошипел: — Вылазь, мусор, я тебя трогать ни малейшего желания не имею. — Это я не хочу, чтобы ты меня трогал, понял? — ответно огрызнулся коп. — Да ты отстегни его хоть, — босс одарил обоих недовольным взглядом со своего места. Когда коп вылез, Элиот развязал ему и руки и послал одними глазами. Колин, тоже глазами, послал его ещё дальше. Из красной машины вышел парень банды и боязливо протянул ключи владельцу. Нойс размял руки, потёр запястье и ключи буквально выхватил. Малец тут же убежал к своим, в другое белое авто. Бандиты уехали, а Колин, предпочтя не думать о произошедшем, вернулся в дом. Собираясь утром на работу, он вспомнит, что босс банды не сказал, как с ними связаться; что надо бы подумать над тем, что делать с Кристофером; что из машины, из подстаканника, куда-то пропала его верёвочка с подвеской в виде тройной музыкальной колонки. Но всё это только утром.