Глава сорок седьмая

      Над полем битвы повисла тишина. Не слукавишь, если назовёшь её «гробовой». Вот только длилась она не так долго, как, наверное, многим хотелось — тишины, спокойствия, мира… Чтобы эта война наконец закончилась.       Кэндзяку спустился с разрушенного здания и направился в сторону своего союзника, Двуликого.        — Не лезь! — прорычал злобно мужчина.        — Да разве хотя бы одно рациональное существо полезет в драку между двумя сильнейшими проклятиями?! — усмехнулся древний маг-отступник. — Честное слово, Сукуна, за кого ты меня принимаешь?        — Тогда свали с дороги. Ты мешаешь.        — Неужели ты не хочешь узнать, как можно сломить твою милую сестрёнку? — удивился мужчина.        — Я уже надавил на три болевых точки из трёх. Как результат, — он посмотрел на девушку, прищурившись, — Эрида вышла против меня.        — Какое интересное и загадочное число «три», вы так не считаете? — и Кэндзяку развернулся лицом к «Адовым пятам», смотря в разъярённый взгляд тёмно-красных глаз. — Только подумайте, сколько в него вкладывают смысла! Оно является священным, ассоциируется с гармонией и завершённостью, испытаниями и пытками… а в скольких культурах оно используется, подумать только! — и с его уст слетела злобная усмешка. — Кстати, об испытаниях и пытках… Дорогая Эрида! Много ли в тебе осталось уверенности?!        — На то, что вытащить твои мозги и сжечь их, вполне, — прорычала Рёмен-младшая.        — Правда? Вполне себе достаточно, — он кивнул. — А что насчёт встречи со старыми друзьями?        — Чего?.. — этот вопрос был задан двумя сильнейшими проклятиями одновременно, что и позабавило мага-отступника.        — Точно-точно, Сукуна ведь совсем не в курсе о твоих трёхсотлетних друзьях, — загадочно протянул Кэндзяку, — как, собственно, и все те, кто стоит позади тебя. А вот я, представь себе, узнал о них много. И всё благодаря этому малышу, — маг использовал свою проклятую технику, вызвав тем самым странный на вид проклятых дух, что тут же возвысился к небу, не так высоко, однако поднялся повыше, выпустив в землю луч белого цвета. — Три сотни лет — это не так много, особенного для такого проклятия, как ты, дорогая Эрида. Вот только… думается мне, это было до того, как ты повстречала эту злосчастную семейку… а если быть более точным — главного представителя своего клана тех времён… — и, злобно усмехнувшись, громко произнёс: — Да здравствует долгожданная встреча Рёмен Эриды и семейства Годжо Кёджуро!       В белом свете луча начали появляться серые фигуры — взрослых и детей. Девушка сразу же узнала каждого из них. Абсолютно. Сердце защемило. Казалось, оно остановилось, прекратив свою функциональность. Однако проклятие отчётливо слышала в ушах стук. Быстрый, громкий, оглушающий стук. По щекам стекали слёзы, в глазах стоял страх.       Свет исчез, вместо него осталась семья, большая часть которой имела белоснежные, словно чистый, только что выпавший снег волосы. Один из них — самый-самый маленький, — увидев давнюю знакомую, тут же торопливым и неаккуратным шагом побежал в её сторону. Ах, эти маленькие ножки, что ещё не научились твёрдо ступать по земле! Один шажок после небольшого бега — и мальчик начал падать. И упал бы лицом вниз, не подоспей «Адовы пяты» на помощь, подхватив ребёнка и осторожно поставив его обратно на ножки.        — Э-ли-да-а! — протянул радостно малыш, широко улыбаясь и тянув ручки для обнимашек. — Э-ли-да!        — Тадао…       Вслед за ним побежали ещё трое — две девочки и мальчик, средние дети давних друзей Рёмен-младшей. Они присели рядом и, не отводя взгляд от знакомого и дорогого им лица, улыбались.        — Эрида! — выкрикнула самая младшая дочь этого семейства. — А мы наблюдали за тобой с небес! Как и говорил папа: мы наблюдали!        — Эри…        — Ты столько прошла, Эрида! — сказал мальчик постарше. — Невероятные приключения!        — И всё за последние годы! Это ведь так мало для тебя! — воскликнула девочка постарше.        — Юки… Аризу…       Самые старшие представители семьи остались на месте. Им объяснять ничего не нужно было. Лишь осмотрев обстановку, они всё и так прекрасно поняли. И по глазам их потомка, и по наличию Короля проклятий позади себя.        — У нас проблемы, — шёпотом заметил Коджи, посмотрев на отца.        — Что будем делать?.. — тихо поинтересовалась Акеми, не отводя взгляд от давней подруги, что сидела на коленях и не знала, как ей поступить, однако обнять детей — каждого, всех четверых, — всё же осмелилась. — Мы ведь не можем причинить ей ещё больше боли, Кёджуро…        — У нас нет выбора, да? — поинтересовался её сын.        — Кёджуро…        — Ну, и? — громко подал голос глава этой семьи, повернувшись в сторону стоящих позади него врагов. — Ты осмелился призвать нас, ещё и в битве против Эриды. Подлый ход для крысы. Кто ты такой?!        — Не думаю, что вы в том положении, чтобы закидывать меня вопросами, господа, — усмехнулся маг-отступник. — Делайте своё дело: сломайте и уничтожьте морально «Адовы пяты». После этого вернётесь в мир иной.       Это был прямой приказ. Однако после слов мужчины на поле боя ничего не изменилось. Троица старших стояла между Королём проклятий с Кэндзяку и подругой семьи, дети же продолжали обнимать девушку и задавать различные вопросы, на которые проклятие не знало, как ответить.        — Акеми, — мужчина посмотрел на свою жену, — иди.       Женщина кивнула, после чего направилась к подруге. Присев перед ней на колени, она взяла лицо девушки в свои ладони и, тепло улыбнувшись, поздоровалась:        — Привет, Эрида. Столько воды утекло с нашей последней встречи… Как ты тут без нас?        — Акеми… — с губ «Адовых пят» слетел хриплый шёпот. — Как вы… почему вы… Зачем?..       Мать семейства покачала головой, вытирая с лица подруги слёзы, после чего посмотрела за её спину и встретилась со взглядом удивлённых (если не ошарашенных) влюблённых ясно-голубых глаз.        — Ты до сих пор сдерживаешь обещание, данное Кёджуро, — заметила Годжо-старшая. — Это было нелегко, правда?.. Прости… — она сдержала тяжёлый вздох. — Прости, что пришлось возложить это бремя на твои плечи… Но ты ведь сейчас не одна, да? — женщина ещё раз взглянула на представителя клана (нынешнего времени) её мужа и улыбнулась чуть шире, переведя взгляд на подругу. — Он так смотрит на тебя… — это было сказано шёпотом. — Он в шоке — это правда. Но он так смотрит на тебя, Эрида! Такой взгляд я всегда видела у Кёджуро в свою сторону… Эрида, неужели ты?.. Хотя нет, — мать семейства вновь покачала головой, — можешь не говорить. Всё и так видно. Это невероятно, Эрида!        — Аке-еми-и… — протянула девушка. — Прекрати… хватит… Что мне теперь делать?! Я ведь не смогу… снова это пережить… это невыносимо… Они ведь дети, Акеми, я…        — Эрида! — младшая дочь давно почившей семьи Годжо заставила посмотреть в свои глазки, при этом с её лица не спадала тёплая, радостная и любящая улыбка. — Мы ведь… и так уже мертвы, — она покрепче обняла её за руку. — Всё будет хорошо.        — Ох, Эри, нет… — проклятие покачало головой. — Всё совсем не хорошо… я…        — Э-ли-да! — Тадао заполз на руки к девушке и обнял её за шею. — Всё холосо… Мы лядом, Э-ли-да!        — Хватит… прошу вас…

ххх

      В тот момент, пока Акеми пыталась успокоить свою давнюю подругу, старшие мужчины в этой семье — Кёджуро и Коджи — смотрели лишь на двух людей, а если быть более точным, то на проклятие и мага-отступника.        — Какого чёрта?! — громко задал вопрос Кэндзяку. — Вы, умершие три сотни лет назад, каким образом смогли обойти мою технику?!        — Видимо, ты просчитал далеко не всё, — заметил Король проклятий, с каждым мгновением, смотря на сестру, ощущая в себе всё сильнее разгорающийся гнев.        — Ты думал, что сможешь нас подчинить себе? — усмехнулся Годжо Кёджуро. — Кем ты себя возомнил? — взгляд его ясно-голубых глаз воспылал злостью. — Помимо того, что ты разрешил себе нарушить наш покой, ты ещё и выпустил нас против Эриды. Двойная фатальная ошибка, кем бы ты ни был.        — Даже если та-ак… — протянул маг-отступник, переведя дыхание и вновь вернув на свои уста усмешку. — Пускай, вы не подчиняетесь мне. Однако пользу своим прибытием вы всё-таки преподнесли. Четвёртая болевая точка была нажата — и вам не вернуть её стабильного спокойствия!        — Четвёртая болевая точка? — переспросил Годжо Коджи, и в этот же момент его глаза загорелись ненавистью. — Хотите сказать, что до этого вы ещё причинили ей боль?! — он сделал было шаг вперёд, однако отец мужчины схватил его за руку и дёрнул на себя.        — Коджи, не горячись, — заметил тот, при этом продолжая смотреть в глаза Короля проклятия. — Нам всё равно против них ничего не сделать. На это способна только Эрида.        — Неужели вы заставите свою драгоценную Эриду вновь пережить те страдания? Все те ужасные моменты?! — задал громко Кэндзяку вопросы, посмотрев за спины стоящих — на «сильнейшего» своего времени.       После сказанных магом-отступником слов двое детей Кёджуро посмотрели на говорящего, после чего обратили своё зрительное внимание на своего родственника-потомка. Они не были взрослыми, однако понимали многое уже в свои девять, поэтому, переглянувшись, близнецы — Юки и Аризу — взялись за руки и направились в сторону барьера, который по-прежнему держал волк-проклятие. Подойдя к современным магам, они посмотрели на мужчину с белоснежными, как и у их отца, волосами и чистыми, ясно-голубыми глазами.        — Извините, — проговорила девочка, чем привлекла к себе внимание этого человека.       — Вы ведь из клана Годжо? — поинтересовался мальчик.       «Сильнейший» слегка наклонил голову набок, не до конца понимая, что начало происходить на поле битвы и что, собственно, от него нужно было этим детям. Именно поэтому вместо словесного ответа мужчина лишь кивнул, смотря в изумрудные глаза близнецов.        — Навряд ли Вы знаете правду, — осторожно, при этом уверенно, продолжила Аризу, — поэтому для Вас сейчас это что-то нереальное.        — Но, поверьте, Эрида неплохая. Она хороший друг и товарищ.        — Я и без вас это знаю, — заметил, нестрого и негрубо, Годжо из нынешнего поколения.       Близнецы переглянулись, кивнули и, улыбнувшись, вновь посмотрели на мужчину.        — Три сотни лет назад всю нашу семью, кроме старшего братика Коджи, убила младшая сестра Короля проклятий — и по официальной версии от лица магов, и в реальности. Однако только мы знаем правду, по которой произошла наша смерть, — девочка краем глаза посмотрела на брата, после чего вновь обратила зрительное внимание на своего потомка.        — Наш отец попросил Эриду сделать это, — продолжил за сестру мальчик. — Наша семья, как Вы можете видеть, довольно большая, и силы в каждом из нас даже в малом возрасте далеко не маленькая. Это приводило к проблемам. Поэтому папа попросил Эриду убить всех, кроме братика Коджи.        — И каждый раз, когда в клане Годжо рождался наследник — именно мальчик, — Эрида приходила в дом семьи и убивала родителей и старших сестёр, если те присутствовали, оставляя в живых только мальчика.        — Она оберегала его до тех пор, пока тот не встанет на ноги и не сможет защитить себя сам.        — Именно поэтому Вы один из своего клана.        — Но, пожалуйста, не держите зла или обиды на Эриду. Ей тоже было не в радость забирать жизни потомков её верного и дорого друга, нашего отца.        — На ком и лежит вина за это, так только на нас.       Близнецы вновь переглянулись, после чего низко поклонились и в унисон проговорили:        — Простите нас за то, что Эриде пришлось страдать и столько сотен лет выполнять своё обещание, в последствие чего Вы остались без родителей, — и выпрямились, устремив свои взгляды на мужчину.        — Сатору… — Иэйри осторожно взяла друга за локоть и кивнула вперёд.       «Сильнейший» не сразу заметил этот жест со стороны подруги. Он посмотрел в сторону, в которую та кивала, лишь в тот момент, когда стоящие перед ним близнецы повернулись полубоком и сами направили свои взгляды туда. Мужчина встретился со взглядом своей возлюбленной и увидел в нём… невероятно огромное сожаление… страх… беспомощность… мольбы о прощении… Но разве он держал на неё зла? Ненавидел ли? Был ли обижен? На все эти вопросы существовал лишь один ответ: нет. И всё его нутро кричало об этом. И девушка не могла этого не заметить, однако все те чувства и эмоции, что «Адовы пяты» несло в себе столько лет, не позволили выдавить даже самой малой, слабой улыбки на её устах.        — Спасибо, — проговорил Юки, улыбнувшись за свою старшую подругу. — Уверен, Эрида рада знать, что Вы даже после этого не считаете её своим врагом.        — Она будет о-очень рада! — поправила его Аризу. — Что бы ни произошло, чем бы ни закончилась эта битва… не оставляйте Эриду одну, пожалуйста. Она слишком долго пребывала в одиночестве. А оно ей не идёт.        — Да разве я могу? — мужчина тепло улыбнулся одним уголком губ, вновь посмотрев на детей. — Ради неё я готов на всё.       Близнецы переглянулись и хитро посмеялись.        — Братик Коджи обзавидуется, — заметила сестричка.        — Как же он будет негодовать! — согласился братишка.        — О чём это вы?.. — «сильнейший» переводил взгляд с одного близнеца на другого.        — Секрет! — в унисон сказали дети и, схватившись вновь за руки, направились обратно — к своей матери, младшим сестре и брату и, конечно же, любимой старшей подруге.        — Годжо-сенсей… — подал голос Итадори, когда близнецы вновь обняли «Адовы пяты», что-то говоря ей с улыбками на устах. — Вы понимаете, что происходит?..        — Отчасти, — признался мужчина. — По крайней мере… многое встаёт на свои места…        — Например, тот факт, что она не убила тебя, когда ты нашёл её в детстве? — поинтересовался Яга.       — И это — тоже, — Годжо кивнул.

ххх

       — Он готов на всё, — заметила Годжо-старшая, уловив тот самый взгляд, наполненный любовью к проклятию, своего потомка. — Готов принять тебя такой, какая ты есть, со всеми твоими тайнами и тёмными сторонами. Не так ли?        — Да… — шёпотом ответила Рёмен-младшая. — Всё так…        — Тогда, может… стоит показать… ну, знаешь? — женщина поводила взглядом и нервно посмеялась. — Может, стоит показать всю свою силу?..        — Что?.. Нет… — проклятие тут же покачало головой. — Вы ведь тогда… все они тогда…        — Фуку сможет защитить твоих близких, Эрида, — она тепло улыбнулась, поцеловав подругу в лоб. — А мы уже мертвы. К тому же… ты ведь и сама всё прекрасно понимаешь, дорогая… это нужно сделать тебе…        — Нет… нет, я не хочу… Акеми, я так давно вас не видела… как?.. Как я смогу вновь вас?.. Всех их… — «Адовы пяты» прижала к себе маленького Тадао.       Ощутив на своей шее крохотные ладошки и услышав детский смех, девушка зажмурилась и закусила нижнюю губу, стараясь сдержать слёзы, что вот-вот готовились вновь потечь по её щекам.        — Эли-ида-а! — с теплотой прошептал мальчик, прижавшись к ней. — Всё холосо!        — Тадао прав! — Эри энергично кивнула. — Эрида, ты ведь сильная! Ну же!        — Нет… нет, я…        — Эрида! — а вот этот голос принадлежал старшему — самому старшему — брату всех этих малюток.       Рёмен-младшая подняла голову и встретилась с изумрудными глазами, что горели любовью по отношению к ней. Его взгляд уловила не только девушка, но и все, кто мог видеть лицо этого мужчины. В том числе и «сильнейший». В этот-то момент Годжо Сатору понял, что имели ввиду тогда те близнецы. Сатору не мог понять, какое чувство загорелось внутри него, однако боль от того, что он мог быть у своей возлюбленной не первым, присутствовала. Лёгкая, ноющая, но присутствовала. По-детски, может, даже глупо, зато искренне и с огромной любовью к этой особе, что за последние минуты забрала внимание абсолютно всех, сама, правда, того не желая.        — Коджи… — прошептали её уста, однако каждый находящийся на поле битвы услышал шёпот девушки.        — Нужно поговорить, — он мельком посмотрел на мужчину за барьером, тихо хмыкнул, после чего вновь перевёл всё внимание на предмет своего воздыхания.        — Коджи, нет! — догадываясь о теме разговора, проклятие тут же высказала своё мнение. — Я не могу… я…        — Я наслышан об «Адовых пятах», — словно не слушая Рёмен-младшую, продолжал предок «сильнейшего». — Много слышал рассказов от тебя. Однако никогда не видел твою силу воочию.        — Коджи, прошу… — в её тёмно-красных глазах читалась мольба. — Не нужно…        — Мы не сможем остаться рядом, и ты это прекрасно понимаешь, — его губы расплылись в лёгкой, детской, любящей улыбке. — Исполнишь ещё одно моё желание перед смертью, пожалуйста? — изумрудные глаза горели счастьем лишь от мгновения, в которое он смог лицезреть свою любовь. — Покажи мне настоящий ад, Эрида.